Гуманизация экономических отношений и формирование социального и культурного капитала - доминирующие императивы детеневизации экономики

Гуманизация экономики - это процесс создания гармонии развития и проявления способностей человека, утверждение его блага как критерия оценки общественных отношений в системе «окружающая среда-общество» на основе оптимизации развития и использования производительных сил общества и окружающей среды социума.

Гуманизация экономических отношений призвана отражать и учитывать специфические связи между обществом, бизнесом, человеком и его жизненной средой в контексте глобальных проблем с целью не только сохранения, но и совершенствования жизни, образа и среды обитания человека как природного, так и общественного существа. Особенно в условиях кризиса она должна стать доминирующей тенденцией. Это не только безальтернативный путь к прогрессу, но и необходимое условие для выживания человечества.^[81]

В настоящее время не существует целостного экономического учения, которое бы отражало сущность социально-экономических явлений и было тесно связано с неэкономической средой и насущными интересами и потребностями человека. Одной из главных задач экономической теории на современном этапе является расширение горизонтов своих научных исследований, проникновение в сущность экономических категорий, не игнорируя их глубинных источников.

В современной экономической теории первичные цели часто отодвигаются на второй план. Производство товаров и услуг - вторично по сравнению с конечной и единственно важной целью экономики - повышения качества жизни людей. Ровно так же и средствами достижения этой цели являются, во-первых, личностный потенциал, человеческий капитал и только во-вторых, капитал финансовый и материальный.

условия и факторы, обеспечивающие его жизнедеятельность, должны стать первичными во всех сферах человеческой жизни.

Расширяя научные интересы, экономисты приходят к мнению, что для целостного понимания глубинных экономических процессов необходимо рассматривать их не в отрыве от общечеловеческих ценностей, а наоборот, все экономические познания рассматривать в их аспекте и с точки зрения тенденций гуманизации и дегуманизации экономики. Человек, нацеленный на реализацию своих лучших черт, формирует гуманистическую экономику. Возможности гуманизации экономики и общественной жизни в целом, бесконечны, многообразны, а дегуманизация имеет предел, безо всякого преувеличения ведущий к деградации, и в конечном итоге, гибели человечества.

Современная экономика породила множество явлений, с которыми человек должен справиться, ибо они, безусловно, отрицательно влияют на формирование его положительных черт: нерациональность потребления, несправедливое

распределение доходов, купля-продажа всего и вся, как форма отношений между людьми, милитаризация и криминализация экономики и др. Человек задавлен бесконечно преследующими его проблемами. Преодоление этих негативных явлений в экономике непростое дело.

Современные трудовые отношения основаны прежде всего на власти капитала. Даже в условиях личной свободы наемных работников они - рабство. Чудовищно неравномерное распределение капиталов, сосредоточение их в руках очень узкого круга людей невозможно объяснить с точки зрения общечеловеческих отношений. Такое распределение не связано ни с трудом человека, ни с его заслугами. Огромнейшие объемы капиталов, накопленные в мире, не могут решить самые насущные проблемы голода и бедности. Экономическая свобода работника ограничена, формализована. У наемных работников практически нет выбора. Да и сами отношения найма не вполне соответствуют человеческой сущности.

Основным источником преодоления кризисных явлений в экономике и обществе в контексте ее гуманизации становится творчество как деятельность, в

результате которой создается качественно новый, отличающийся неповторимостью, оригинальностью, уникальностью продукт. Творчество как наиболее распространенная форма производительной деятельности служит реальной основой процессов гуманизации экономики. Творчество является более высоким и совершенным видом деятельности, а его побудительный мотив связан с внутренними потребностями личности, стремлением к самореализации, развитию и умножению своих знаний и возможностей.

В постиндустриальном обществе материальные потребности большинства людей достаточно полно удовлетворяются за счет сравнительно непродолжительного рабочего времени. Наука и знания становятся непосредственной производительной силой, что приводит к существенному повышению уровня образования и широкому распространению интеллектуальной деятельности в обществе. Радикально изменяется и сущность потребления. Акценты в этой сфере стали смещаться на нематериальные блага.

Эти объективные предпосылки превращают творчество в решающий фактор гуманизации социально-экономического прогресса.

Получив господствующее место в экономике «человеческий капитал» накапливается быстрее вещественного капитала: его живая форма постоянно пополняется неснашиваемыми в процессе применения знаниями, теориями, идеями, проектами и т.д. в отличие от лишенных таких качеств физического капитала.

Следовательно, определяющим экономический процесс и порядок может быть

~ - 102 только трудящийся человек и его человеческий капитал.

Небольшой экскурс в историю дает основание предположить, что человечество не сильно подвинулось в своем развитии и стремлении гуманизировать отношения. Еще в начале XVIII в. Б.Мандевиль писал: « Для счастья общества ...

В современной нам России есть огромное количество трудящихся, выполняющих свои обязанности за нищенское вознаграждение: работники бюджетной сферы, сельскохозяйственные рабочие и многие другие специалисты, ¹⁰² htt://anthropology.ru/ru/texls/malash/malash.html#n52#52

которые по сравнению с оплатой подобного труда в развитых странах, получают крохи.

В гуманизированной экономике объектами найма должны быть не люди, а средства производства. Только в этом случае труд станет по-настоящему свободным. Прежде всего человек должен осознать свое истинное назначение, а также истинную ценность тех благ, которые действительно приносят пользу. Избавиться от жизненных злоключений и мотивировать человека к самосовершенствованию и самореализации поможет создание условий для его свободного развития.

Но что значит мотивировать к самосовершенствованию?

Это значит создать условия, при которых человек самостоятельно сможет раскрыть все свои конкурентные преимущества и развить в себе новые черты и навыки. Человек, безусловно, должен отвечать за собственную судьбу, но условия («правила игры», помощь социально незащищенным гражданам, безопасность) должно создавать некоррумпированное государство, обслуживающее интересы общества и предоставляющее качественные общественные блага. Качество общественных благ во многом зависит от развитости гражданского общества, транспорентности и подотчетности ему государства, этнической и расовой терпимости, свободных средств массовой информации. Гуманизация отношений в экономике и укрепление нравственных ценностей должны стать опорной частью в разработке государственной политики.

К предпосылкам гуманизации экономики относятся: созидательный потенциал человека, его творческая деятельность, результаты которой освободят человечество от вековых страданий, приносимых трудностями жизни — тяжестью труда, нуждой, сложностями преодоления препятствий, противоречиями межчеловеческих отношений.

Только такая перспектива развития поможет консолидировать общество и даст человеку с достоинством выйти из паутины бессмысленного потребления, которое формирует антигуманные тенденции в экономике: наращивание излишней дифференциации товаров и услуг, разжигание потребительских страстей, дополнительные затраты, в конечном счете, не дающие реального социального эффекта.

В российском обществе господствуют индивидуалистические настроения и меркантильные отношения между людьми, в которых определяющим является материальное потребление. Потребительские мотивы культивируются настойчивой и оглупляющей рекламой вкупе с навязыванием праздного поведения как эталона, ведущего отчасти к поиску возможностей легких доходов, отчасти утрате всякой социальной ответственности. Услуги и товары, несущие в себе искаженное нравственное содержание и отрицательные экстерналии, противоречащие позитивным интересам общества, - уже не личное и свободное право частных производителей, а предмет скрупулезного общественного и государственного регулирования. Оздоровлению этики экономических отношений должна быть оказана информационная, финансовая и, главное, законодательная поддержка.

То же можно сказать и о создании квазиэкономических отношений, под которыми мы понимаем отчасти отношения, возникающие в ненаблюдаемой экономике, но часто имеющие место в экономике реальной. Это возможно там, где нарушаются законы, а также права граждан на защиту гуманитарных интересов. Где возможна деятельность, не связанная с созданием реальных экономических благ, а лишь перераспределяющая созданные блага, которая паразитирует на здоровом теле экономики и создает квазиэкономику, экономику хищений, махинаций, несоблюдений договоров. Доля такой квазиэкономики зависит от ценностной шкалы людей. В нашей экономике доля ее велика, что выражается в пренебрежении народными интересами, негуманности социально-экономических отношений, эксплуатации человека, варварском использовании природных ресурсов и, самое важное, невозможность перевода экономики на инновационный путь.

Инновационный путь развития экономики характеризуется пересмотром ценностной шкалы и места в новой экономике человека.

Такая расстановка сил в новом обществе говорит о витке популярности гуманистических воззрений на роль человека и человеческого потенциала в современном обществе, где во весь рост встает проблема формирования креативного и самостоятельно мыслящего образованного на современном высочайшем уровне специалиста. Современная образовательная сфера уделяет недостаточно внимания воспитанию именно такого специалиста.

Причин ухудшения качества образования можно приводить довольно много. В качестве первой причины уже по привычке можно назвать недофинансирование образовательной сферы, в том числе высшего образования, не соответствующее вызовам информационного общества и не способствующее повышению человеческого потенциала. Высшее образование - тот уникальный институт, который, с одной стороны, воспроизводит новые научные знания, с другой, транслирует культурные ценности и гуманистическую направленность воспитания

человека.

Есть только один путь, одна цель реформирования российского образования, направленная на самоактуализацию личности и с упором на осознание собственной уникальности и значимости: помогать в становлении нового общественного класса, класса творческого, креативного, выявлять у человека способности, которые он сможет превратить в источник творческого конкурентного преимущества, самореализации и саморазвития. Повышение гуманистической составляющей в современном образовательном процессе формирует у человека ценностную шкалу общекультурных мотиваций.

Современная концепция человеческого капитала измеряет инвестиции в него размерами вкладов в образование, охрану здоровья, но экономические параметры человеческого капитала недостаточно четко обозначены и учтены. А он должен быть оценен и учтен наравне с другими ресурсами, тем более, что в постиндустриальном обществе, самым редким и дорогим капиталом является именно человеческий капитал. И доходы с этого капитала учесть довольно трудно. Само понятие человеческого капитала распылено в расходных статьях бюджета на здравоохранение, образование, культурную сферу деятельности, которые в дальнейшем сравниваются с расходами на другие отрасли экономики. Но поскольку главные инвестиции в человеческий капитал делаются в образование, то и сравнивать экономический эффект нужно с качественной отдачей специалиста. Тогда станет ясно, насколько качественным является отечественное образование, и насколько достаточным (или недостаточным) является процесс реформирования образования, достаточно (или недостаточно) осуществляется финансирование и т.д.

Гуманизация экономики приводит к повышению творческой содержательности, привлекательности, легкости, возрастанию производительной

силы труда. Особые заслуги в созидательной деятельности имеет «ядро» творческой элиты общества — изобретатели, ученые, писатели, деятели искусства и т. д., которые способны создавать новые идеи и теории, генерировать интеллектуальные прорывы в науке, технике и технологиях.

Повысить гуманизацию в экономических отношениях поможет культурный капитал общества, способствующий модернизации экономики, повышению уровня жизни граждан и побуждающий их к стремлению к успеху и процветанию.

О таком стремлении со всей определенностью свидетельствует опыт ведущих, экономически развитых стран мира. Индекс человеческого развития ООН, отражающий по трем показателям уровень развития стран, - ВВП на душу населения, средняя продолжительность жизни и уровень грамотности, - показывает, что первые места занимают развитые страны с сильной экономикой и демократическим режимом. Россия занимает невысокое место среди стран, принявших участие в исследовании по индексу человеческого капитала.

Удвоение ВВП на душу населения в России, которое ожидают разработчики программы экономического развития к две тысячи двадцатому году, даже не достигнет сегодняшнего уровня развитых стран. Средний уровень продолжительности жизни на 10-15 лет ниже, чем в этих странах. А уровень образования, который традиционно считался высоким в нашей стране, к сожалению, не может быть признан удовлетворительным в современных условиях, когда вызовы инновационной экономики требуют от человека креативного мышления, верификации и критического осмысления событий и идей, умения самостоятельно принимать решения и брать на себя ответственность за них.

Российское общество на сегодняшний день архаично мыслит и живет. Традиционное мышление и привычка оглядываться назад, а не смотреть в будущее, рассчитывать на патерналистскую заботу государства, нежелание брать на себя ответственность за собственную судьбу, недоверие в обществе на всех уровнях, между всеми экономическими субъектами. При этом отношение к работе, в основном, как к необходимости выживания, а не возможности самовыражения и проявления собственной неординарности. Вместо благородного предпринимательского риска - случайные спекуляции, недостаточное внимание к инновациям и конкуренции. Многовековая коррупция, приведшая к равнодушию и

неверию в справедливость и главенство закона. Такому безынициативному отношению к жизни способствует роль элит, деспотично и тщательно охраняющих свою власть и использующих ее для извлечения личной пользы.

В настоящее время существуют реальные объективные предпосылки для запуска процессов гуманизации экономики. Продолжать находиться в таком состоянии общество больше не может, это приведет к его распаду.

Чтобы восстановить взаимное доверие граждан и государства, бизнеса и государства, бизнеса и граждан нужно дать возможность поверить каждому из субъектов экономики в собственные силы, создать условия для взаимного уважения и доверия. Сделать это можно только в обществе, где взаимный интерес субъектов достигается при реализации общественных потребностей и повышения качественных характеристик общества.

Качественные характеристики жизни общества, гуманитарные характеристики (уровень образования, качество услуг здравоохранения, индекс человеческого развития, удовлетворенность жизнью и т.д.), которые, конечно, вытекают из характеристик уровня жизни - материальных характеристик, никто и никогда не подсчитывал. Но, все же, повышение качественных жизненных характеристик в постиндустриальном обществе является определяющим, поэтому необходимо разработать критерии экономической эффективности качества жизни. Такие критерии должны стать ориентиром для развития и гуманизации новой постиндустриальной креативной экономики.

Решая проблемы гуманизации экономики, нельзя не отметить важный вопрос повышения производительности труда. Стало общим местом для экономистов и политиков сравнивать низкую производительность труда российских работников с производительностью труда работников в развитых странах в ответ на претензии на высокую зарплату. Но, как говорил академик Львов, мы плохо работаем потому, что нам мало платят. Повысить производительность труда поможет мотивация. Поскольку мы живем в материальном мире, самой мощной является материальная мотивация. Но креативная часть общества, которая функционирует в гуманных условиях, не нуждается в мотивации со стороны. Стимулом для производительного труда является возможность реализовать свой потенциал и повысить тем самым потенциал всего общества.

Существенную роль для повышения производительности играет и кооперация. Мобилизация сил и возможностей для всеобщего блага всегда создавала особую мотивационную активность. И хотя исследования последних лет показывают склонность скорее к индивидуализму, нежели к коллегиальности в нашем обществе, воссоздание доверия, консолидация усилий всех субъектов поможет повысить эффективность и производительность труда.

Перед нашим обществом стоят очень большие задачи. Это прежде всего выход из кризиса, создание инновационной экономики и много других, которые решить можно только общими усилиями. Государство должно взять на себя масштабные задачи, где требуются огромные инвестиции, например, проблемы инфраструктуры, частный бизнес, в том числе малый и средний, направит усилия на выполнение менее масштабных задач, минимизируя издержки и максимизируя прибыль. В условиях доверия и системности можно работать конструктивно и эффективно.

Такие условия, доверия и согласия, нужны и для вовлечения общества в политический процесс. В условиях политической пассивности, невозможно достичь доверия между обществом, бизнесом и государством. Тотальное недоверие субъектов друг к другу не решат проблему социальной несправедливости и огромного неравенства. Создавать инновационную экономику, выходить из кризиса и решать еще множество других проблем, стоящих перед нашим обществом, можно только в условиях доверия, свободы, уважения и прозрачности.

При этом человек и только человек является создателем экономики. И именно поэтому созданная им экономика является отражением его целей, задач, устремлений и его созидательной деятельности. Роль экономики в жизни человека преувеличена. Не экономика делает человека, а человек экономику. И уровень гуманизации в экономике зависит только от человека, целостности его натуры, умения превозмочь в себе отрицательные качества во имя торжества гуманизма, добра и справедливости. Пусть эти слова не прозвучат излишне высокопарно, потому что человеческой природе характерна двойственность в поведении. С одной, стороны, человек способен на аморальные поступки, с другой, высокий уровень сознания и культуры помогает ему преодолеть свои негативные черты. В этом человеку может помочь высокий образовательно-культурный уровень общества,

основанный на стремлении к гуманности, обретении духовных ценностей, развитии интеллектуальных возможностей.

Современная экономическая теория как наука должна быть гуманитарной наукой, поскольку культура в постиндустриальном обществе - важнейший суверенный институт, включенный в производственные отношения; гуманизация российской экономики возможна на основе возрождения ценностных ориентиров, связанных с социальной справедливостью и ответственностью; в основе гуманизации отношений должен быть творческий труд свободного человека, члена развитого гражданского общества, ориентированного на гуманизацию экономической политики и хозяйственной практики.

В общественном сознании современного экономического пространства происходят качественные изменения. Изменения этого пространства происходят даже быстрее, чем процесс его познания. Возникают новые, важные для понимания экономического тренда проблемы, такие как процессы технологических прорывов, глобализации, реконструкций экономических систем. В этих условиях от специалистов требуются теоретические знания, способность к креативному мышлению, творческим и неординарным решениям и восприимчивость к новациям.

Процесс познания как длительный процесс накопления знаний, осуществляемый и передаваемый через культурную призму из поколения в поколение, воплощается в мировоззрениях отдельных людей, общества в целом и определяет их выбор, а также ожидаемые выгоды и сопряженные с этим выбором действия.

Мировоззрение стимулирует поиск новых знаний, которые раскручивают «маховик» экономики. Новые знания, исследования в области академической науки, а также осознание практической пользы от таких исследований стали главной причиной развития передовых стран мира по пути прогресса.

На наш взгляд, прогресс это сумма необходимых условий для личностного роста и снятия барьеров для свободного и добровольного объединения и кооперации между субъектами на свободном же экономическом пространстве, где осуществляется интеграция и координация информации и знаний.

Новые знания, идеи, продвигаясь в обществе через культурные наслоения, сохраняются, передаются и воплощаются в реальные конструкции, которые могут

быстро исчезать или, наоборот, закрепляются и существуют столетиями. Такие процессы передачи и поиска информации лежат в основе экономики.

С этих позиций современное общество ценит возможности генерирования новых идей, знаний гораздо больше, чем простое тираживание. Передовые современные экономики ориентируются не на ресурсы, а на знания. И массовое индустриальное производство, основанное на неоклассической аксиоме об ограниченности ресурсов, постепенно уступает дорогу другому типу экономики, основанному на неограниченных культурных ценностях, интеллектуальной собственности, новых знаниях, которые можно потреблять сколь угодно долго и сколь угодно большим количеством потребителей. Собственность на эти неограниченные ресурсы уже не может быть частной в классическом понимании этого слова как форма наиболее эффективного присвоения благ.

В традиционном понимании, если знание-продукт нужно продать на рынке, то у него должна быть цена и собственник этого специфического товара, который меняется, когда продукт-знание продан. Действительно, в традиционном понимании неоклассический продукт можно продать, обменять, уничтожить. Но уничтожить знание можно только, создав новое, то есть разрушение создает более совершенное знание. Парадоксально и странно для традиционного сознания звучит и еще одно несоответствие между традиционным продуктом и продуктом-знанием: кража знаний делает их общедоступными и служит общему благу.

В экономике, основанной на знаниях, не работают классические экономические законы, система ценообразования. В ее основе - нелинейные явления, которые описываются синергетически и результат действия которых может оказаться совершенно непредсказуемым. К тому же знания распространяются чрезвычайно быстро, при этом бесконтрольно умножаясь на уровне овладения им, как индивидуума, так и общества.

Еще недавно знания были типичным неоклассическим товаром (услугой). Теперь же в производстве знаний одновременно участвуют производитель и потребитель, что, с одной стороны, по-прежнему рыночные отношения, с другой - партнерские, основанные на абсолютном доверии, а не конкуренции. Конкуренты объединяются для эффективного использования и концентрации знаний. Важнейшим фактором конкурентоспособности становится способность к усвоению

новых знаний. И бизнес в экономике знаний другой: преимущественно нематериальное производство, осуществляемое небольшими коллективами единомышленников, создаваемыми на солидарных (не конкурентных, как в неоклассической экономике) началах для реализации новационного проекта.

Особую роль в среде экономики, основанной на знаниях, играет государство, которое в большой степени организует спрос на знания, а также поддерживает некоторые отрасли, например, сельское товаропроизводство, которое, в свою очередь, использует формы кооперации, сетей и т.д. Помимо прочих отличий от традиционных форм ведения хозяйства это меняет и экономическое содержание собственности.

Вообще говоря, традиционные отношения собственности мешают усвоению культурных ценностей, общественных благ, составляющих суть экономики знаний. Нельзя же, в самом деле, переносить традиционные отношения собственности на общественные блага, такие как знания, культура и др. Сейчас мы, к сожалению, пренебрегаем общественным благом^[82]. Более того, огромное количество людей занимаются прямо противоположной понятию «общественное благо» деятельностью. Возможно, разразившийся кризис - результат этого. Огромные ресурсы обращаются в отраслях, где спекулятивные операции приумножают лишь фиктивный капитал или подстегивают паразитическое потребление (производство дорогих косметических средств, увеличивающиеся военные расходы, реклама продукции с избыточными свойствами, не использующимися в реальном потреблении И Т.Д.).

Потребление человека, осуществляющего свою деятельность в экономике знаний, также отличается от потребления рационального субъекта «экономики ограниченных ресурсов»: оно безгранично, но в той части, где человек реализует свою креативность, беспредельно раздвигая культурные рамки достигнутых результатов. Это и становится главной мотивационной и экономической ценностью

человека.

Теперь о социальном капитале.

Социальный капитал заключен в системе отношений, связывающих многих субъектов. Он доступен индивиду до тех пор, пока тот остается субъектом таких отношений.

Как полагает Коньков А.Т., в автореферате на соискание ученой степени доктора социологических наук «Социальный капитал как концепция экономической социологии и его роль в системе экономического взаимодействия», определение феномена социального капитала исходит из признания следующих его характеристик:

- во-первых, социальный капитал является продуктивным ресурсом. Подобно тому, как инвестиции финансового капитала в производственную сферу способны приносить прибыль, а человеческий капитал способен увеличивать цену рабочей силы, создание и подержание социальных связей, продуктивно;

- во-вторых, социальный капитал может быть применен для различного использования. Финансовый капитал может быть обращен в средство потребления, инвестирован в производство, обменен. Но одна и та же сеть социальных связей индивидов может использоваться для достижения иных, не планировавшихся целей;

- в-третьих, социальный капитал может быть конвертирован (до определенной степени) в другие формы капитала. Социальные связи, обязательства, доверие, могут обеспечить получение финансового и материального капитала, использованы для повышения качества человеческого капитала;

- в-четвертых, в отличие от физического капитала, социальный капитал не обесценивается в процессе использования. Правда, он может быть утрачен, если утрачиваются социальные связи.

С позиции концепции социального капитала мотивы экономического действия индивида, тесно интегрированного в систему социальных связей, доверительных отношений и взаимных обязательств по отношению к другим индивидам, представляют собой более сложную систему, чем мотив максимизации. При определении цели и полезности того или иного действия индивид включает такие соображения, как повышение своего статуса, обязательства и ожидания, возникшие в результате взаимодействия с участниками своей социальной сети в прошлом. Указанные мотивы могут сформироваться только в результате оформления устойчивых связей индивида, которые осознаются им как значимые.

По словам Френсиса Фукуямы, «... социальный капитал - это ... неформальные нормы или ценности, которые делают возможными коллективные действия в группах людей. Это может быть как малая группа, так и большая, скажем корпорация, или, в некоторых случаях, общество в целом». Первым, кто обратил внимание на социальный капитал, был французский аристократ, философ Алексус де Токвиль. Он не использовал еще термин «социальный капитал», но, посещая Соединенные Штаты Америки в ЗО-е годы XVIII столетия, отмечал, что американцы пользуются тем, что он назвал «искусством объединения», они могут объединяться в разнообразные добровольные общества: литературные клубы, религиозные общества, группы борьбы с рабством. Это позволяло объединить действия слабых людей и, по его мнению, было очень важно для успеха американской демократии. Это была «школа демократии», или, как мог бы сказать экономист, социальный капитал, который в такой форме создал дополнительные моральные нормы, сделавшие возможной демократию.

Нынешнее российское правительство снова строит властную вертикаль, разрушая множественные горизонтальные связи межу людьми, и устанавливая одну вертикальную связь между людьми и обществом. Это подкрепляется материальным фундаментом государственного сектора, который расширяется за счет государственных корпораций. Им отдаются на откуп целые отрасли, причем многие политики и экономисты считают это логичным для современного этапа экономического развития, объясняя масштабное развертывание государственного монополизма нуждой в огромных капиталовложениях и инвестициях.

Поддержку российскому фондовому рынку оказали усилия государства по капитализации государственных предприятий, призванных стать основой новой структуры экономики России, а также новая фаза приватизации, соответствующая государственно-капиталистической модели экономики (проведение ІРО компаний при сохранении контроля государства). На фоне значительных успехов в привлечении инвестиций, а также неуклонного роста кредитного рейтинга оценка качества российских рыночных институтов была отрицательной. Так, например, один из крупнейших и наиболее консервативных глобальных инвесторов — пенсионный фонд California Public Employees Retirement System (CalPERS) оставил Россию и Китай в группе запрещенных для инвестирования рынков. Россия

получила крайне негативные результаты при оценке независимости судебной системы, защиты прав собственности, наличия фаворизма при принятии судебных решений в пользу органов госвласти.

На первый взгляд - явное противоречие. Рынок оценивает перспективы российской экономики исключительно высоко, в то время как институциональная экспертиза дает стране негативные оценки. Развитие институциональной среды не столь важно для инвесторов? Однако, если присмотреться к успехам российской экономики, можно обнаружить, что в них отражается специфическая экономическая и институциональная модель, формирующаяся в России и ведущая к ухудшению оценок институциональной среды. Иными словами, существенная доля поступивших в Россию инвестиций - прямое следствие ее недостатков, заставляющих инвесторов предварительно легализовать капитал как иностранный и лишь затем реинвестировать его в экономику. Таковы выводы, сделанные Абрамовым А., Радыгиным А., Роговым К. относительно специфики российского инвестиционного бума и быстрой капитализации российского рынка. К сожалению, они, скорее, неутешительны: успехи характеризуются прежде всего существенной репатриацией капиталов, связанной с неразвитостью институциональной среды, высокими рисками и низкой защитой прав собственности, препятствующими эффективному перераспределению средств внутри страны; значительной долей привлеченных средств, которые пошли не на развитие бизнеса, а связаны с процессом нового перераспределения собственности - скупкой активов, изменением структуры акционерного капитала и проч.

В отличие от силового передела прошлых лет новая фаза носит рыночно­силовой характер. Лидерами экономики выступают госкомпании и ряд компаний, располагающих политической поддержкой государства. Переход к государственно­капиталистической модели экономики способствует росту рынка и привлечению инвестиций, но в условиях высокой ликвидности и благоприятной макроэкономической ситуации иностранные банки под низкий процент охотно кредитуют госкомпании. Последние активно привлекают кредитные ресурсы для покупки новых активов, что ведет к росту их капитализации. А поскольку государство демонстрирует решимость оказывать этим компаниям всяческую

поддержку, для инвесторов вложение средств в них становится источником

практически гарантированной доходности. Это и предопределяет чрезвычайную популярность российских акций у оффшорных хедж-фондов, для которых ухудшение институциональной среды в России оборачивается дополнительными прибылями. Очевидно, что такая модель роста рынка является в значительной мере спекулятивной, так как не связана с вложением значительного капитала в производство, и возможна лишь в условиях продолжающегося притока средств на развивающиеся рынки, а также роста выручки компаний за счет роста цен на их продукцию и перераспределения активов в их пользу.

Конечно, без прямого и косвенного государственного участия в экономике не обходится ни одна страна, однако, именно от способа и особенно степени государственного вмешательства в общественную жизнь зависит, разрушит государство социальный капитал или создаст базу для его дальнейшего успешного накопления.

В современном российском обществе один из основных институтов -институт правовых отношений - по-прежнему опирается только на репрессивные меры. Однако формальные репрессивные меры, применяемые милицией, например, неэффективны там, где у людей нет внутренних ориентиров, благодаря которым граждане остаются законопослушными независимо от того, наблюдает ли за ними милиция или нет.

По мнению профессора Принстонского университета и одного из самых знаменитых экономистов мира Авинаша Диксита, важную функцию по защите прав собственности, стимулированию граждан к инвестированию, производству, обмену и т.д. могут выполнять не только государственные институты, но и негосударственные и в первую очередь, ценности, разделяемые в обществе, моральные и социальные нормы... «Силу принуждения такого механизма может ощутить каждый, кто нарушит его, - партнеры по бизнесу или обычные люди сразу же осудят аморальное или не укладывающееся в общепринятые нормы поведение, тем более, если такое поведение противоречит представлению сообщества о том, что «хорошо», а что «плохо». Социальные сети, в которые включен каждый человек так или иначе дисциплинируют своих членов, а также являются уникальным хранителем информации, которая, является в настоящее время особо ценным товаром.

Как считает генеральный директор Ward Howell International Сергей Воробьев, «в российской культуре - особенно бизнес-среде - не хватает таких ценностей, которые бы прививали уважение к риску, чужому успеху, постоянному совершенствованию... В сегодняшней ситуации, когда на отечественных рынках много денег, осознание важности ценностной составляющей для ведения бизнеса возрастает». Научный руководитель ВШЭ Евгений Ясин видит негативное влияние аффективной автономии на готовность российского общества к модернизации и повышению культуры и качества институтов, то есть законов, норм, правил.

К сожалению, в российском бизнесе установилась преимущественно негативная модель поведения контрагентов, ориентация на невыполнение (или некачественное выполнение) принятых на себя обязательств. Однако неосязаемый социальный капитал, существующий во взаимоотношениях индивидов, так же, как физический и человеческий, облегчает производственную деятельность: группа, внутри которой существует полная надежность и абсолютное доверие, способна совершить гораздо больше по сравнению с группой, не обладающей данными качествами. Взаимное доверие - это одна из значимых составляющих социального капитала, имеющая большое значение для обоюдного уважения и взаимодействия. Властные структуры в нашей стране должны больше доверять обществу и опираться на граждан. Только когда граждане почувствуют такое доверие, смогут ответить государству тем же.

Роль доверия, порядочности, лояльности и других, еще менее осязаемых активов, образующих ядро социального капитала, в ближайшем будущем будет только возрастать. Их роль станет ключевой по мере смены традиционно устойчивых, жестко фиксированных вертикальных иерархических структур горизонтальными сетями, создаваемыми для выполнения конкретных задач и проектов.

В своей популярной книге «Боулинг в одиночку» Роберт Патнэм доказывает, что здоровое гражданское общество является залогом процветания. С его точки зрения, социальный капитал означает, по сути, взаимодействие. Основой здесь выступает взаимное уважение, доверие и гражданственность. Упадок социального капитала в обществе означает сокращение и гражданственности, и доверия.

Ричард Флорида, споря с доводами Патнэма и основываясь на результатах интервью и работе в фокус-группх, приходит к совершенно другим выводам. Участники его экспериментов редко выражали интерес к чувству общности, о котором рассказывает Патнэм. Наоборот, они хотели вырваться из такого рода сообществ. Конечно, они хотели бы принадлежать обществу, но не настолько, чтобы это мешало им быть самими собой и жить собственной жизнью. В терминах современной социологии, эти люди предпочитали слабые связи сильным.^[83]

Порой ослабленные связи бывают важнее. Социолог Марк Грановеттер стал основателем современной теории «силы ослабленных связей», наблюдая, как люди ищут работу. Сильные связи требуют много энергии и времени, а для слабых связей этого не нужно, к тому же, можно использовать эти связи фрагментарно, по мере необходимости. Важно, что ослабленных связей может быть много, гораздо больше, чем усиленных.

Для российского общества характерно перемещение из мест с прочными связями в места с ослабленными связями (из сельских районов и небольших городов в большие города). Можно часто услышать, что люди, приехавшие в большие города, становятся гораздо более успешными, чем коренные жители. Они как будто ощущают на себе некий подъем креативности, что дает такому переселению тенденцию стимула для дальнейшего развития.

Экономисты Дора Коста и Мэттью Канн видят причины упадка традиционного общества и умеренного сокращения социального капитала в следующем: в обществе существует неравенство в доходах и этническое разнообразие. По их мнению, проблема неравенства в доступе к социальному капиталу значительно осложняется в этнически неоднородных сообществах. Социальный капитал проявляется двояко: с одной стороны, укрепляет чувство общности, а с другой, может легко закрыть доступ для посторонних и возвести барьеры и препятствия инновациям.

Хочется надеяться, для нашей страны это неактуально. У нас есть богатые традиции совместного проживания разных народов и этнических групп, поэтому и проблемы неравного доступа к социальному капиталу не должно существовать.

Изучая взаимоотношения между социальным капиталом, разнообразием и инновациями, Роберт Кушинг, выяснил, что креативные сообщества - преимущественно инновационные - и сообщества социального капитала - более традиционные - двигаются в противоположных направлениях. Креативные сообщества выступают центрами разнообразия, инноваций и экономического роста, а сообщества социального капитала - нет: социальный капитал находится в негативной связи с технологическим развитием и высоким экономическим ростом.

Основываясь на результатах анализа Кушинга, Р.Флорида выделил четыре типа сообществ: классические сообщества социального капитала с высокими показателями социального капитала и политической активности, но низким уровнем разнообразия, инноваций и технологий; сообщества организационной эпохи со средним уровнем социального капитала, уровнем политической активности выше среднего и также низкими показателями разнообразия, инноваций и высокотехнологичных индустрий; «ботанистаны» с большим процентом высокотехнологичных индустрий, уровнем разнообразия выше среднего, но низким уровнем социального капитала и политической активности и креативные центры с высокими уровнями высокотехнологичных индустрий и очень высокими показателями разнообразия, но показателями социального капитала ниже среднего и умеренным уровнем политической активности.

Если перенести эти исследования на российскую почву, можно наблюдать аналогичную картину: классические сообщества - сельские районы и малые города; сообщества организационной эпохи представлены индустриальными регионами (Урал, Поволжье, Центральный, Северо-Западный районы и др.), куда входят старые города и в которых доминируют крупные индустриальные предприятия; к быстрорастущим и креативным центрам можно отнести мегаполисы и технопарки, а также регионы с высокой плотностью населения на юге и западе страны.

Флорида Р. опасается разлома американского общества на два совершенно разных общества с разными институтами, разными экономиками, разными доходами, этническим и расовым составом, общественными организациями, религиозной ориентацией и политическими взглядами. Одно общество отмечено креативностью и разнообразием и представляет собой космополитичное смешение специалистов по высоким технологиям, представителей богемы, ученых, инженеров,

работников средств массовой информации и людей свободных профессий. Для бизнеса, вообще говоря, ценности являются функциональными, но бизнес- сообщество не относится к ним, как к чему-либо сакральному, более того, оно считает, что их можно как изменять и отменять, так и перенимать. Другое отличает наличие более тесных связей, опора на церковь и более старое гражданское общество, состоящее из представителей рабочего класса и жителей сельскохозяйственных районов. Первое находится на подъеме и скорее всего будет доминировать в экономическом будущем нации.

С другой стороны, нежелательно возвращаться к тому типу общества, который существовал раньше. Он попросту не соответствует принципам, по которым люди живут и работают в креативной экономике. Существует реальная потребность в новой модели, и ее осознает растущее число людей. Люди хотят найти баланс между индивидуализмом и принадлежностью к некоему сообществу открытого типа. Вопрос в том, насколько в состоянии люди использовать движущие силы общества, чтобы использовать их для создания более сплоченных, открытых и толерантных сообществ, в которых все нуждаются. ^[84]

Российское общество, интегрирующееся в мировое пространство, конечно же, сталкивается с подобными проблемами. Накопленный российским обществом социальный капитал, выраженный в совместном проживании различных народов и этносов, взаимоотношениях различных страт общества на основе согласия и консенсусной идеологии, доверие между государственной бюрократией и народом - все это важно для того, чтобы войти в мировое пространство сильными и достойными гражданами, не только не растеряв свой социальный капитал, но и обогащая им другие страны и народы.