Возбуждение, тревога и индивидуальные особенности людей, идущих на риск

Однако, к 1960-м годам стало ясно, что модель сброса напряжения не может полностью объяснить ни поведения людей, ни поведения животных. Например, эксперименты показали, что крысы одинаково готовы выполнят, одни и те же действия (нажимать на рычаг) сотни раз, чтобы получить вознаграждение в виде пищи шти возможности исследовать богатое и интересное пространство. Во время изучения этой новой обстановки крысы проявляли все физиологические признаки, обычно сопровождающие рост возбуждения и напряжения (например, учащение сердцебиения). По Фрейду и другим теоретикам сброса напряжения, такой подъем напряжен^ крысы должны были бы воспринимать как стресс и ние. Однако, эти крысы явно испытывали другие ощущения.

к Люди в этом плане не очень отличаются. Во время подготовки от В0Му актУ ош обычно не испытывают неприятных ощущений сексуального напряжения и психологического может еНИЯ' ^^ имеет четкое биологическое предназначение, что такому <^УЖИТЪ объяснением нашего толерантного отношения к напряжению, но какое биологическое предназначение у

опасных видов спорта?

В 1977 году в американском журнале Нитап Вексапог бцда напечатана статья, вызванная ростом смертельных несчастных случаев во время занятий дельтапланеризмом. В статье говорилось о буме популярности так называемых "центров экстрима", в которых люди могли понырять с аквалангом, попрыгать с различных сооружений с помощью эластичного троса, привязанного к ногам полетать на различных летательных аппаратах и заняться другими опасными видами спорта.

Начиная с 1970-х, мы стали проявлять больший интерес к экстремальным видам спорта. В наши дни в Соединенных Штатах еженедельно совершается тысяча прыжков с высоких зданий или мостов с помощью привязанного к ногам эластичного троса. Во Франции этот вид спорта сочли слишком опасным и запретили его, но в Америке он вполне легален, н им увлекаются тысячи людей. Экстремальные виды спорта настолько популярны, что им посвящен отдельный канал кабельного телевидения - Е5РИ 2.

Питер Гринберг (Ретег СгеепЪег§, 1977) установил, что большинство клиентов этих центров экстрима значительную часть своей повседневной жизнн проводят в офисах за рабочим столом. Опасные виды спорта дают им шанс проверить себя. А профессор Мичиганского университета Дэвид Кляйн, опросив участников 500 несчастных случаев, произошедших при гонках на снегоходах, обнаружил, что пострадавшие часто не испытывали никаких сожалений.

Аира Мататиа и Мэриан Зальцман (1999), занимающиеся изучением потребительского спроса, считают, что люди, увлекающиеся альпинизмом, прыжками с эластичным тросом иа ногах или мотогонками, испытывают ощущение, что они прошли "труднейшее испытание". Американский психолог Абрахам Маслоу (АЪгаЪат Ма$1о\у) тоже говорит о людях, идущих на экстремальные испытания. Он не упоминает конкретных видов спорта, таких как альпинизм, но среди прочего говорит о чувстве удовлетворения, возникающем в результате преодоления экстремальных трудностей, физических или психологических, К сожалению, во время опроса об отношении к опасным вид3*1 """ """„поведенного в 1977 году, респондентам не предлагалось спорта, }*> дичностные вопросники для определения их ^^муальных особенностей. В 1960-х годах Айзенк высказал ИНДИВоложение, что экстравертам риск нравится больше, чем ПреДПвертам. Он утверждал, что в основе этого находится Логическая причина (Еузепск, 1967). У экстравертов процесс Нормирования возбуждения коры головного мозга более медленный, н по этой причине для поддержания работы мозга на комфортном уровне им требуется более сильное стимулирование, чем

интровертам.

Проводившиеся на протяжении почти 30 лет исследования только запутали ситуацию, но некоторые свидетельства подтверждают идеи Айзенка. Он ставил экстраверсию на одну сторону континуума, а интроверсию - на другую. Изучив исследования Айзенка, психологи взяли на вооружение его оригинальные вопросники, а некоторые создали собственные тесты (2искеппап, 1991). Кажется вполне очевидным, что ряд факторов способствует экстраверсивности.

Одним из таких факторов является социабельность, которая, кажется, не имеет никакого отношения к риску, но другие аспекты, присущие экстраверту, очень даже имеют. Наиболее важными из них являются следующие:

Широкая импульсивность - желание действовать на основе эмоций без оглядки на последствия.

Узкая импульсивность, под которой психологи понимают

отсутствие детальных планов на будущее". Личность с низкой

импульсивностью не желает знать, что она будет делать в субботу

Вечером и эта ситуация ее вполне устраивает. Такие личности не

задумываются о том, во что нм одеться, до самого последнего момента.

Жажда эмоций. Жаждущая эмоций личность быстро впадает в скуку и постоянно ищет новых ощущений, даже если они Предсказуемы по своим последствиям. Среди экстравертов Жаждущих эмоций личностей гораздо больше, чем среди

интровертов.

Очевидно, что импульсивный экстраверт является наиболее

склонной к риску личностью и идет на риск, даже не пытаясь оцеЩггъ ситуацию соответствующим образом. Такая личность страдает одного из крупнейших грехов, подчеркнутых Фишером в 1928 году^ его работе по психологии инвесторов - нетерпеливости.

Многие из нас испытывают тревогу, идя на непривычный риск. Как мы видели, субьект ы с внутренним локусом контроля склонны испытывать повышенную тревожность. Коган и Уоллач (Ко§ап апс! \Уа11асЬ, 1964) проверили в лабораторных условиях, как мужчины к женщины играют в азартные игры и установили связь между импульсивностью и готовностью идти на риск, но только в том случае, когда субъекты не испытывали слишком большой тревоги.

Коган и Уоллач высказали предположение, что мужчины оказывались в ситуации, которую я бы назвал моментом мужского самоутверждения, то есть в ситуации, в которой они должны были проявить себя настоящими мужиками - показать свой мужской характер или заткнуться. Большинство предпочитало самоутверждение, рискуя потерять деньги, чтобы сохранить лицо. Чтобы их не сочли трусами, они предпочли испытывать стресс и тревогу. Это является интересным подтверждением наблюдении Уортон за поведением мужчин на Уолл-Стрит до краха 1929 года. Они считали, что нужно инвестировать, чтобы произвести впечатление на своих женщин.

Каи и Купер установили, что дялеры испытывали необычно сильную тревогу, отдавая себя во власть рынка. Они говорили с одним дилером, который рассказал им, что у него резко участился пульс после того, как он сначала продал $10 миллионов, за<ем купил $6 миллионов и ждал, как будет меняться курс доллара на валютной бирже. Роджер Лафлии, занимающийся операциями с фьючерсами иа нефть, объяснил мне, что в его обязанности входит надзор 33 дилерами, вынужденными справляться с тревогой, вызываемой мыслями о том, сколько будет стоить нефть через несколько часов.

~~~ е цены на 2 цента за баррель может означать миллионные

^т-шГшм прибыли. Как и Купер установили, что тревожность у ^юв мужского пола на 30% выше среднего уровня.

В свете исследования Когана н Уоллач-можно увидеть, как шшются с подобными ситуациями некоторые профессионалы °лжа Они испытывают тревогу, но находятся в окружении большого количества людей. Поэтому они справляются с тревогой, подавляя ее на людях. А выходит она позднее. У Эдит Уортон проигравшие на бирже мужчины редко посвящали в эш проблемы своих жен и свои семьи, поскольку это считалось недостойным поведением. В наши днн, по выводам Кана и Купера, многих дилеров беспокоит тот факт, что они выплескивают свои стрессы на семьи, возвращаясь с работы домой. Показывать свою тревогу в домашней обстановке, когда все операции завершены, стало приемлемым.

Следовательно, сегодняшний экстраверт, идущий на риск, расплачивается за это. Он испытывает тревогу, но не может показать ее другим. Конечно, некоторые дилеры не испытывают столь большой тревоги.