2.1. Догосударствеииые стадии развития общества

Теперь после того как мы наметили основы механизма прогресса, попытаемся на конкретном историческом материале проследить его развитие. Мы увидим, как с эволюцией общества эволюционировали и главные категории, о которых мы говорили выше.

Прежде всего следует отметить, что главный двигатель прогресса на первом этапе развития - рост популяции - древнее чем само человечество и, возможно, привел к возникновению человека современного вида.

Очень интересный пример того, как это происходило, дает нам история человечества в конце верхнего палеолита - начала мезолита. В это время на Земле происходят крупные изменения. Завершился ледниковый период, климат становиться близким к современному. Исчезли мамонты, шерстистые носороги и другие животные ледниковой фауны. Точки зрения ученых на причины исчезновения этих огромных животных существуют самые разные. Одни считают, что эти животные были попросту истреблены человеком [40; 41, с.36; 42]. Другие полагают, что процесс имел более сложный характер, и деятельность человека была лишь одним из факторов, способствовавших вымиранию этих животных [43, сс. 178-183; 44, с.24].

Для нас же важно, что с вымиранием гигантских толстокожих связан процесс изменений в хозяйствовании людей, живших в то время на севере Евразии. Здесь в это время происходят разительные перемены: появляется лук со стрелами, совершенствуется копьеметалка, при изготовления каменных орудий намно- го шире начинает применяться вкладышевая техника.

Использование этой техники позволяло обойтись без крупнокускового мелового кремния, который встречается далеко не везде. Вместе с тем, изготовление вкладышевых орудий технологически было более сложным и требовало от населения более совершенной трудовой деятельности. Очевидно, что по сравнению с предшествовавшей стадией произошел значительный подъем уровня развития. В связи с чем? Вымирание гигантских толстокожих животных сделало добывание пищи несравненно более трудной задачей. По подсчетам палеозоологов охота на мамонта давала в шесть раз больше мяса, чем охота на остальных животных, вместе взятых [45, с. 15].

С точки зрения нашего исследования произошло исключительное явление - критическая плотность населения в результате вымирания крупных животных, этих ходячих складов мяса, снизилась за счет ухудшения природных условий. Никогда впоследствии этого в подобных масштабах не произойдет. Население отреагировало на это усовершенствованием орудий труда и способов добычи пищи - развивается индивидуальная охота на мелких животных и птиц, там, где это было возможно, получает распространение рыболовство, а позднее - морской зверобойный промысел. И все же, видимо эти усовершенствования, которые свидетельствуют о качественном росте уровня развития, не смогли поднять критическую плотность на прежнюю высоту. Если охотники на мамонта жили оседло круглый год, то впоследствии поселения становятся сезонными, а численность людей, живущих в них, существенно снижается [45, с.22]. Показательным является то, что там, где с окончанием ледниковой эпохи, фауна практически не изменилась, остались в основном неизменными орудия труда и способы ведения хозяйства. Это относится в первую очередь к Африке, Юго-Восточной Азии, некоторым районам Европы, Средней Азии [46, сс. 18,19; 47, с.192]. Тут критическая плотность населения не падала, или, во всяком случае, не падала так резко, поэтому от людей не тре- бовалось таких больших усилий, чтобы поддержать уровень потребления на нужной высоте.

Кризис хозяйствования, относящийся к концу ледникового периода, при всей его драматичности, все же он был нетипичным явлением, а всего лишь частным случаем правила, которое действовало на протяжении всей истории человечества - прогресс возможен лишь при достижении населением критической плотности.

Вторым условием является готовность общества к интенсификации хозяйства. Второе условие является многокомпонентным и включается в себе не только необходимый набор знаний о новой, более интенсивной стадии хозяйствования, но и сформировавшееся у населения понимание того, что нет для них другого выхода кроме интенсификации. Нечего и говорить, что такое понимание само по себе не приходит, и население усваивает эту мысль только после нескольких неудачных и очень часто кровавых попыток найти другой выход. Из вышесказанного очевидно, что первое условие, то есть достижение критической плотности, действительно первое и население может много лет и даже сотен лет балансировать на грани критической плотности без интенсификации.

Примером может служить переход от присваивающего хозяйства к производящему. Вероятно, он начался в Передней Азии в VIII - IX веках до н.э., а в некоторых районах Земли продолжается до сих пор. Каковы же главные особенности этого перехода? Во-первых, знакомства с методами ведения присваивающего хозяйства совершенно недостаточно. Очень часто охотники и собиратели долго жили и живут по соседству с земледельцами и скотоводами, но менять свой способ ведения хозяйства на более прогрессивный не собираются. Во-вторых переход к земледелию произошел в нескольких местах Земли совершенно самостоятельно. В-третьих освоение приемов ведения производящего хозяйства чаще всего отнюдь не означал отказ от охоты и земледелия. Обычно население переходит к земледелию частично, получая от него, скажем, 10% пищи, а потом 20% и так до ста процентов. Этот процесс может растянуться на тысячелетия, как это имеет место с индейцами Амазонии, которые практически все практикуют подсечно-огневое земледелие, но при этом многие из них основной объем пищи получают от рыболовства, охоты и собирательства.

Именно так и должно быть. Только достижение населением критической плотности способно заставить перейти к земледелию. Причем этот переход осуществляется лишь в той степени в какой он поднимает критическую плотность до фактической плотности населения.

Следует заметить, что бушмены живут в пустынных районах в которые они были оттеснены в сравнительно недавнем прошлом. Народы, жившие на более благополучных землях, имели больше возможностей добывать пищу охотой и собирательством. Существовали и другие способы добывания пищи, например сбор съедобных моллюсков, который был несравненно менее сложным занятием чем охота и тем более земледелие. Собиратели моллюсков оставили огромные кучи раковин на морских побережьях запада Европы, севере и юге Африки, в Юго-Восточной Азии, на востоке США. В настоящее время народы, в значительной степени существующие за счет сбора моллюсков остались только на Огненной Земле. Неудивительно, что они относятся к одним из наиболее отсталых народов Земли [51, сс. 195-217].

Если же мы обратимся к историческому материалу, то существует много свидетельств, что в древности охотники убивали просто громадные массы животных. Например, возле современного села Амвросиевка на Украине обнаружены кости почти 1000 зубров, убитых одновременно. По подсчетам ученых в этой облаве уча- 54 ствовало около 100 охотников [52, сс.65-67]. В США также обнаружены стоянки на которых нашли остатки сотен одновременно убитых бизонов [53]. Во Франции в Солютре у скалы, к которой загонялись стада диких лошадей, были обнаружены остатки 50... 100 тысяч этих животных [54, сс.97-98].

Разумеется, нельзя представлять себе жизнь охотников и собирателей легкой и беззаботной. Для всех без исключения охотников и собирателей правилом были периодические голодовки. Но и для земледельцев, особенно ранних, голодовки были правилом. И дело не только в том, что охотники и собиратели меньше работали. Их труд для человека в принципе намного легче, чем земледельческий. Он не столь однообразен и тяжел. Кроме того, характер питания при переходе к земледелию становится значительно хуже. Рацион ранних земледельцев значительно однообразнее, в нем преобладают углеводные компоненты. Среди части специалистов распространено мнение, что переход к земледелию в раннем неолите вызвал широко распространенный в это же время в Европе процесс грациализации.

Итак, переход к земледелию был возможен только в одном случае - если он совершился под давлением роста плотности населения, потому что земледелие позволяло прокормиться на той же площади где раннее жила община охотников и собирателей в среднем в 10... 15 раз большему количеству людей [55, с. 18].

Именно в этом и состоит главное значение перехода к земледелию. Земледельческие общины стали не просто больше - они стали количественно иными. Вследствие многократного увеличения количества членов общины впервые появилась возможность стратификации человеческих сообществ. Стратификация - это следствие разделения труда, и для того, чтобы она стала возможной в первую очередь необходимо, чтобы община была достаточно велика. Вторым обязательным условием возникновения разделения труда должна стать необходимость в нем. Для появления людей, которые правят общиной, нужна либо потребность в поддержании какого-то порядка, либо внешняя угроза. Как правило, действуют оба фактора. Например, у эскимосов- нетсилинков, которые ни с кем не воевали, племенных вождей не было, а у эскимосов, живших в XVII веке на Лабрадоре и враждовавших с индейцами, племенные вожди были. Вместе с тем.

эскимосы, не имели какой-либо формы власти, когда в летнее время кочевали небольшими группами, на зиму перебирались в относительно крупные зимние поселки. Кое-где в этих поселках возникала сезонная властная организация.

Собственно говоря, конкретные причины возникновения страт внутри общества не столь уж и важны. Значительно важнее, что внутри общества появляются люди, которые могут постоянно иметь уровень потребления выше, чем все остальные. Как я уже отмечал выше, что дети, выросшие при более высоком уровне потребления формируют базовый уровень развития более высокий чем их соплеменники. Когда они вырастают, они становятся людьми, которые определяют многие решения данного сообщества. Благодаря этому сообщество становиться как бы немного «умнее», чем оно есть на самом деле или, пользуясь нашей терминологией, сообщество получает за счет стратификации более высокий уровень развития. Разумеется, все вышесказанное относится уже к относительно крупным сообществам.

Для земледельцев земля имеет значительно большую ценность, чем для охотников и собирателей. Как только плотность населения достигает критической, сообщества ранних земледельцев начинают хронически голодать. Очень низкий уровень развития предопределяет очень низкий уровень потребностей. Вследствие этого у ранних земледельцев преобладает специализация на нескольких видах выращиваемых растений, иногда на одном - двум, часто отсутствуют даже примитивные формы скотоводства, что ведет к очень обедненной витаминами, белками и жирами диете. Вследствие низкого уровня потребностей обеспечение продовольствием всегда на пределе, только чтобы чуть хватало. Поэтому ранние земледельцы всегда очень остро реагировали на достижение критической плотности. Если была рядом свободная земля, пригодная к земледелию, то немедленно происходило деление сообщества и отселение избыточного населения. Но рано или поздно земли переставало хватать. Начиналась борьба за уже занятую землю. Борьба эта была очень жестокой и велась исключительно на уничтожение. И это понятно, ведь членам человеческого сообщества их побежденные враги не нужны были живыми ни в каком виде. Следствием этого является эволюция сообществ по направлению их сплоченности, воинственности, усилению 56 обороноспособности. Поселения обносятся стенами и население начинает сосредотачиваться в них. В соответствии с первым законом резервуара ранее всего эти процессы происходят там, где природные условия позволяют накопить значительную массу населения, но эти благоприятные условия ограничены - горами, аридными зонами. Именно такими пяточками плодородных земель являются все наиболее ранние очаги земледелия. Поэтому все ранние цивилизации располагались в зоне субтропиков и прошли стадию городов-государств. Обычно вокруг такого города существовала 10... 15 километровая земледельческая зона, в пределах которой жители города имели участки. Иногда город в сообществе был не один, иногда существовали хутора и поселки, но основные принципы вышеприведенной схемы соблюдались.

Интересно, что даже до недавнего времени некоторые ранние земледельцы сселялись в крупные поселения под военной угрозой со стороны соседей. Например, необычайно крупные поселки существовали именно в тех районах Новой Гвинеи, где в наибольшей степени были развиты войны и каннибализм. После того, как удалось прекратить войны, население начало расселяться из этих поселков по хуторам [56, сс.1Л43].

Аналогичные процессы имели место в Африке у народа куа- ним па. Раньше они селились компактно в крупных поселках обнесенным частоколом, а после прекращения воин стали расселяться по хуторам [57].