ЭКОНОМИЧЕСКАЯ НАУКА КАК ИНСТИТУТ

Наука как социальный институт, отвечающий за производство теоретического знания, возникла в XVI-XVII вв. в Западной Ев­ропе и к настоящему времени превратилась в сложный социальный организм, играющий в жизни современного мира важнейшую роль.

Главная «институциональная задача науки — приумножение достоверного знания, — пишет Р. Мертон. — Вся структура тех­нических и моральных норм служит достижению конечной цели» [7, с. 770]. Комплекс ценностей и норм, находящих выражение в обычной практике и считающихся обязательными для ученого, образует этос человека науки, формирует его научную совесть. По мнению Р. Мертона, ученый любой профессиональной деятель­ности, в том числе и экономической, если он претендует на истину, должен добровольно руководствоваться повелениями. Он сформу­лировал четыре институциональных императива, или принципы научного этоса:

1) «универсализм» — ориентация на внеличностный характер и объективность научного знания. Универсализм находит выра-

63

жение в открытости знания и свободном доступе к научным заня­тиям одаренным людям;

2) коллективизм, или «коммунизм» - «в неспециальном и более широком смысле - общее владение благами» [7, с. 775]. Фундаментальные открытия в науке являются результатом сотруд­ничества, предназначены для сообщества, не подлежат сокрытию и предполагают свободную коммуникацию ученых;

3) бескорыстие людей науки, или, как пишет Мертон, «неза­интересованность» - принцип, направленный на развитие науки как социального института [7, с.

4) принцип «организованного скептицизма», предостерега­ющий от некритического принятия результатов исследования, не подтвержденных в достаточной мере фактами.

Императивы научного этоса являются в такой же степени обя­зательными и правильными, считает Р. Мертон, как и технические предписания. Благодаря им ученый может сделать правильный выбор из тех альтернатив, которые стоят перед ним:

• как можно быстрее передавать свои научные результаты кол­легам, но не торопиться с публикациями;

• быть восприимчивым к новым идеям, но не поддаваться интел­лектуальной моде;

• стремиться добывать знание, которое получит высокую оценку коллег, но работать, не обращая внимания на оценку резуль­татов своих исследований;

• защищать новые идеи, но не поддерживать опрометчивые за­ключения;

• прилагать максимальные усилия, чтобы знать относящиеся к его области работы, но при этом помнить, что эрудиция иногда тор­мозит творчество;

• быть тщательным в формулировках и деталях, но не быть пе­дантом;

• всегда помнить, что знание универсально, но не забывать, что всякое научное открытие делает честь нации, представителем которой оно совершено;

• воспитывать новое поколение ученых, но не отдавать препода­ванию слишком много времени;

• учиться у крупного мастера и подражать ему, но не походить

на него [11, с. 330].

Перечисленные императивы не являются фиксированными в каком-либо официальном документе и предполагают добро­вольное ими руководство со стороны всех представителей науч-

64

ного сообщества, т.е. людей, профессионально занятых научной деятельностью (научное сообщество в широком смысле) или в спе­циализированной области знания (научное сообщество в узком смысле). Но и в том, и в другом случае оно не имеет жесткой орга­низации в отличие от бюрократически оформленных организаций с правовым статусом и финансовым обеспечением. Это, по су­ществу, сообщество людей, не имеющих фиксированного членства, занимающихся одной профессиональной деятельностью, хотя и территориально разъединенных, но объединенных общими це­лями и устойчивыми профессиональными традициями. При этом главной скрепой самоорганизации научного сообщества является авторитет среди своих коллег, которого стремится достичь каждый вступивший на путь служения истине.

4.2.