Нельзя более ярко охарактеризовать критическое состоя­ние современной буржуазной экономии, чем это сделано са­мими ее представителями в последние годы.

«Научная на­циональная экономия смертельно больна»,—говорит Ф. Оппен­геймер ^{[229] [230]). — «И на такой основе мы строим государствен­ную и денежную политику, военное хозяйство, хозяйство пе­реходного времени ит.}

Еще недавно австрийская школа праздновала свою «по­беду» над марксизмом, захватив твердыни всех буржуазных университетов. Ее научная бесплодность проявила себя очень скоро. Но буржуазная экономия не могла отказаться от суб’ективизма. Зато боязнь революционного значения теории на продолжительное время заставила ее отречься от эконо­мической теории, заменив ее описанием, историей, конкрет­

ной политикой. Другим выражением этой «теоретической во­добоязни» явилось модное течение, насчитывающее в настоя­щее время солидное количество представителей и метко окре­щенное «политической экономией без ценности» '). Сюда, принадлежат Туган-Барановский, Струве, Штольцман, Дит- цель, Кассель, математическая школа и др. Одни открыто, другие под фиговым листком бесполезной и бессодержатель­ной теории ценности стали на эту позицию научного обску­рантизма, о которой слова поэта говорят:

Man fand die Ignoranz bequem Und machte flugs sie zum System Wer heut’ gelehrt sein will, der muz Bekennen: Ignorabimus.

В последние годы буржуазная экономия переживает «теоретический расцвет». Борьба за теорию стала очень рас­пространенным лозунгом. Экономическая литератора обога­тилась рядом «'самостоятельных теоретических систем». Но что они представляют собой, взятые в совокупности?! Tot.

Франц Оппенгеймер принадлежит, несомненно, к числу крупных современных буржуазных экономистов. Большая любовь и способность к серьезному теоретическому мышле­нию, логическая стройность ума, цельность системы, нако­нец, попытка создать «самостоятельную» теорию делают его одним из привлекательных писателей. Даже его против­ники вынуждены отдать ему должную дань уважения. «Сле­дует удивляться полноте таланта, которой просвечивают Произведения Оппенгеймера, и признать, что Оппенгеймер больше, чем кто бы то ни было другой, сделал для того, чтобы пробудить в Германии интерес к теоретической работе»,—

*) Буяаірин.—«Политическая экономия без ценности». - Также Eulen- burg. «Wertfreie» Socialokonomie.

говорит Шумпетер ’)• «Оппенгеймер — остроумнейший совре­менный теоретик», замечает Лифман ^[234]). «Оппенгеймер—'пер­вый среди живущих в настоящее время теоретиков обще­ственной экономии», говрит іБудже ^[235]). «Привлекательность Оппенгеймера состоит в строго логическом методе, посредством которого он устанавливает свои положения и приводит до­казательства... У Оппенгеймера есть правильные мысли, хотя он заходит в них слишком далеко... Произведения Оппенгей­мера обогащают теоретическую национальную экономию», признает из полу-марксистского лагеря Эд. Бернштейн ^{[236] [237]). Оппенгеймер бесспорно заслуживает подробной и полной оценки и разбора его теории потому, что она является еще одной попыткой буржуазного экономиста об’яснить экономи­ческие явления современного общества на пути «об'єкти­вними». Оппенгеймер, но его собственным словам, надеется своей теорией разрешить проблему ценности и прибыли в духе классической политической экономии, хотя и другими средствами.}

Но не только, как представитель «об’ективистского» крыла буржуазной экономии, представляет интерес Оппенгеймер, Он—один из новейших «критиков марксизма» ’). Он назы­вает Маркса «нашим общим учителем» (unser gemeinsamer Meister Marx ^[238]). Оппенгеймер думает, что он строит на осно­ве, заложенной Марксом. «В непоколебимом убеждении, что правильное мышление ведет к результатам, которые согла­суются с действительностью, — в этой аксиоме всякой науки, без которой она была бы невозможна, я солидарен со всеми мыслителями истории и, прежде всего, с К. Марксом, учите­лем, действительным учеником которого я именно потому

себя чувствую, что я пытаюсь строить дальше в его духе и его методом, на заложенном им на веки гранитном фунда­менте» ¹). Но, причисляя себя к последователям Маркса, Оп­пенгеймер «преодолевает» и Маркса и марксизм.

В Течение своей продолжительной теоретической рабо­ты, Оппенгеймер присматривается и к социал-демократиче­ской практике. Он участвует в дискуссии между Бернштей­ном и Каутским на страницах «Socialistische Monatshefte», «углубляя» дальше Бернштейна. Он вырабатывает новую про­грамму действий для социалистических партий, программу... «либерального социализма». Во время империалистической войны он осмеливается предложить теорию для оппорту­нистической части германской социал-демократии, недостаю­щую ей, но его мнению, «для '.совместной работы по восста­новлению родины и растерзанной Европы» ^{[239] [240]).}

«Новейший победитель марксизма» критикует Маркса «по новому». Он открывает совершенно новый «методический. ' смертный грех» Маркса в экономической теории. А, главное, он обещает дать «свою» теорию, «материально законченную^ справедливую и формально безупречную» ^{[241] [242]).}

I