Введение
Обращаяськ науке, мы всякий раз — вольно или невольно — соотносим ее возможности со своими текущими проблемами.
Из копилки экономических знаний мы выделяем то, что считаем важным, оставляя все прочее в стороне. С течением времени многие грани накопленного знания тускнеют и забываются, их подлинный смысл утрачивается. В результате мы порой не замечаем сложности в тех явлениях, которые нам примелькались и потому кажутся простыми и банальными; и наоборот придаем универсальный характер фактам и зависимостям, по природе своей частным и случайным. Задача истории экономической мысли — восстанавливать утраченные смыслы наших знаний. Вопреки распространенному мнению история науки нечто большее, чем кунсткамера, хранящая память о заблуждениях былых времен. Это способ лучше, т.е. полнее и глубже, овладеть тем, что накоплено в арсенале современной науки.Развитие экономической мысли: исторический контекст
Чтобы восстановить подлинный смысл научной идеи или концепции, важно понять условия, вызвавшие ее к жизни, иными словами, уяснить исторический контекст, в котором она возникла и получила общественный отклик. Задача осложняется тем, что экономическая мысль принадлежит одновременно трем разным сферам человеческой деятельности: миру экономики, миру науки и миру идеологии. И каждый из этих миров задает свой особый исторический контекст, порождает относительно независимые импульсы к развитию экономических идей.
Мир экономики служит объектом экономического познания, т.е. определяет, что подлежит осмыслению и исследованию. Так, экономика XX в. как объект изучения разительно отличается от хозяйства
античного общества.
С этим связана важная особенность экономической науки, отличающая ее от большинства областей естествознания — физические законы, такие, как закон Архимеда, не подвластны времени: тело, погруженное в жидкость, ведет себя сегодня точно так же, как вело себя сто, тысячу и миллион лет назад. Таким образом, мир экономики это необратимо изменчивый историкохозяйственный контекст развития экономической мысли.Мир науки диктует, как, т.е. с помощью каких инструментов и методов, осуществляется процесс познания. Каждая эпоха вырабатывает свои особые представления о том, какие знания следует считать научно обоснованными, какие методы исследования эффективными. В Новое время решающее влияние на такие представления оказывали наукилидеры — в разное время ими были математика, астрономия, физика. Практика этих наук становилась нормой, эталоном научности, и общественный авторитет других отраслей знания нередко зависел от их способности следовать принятому эталону. У науклидеров заимствовались методы анализа, способы аргументации вплоть до стиля изложения научных трактатов. Иными словами, мир науки вбирает в себя «дух эпохи» и служит историкокультурным контекстом эволюции экономической мысли.
Мир идеологии и политики определяет, каким целям должно служить познание, какими установками и критериями следует руководствоваться при отборе конкретной тематики исследований. Многообразие и сложность окружающего нас мира таковы, что предметная область практически любой отрасли науки неисчерпаема, и соответственно, процесс ее познания — бесконечен. Напротив, каждое конкретное исследование, деятельность отдельного ученого неизбежно конечны — по тематике, аспектам ее рассмотрения, решаемым задачам. Практически это означает, что в науке всегда действуют механизмы отбора тематики и проблематики исследований. Естественно, что такие механизмы не могут не отражать представленные в обществе экономические и политические интересы, этические установки и социальные идеалы. Роль последних особенно велика в обществознании: стремление осмыслить перспективы общественного развития, наметить политически значимые общественные стратегии неважно консервативные, реформистские, революционные или вовсе утопические нередко оказывало на развитие общественной, в том числе экономической, мысли более мощное влияние, чем просто желание объяснить сложившуюся общественную реальность.
Отсюда значимость для истории экономической мысли ее историкоидеологического контекста.Сочетание этих контекстов образует среду, в которой действуют главные герои нашей истории люди, авторы новых экономических наблюдений, генераторы новых идей и теорий. Какие из контекстов более важны, какие менее каждый из них определяет посвоему, в зависимости от обстоятельств жизни, личных убеждений и пристрастий. Именно здесь источник личностного, непредсказуемого начала в истории экономической мысли.
С выделением экономики в отдельную отрасль знания со своими учебниками, кафедрами, журналами, исследовательскими центрами и научными обществами, иными словами, по мере профессионализации и институционализации этого вида деятельности в дело вступает еще один важный фактор развития экономической мысли — фактор научного сообщества. Развитие науки перестает быть делом энтузиастоводиночек. В рамках научного сообщества более регулярным становится профессиональное общение, быстрее распространяются новые идеи и данные о результатах исследований, усиливается нацеленность научного поиска на получение новых знаний. Соответственно, отбор идей, претендующих на новизну и профессиональное признание, становится более жестким. Научное сообщество отторгает претензии дилетантов и графоманов, не владеющих основами специальных знаний. Это снижает уровень информационного «шума» в каналах профессионального общения, но имеет порой и отрицательный эффект, затрудняя восприятие идей, понастоящему оригинальных, порывающих с устоявшимися подходами. Короче говоря, складывается еще один контекст развития экономической мысли — внутринаучный, требующий, чтобы новые идеи в споре с ранее доказанными истинами проходили испытание на новизну, оригинальность и значимость.