2. Представления древних египтян о государственном хозяйстве, товарно-денежных отношениях и собственности

Говорить об экономической мысли Древнего Египта сложно, поскольку древние египтяне не занимались, в силу неразвитости научного подхода, анализом и теоретическими обобщениями. Среди обширного круга письменных источников, дошедших до нас, чрезвычайно мало затрагивающих в каком-либо отношении вопросы экономической жизни.

Источники, традиционно считающиеся памятниками древнеегипетской экономической мысли, по сути таковыми не являются.

Древнеегипетская экономика была исключительно централизованной. Формально в центре экономического процесса стоял царь (фараон), который почитался как бог. Его здоровье, жизненная сила были по древнеегипетским представлениям основой благополучия всего общества. С архаических времен существовало представление, что важнейшей функцией царя является обеспечение развития земледелия. Царь собственноручно проводил первую борозду в день начала земледельческих работ. Царю были подвластны и природные силы, игравшие столь важную роль в древнеегипетском земледелии: в день начала разлива Нила в реку торжественно опускался папирус с текстом приказа фараона начать разлив... Любые серьезные экономические мероприятия в Древнем Египте (строительство, ирригационные работы, торговые экспедиции, дарование привилегий храмовым хозяйствам, разработка месторождений полезных ископаемых и строительных материалов) предпринимались от имени и по приказу фараона. Последнее все же не означает, что фараон денно и нощно размышлял над экономическими проблемами Древнего Египта. Судя по документам, его непосредственно волновали политические и военные вопросы: удержать власть, сохранить и расширить территорию, укреплять слои общества, служащие опорой власти фараона, искать опору везде, где это возможно.

Возвышай твоих вельмож, чтобы они поступали по твоим законам. Не пристрастен тот, кто богат в своем доме, он владыка вещей и не нуждается. Не говорит бедняк правды. Несправедлив говорящий: "О, если б я имел". Пристрастен он к тому, кто владыка подаяний его..

Умножай твоих вельмож, продвигай твоих воинов, увеличивай отряды молодых, следующих за тобой. Снабжай их имуществом, обеспечивай землей, [одаривай] стадами" .

Таким образом, фараон использовал свои экономические возможности для обеспечения политической поддержки и лояльности со стороны чиновной знати. Тем не менее, далее читаем: «Не делай различия между

л

сыном знатного и простолюдина. Приближай к себе человека за дела его...» . Здесь нет противоречия с предшествующим текстом. В периоды политической нестабильности фараоны были вынуждены искать опору за пределами узкого круга чиновно-бюрократической знати, которая была ненадежна, именно вследствие своей относительной экономической состоятельности и сепаратистских устремлений. При этом гераклеопольский царь вовсе не отказывается от политики жесткого подавления неимущих слоев населения. Речь идет лишь о том, чтобы обеспечить приток свежих сил в государственный аппарат за счет наиболее способных простолюдинов, которые всем будут обязаны фараону и беспредельно преданы ему, в отличие от старой знати, "«создал меня властитель"» - сообщает вельможа Май, вышедший из простолюдинов ("немху"), в надписи на стене своей гробницы'.

л

земли» . Судя по дальнейшему тексту, Яхмос был храбрым воином и достиг при Тутмосе I высокого положения начальника гребцов судна, перевозившего самого фараона, исключительно благодаря своей доблести:

"5

«Я бился по-настоящему, и его величество видел мою доблесть»".

Очевидно, что экономические функции глава государства реализовывал не непосредственно, ему хватало проблем политического характера, а косвенно, через поддержание исправного функционирования сложного государственного аппарата, который и занимался экономическими вопросами. Огромную роль играл верховный сановник - чати, который и управлял от имени фараона экономикой страны и осуществлял некоторые другие важнейшие функции. Сохранился интереснейший документ, представляющий собой своего рода инструкцию о служебных обязанностях чати. Его текст находится на стенах гробниц в Фивах трех высших сановников фараонов XVIII династии - Рехмира, Усера, Аменемопета (XVI- XV вв до н.э.). Из документа видно сосредоточение важнейших хозяйственных функций в едином центре: «Это он будет назначать исполняющих должности сановников Верхнего и Нижнего Египта... Это он будет устанавливать недоимки, имеющиеся в Фивах и резиденции, согласно сказанному во дворце... Это он будет посылать окружных чиновников проводить обнесенные плотинами каналы по всей стране... Это он будет устанавливать границы каждой области, каждого пастбища, каждого храмового хозяйства, каждого владения...» .

Спецификой социально-экономической жизни древневосточных обществ была зависимость благополучия представителей господствующего класса от места, которое они занимали в чиновничьей иерархии. Это документально отражено в биографических надписях древнеегипетских сановников, служивших различным фараонам: вельможи Уны (середина XXV в.

л

меня», - гласит биографическая надпись вельможи Уны . В жизнеописании Хуфхора читаем: «Царский указ «другу единственному» ... Хуфхору: «...Ты дневал и ночевал, заботясь обо мне, делая то, что постоянно любит, хвалит и приказывает твой владыка. Его величество выполнит [все] твои желания многочисленные и отменные, чтобы было хорошо для сына сына твоего вовеки...»4.

Информацию о социальном положении трудового населения Древнего Египта можно почерпнуть из различных «Поучений», составленных для овладевающих профессией писца. Писцы принадлежали к чиновной иерархии, и их социально-экономическое положение резко отличалось от положения основной массы трудящихся. Именно это подчеркивают авторы «Поучений», внушая ученикам мысль о необходимости прилежной учебы. Они буквально живописуют выгоды положения писца на фоне тяжелой доли ремесленника или земледельца. Особенно это характерно для дошедших до нашего времени отрывков из папирусов Анастаси и Саллье конца эпохи Нового царства: «Горе земледельцу!.. Писец причаливает к берегу. Он записывает урожай. Его помощники с палками, кушиты - с жилами из пальмовых листьев. Они [говорят]: "Дай, ты, ячмень". Нет [его]. Они бьют его... Он связан и брошен в колодец. Он погружен в воду вниз головой, его жена связана перед ним, его дети скручены. Его соседи оставляют их, убегая, и пропал их ячмень. Кроме писца! Это он управляет податями всех. Не учитываются у него налоги письменно и нет у него урока. Да знаешь ты это» . В более раннем памятнике эпохи Среднего царства «Поучении Ахтоя, сына Дуауфа своему сыну Пиопи», наряду с подобным описанием тяжелой участи трудового населения, содержится примечательный перечень различных профессий, свидетельствующий о достаточно развитом разделении труда в Древнем Египте: медники, плотники, резчики по камню, цирюльники, гончары, строители, огородники, землевладельцы, ткачи, красильщики и т.п.3

Древнеегипетская экономика была натуральной. Однако существовала и развивалась торговля, внутренняя и внешняя. В эпоху Нового царства из Сирии египтяне привозят скот, вино, зерно, мед и ремесленные изделия. Из

Ливана в Египет поступал строевой лес. Через Сирию шла транзитная торговля из более далеких стран - Месопотамии, островов Эгейского моря, из Хеттского государства. Из последнего в Египет поступало, в частности, железо, так и не сыгравшее серьезной роли в древнеегипетской цивилизации: в гробнице фараона XVIII династии Тутанхамона было обнаружено лишь несколько предметов из этого металла. С острова Кипр египтяне вывозили большое количество меди - основного металла Древнего Египта. Египтяне торговали и со странами Междуречья, получая из них бронзу, лазурит, ткани, одежду, масло, колесницы, лошадей и рабов. В период Нового царства расширяются торговые связи с островами Эгейского моря и материковой Турцией. Организация внешней торговли была государственным делом. Торговля шла по суше и по морю. Иноземные владыки вели переписку с египетскими фараонами по вопросам торгового обмена. Кипрский царь писал фараону: «Я послал тебе 500 талантов' меди. Я послал это в подарок брату моему». Хеттский царь Хаттушиль в письме фараону Рамзесу II просит прислать ему статуи из драгоценных металлов и посылает ему серебро, которое в изобилии добывалось в его стране.

Государство заботилось о поддержании торговой инфраструктуры. Серьезной проблемой было морское пиратство. Египетские фараоны вели постоянную борьбу с морскими пиратами и требовали помощи в этом и от кипрского царя, обладавшего большим морским флотом и заинтересованного в поддержании торговых отношений с Египтом. При царице Хатшепсут (1525-1503 гг до н.э.) была отправлена крупная военно-торговая экспедиция в страну Пунт. Из надписей на стенах храма около Фив, столицы Египта, узнаем о ее результатах: египетские суда вернулись, нагруженные «весьма тяжело чудесами страны Пунт : всяким благовонным деревом божественной страны, грудой мирровой смолы и свежих мирровых деревьев, черным деревом и чистой слоновой костью, серебром и золотом, кимнамоновым деревом, ладаном, притираниями для глаз, павианами, мартышками, собаками, шкурами южных пантер, туземцами и их детьми. Ничего подобного не привозилось ни одному царю, когда-либо жившему на севере» .

В так называемом «Большом папирусе Гарриса», составленном в конце правления второго фараона XX династии Рамзеса III и содержащем его завещание, имеется описание мероприятий фараона по организации внешнеторговых экспедиций.

«Я построил большие ладьи и суда перед ними, укомплектованные многочисленной командой и многочисленными сопровождающими воинами; на них их начальники судовые с уполномоченными царя и начальниками для того, чтобы наблюдать за ними. Причем суда были нагружены египетскими товарами без числа. Причем они сами (суда) числом в десятки тысяч отправлены в море великое - My Кед . Достигают они страны Пунт. Не подвергаются они опасности, будучи целыми из-за страха передо мной. Нагружены суда и ладьи продуктами Страны Бога, всякими чудесными и таинственными вещами их страны, многочисленной миррой Пунта...

"3

Послал я своих людей с поручением в пустыню Атек к большим медным рудникам, которые в месте этом. И вот их ладьи полны медью. Другая часть меди отправлена посуху, навьючена на их ослов. Не слышали подобного раньше, со времен древних царей. Найдены их рудники, полные меди, которая погружена в количестве десятков тысяч кусков на их ладьи, отправляющиеся под их надзором в Египет...

Отправил я дворцовых служителей и вельмож в пустыню бирюзовую моей матери Хатхор, владычицы бирюзы . Доставили в дар ей серебро, золото, виссон, материю-мек и вещи, многочисленные, как песок. Доставили мне оттуда диковинную настоящую бирюзу в многочисленных мешочках в качестве принесенного перед царем. '

Во время рытья современного Суэцкого канала были обнаружены остатки древнего канала, соединявшего резиденцию фараона в Дельте с Красным морем. Этот канал, стоивший огромных усилий и затрат был сооружен при Рамзесе II. Торговля велась не только морским путем, но и сушей. В этом случае главными проблемами были защита от воинственных кочевых племен и снабжение торговых экспедиций водой. Задолго до царицы Хатшепсут, снарядившей большую военно-торговую экспедицию в страну Пунт, во времена XI династии, начальник экспедиции по имени Хену достиг Пунта и возвратился обратно, передвигаясь частично сушей, а частично морем: «Я отправился из Коптоса по пути, указанному его величеством... Путь впереди очищали разведчики, чтобы опрокинуть врагов фараона... Все писцы его величества подчинялись мне. Они слали отчеты с гонцами...».

«Я выступил с войском в три тысячи человек. Я превратил дорогу в реку, красные земли (т.е. пустыню) - в зеленый луг, я давал один бурдюк, один посох, два кувшина воды и двадцать хлебцев каждому человеку каждый день. Кувшины несли ослы. Когда один уставал, его заменял другой. Я построил двенадцать цистерн-водоемов в Вади и два водоема в Идсхете. И еще один квадратный водоем со стороной в десять локтей я построил в Исхетебе в том месте, где собиралась вода. И вот я достиг Великой Зелени (Красного моря). Я построил этот корабль. Я оснастил его, как нужно... Когда я проплыл по Великой Зелени, я сделал, что повелел мне его величество, и принес ему все сокровища, какие нашел на обоих берегах Земли Бога. Я вернулся через Уаг и через Рахену. Я принес ему великолепные камни для статуй в его святилищах. Никогда ничего подобного не доставляли в царскую резиденцию»

Итак, внешняя торговля во времена Древнего Египта осуществлялась на средства и при организационной поддержке фараонов. Как и в более поздние времена она была весьма чувствительна к политическим условиям, а торговые экспедиции ставили не только экономические, но и политические цели. Так, упоминавшийся Хену должен был не только закупить экзотические товары в стране Пунт, но и внушить туземцам страх и почтение к фараону. Во времена XVIII династии, когда воинственные фараоны огнем и мечом утвердили господство Египта, их посланцы могли свободно перемещаться по всей Сирии, и никто не смел их тронуть. Однако, когда влияние Египта ослабевает (ко времени XXI династии), торговые экспедиции наталкиваются на серьезные препятствия политического характера. Царек сирийского города Биби Чекербаал двадцать девять дней отказывается принимать египетского посланца Ун-Амуна, прибывшего в Биби за лесом для постройки священной ладьи бога Амона. Чекербаал долго корчит из себя великого владыку, Ун-Амун пытается взывать к его религиозным чувствам. Чекербаал «расчувствовался» лишь после того, как из Египта по письму Ун- Амуна были доставлены в Биби товары, золото и серебро. После этого он отряжает триста лесорубов с быками и надсмотрщиками для валки необходимого Ун-Амуну леса. Поразмыслив, Чекербаал заявляет Ун-Амуну, что за лес ему заплатили мало. На этот раз Ун-Амуну удается отделаться обещанием, что недостающие «дары» будут высланы из Египта в будущем и предложением высечь на каменной стеле хвалебные слова Чекербаалу с обещанием, что Ун-Амун вымолит у Амона-Ра дополнительные 50 лет жизни для него сверх положенных ему судьбой. Кроме того, Ун-Амун обещает нетвердому в искусстве чтения Чекербаалу прислать вскоре из Египта чтеца, который усладит его слух чтением надписи на стеле .

Внешняя торговля в Древнем Египте существенно отличалась от привычных нам форм торгового обмена. Во-первых, партия товаров принималась как «дары», что сопровождалось определенными церемониями; во-вторых, это был непосредственный обмен товаров на товары без участия денег; в-третьих, денег по сути вообще не было. Их роль лишь в качестве меры стоимости выполняли различные товары, наиболее часто выступавшие в торговле: зерно, скот, в более позднее время - медь, серебро и золото.

Внутренний торговый обмен в Египте существовал уже во времена Древнего Царства, о чем свидетельствуют рельефы в гробницах того времени, на которых изображены рынки для мелкого обмена. Зерно, хлеб, овощи, рыба обмениваются на обувь, медные зеркала, бусы, рыболовные крючки и т.п. Роль мерила стоимости выполняло зерно. Однако производительный базис этой торговли ясен не до конца, т.к. не решен вопрос о наличии в те далекие времена, наряду с царским, храмовым и вельможным хозяйством, какого-либо общинно-частного сектора экономики . Однако уже во время Среднего царства появляются средние и мелкие хозяйства, более или менее специализированные. Кроме того, имело место свободное ремесленное производство. Появляются и профессиональные торговцы, которые ничего не производили, а покупали для перепродажи. Безусловно царское и храмовое хозяйство производило продукты в избытке по отношению к его непосредственным потребностям, т.е. затратам на содержание работников и на обеспечение очень маленькой прослойки привилегированного населения. Часть этих излишков поступала в торговый оборот. В течение древнеегипетской истории, включая Новое царство, так и не возникло единообразного стоимостного эквивалента.

Голландский ученый Й. Янсен установил, что в период XIV-XI вв. до н.э. стоимость товаров выражалась в меди (72% случаев), зерне (15%) и серебре (12%)'. Известно также, что примерно в этот период товары оценивались с помощью единицы под названием «шетит» . Очевидно, это было некоторое весовое количество металла, скорее всего меди. Реально товар на деньги не обменивался (ни на монеты, которых просто не было, ни на слитки металла). Товыары просто оценивались в шетит. Это был настоящий бартер со всеми его неудобствами: во-первых, владельцы двух товаров должны были найти друг друга; во-вторых, ценность обмениваемых товаров не всегда совпадала и необходимо было подыскивать еще какой-то товар, ценность которого в шетит уравновешивала бы сделку и который другая сторона соглашалась бы принять. Шетит выходит из употребления ко времени XIX династии (Рамзес I, 1338 г. до н.э.). На смену ему приходит дебен - весовое количество металла в 91 грамм и кедет («кольцо») - 9 граммов.

Меновая торговля выглядела следующим образом. Писец Пенанукет за своего быка стоимостью в 130 дебенов меди получил платье из льна стоимостью в шестьдесят дебенов, десять мешков и три с половиной меры зерна, стоившие двадцать дебенов, камни для ожерелья за тридцать дебенов и два платья за десять дебенов".

Расчеты с действительным использованием весового драгоценного металла начинаются с окончанием Нового царства, в очередной переходный период, сопровождавшийся смутами и беспорядками. Подобному прогрессу способствовало одно любопытное обстоятельство. Ограбление сокровищниц храмов и гробниц с незапамятных времен практиковалось в Древнем Египте, несмотря на жестокие наказания, однако масштабы этого явления были ничтожны. В конце XX династии при Рамзесе IX были раскрыты первые

Всемирная история экономической мысли. Т. 1. С. 49.

Монтэ Пьер. Там же. С. 166.

Монтэ Пьер. Указ. соч. С. 168.

систематические ограбления царского некрополя. В течение тридцати лет в начале царствования XXI династии почти все гробницы были ограблены организованными шайками при попустительстве коррумпированных чиновников. Ограбление только одной из гробниц принесло грабителям 14,5 килограмма золота в качестве добычи'.

Драгоценные металлы, многие века хранившиеся в храмах или в подземельях гробниц, стали возвращаться в оборот. Это способствовало развитию расчетов с непосредственным использованием весовых количеств драгоценных металлов. Начиная с XXI-XXII династии, в качестве эквивалента используется серебро в виде слитков. В документах XXI династии отражены продажи различных благ за серебро.

Имеются основания считать, что в эпоху Позднего царства государство принимало некоторые меры к тому, чтобы стандартизировать весовые серебряные деньги и следило за составом серебряного сплава, использовавшегося в расчетных слитках.

Развитие торговли и вообще товарно-денежных отношений взаимосвязано с отношениями собственности. Последние имели в Древнем Египте своеобразный характер и, хотя медленно, эволюционировали на протяжении его длительной истории. В периоды ослабления центральной власти расширялась частная собственность за счет государственной. Это был сложный процесс с периодическим поглощением частной собственности государственной. Специфика технологического базиса древнеегипетского общества, основывавшегося на мощной ирригационной инфраструктуре, объективно требовала преобладания крупных общеэкономических форм собственности: царской (государственной) и храмовой. Тем не менее, уже в период Древнего царства, наряду с царским и храмовым хозяйствами, существовали хозяйства частных лиц - вельмож, занимавших высокие должности при дворе фараона и в административном аппарате. Эти хозяйства носили название «пер джет» - «собственного дома» вельможи. «Пер джет» состоял из главной усадьбы и многих владений, рассеянных по всей стране. Хозяйственная жизнь «собственного дома» включала многочисленный штат служащих, занимавшихся учетом, управлением, общим руководством, организацией и контролем труда многих людей, трудившихся в разных отраслях вельможного хозяйства. Это было многоотраслевое хозяйство, включавшее, наряду с земледелием и животноводством, развитое ремесленное производство с дробным разделением труда. При этом все средства производства, а также произведенные продукты и изделия принадлежали владельцу всего хозяйства.

Собственность в древнеегипетском понимании имела сложную структуру. В древнеегипетских памятниках «собственный дом» вельможи выделяется по отношению к государственному хозяйству. В его состав входит унаследованная от родителей земля и имущество, а также полученное от других лиц по завещанию или благоприобретенное. Этой частью имущества вельможа мог распоряжаться как своей полной собственностью, выделяя, в частности, из него землю и средства на обеспечение своего заупокойного культа, требовавшего сооружения дорогостоящей гробницы и содержания немалого штата жрецов при ней. Однако вельможа располагал и имуществом, которым он владел по службе. Он мог им пользоваться, но не мог распоряжаться. Это было достояние по должности, лишаясь должности, вельможа расставался и с этим имуществом. Документы свидетельствуют, что служебная карьера всецело определяла его благополучие. Оба типа собственности, полная «пер джет» и «усеченная», - по должности, в действительности тесно переплетались. Дело в том, что должности в Древнем Египте были... наследственными! Они передавались от отца к сыну, поэтому древнеегипетское понимание собственности («джет») шире современного, т.к. включает и полную собственность (владение, пользование, распоряжение) и только владение и пользование за службу.

Должностным владением располагали не только вельможи, но и царские ремесленники и земледельцы. Разумеется, размеры его не идут ни в какое сравнение с владением вельможи. Как правило, это владение наследовалось вместе с профессией (должностью). А вот приобретение какого-либо имущества в личную собственность было крайне сложным делом. Документы эпохи Нового царства описывают сложную процедуру признания того или иного предмета личной собственностью царского ремесленника. Предмет должен быть изготовлен собственноручно в нерабочее время, должен быть сделан из собственных материалов и собственными орудиями труда. Если речь шла о постройке, то она должна была располагаться либо на собственной, либо на ничьей земле. Вряд ли столь строгая система удостоверения личной собственности выполнялась неукоснительно. В действительности крупная государственная собственность служила определенной основой для пополнения личной собственности, учитывая небезгрешность мелких чиновников и попустительство крупных.

Интересно, что древние египтяне даже царскую (государственную) собственность считали не личным достоянием фараона, а владением царя по должности. Ко времени Позднего царства все больше укрепляется представление о частной собственности. Размеры «пер джет» растут, разнообразнее становятся источники ее пополнения. Важную роль играет скупка земель богачами у крестьян. Верховный первосвященник храма Амона в Фивах по имени Иувалот завещает своему сыну поместье площадью в 556 арур (1520,66 га). Из этого же завещания следует, что все эти земли Иувалот скупил у земледельцев, воинов и горожан. В документах времен XXII династии отражена уже не только скупка, но и откровенно насильственный захват крестьянских земель богачами.

Товарно-денежные отношения на протяжении всей истории Древнего Египта играли вспомогательную роль, обслуживая основной пласт натурально-хозяйственных связей. Характерным свидетельством этого является наличие ростовщичества в период Позднего царства. Документы (долговые обязательства), относящиеся к этому периоду, свидетельствуют, что норма процента была высока (100% в год), условия предоставления ссуды были очень жесткими: требовалось обеспечение имуществом должника, и долг передавался по наследству.

Подводя итоги развития экономической мысли Древнего Египта, отметим некоторые ее особенности.

Экономическая мысль в Древнем Египте, как и в других древних обществах, не сложилась как самостоятельное явление. Неразвитость теоретического мышления и, как следствие, чисто эмпирический характер любого знания позволяет говорить лишь о сложном конгломерате практических умений, эмпирических знаний и сложившихся в результате длительной эволюции хозяйственных институтах.

К достижениям так понимаемой экономической мысли следует отнести разработку (прежде всего в виде практической реализации) проблем организации и управления государственным хозяйством; создание системы оперативного управления земельными и человеческими ресурсами (регулярные переписи населения, в том числе с учетом профессиональной структуры).

Вершиной экономического мышления древних египтян было создание и поддержание функционирования сложнейшей ирригационной системы - материальной базы одной из самых уникальных цивилизаций в истории.

В силу вторичной, подчиненной роли товарно-денежных отношений и рабского труда в древнеегипетской экономической мысли эти вопросы не нашли сколько-нибудь заметного отражения.