ПИРАТЫ В ЗОНЕ ПАНАМСКОГО КАНАЛА

Многие из ваших людей живут здесь годами и не дают себе труда изучить язык, - сказал он.

Фидель повез меня в богатый район города, который он называл Новой Панамой. Когда мы проезжали мимо небоскребов из стекла и стали, он рассказал мне, что в Панаме больше международных банков, чем в любой другой стране к югу от Рио-Гранде.

Нас иногда называют американской Швейцарией, - сказал он. - Мы не задаем нашим клиентам лишних вопросов.

В конце дня, когда солнце клонилось к Тихому океану, мы выехали на проспект, послушно следовавший изгибам залива. Вдали виднелась длиннющая очередь из стоявших на якоре кораблей. Я спросил Фиделя, не случилось ли чего на канале.

Это обычная картина, - сказал он с улыбкой. - Вереницы кораблей, ожидающих своей очереди. Половина из них возвращается из Японии или идет туда. Даже больше, чем в Штаты.

Я признался, что это было для меня новостью. - Неудивительно, - ответил он. - Североамериканцы не много знают об остальном мире.

Мы остановились у живописного парка. Старинные руины были увиты бугенвиллеей. Табличка гласила, что некогда это был форт, построенный для защиты города от английских пиратов. Какое-то семейство готовилось к вечернему пикнику: отец, мать, сын, дочь и пожилой человек, должно быть дедушка. Внезапно мне страшно захотелось погрузиться в то спокойст-вие, которое, казалось, окутывало эту семью. Когда мы прохо-дили мимо них, они заулыбались, помахали нам рукой и поздоровались на английском.

Я представитель третьего поколения нашей семьи в зоне Канала, - гордо объяснил он. - Мой прадед приехал сюда через три года после окончания строительства. Он был водителем мула. Так называли трактора-тягачи, которые тянули корабли через систему шлюзов. - Он указал на пожилого мужчину, который помогал детям накрывать стол для пикника. - Мой отец уже был инженером, я пошел по его стопам.

Женщина помогала тестю и детям накрывать на стол. Солнце за их спинами погрузилось в голубую воду. Сцена была наполнена идиллической красотой и напоминала картину Мо- нэ. Я спросил мужчину, были ли они гражданами США.

Он недоверчиво посмотрел на меня.

Конечно. Зона Канала - это территория Соединенных Штатов.

В это время мальчик подбежал к отцу сообщить, что ужин

готов.

Ваш сын станет четвертым поколением?

Мужчина молитвенно сложил руки и воздел их к небу:

Каждый день молюсь Богу, чтобы Он дал нам эту возможность. Это просто чудесно - жить в зоне Канала. - Опустив руки, он посмотрел на Фиделя. - Надеюсь, что еще лет пятьдесят мы сможем здесь удержаться. Этот деспот Торрихос мутит воду. Опасный человек.

101 Глава 11 ПИРАТЫ В ЗОНЕ ПАНАМСКОГО КАНАЛА

Внезапно я как будто почувствовал толчок. Я сказал ему по-испански:

До свидания. Надеюсь, вы и ваша семья хорошо проведете здесь время и много узнаете о культуре Панамы.

Мужчина с отвращением посмотрел на меня.

Я не говорю по-испански, - сказал он. Резко повернувшись, он направился к своей семье.

Фидель подошел ко мне, положил руку на плечо и крепко его пожал.

Спасибо, - сказал он.

Когда мы вернулись в город, Фидель повез меня в район трущоб.

Это у нас не самые страшные, - сказал он, - но и по ним кое о чем можно судить.

Через улицы, застроенные деревянными лачугами, протянулись канавы, наполненные стоялой водой. Полуразвалившиеся хибары напоминали сгнившие лодки, затопленные в выгребных ямах. К машине подбежали дети с раздутыми животами, и она наполнилась запахом гнили и нечистот.

Стены были покрыты граффити. Некоторые из них изображали традиционные сердца с именами влюбленных внутри, однако большая часть представляла собой лозунги, основным содержанием которых была ненависть к Соединенным Штатам: «Убирайтесь домой, гринго», «Хватит гадить в наш канал», «Дядя Сэм, рабовладелец» и «Скажите Никсону, что Панама - это не Вьетнам». Однако больше остальных меня заставил поежиться вот этот: «Смерть за свободу - это дорога к Христу». Между лозунгами были наклеены портреты Омара Торрихоса.

Теперь на другую сторону, - сказал Фидель. - У меня есть соответствующие документы, вы - гражданин США, так что можем ехать.

Под алеющим небом мы въехали в зону Канала. Я считал, что был готов к этому, но на самом деле это оказалось не так. Роскошь била в глаза: солидные белые здания, ухоженные газоны, шикарные дома, поля для гольфа, магазины и театры.

Вот вам сухие факты, - сказал Фидель. - Все, что находится здесь, является собственностью США. Все частные предприятия - супермаркеты, парикмахерские, салоны красоты, рестораны - все они не подчиняются законам Панамы и не платят налоги. Семь полей для гольфа на восемнадцать лунок, почтовые отделения США, американские суды и школы. Самое настоящее государство в государстве.

Какое унижение!

Фидель пристально взглянул на меня, как будто оценивая мои слова.

Да, - согласился он. - Очень подходящее слово. Вон там, - он указал на город, - доход на душу населения составляет менее тысячи долларов в год, уровень безработицы - тридцать процентов. Конечно, в трущобах, которые мы с вами видели, никто и близко к тысяче не получает и почти все безработные.

И что предпринимается?

Обернувшись, он посмотрел на меня взглядом, в котором раздражение сменилось грустью.

А что можно сделать?- Он покачал головой. - Я не знаю. Но я скажу вот что: Торрихос пытается что-то сделать. Я-то думаю, что это для него смерть, но он точно делает все, что в его силах. Это человек, который готов погибнуть за свой народ.

Когда мы выезжали из зоны Канала, Фидель улыбнулся:

Вы любите танцевать? - Не дожидаясь ответа, он продолжил: - Давайте поужинаем где-нибудь, и потом я покажу еще одно лицо Панамы.