Страны Бенилюкса
Бельгия, Нидерланды и Люксембург ие без оснований считают себя пионерами европейской интеграции. Еще в 1944 г. их правительства в изгнании, находившиеся в Лондоне, договорились о создании таможенного союза.
В январе 1948 г., задолго до исторической декларации Р. Шумана, договор об учреждении Бенилюкса дегупил в силу. Таможенный союз трех стран стал прообразом более широкого таможенного союза шести государств — основателей EG. т Когда Франция выступила с инициативой создания ЕОУС, у доран — членов Бенилюкса не было ни малейших оснований возражать против этого. Напротив, эти три небольшие западноевропейские страны, казалось, были специально созданы для интеграции* На протяжении многих столетий они были жертвами военного соперничества своих более крупных соседей. Особенно большие жертвы они понесли во время двух мировых войн. Поэтому любой шаг ««сторону сближения Франции и Германии означал для них большую безопасность. И Бельгия, и Нидерланды, и Люксембург представляли собой высокоразвитые промышленные страны, глубоко вовлеченные в международное'разделение труда и традиционно 4рНДерживавшиеся принципов свободной торговли. Поэтому они шли жизненно заинтересованы в восстановлении и развитии внешнеэкономических связей, в первую очередь с Францией и Германией. ?ДО-. Идея интеграции пользуется особенно сильной поддержкой в Бельгии. Эта небольшая, но богатая страна находится на стыке Германского и латинского миров и острее, чем кто бы то ни было, «ощущает «температуру отношений» между ними. Ее внешняя торговля в равной степени зависит от Франции и Германии. Идея Интеграции является настоящей национальной страстью, сплачивающей различные общественные классы и политические силы, а также обе языковые общины Бельгии — Фландрию и Валлонию. Как «оворят сами бельгийцы, их участие в интеграции — это брак и по ЯЮбви, и по расчету. По-видимому, не случайно, что штаб-квартнры Основных институтов ЕС находятся в столице Бельгии Брюсселе, й*' В таком же геополитическом и экономическом положении нахо- КИтся Люксембург. Как и Бельгия, он является безусловным сторонником европейской интеграции. Страна оказывает существенное техническое содействие интеграционным институтам — здесь нахо- Мргся секретариат Европейского парламента, Европейский инвестиционный банк, статистическая служба ЕС.Ани Нидерланды, как более крупная и экономически более сильная Цфаиа, Имеет более широкий круг интересов и больший «запас «амостоятельности» в своей европейской политике. Для нее всегда выл характерен сильный крен в сторону НАТО, что не могло не выражаться и на ее позиции в отдельных вопросах деятельности ЕС. • частности, в начале 50-х годов Нидерланды не поддержали идею Европейского оборонительного сообщества.
?'*Тем не менее в целом страны Бенилюкса, как правило, выступают единым фронтом по всем главным проблемам европейской интеграции. Они сыграли неоценимую роль уже на стадии становления Европейских сообществ. Бельгия, Нидерланды и Люксембург были деятельными участниками ЕОУС. 20 мая 1955 г. они предложили своим партнерам создать таможенный союз «шестерки» и Евратом. Представленный ими меморандум на эту тему стал основой для дискуссий на встрече министров иностранных дел в Мессине, на которой и было принято решение создать Европейское экономические сообщество. Бельгийский министр иностранных дел Поль-Анри Спаак был председателем комитета, подготовившего проекты договоров об учреждении ЕЭС и Евратома.
Все три страны Бенилюкса безоговорочно считают, что конечной целью интеграции должно быть создание федерации европейских государств. В федерации они видят наилучшее средство утверждения автономии малых стран и их защиты от давления более крупных соседей. Поэтому на всех этапах они последовательно выступали за всемерное укрепление наднационального начала в деятельности ЕС. Исходя из этого, они отрицательно относились ко всем предложениям, касающимся перехода к «Европе нескольких скоростей».
Не удивительно, что появление двух новаций в интеграционном процессе — принципа субсидиарности и идеи продвинутого сотрудничества — первоначально вызвало настороженное отношение с их стороны.
Что касается принципа субсидиарности, то страны Бенилюкса интерпретируют его главным образом как средство повышения эффективности управления в рамках сообществ, которое ни в коей мере не должно привести к эрозии acquis communautaire. Для бельгийцев восприятие принципа субсидиарности было легче, чем для голландцев и люксембуржцев, поскольку в последние годы страна подверглась радикальной федерализации и приобрела опыт делегирования полномочий региональным н местным властям.
В середине 90-х годов, главным образом в связи с перспективой расширения ЕС, страны Бенилюкса были вынуждены согласиться и с идеей продвинутого сотрудничества. В объяснениях, которые давали по этому поводу правительства Бельгии, Нидерландов и Люксембурга, подчеркивалось, что главной побудительной причиной изменения позиции было их стремление избежать будущих вето и тем самым сохранить «кинетическую энергию» федерализма. В целях сохранения сплоченности Союза они настаивали иа безусловном выполнении странами-кандидатами тех условий и критериев, которые были зафиксированы в Амстердамском договоре. Они уделяли большое внимание разработке такого механизма продвинутого сотрудничества, который позволил бы избежать уменьшения сплоченности Европейского Союза. В частности, Люксембург предложил принять принцип «единогласие минус один» (созвучный с германской идеей «позитивного неучастия»), который позволил бы государству — члену ЕС ие участвовать в той или иной акции, не предотвращая ее.
Страны Бенилюкса энергично поддержали создание Экономического и валютного союза, хотя Бельгия столкнулась с серьезными Трудностями в соблюдении критериев конвергенции в связи со значительными размерами своего государственного долга, а Нидерланды и Люксембург должны были изменить положення с»оих консти- ?Іуций, чтобы обеспечить необходимую степень независимости своих центральных банков. По мнению правительств и общественности зТих стран, усилия, предпринятые для вступления в ЭВС, оказали благотворное влияние на их экономику и Сферу денежно-кредитного Обращения.
*? Положительное отношение со стороны всех трех государств вызвал и переход к общей внешней политике и политике безопасности. На начальной стадии, в 1990-1991 гг., некоторые расхождения между ними вызвало стремление голландцев ИСКЛЮЧИТЬ ИЗ сфері! ОВПБ вопросы обороны, которые, по их мнению, должны были Оставаться в исключительной компетенции НАТО. ОДнако постепенно позиции стран Бенилюкса выровнялись, и в 1996-1997 гг. все Они поддержали развитие оборонной политики Союза, интеграцию ЗЕС в состав второй опоры Союза и включение петерсбергских задач в круг общей внешней политики и политики в области безопасности. Исходя из своей общей философии интеграции, страны Бенилюкса возражали против разделения ОВПБ и обиден торговой политики. Они предлагали усилить роль Комиссии на »ссх направлениях международной деятельности Союза, включая и ОВПБ.
Страны Бенилюкса всегда выступали против любых посягательств на полномочия Комиссии и в других областях, видя в ней ие только выразителя общего интереса сообществ, но и гаранта интересов малых стран. В частности, они категорически возражают против того, чтобы предоставлять право законодательной инициативы кому-либо еще, кроме Комиссии/Страны Бенилюкса выступают за дальнейшее расширение ее полномочий. По понятным причинам они положительно встретили решение предоставлять каждому государству-члену лишь одно место в составе Комиссии-
Страны Бенилюкса, особенно Бельгия и Нидерланды, с энтузиазмом поддерживают любые шаги в направлении преодоления демократического дефицита. Они выступают за максимальное расширение круга вопросов, где решения принимаются совместно Парламентом и Советом. Они предлагают упростить процедуру работы Парламента, ограничив принимаемые им решения тремя разновидностями: мнение, несогласие и совместное решение.
•«' Высказываемое правительствами Бельгии, Нидерл»нД°в и Люксембурга предпочтение «методу сообществ» особенно отчетливо Проявляется в их позиции относительно третьей опорЫ- Они последовательно выступают за дальнейшую «коммуиитариз&цию» иммиграционной политики и борьбы с организованной преступностью.
Особенно интересно выдвинутое ими совместное предложение о распространении формы директивы на сферу третьей опоры. Преимущество этой формы состоит в том, что она позволяет Сообществу принимать обязывающие нормы, но оставляет государствам- членам достаточную свободу действий в области их практического применения.
Страны Бенилюкса были в числе тех стран, которые наиболее активно поддержали идею усиления социального измерения интеграции. Они внесли немалый вклад в разработку программы расширения занятости, ускорения экономического роста и повышения конкурентоспособности Западной Европы в мировой экономике. Они настаивали на законодательном закреплении приверженности Европейского Союза защите прав человека и введении в основополагающие договоры положения о возможности приостановки членства в ЕС государств, систематически нарушающих эти права. Их предложения нашли отражение в Амстердамском договоре.
Бельгия, Нидерланды и Люксембург призывают к максимально широкому и демократичному обсуждению будущего Европы в преддверии межправительственной конференции 2004 г. Бельгия сыграла ведущую роль в принятии Европейским Советом в декабре 2001 г. Лакейской декларации, предусматривающей созыв Европейского конвента для разработки проекта будущей стратегии европейской интеграции.
Италия
Как и ФРГ, Италия стала одним из основателей EOYC главным образом потому, что интеграция была оптимальным способом добиться политической реабилитации в глазах европейской общественности после нескольких десятилетий фашистской диктатуры и участия в войне на стороне нацизма. Во время войны европейская интеграция была альтернативой фашизму и войне. Среди итальянских антифашистов были выдающиеся мыслители, которые внесли свой вклад з развитие европейской идеи. Характерно, что итальянская конституция 1947 г. разрешала частичный отказ от национального суверенитета, если это необходимо для создания международной системы, обеспечивающей мир и справедливость.
Кроме того» были и побудительные мотивы прагматического характера. Италия, будучи сравнительно слаборазвитой страной, надеялась выиграть от присоединения к клубу наиболее богатых стран Европы. Правые политические силы Италии, которые и были главными поборниками интеграции, не без оснований считали, что присоединение к ЕОУСДа впоследствии к НАТО) позволит справиться с угрозой прихода к власти коммунистов, обладавших в первые послевоенные годы огромным политическим влиянием.
Италия всегда принадлежала к числу «евроэнтузиастов». Однако ее практическая деятельность в рамках Европейского сообщества К Европейского Союза отличалась «противоречием между преобладанием проинтеграционной риторики в итальянских политических Юугах и их ярко выраженным нежеланием или неспособностью перевести эту риторику в плоскость практических дел» (Nickoll William даф Salmon Trevor С. Understanding the European Union. — Harlow, 2P01. — P. 427). Причины этого противоречия легко объяснимы: во- первых, хроническая политическая нестабильность и частая сменяемость правительств, не позволявшая итальянским представителям завоевать прочные позиции в высших кругах ЕС; во-вторых, про- ?демы согласования политики ЕС и внутренней политики Италии; ^третьих, отсутствие перспективного планирования в итальянской ^утренней политике; в-четвертых* сравнительная слабость экономки, которая особенно резко давала о себе знать на ранних этапах Интеграции.
Контраст между словами и делами нашел выражение в том, что, ергласно информации Комиссии, Италия занимает последнее место j| ЕС по числу выполненных директив и судебных решений. Все эти (^ложности ограничивают способность Италии систематически влиять на выработку политической линии ЕС.
г Несмотря на эти особенности, Италия имеет свой, вполне логичный и последовательный подход к вопросам развития интеграции И в пределах своих возможностей играет активную роль на всех Направлениях деятельности ЕС.
* После вступления в ЕС трех средиземноморских стран политический вес Италии заметно вырос. Вместе с Францией Италия является бесспорным лидером групры южноевропейских государств — Членов ЕС и авторитетным выразителем потребностей средиземно- морского направления в деятельности ЕС.
Италия, как и страны Бенилюкса, является убежденным сторонником федералистского идеала. Поэтому при обсуждении вопросов Йратегии европейской интеграции она неизменно делает акцент на Сохранении солидарности и сплочённости ЕС и единой институциональной структуры Сообщества. Италия возражала против временных исключений для отдельных государств, которые оказались необходимыми при заключении Маастрихтского договора. Опреде- ! Венную настороженность вызвали у нее и националистические интерпретации принципа субсидиарности.
Вместе с тем под давлением возрастающей сложности интеграционного процесса и в особенности в связи с неизбежностью расширения Союза Италия была вынуждена последовать примеру стран Бенилюкса и признать необходимость большей гибкости и диффе- ренцированности в деятельности ЕС. Свое согласие с предложениями, идущими в этом направлении, она оговаривает рядом условий. По. мнению итальянского руководства: •
при всех обстоятельствах должна быть сохранена единая институциональная структура ЕС; ' •
не должна быть затронута цельность acquis communautaire\ •
если делаются какие-либо , исключения для отдельных государств, тб должен обязательно подчеркиваться их Временный характер; •
присоединение к акциям продвинутого сотрудничества должно быть открыто для всех государств-членов, условия такого присоединения должны быть заблаговременно оговорены; •
при определении круга участников должны быть исключены произвол и дискриминация.
Эти условия отражают опасение Италии быть отлученной от наиболее продвинутых форм интеграции — попытки такого рода неоднократно предпринимались в Прошлом более развитыми партнерами Италии. Особенно серьезной была опасность остаться вне Экономического и валютного союза в связи с высоким уровнем бюджетного дефицита и государственного долга.
Италия с готовностью поддержала формирование второй и третьей опоф Европейского Союза. Сразу после подписания Маастрихтского договора Италия выступила за включение в круг общей внешней политики и политики безопасности всех без исключения аспектов безопасности и передачу Европейскому Союзу компетенции ЗЕС. По мнению Италии, ОВПБ должна была выйти за пределы межправительственного подхода. После того как решение принято, считали итальянцы, должно возникать всеобщее обязательство действовать в духе сплоченности ЕС. Что касается самих решений в области ОВПБ, то они должны приниматься преимущественно на основе принципа квалифицированного большинства.
В соответствии с таким видением ОВПБ Италия предлагала создание сильного секретариата, а также особого подразделения, которое занималось бы прогнозированием исследило за выполнением принятых решений под политическим руководством Совета. Итальянцы предлагали разделить общие функции председательства и председательство в области ОВПБ, с тем чтобы максимально усилить международное представительство Европейского Союза.
Такую же позицию занимала Италия и в отношении общей политики в области внутренних дел и юстиции. Правительство Италии активно поддерживало идею включения Шенгенского соглашения в круг компетенции Сообщества. Оно предлагало максимально расширить его функции в области выдачи виз, иммиграции и предоставления убежища. Для усиления обязывающего характера прерогатив Комиссии и Совета Италия предлагала ввести практику принятия директив по этим вопросам. Она настаивала на том, чтобы Европейский парламент и Суд ЕС были наделены достаточно ши- режими правами в сфере третьей опоры. Позиция Италии во многом объяснялась остротой проблемы нелегальной иммиграции и между- «мродной преступности, которая определялась близостью Италии к |виам нестабильности в Средиземноморье и огромной протяженностью ее береговой линии. Для того чтобы справиться с этой проблемой, Италия нуждалась в активном сотрудничестве других госу- |ірств — членов ЕС.
На протяжении 90-х годов Италия выступала за упорядочение Институционных принципов Европейского Союза. С этой целью деяльянцы предлагали, во-первых, установить своего рода иерар- 1ию законодательных актов и, соответственно, различный порядок ПК принятия: •
Конституционные акты.требующиеединогласного одобрения и ратификации национальными государствами. •
Законодательные акты рамочного характера, которые принимаются на основе принципа большинства в Совете и совместного решения Совета и Европейского парламента.
> • Решения, обеспечивающие осуществление политики ЕС и регулирование отдельных сфер деятельности, которые принимаются Советом.
Кроме того, итальянцы предлагали составить полный, список прав и свобод, которые обеспечиваются Европейским Союзом.
; В вопросах институциональной реформы Италия неизменно была среди тех стран, которые добивались усиления интеграционных институтов. Она выступала за то, чтобы голосование на основе {большинства голосов применялось во всех вопросах, за исключением «конституционных». Она поддерживала идею взвешивания голосов, принадлежащих отдельным государствам-членам, в зависимости от численности их населения. Она выражала свое согласие с идеей конструктивного временного неучастия отдельных государств й, совместных акциях в рамках продвинутого сотрудничества. Но Явобенно твердой была позиция Италии в вопросах сохранения Полномочий Комиссии, в частности в том, что касается ее роли варанта основополагающих договоров и исключительной законодательной инициативы.
то Итальянцы всегда занимали радикальную позицию в вопросах ігсиления роли Парламента. Они настаивали на существенном расширении круга вопросов, в которых действует процедура совместного решения Парламента и Совета. Они предлагали, чтобы председатель Европейской комиссии и ее члены утверждались Парламентом. Италия выступала за то, чтобы Европейский парламент участвовал в решении вопросов второй и третьей опор. Она настаивала и на том, чтобы на обе эти опоры распространялась юрисдикция Суда ЕС. Точно так же она выступала за усиление роли Счетной палаты и Комитета регионов.
Серьезным испытанием для Италии стало создание Экономического и валютного союза* Италия с энтузиазмом поддержала соответствующие положения Маастрихтского договора. Однако значительные размеры государственного долга, традиционно высокий уровень бюджетного дефицита и валютные потрясения начала 90-х годов создали угрозутого, что Италия не сможет добиться соответствия строгим критериям конвергенции. Благодаря настойчивости итальянского правительства, нашедшего необходимую поддержку со стороны общественности, удалось- добиться снижения ежегодного уровня бюджетного, дефицита с 9,5% ВВП в 1993 г. до 2,5% ВВП в 1997 г. Начала снижаться и абсолютная величина государственного долга. Все это позволило Италии войти в число 11 первоначальных участников ЭВС. 9,2.