Новая Европа
Первый шаг по направлению к объединенной федеральной Европе был сделан в 1948 г. на Гаагском конгрессе, который объединил публичных интеллектуалов, профессионалов и политиков правых и левых взглядов в рамках обширной дискуссии о потенциале политического и экономического союза в Европе.
Среди участников помимо многих других были Уинстон Черчилль, Конрад Аденауэр и Франсуа Миттеран. История продолжилась в 1949 г. с основанием Колледжа Европы, элитного аспирантского высшего учебного заведения, предназначенного для популяризации солидарности западноевропейскихи наций и обучения специалистов для выполнения этой миссии. Как Гаагский конгресс, так и Колледж Европы были организованы государственными деятелями Полем-
Анри Спааком, Робером Шуманом, Жаном Монне и Альчи- де Де Гаспери.
Великим прозрением этих лидеров было то, что экономическая интеграция впоследствии повлечет интеграцию политическую, что в результате сделает войну неактуальной, если не невозможной.
Первым конкретным шагом к экономической интеграции стало Европейское объединение угля и стали (ECSC), созданное в 1952 г. Первоначально в нем было шесть участников: Франция, Западная Германия, Италия, Бельгия, Люксембург и Нидерланды. ECSC было общим рынком угля и стали - двух крупнейших отраслей производства Европы в то время. В 1957 г. к ECSC присоединилось Европейское сообщество по атомной энергии - Еи- ratom, - предназначенное для развития отрасли ядерной энергии в Европе, а также Европейское экономическое сообщество, или ЕЭС, созданное Римским договором и предназначенное для создания общего рынка в Европе для товаров и услуг помимо угля и стали.
В 1967 г. Договор слияния (Брюссельский договор) объединил ECSC, Euratom и ЕЭС под названием «Европейское сообщество». В 1992 г. Маастрихтский договор назвал Европейское сообщество одним из трех китов нового Европейского союза, наряду с сотрудничеством полицейских сил и правовым сотрудничеством, и для представления нового Евросоюза остальному миру была сформирована Общая внешняя политика и политика безопасности (CFSP).
Наконец, в 2009 г. Лиссабонский договор объединил три кита в единый юридический субъект Европейского союза и выбрал председателя Совета Евросоюза, руководящего общими задачами и политическим курсом.
Наряду с этой экономической и политической интеграцией проводится и настолько же амбициозная денежная интеграция. В центре валютного союза находится Европейский центробанк (ЕСВ), предусмотренный в Маастрихтском соглашении 1992 г. и официально созданный в 1998 г., вслед за Амстердамским соглашением. Европейский центробанк выпускает евро, являющийся единой валютой для 18 государств - членов еврозоны. Он также находится в обращении на иностранных фондовых биржах по мере необходимости влиять на стоимость евро по сравнению с другими валютами. Европейский центральный банк управляет валютными резервами 18 национальных центробанков еврозоны и производит операции на объединяющей эти банки платежной платформе под названием TARGET2.
В настоящее время евро - это наиболее ощутимый и видимый символ Европы. Его буквально ежедневно хранят, обменивают, зарабатывают и кладут на банковские счета сотни миллионов европейцев, он лежит в основе триллионов транзакций в евро, осуществляемых еще многими миллионами жителей остальной части мира. В 2014 г. штаб-квартира Европейского центробанка пере- едет;118] в новое здание почти 183 м высотой, расположенное в благоустроенном анклаве в восточной части Франкфурта. Это здание - памятник постоянству и признанию ЕЦБ и евро.
Многие аналитики рынка, особенно американские, смотрят на Европу и евро через призму теории эффективных рынков и стандартных финансовых моделей - но
1*’ На момент выхода книги переезд штаб-квартиры ЕЦБ уже состоялся. Скульптуру перед входом в старое здание - символ евро - решено было оставить на прежнем месте.
им чрезвычайно не хватает исторических знаний. Структурные проблемы в Европе достаточно реальны, и аналитики правы, когда указывают на них. Поверхностные решения от подобий нобелевских лауреатов Пола Кругмана и Джозефа Стиглица, провозглашающие, что такие государства, как Испания и Греция, должны выйти из еврозоны, вернуться к своим прежним местным валютам и провести девальвацию для улучшения экспортной конкурентоспособности.
При этом не принимается в расчет, каким образом эти государства изначально пришли к евро. Итальянцы и греки слишком хорошо знают, что непрекращающиеся девальвации местной валюты были видом санкционированного государством грабежа вкладчиков и малых предприятий в пользу банков и информированной элиты. Грабеж посредством девальвации - это технократический эквивалент мародерства и войны, который европейцы начали уничтожать всем европроектом. Европейцы видят, что есть намного более хорошие возможности достичь конкурентоспособности, чем девальвация. Мощь этой точки зрения подтверждается тем фактом, что силы, поддерживающие евро, существенно преобладают на каждых демократических выборах или референдумах, а мнения в поддержку евро доминируют в результатах опросов и исследований.Облегченная политика единообразия Карла Великого в сочетании с преемственностью местного обычая существует сегодня в виде принципа субсидиарности Европейского союза. Девиз современного Евросоюза «Согласие в многообразии» мог бы с тем же успехом принадлежать и Карлу Великому.