2.4. Опыт регионального развития европейских стран с переходной экономикой
Рост безработицы сопровождался быстрым увеличением ее продолжительности. В некоторых странах удельный вес лиц со статусом безработных более одного года в общей их численности достиг либо превысил аналогичные показатели западноевропейских стран. Так, в 1995 г. в Словакии этот индикатор был зафиксирован на уровне 61 %, в Латвии — 63 %, а в Болгарии — 65 %. Положение осложнилось тем, что длительная безработица приобрела "регионально концентрированный" характер, то есть в наиболее пострадавших от кризиса ареалах доля лиц, не имеющих работу более года, оказалась значительно выше, чем в относительно благополучных регионах. Население стран Центральной и Восточной Европы (ЦВЕ; в эту группу включены и страны Балтии) в среднем имеет более низкий уровень накоплений, чем на Западе, поэтому длительная безработица является для него более ощутимым бременем.
В то же время во многих странах ЦВЕ наблюдалась тенденция снижения размеров пособий по безработице по отношению к средней заработной плате. В дополнение к этому сама заработная плата в реальном исчислении с начала переходного процесса также значительно снизилась, что объясняется финансовыми трудностями, которые испытывают правительства стран с переходной экономикой.Рассмотрим, какие из изменений оцениваются как негативные и вызывают особую тревогу специалистов.
В этой части Европы в первой половине 90-х годов наметились две наиболее общие тенденции. Одна из них состоит в поляризации по оси
"центр—периферия " (или "ядро—периферия"), что проявилось в усилении социально-экономических различий между столичными городами, другими основными центрами с развитой отраслевой структурой экономики и остальными частями каждой из стран. В столичных городах безработица в целом была ниже среднего национального уровня, а темпы приватизации государственных предприятий, создания новых фирм, уровень доходов на душу населения и объемы привлечения иностранных инвестиций — значительно выше.
Например, в восточных областях Венгрии в 1995 г. уровень безработицы достиг 17—19 %, а в Будапеште данный показатель был самым низким (менее 6 %). Та же тенденция, только с небольшой задержкой, стала четко просматриваться и в бывших республиках СССР. В том же году в столице Латвии Риге безработица не превышала 2,7 %, а в районе Резекне она достигла отметки в 21,9 %. В Таллинне удельный вес официально зарегистрированных безработных в общей численности населения трудоспособного возраста составлял менее 1,9 %, тогда как в Выруском уезде — 11,5 %.
Уже на старте перехода к рыночной экономике столичные города оказались в числе лидеров по привлечению инвестиций из-за рубежа. Так, в конце 1991 г. в Будапеште было сконцентрировано 57,5 % от общего объема иностранного капитала, вложенного в венгерскую экономику. В том же году в Праге аналогичный показатель составил 45,4 %, что свидетельствовало о большей привлекательности столицы бывшей Чехословакии сточки зрения зарубежных инвесторов.
В Варшаве было сосредоточено 39,4 % капитала, вложенного иностранными инвесторами в польскую экономику. В Софии к 1997 г. было сконцентрировано 70 % всех прямых иностранных инвестиций, которые удалось привлечь в Болгарию.Второй важной характеристикой изменений в пространственной структуре экономики государств ЦВЕ называется рост диспропорций в социально-экономическом развитии западных и восточных регионов. В первых, как правило, быстрее налаживались экономические связи с западноевропейскими партнерами, наблюдался интенсивный рост новых конкурентоспособных производств. В западных регионах стран ЦВЕ в среднем ниже уровень безработицы (рис. 2.3 и 2.4).
Рис. 2.3. Уровень безработицы в регионах Словакии, июнь 1994 г.
60
Рис 2 4 Уровень безработицы в районах Латвии, 1997 г
Однако в некоторых странах, например, в Польше и Болгарии, региональная дифференциация по отдельным показателям отчетливо просматривается и в направлении "Север—Юг" (рис 2 5)
Рис 2 5 Уровень безработицы в воеводствах Польши, август 1996 г
62
Отмеченные выше наиболее общие тенденции, связанные с поляризацией по осям "ядро—периферия", "Запад—Восток" и "Север—Юг", тесно взаимосвязаны с обострением других региональных проблем, которые внесли свои коррективы в территориальную организацию экономики каждой из стран и группы в целом В частности, кризис в наибольшей мере затронул узкоспециализированные промышленные районы и отдельные центры с недостаточно развитой отраслевой структурой, в которых исторически мало уделялось внимания диверсификации производства Среди них регионы с высокой территориальной концентрацией производства отраслей горнодобывающей промышленности (добычи и обогащения угля, рудного сырья для черной металлургии), а также многие центры тяжелого машиностроения, металлургической и оборонной промышленности За ними закрепились такие названия, как моноотраслевые, монофункциональные или моноструктурные промышленные регионы, региональные промышленные моноструктуры, города-заводы и т п На переходном этапе в тяжелом положении оказались не только узкоспециализированные промышленные районы, но и территориальные единицы, в структуре экономики которых значительную долю занимает аграрный сектор
По оси "Запад—Восток" в некоторых государствах ЦВЕ отмечаются и другие региональные особенности В частности, относительно более низкий уровень обеспеченности транспортной и другой инфраструктурой характерен для восточных территорий Венгрии и Словакии, а также для северо-восточных воеводств Польши В этих же регионах отмечаются низкие темпы приватизации государственных предприятий Указанные два обстоятельства существенно осложняют задачу адаптации такого рода периферийных зон к новым экономическим условиям, и, с точки зрения перспектив развития, ставят их в менее выгодное положение по сравнению с другими регионами В то же время экологические проблемы в Центральной и Восточной Европе имеют совершенно иную пространственную ориентацию Деградация окружающей среды в наибольшей мере характерна для столичных городов, а также промышленных центров, в которых размещены крупные предприятия угольной, металлургической, химической и нефтехимической промышленности Наиболее высокий уровень территориальной концентрации таких производств в зоне так называемого "черного" или "грязного треугольника", охватывающи о Верхнюю Силезию, Северную Богемию и часть Саксонии
Резкое обострение региональных диспропорций, происходившее в начале 90-х годов, не могло длительное время игнорироваться правительствами стран с переходной экономикой Эксперты ЕС, констатируя рост проблем регионального развития в ЦВЕ, обратили внимание на то, что в странах этой части континента изменения требуют, чтобы региональная пот-тика перед лицом растущей безработицы взяла на себя ответственное ть за содействие социальной сплоченности а также чтобы осуществляемые изменения вели к региональной устойчивости
63
Из всей рассматриваемой группы государств своего рода положительным исключением была Венгрия, в которой с началом радикальных рыночных преобразований внимание к вопросам территориального развития не ослабло. Очевидно, что тот небольшой опыт использования "половинчатых", квазирыночных методов и инструментов, который был накоплен в этой стране после реформы 1968 г., не пропал даром.
Скорее всего, в Венгрии интерес к регулированию регионального развития в конце 80-х — начале 90-х годов не только не ослаб, а даже усилился, о чем может свидетельствовать создание в 1990 г. Министерства окружающей среды и региональной политики.В последние годы внимание к региональной политике растет и в других странах с переходной экономикой. В перечне приоритетов национальных органов она стала занимать важное место. К настоящему времени специальную законодательную базу для рассматриваемого вида политики кроме Венгрии уже имеют Румыния и Латвия. В Словении и Болгарии соответствующие законопроекты обсуждаются в парламентах. Концепции (или принципы, направления, стратегии) региональной политики приняты либо готовятся к утверждению на уровне правительства в Эстонии, Литве, Польше, Словакии, Словении, Чехии, Украине. В России основные положения региональной политики утверждены указом Президента Российской Федерации в 1996 г. Во многих странах определены объекты, инструменты и формы государственного регулирования регионального развития (осуществлено проблемное районирование национальной территории, созданы различные фонды и сети агентств содействия региональному развитию и т.п.), а также происходит концентрация функций в области регулирования регионального развития в рамках 1—2 органов государственного управления.
Становление новой региональной политики на национальном (центральном, федеральном) уровне тесно переплетается с реформами в области местного самоуправления (структурными, организационными, финансовыми, административно-территориальными). С одной стороны, государство сознательно идет на экономическую и политическую децентрализацию, уходит от мелочной опеки региональных и локальных сообществ и мобилизует свои более ограниченные в современных условиях ресурсы на решение наиболее острых проблем, имеющих ярко выраженную региональную привязку и границы, но затрагивающих интересы многих региональных и местных сообществ и государства в целом. С другой стороны, население административно-территориальных единиц, а также органы, выражающие и отстаивающие его интересы, расширяют свою деятельность в решении вопросов местного масштаба. Более того, региональные и местные органы самоуправления, различные ассоциации и союзы, в которые они постепенно объединяются, все более широко вовлекаются непосредственно в процесс разработки государственной региональной политики.
64