Учиться у лучших, дружить с богатыми

Развивающаяся экономика финансировалась в основном за счет местного капитала, а ограниченные иностранные инвестиции поступали через торговые дома. В 1885 г. на долю предприятий, которые находились в иностранной собственности, приходилось всего 16% от производства лесопильных заводов.

Для большинства иностранных инвесторов Финляндия не представляла интереса. Она была сильно удалена географически, не обладала серьезными запасами полезных ископаемых. Ее внутренний рынок был слишком мал. Страна не имела развитого научного потенциала. Несмотря на то, что промышленность страны в основном принадлежала местным акционерам, большая часть технологий импортировалась из других стран. Финны не считали зазорным учиться у лучших. Постепенно при помощи экспертов из Швеции и Западной Европы они сами научились делать высококлас

сное оборудование. С конца XIX в. все новые технологические процессы для лесопильного производства разрабатывались внутри страны. Отметим, что само государство не принимало участия в развитии производства пиломатериалов. Это делал частный рынок, который в начале XX в. обеспечил бурный рост данного сектора.

В отличие от России, которая использовала телеграф и телефон в основном для военных целей, Финляндия изначально имела частный телекоммуникационный сектор. Первые телефонные линии были построены в 1877 г., всего лишь через год после того, как Белл изобрел телефон. Компании Bell, Ericsson и Siemens amp; Halske присутствуют на внутреннем рынке страны с 1881 г. С тех пор телекоммуникация Финляндии функционирует в условиях жесткой конкурентной борьбы1. Финны четко понимали, что их страна не может диктовать правила игры. Она должна приспосабливаться к потребностям основных рынков. Именно эти традиции позволили финнам в конце XX в. сотворить феномен Nokia.

Беларусь тогда тоже была частью Российской империи. Она тоже была богата лесом. Наше географическое положение было гораздо лучше, но интегрироваться в Европу получилось у финнов, а не у белорусов. Дело в том, что финны правильно поняли роль государства - «ночного сторожа», а белорусы и русские видели в нем царя, Бога и воинского начальника в «одном флаконе». По оценкам историков, до 75% выручки от экспорта пиломатериалов направлялось в сельские районы, причем две трети получали крестьяне, владельцы лесных хозяйств, а треть приходилась на наемных работников. На этом примере ярко видна роль частного сектора. Именно он, а не государство, стал локомотивом экономического роста. К тому же владельцы лесов имели мощный стимул оберегать свои лесные богатства, развивая промышленный и экологический потенциал страны. Финны поняли это в XIX в., а в Беларуси в начале XXI в. все еще доминирует мнение, что леса и озера должны быть только государственными.