Международные стандарты и индексы КСО

Сделать бизнес социально ответственным — значит сформировать зоны и центры ответственности и все ключевые бизнес-процессы строить с учетом своей социальной функции. Оценка качества менеджмента компаний на основе общих индикаторов успешности и качества менеджмента — практика известная, в том числе и у нас.

Такой анализ все чаще дополняется оценкой качества менеджмента на основе «методологии всеобщего менеджмента качества» (Total Quality Managemet, TQM), позволяющей оценивать не только производственную и финансово-экономическую деятельность предприятия, но и его научно-техническую, маркетинговую и кадровую работу. По определению Европейской экономической комиссии ООН TQM — это: стратегия построения устойчивой модели хозяйствования на национальном и региональном уровнях, основанной на деятельности

конкурентоспособного инвестиционно привлекательного, цивилизованного, безопасного и социально ответственного бизнеса; фундамент корпоративного управления, основанного на информационных технологиях в управленческой, информационной, технологической и технической сферах, организующего эффективную работу по раскрытию потенциала компаний в интересах потребителей, акционеров, работников и общества; механизм для экономического мониторинга и оценки деятельности хозяйствующих субъектов, создающий основу для эффективного стимулирования процессов развития и совершенствования.

Сегодня TQM — один из основных инструментов реализации Концепции устойчивого развития, принятой на конференции ООН (Рио-де- Жанейро, 1992). Тогда лидеры 179 стран признали, что без кардинального решения проблем по охране окружающей среды оказываются под угрозой все достижения человеческой цивилизации.

Стандарты ИСО серии 9000 являются универсальными и могут применяться в любой организации независимо от вида и масштабов ее деятельности, ее организационно-правовой формы. ИСО 9001:2000 — наиболее популярный сертификационный стандарт на системы менеджмента во всем мире. Его внедрение дает организации существенные конкурентные преимущества, которые можно условно классифицировать так. Организационные преимущества: упорядоченный, регулярный менеджмент; четкое распределение ответственности и полномочий; согласованное взаимодействие процессов и функций; высвобождение высшего руководства для стратегического управления; повышение безопасности работ производственного персонала за счет его квалификации и компетентности, культуры производства, стабильной работы оборудования и техпроцессов. Экономические преимущества: оптимизация использования ресурсов, повышение производительности труда;

сокращение затрат на устранение несоответствий — «скрытого производства»; сокращение экономических потерь от применения в производстве неисправного оборудования, оснастки, средств измерений; сокращение рекламаций, штрафов и выплат компании в связи с различными несоответствиями; расширение рынков сбыта. Репутационные преимущества: улучшение репутации в глазах всех заинтересованных сторон, формирование и продвижение привлекательного имиджа, бренда; завоевание приверженности потребителей; повышение лояльности сотрудников, улучшение психологического климата; улучшение отношений с поставщиками; национальное и международное признание компании при участии в конкурсах и рейтингах по качеству менеджмента. Стратегические преимущества: преемственность знаний и опыта сотрудников, трансформация их знаний и опыта в интеллектуальный потенциал компании; рост нематериальных активов и повышение капитализации компании; возможность тиражирования бизнеса; подготовленность к инновациям, реинжинирингу бизнес- процессов.

По данным Ростест-Москва эффективность работы предприятий, внедривших систему качества по ИСО серии 9000, в 2—3 раза выше, чем у тех, кто ее не имеет. Аналогичны данные по Китаю, а также исследования специалистов других стран.[********************]

По стандарту ИСО 14001 в России сертифицировано не более 100 компаний, тогда как в мире их около сотни тысяч. Отставание тем более нетерпимое, что за рубежом система бизнес-аудита дополняется

практикой социальных отчетов. Их необходимость за рубежом была обусловлена динамикой рыночной ситуации.* Маркетинговые исследования и опросы населения 1990-х гг. демонстрировали, что социальная и экологическая политика компаний напрямую влияет на их объем продаж. Согласно MORI, в 1998 г. 30 % британцев покупали продукцию социально ответственных компаний, а 28 % бойкотировали продукцию социально безответственных производителей. Годом позже американская Conference Board констатировала, что у компаний, реализующих концепцию КСО, доход на инвестированный капитал на 9,8 % выше, чем у игнорирующих ее, доход с активов — на 3,55 %, прибыль — на 63,5 %. Инвестфонды СШАи Великобритании еще в 1980-е начали при формировании своих портфелей учитывать уровень КСО компаний — эмитентов ценных бумаг. Появились фондовые индексы для вложений в социально ориентированные компании. По данным Social Investment Forum, в «социальные и экологические» портфели сегодня вложено более $ 1 трлн.

В середине 1990-х с развитием транснациональных корпораций и экономических теорий управления ими, а также под давлением государства и крупных международных организаций социальные и экологические вопросы тесно сплелись в общую концепцию устойчивого развития (sustainability), которая с трудом поддается выражению в финансовых или производственных данных.

Поэтому во многом в ответ на давление общественных организаций, утверждавших, что многие компании ведут свой бизнес безответственно в отношении окружающей среды и общества, бизнесу пришлось принимать дополнительные меры, дабы убедить общество в своей лояльности.

Во Франции после масштабных забастовок 1970-х был введен стандарт Bilan Social: компании, в которых работали более 300 человек, должны были регулярно отчитываться по работе с персоналом. В Германии в то же время и по той же причине появился аналогичный Sozialbericht, правда, отчеты представлялись на добровольной основе. В США Совет по экономическим приоритетам (The Council on Economic Priorities, СЕР) начал публично ранжировать компании по их действиям в области социальной политики и защите окружающей среды. В итоге в 1972—1977 гг. многие

американские корпорации выпустили социальные отчеты. Спустя десять лет добровольный стандарт финансового выражения общественной активности Sozialbilans был введен в Германии.

К настоящему времени половина компаний Global Fortune 500 выпускает социальную и экологическую отчетность. В ноябре 2004 г. в подготовке рейтинга нефинансовых отчетов компании, выпускаемого SustainAbility совместно с ООН, приняло участие международное рейтинговое агентство Standard amp; Poors (Samp;P).

Журнал «The Economist» отмечает, что если 10 лет назад такой аудит был добровольным начинанием компаний, необычным и даже «маргинальным», теперь становится общепринятой практикой, по крайней мере в Европе.[††††††††††††††††††††] В двадцатку лидеров по нефинансовой отчетности входят лишь две американские компании: Hewlett Packard и Ford, тогда как Европа представлена фирмами ВР, ВТ, Royal Dutch/Shell, Unilever и др. В скандинавских странах и Франции выпуск нефинансовых отчетов сегодня предписывается законом, в Канаде их должны представлять все крупные банки. В соответствии с актом Сорбей- нса—Оксли от 2002 г. акционерные компании, бумаги которых котируются в США, обязаны следовать расширенным стандартам КСО, включая нефинансовые аспекты управления рисками. Весной 2004 г. началось обсуждение введения обязательной практики выпуска социальных отчетов крупными компаниями Великобритании: правительство предлагает сделать ежегодную публикацию подобных отчетов для крупных компаний обязательной. Принципиальное решение об этом принято, но его практическая реализация перенесена на 2006 г. В марте 2005 г. Международная организация по стандартизации (ISO) провела первую рабочую встречу по разработке своих стандартов как критериев корпоративной социальной отчетности ISO 26 000. Планируется опубликовать их в 2008 г.

Однако собственно социальные отчеты до конца 1990-х были единичными. Отсутствовали и международные стандарты по их подготовке — экономисты и аналитики спорили, какую концепцию оценки СИ выбрать. В итоге большинство экспертов признали наиболее перспективным подход комплексной оценки экологических и социальных программ корпораций во взаимодействии с их основными стейкхолдерами. Первым таким отчетом традиционно признается выпущенный в 1991 г. «Shell Canada».

К настоящему времени имеется минимум 25 стандартов нефинансовой отчетности, без соблюдения которых доступ к глобальному и многим национальным рынкам капитала весьма проблематичен. Их используют более 4000 организаций. В Приложении приведены сведения о наиболее распространенных стандартах, в том числе АА1000 и GRI.[‡‡‡‡‡‡‡‡‡‡‡‡‡‡‡‡‡‡‡‡]

В России нет ясного представления о нефинансовой и социальной отчетности. Отчет в виде буклета о благотворительных и спонсорских программах, конечно, имеет право на существование, но на это уже вряд ли стоит тратить большие средства.

Первым российским производителем, чья продукция получила международный сертификат (British Retailer Consortium, BRC), стала компания «Вимм-Билль-Данн» (ВБД). Сертификация оборудования, производственных и технологических процессов заняла более года. Зато при выборе экспортного продукта, который должен пойти в Европу, маркетологи остановились на серии морсов «Чудо-Ягода». Сейчас ВБД продает их в Европе, Канаде, Австралии, Индии. Без BRC продажи были бы просто невозможны. Наличие международного сертификата повышает конкурентоспособность ВБД и на внутреннем рынке: в ГОСТы уже мало кто верит — заграничный «знак качества» выглядит надежней.

Интерес представляет опыт совместной работы АНО «Альтернатива» с неправительственными организациями Норвегии (TEKNA) и Финляндии (OY ENEMI Ltd.) по созданию систем менеджмента качества и экологического менеджмента в соответствии с международными стандартами МС ИСО 9001: 2000 (Системы менеджмента качества) и ИСО 14001:2004 (Системы экологического менеджмента) в Карелии и Архангельской области.[§§§§§§§§§§§§§§§§§§§§]

Работа началась как реализация «Концепции перехода Российской Федерации к устойчивому развитию» (Указ Президента РФ от 01.04.96 № 440) и «Основных положений региональной политики в Российской Федерации» (Постановление Правительства РФ от 23.03.96 №327).

Сотрудничество с финнами и норвежцами позволило получить опыт в области управления качеством и охраны окружающей среды и внедрить его на предприятиях Карелии и Архангельской области, которые приоритетным направлением считают разработку и внедрение систем экологического менеджмента и качества в соответствии с международными стандартами на основе модели TQM. Стандарты ISO 9001 и ISO-14001 описывают базовые принципы «восьмеричного пути» построения работы организации: ориентация на потребителя (заказчика); ведущая роль руководства в управлении; вовлечение работников в улучшение качества; подход к управлению качеством как к процессу; системный подход к управлению; постоянное улучшение; принятие решений, основанных на фактах; взаимовыгодные отношения с поставщиками.

В Европе наметилась тенденция полагаться на свободные рыночные виды деятельности и добровольные соглашения, посредством которых промышленность себя «регулирует». Внедрение международных стандартов экологического менеджмента (СЭМ) и менеджмента качества (СМК) определяется грядущим вступлением России в ВТО, в странах- членах которой деятельность по СЭМ и СМК рассматривается как необходимый элемент бизнеса. По данным сертификационного общества DNV, в России осуществляется чуть более 100 проектов по внедрению СЭМ в соответствии с ISO 14001, тогда как число сертификатов соответствия этому стандарту в мире превысило 36 000.

Внедрение СЭМиСМКи превентивной стратегии управления — признак высокой культуры предприятий. Стандарты позволяют добиться сокращения расходов правительства на законотворчество и на наблюдение за исполнением законов, так как затраты на оценку соответствия лягут на предприятия. Открытая демонстрация деятельности в области СЭМ и СМК обеспечивает экономические и экологические выгоды.

Сертификация по ISO-14001 и ISO-9001 направлена на управление качеством процессов: умение организовывать, фиксировать, определять процессы, с помощью которых можно показать потребителю уровень работы и стать надежным партнером. Стандарты можно применить к организациям всех типов и размеров с учетом географических, культурных и социальных условий. Начать совершенствование системы целесообразно с анализа действующей на предприятии документации

и форм регистрации данных, сопоставив их содержание с требованиями стандартов. Дальнейшую деятельность можно построить, строго следуя циклу план — действие — проверка — корректировка. Помощь внешних консультантов полезна при внедрении СЭМ и СМК. Приведение системы управления в соответствие с международными стандартами требует больших финансовых и временных затрат. Не все руководители соглашаются принять даже безвозмездную помощь. Основной аргумент: перестройка отнимет много сил и времени, нам сейчас не до этого. Поэтому предстоит большая работа по изменению менталитета российского бизнеса. Сто процентов работников предприятия должны сделаться приверженцами СЭМ и СМК. Но главное — обеспечить приверженность и поддержку СЭМ и СМК со стороны высшего руководства.

Еще сложнее с социальными отчетами. Затраты на подготовку и публикацию соцотчета в денежном выражении вполне сопоставимы с затратами на подготовку и публикацию финансовой отчетности, но, по мнению гендиректора аудиторско-консультационной компании «БДО Юникон Северо-Запад» (входит в BDO International) 3. Мысковой, выпустить социальный отчет в несколько раз сложнее, чем финансовый. За рубежом, по данным консалтинговой компании SustainAbility, подготовка годового соцотчета обходится в среднем в $ 100 тыс.—1 млн в зависимости от размера компании, особенностей ее бизнеса, используемых стандартов, наличия или отсутствия верификации.

Первый соцотчет в России в 2002 г. выпустило ОАО «Бритиш Американ Тобакко Россия» (БАТ Россия) при активном участии АСИ.* Такие отчеты были подготовлены одновременно во всех странах присутствия компании — у табачных компаний, задерганных многомиллиардными исками, проблема взаимодействия с обществом стоит очень остро. В России же, где борьба с курением волнует разве что Минздрав, этот документ стал просто прецедентом выпуска соцотчета в соответствии со стандартом АА 1000. В первом цикле отчет проводился только по Москве (всего у БАТ Россия три фабрики: в Москве, Саратове и Санкт- Петербурге), и только по шести темам. В 2003 г. БАТ выпустило отчет уже по 11 темам, и к отчету присоединилось саратовское предприятие. По итогам 2004—2005 гг. был подготовлен еще более полный отчет.

В 2004 г. вышли отчеты «Альфа-банка», «ФИА-банка», НК«ЮКОС», НК «Сибнефть». В цветных буклетах «Альфа-банка» (за 2003 и 2004 гг.) рассказывается о благотворительных программах с упоминанием пере-

численных сумм. Вообще-то, отчеты по стандарту АА 1000 часто упрекают в том, что в них много слов и очень мало цифр. Более творчески к соцотчету подошел небольшой тольяттинский «ФИА-банк», четко прописав благотворительные проекты и указав суммы, перечисленные физическим лицам, фамилии, имена и отчества которых также опубликованы. Глава правления «ФИА-банка» А. Волошин поясняет, что отчет стал «яркой формой преподнесения социальной ответственности компании» — банку уже который год вручается городская премия «Благотворитель года», а по узнаваемости он занимает в регионе третье место после Сбербанка и АвтоВАЗбанка.

Более содержательны соцотчеты нефтяников: многие их предприятия являются градообразующими, технологии влияют на экологию регионов присутствия, а доходы и прибыли столь велики, что вызывают острое желание поделить их у властей всех уровней. «ЮКОС», попавший в мясорубку налоговых проверок и претензий как раз в год выпуска соцотчета, создал документ общего плана с минимумом цифр. Отчеты «Сибнефти» (2003 и 2004 гг.), «Татнефти» (2004 г.) и «ЛУКОЙЛа» (2004 г.) позволяют серьезно изучить социальную и экологическую политику компаний.

Металлурги, у которых резоны отчитаться о КСО в целом те же, что и у нефтяников, пока раскрывать это направление своей деятельности не торопятся. «Русский алюминий» («Русал») в своем соцотчете, как и «ЮКОС», не порадовал количеством и системностью цифр. Взяв структуру документа у GRI и ряд подходов у АА 1000S, компания фактически рассказывает о том, как она следует принципам Global Compact. ГМК «Норильский никель» подошла к составлению отчета более академически, указав соответствие GRI ее элементов. В документе приводятся цифры и данные в основном по Заполярному филиалу ГМК (в нем сосредоточены все производственные мощности и 95 % численности персонала компании), и только по социальной политике. «Норильский никель» обещает расширить список включаемых в отчет показателей и охватить все предприятия группы. Последний в отрасли свод информации о социальной политике подготовил в свободной форме Магнитогорский металлургический комбинат, но даже в самой компании его настоящим отчетом не считают.

Еще два из двенадцати существующих сегодня соцотчетов российских компаний — в лесопромышленном комплексе. ОАО «Монди Бизнес Пейпа Сыктывкарский ЛПК», как и «БАТ Россия», выпустило отчет в рамках глобальной инициативы иностранной материнской компании Mondi Business Paper. Однако этот документ для российс

кого предприятия Mondi более чем актуален: последние несколько лет Сыктывкарский ЛПК находится под давлением экологов, чиновников и общественности. Отчет среди прочего стал ответом на кампанию против ЛПК в СМИ. В соцотчете ЗАО «Илим Палп Энтерпрайз», как и у «Норильского никеля», присутствует индекс соответствия GRI, но сам довольно короткий документ не перегружен цифрами.

Последний соцотчет на российском рынке — ОАО «Российские коммунальные системы» (РКС) — похож на документ «БАТ Россия» и построен на диалоговом принципе АА1000S. Любопытно, что молодая компания (РКС учреждена в 2003 г.) стремится показать свою социальную значимость. В соответствии со стандартом компания по итогам подготовки отчета взяла на себя 18 социальных обязательств на 2005—2006 гг.

Почти все компании, выпустившие соцотчеты, обещают продолжить эту практику. О планах по подготовке аналогичных документов заявляют и новые игроки — например, ФК «Уралсиб» и «Сибирская угольная энергетическая компания» (СУЭК). Их руководство считает такой шаг вполне прагматичным и логичным: отчет позволит оптимизировать и упорядочить социальную деятельность, понять, насколько эффективно менеджмент справляется с социальными рисками, сделать бизнес более стабильным. Уже были случаи, когда предоставление данных о социальной политике зарубежным контрагентам (британской ScottishPower) упрощало установление долгосрочных партнерских отношений.

Летом 2005 г. Союз российских пивоваров провел круглый стол, на котором было принято решение о подготовке отраслевого соцотчета — для «развития коммуникационного пространства между потребителями, органами государственной власти и производителями пивоваренной продукции».

На выпуске компаниями соцотчетов начали настаивать и общественные организации. Так, руководители РСПП, принявшего в конце 2004 г. Социальную хартию российского бизнеса, рекомендуют всем предприятиям сделать соцотчетность постоянной обязанностью. «От отчетов мы ожидаем хороших результатов в плане совершенствования социальной политики и устранения недостатков», — заявляют в РСПП.

Между тем многие представители бизнес-сообщества считают это увлечение вредным. Глава совета директоров Межпромбанка Б. Вое убежден, что соцотчетность банковскому сектору в России не нужна — финансовый рынок в России отстает от западного, как отстают корпоративное управление и КСО. По его мнению, банки в России не нужны инвесторам, инвесторы — банкам, поскольку наши банки работают по-другому. Его поддержала исполнительный директор фонда «Инс

титут экономики города» М. Либоракина, сославшись на особенности отношений бизнеса и власти; она выразила сомнение в том, что концепция стейкхолдеров может работать в обществе с ограниченной демократией. Кроме того, раскрытие финансовых показателей вложений корпорации в социальные и экологические проекты «может вызвать непредсказуемую реакцию» и даже разработку «госстандартов от чиновников». Нередко возникает конфликт интересов консультантов и экспертов, заинтересованных в прозрачности и открытости отчетов по КСО, с заказчиками отчетов, не разрешающими публикацию результатов аудита. Кроме того, консультанты и эксперты заинтересованы в продвижении новых разработок, в том числе зарубежных, которые не всегда учитывают интересы и специфику российского бизнеса.

Кстати, опасения возникают и у международных компаний. Sustain- Ability отмечает, что некоторые корпорации (в основном американские) не хотят выпускать соцотчеты и другим не советуют, так как видят в них троянского коня, через которого «социализм и даже коммунизм снова могут проникнуть в демократическое общество».

Некоторые практики даже считают, что для развития КСО в России нужно понять, какие стандарты важны именно для российского общества, так как некоторые критерии западных стандартов для нас неактуальны (скажем, недопустимость применения детского труда). «Мы сегодня можем быть инициаторами новых социальных стандартов, в том числе и более высоких, чем мировые», — полагает замдиректора ОАО ГМК «Норильский никель» по социальной политике О. Голодец.[*********************] По мнению директора корпоративного университета «Северсталь» Д. Афанасьева, в российских условиях под стандартом КСО можно понимать базовый уровень, принимаемый в качестве стандарта компании в целом, и повышенный уровень, который определяется дополнительными возможностями предприятия, закрепляется в его стандарте и не может быть ниже корпоративного.[†††††††††††††††††††††]

Так или иначе, но процесс пошел. В последнее время можно отметить возрастающее понимание российскими бизнесменами важности обращения к КСО. Довольно интенсивно ведется работа по продвижению

в России международных стандартов соцотчетов, прежде всего АА 1000, GRI, разработки корпоративных кодексов, в том числе на основе Протокола международного «Круглого стола в Ко». Принята Хартия социально ответственного бизнеса РСПП, Торгово-промышленная палата РФ (ТПП) разработала отечественный стандарт социальной ответственности.

Относительно значения соцотчетности в отечественной бизнес- культуре можно сделать некоторые выводы. По мнению руководителя Научного центра социальных технологий Академии труда и социальных отношений А. Деревянченко, де-факто российские корпорации уже проявляют значительную социальную ответственность. Крупный бизнес готов двигаться в сторону большей социальной ответственности, особенно в случае ее легитимации и определения четких правил игры со стороны государства. Корпорации, продающие свои товары и услуги за рубежом, заинтересованные в увеличении своей капитализации на мировом рынке, будут активизировать свои социальные программы, вводя и развивая соцотчетность.[‡‡‡‡‡‡‡‡‡‡‡‡‡‡‡‡‡‡‡‡‡]

Соцотчетность до сих пор вызывает в России жаркие споры. Одни считают, что соцотчет — способ публичной демонстрации своего вклада в развитие общества, позволяющий компании расположить к себе государство и избежать упреков в «безответственности» со стороны общества. Другие относятся к соцотчетности как к инструменту менеджмента и стратегического планирования, который помогает верно оценить нефинансовые риски и построить более эффективную социальную политику корпорации.

Форма соцотчетности также остается предметом полемики. Многие представители бизнес-сообщества и некоторые эксперты считают необходимым разработать новый российский стандарт отчетов с учетом «отечественной специфики». Сегодня в России приступили к соцотчетности немногим более десятка компаний. Большинство из них ориентируются на международные стандарты АА 1000 и GRI, хотя и не стремятся сразу подготовить документ в полном соответствии с ними.

Свой подход к соцотчетности предложила ТПП РФ, разработав стандарт «Социальная отчетность предприятий и организаций, заре

гистрированных в Российской Федерации. Методические рекомендации». Как утверждается в документе, он подготовлен «с учетом базовых принципов международных стандартов корпоративной социальной отчетности» АА 1000 и GRI. В стандарте ТПП РФ указано, что «важнейшим элементом подготовки тематических разделов социального отчета является организация постоянного диалога со всеми стейкхолдерами компании [заинтересованными сторонами]». Каждый раздел («Обеспечение высокого качества и конкурентоспособности товаров и услуг»; «Утверждение принципов честного, цивилизованного бизнеса»; «Стратегия и тактика предпринимательской организации в социальной сфере»; «Забота компании о благосостоянии своих сотрудников»; «Создание безопасных условий труда, укрепление здоровья общества»; «Участие в развитии интеллектуального и духовного потенциала общества»; «Вклад компании в охрану окружающей среды») сопровожден рекомендательным списком вопросов. Во вступительной части предлагается рассказать «об истории компании, основных направлениях и результативности деятельности, принципах ведения бизнеса».

ТПП РФ готовит также сборник «Социально ответственный бизнес — 250 лучших компаний России», в который войдут краткие варианты отчетов 250 организаций бизнеса, подготовленные на основе стандарта ТПП РФ. Руководитель этого проекта А. Позняк сообщил, что составлять отчеты для этого издания предпринимателям помогают региональные подразделения ТПП РФ и АЛО «Союзэкспертиза» (также входит в структуру ТПП РФ). В информационном сообщении ТПП РФ сказано: «Специалисты рабочей группы Торгово-промышленной палаты России и АЛО “ Союзэкспертиза" готовы выехать в организацию и на месте оказать всю необходимую помощь в подготовке социальной отчетности, ее экспертном удостоверении и последующем размещении краткого варианта социального отчета в тематическом Сборнике на договорной основе». В сборнике планируется представить все регионы России и почти все отрасли экономики. По мнению разработчиков стандарта ТПП, это переходный документ, который познакомит российский бизнес с мировой практикой в этой сфере и послужит ориентиром для подготовки собственных отчетов. Многие компании в регионах ничего не знают о принятых в международном сообществе формах соцотчетности. Кроме того, оплачивать консалтинг и аудит подготовки нефинансовых отчетов не по карману многим из них, поэтому специалисты ТПП окажут бизнесменам информационную и консультативную поддержку.

Инициатива ТПП вызвала неоднозначную реакцию экспертов, которые не первый год занимаются вопросами КСО и соцотчетности

в России. В обзоре, подготовленном экспертом Агентства социальной информации О. Аксеновой[§§§§§§§§§§§§§§§§§§§§§], отмечается, что предложенный стандарт можно рассматривать как шаг к повышению прозрачности бизнеса и укреплению взаимодействия с обществом. Исполнительный директор Фонда «Институт экономики города» М. Либоракина считает, что в методических рекомендациях ТПП немало интересных предложений, например включить в отчет сведения о мерах противодействия взяточничеству и коррупции, распространению некачественных товаров, наносящих вред здоровью. Однако другие положения стандарта, отмечает М. Либоракина, вызывают недоумение и даже противоречат духу и букве АА1000 и GRI. Так, совершенно не увязывается с «первоисточниками» отчетность по участию компании в конкретных конкурсах и программах (программа «Российская деловая культура» — п. 2.3; конкурс «Российская организация высокой социальной эффективности» — п. 3.2). Эксперты также сочли не вполне корректными предложения отчитываться по таким вопросам, как «установки и действия компании в сфере духовного развития сотрудников, их культурологического поведения и нравственных ориентиров» (п. 6.7); «участие компании в решении проблем, возникающих в связи с монетизацией социальных льгот» (п. 4.8).

Заместитель руководителя департамента социальной политики РСПП Е. Феоктистова отмечает, что некоторые из задач, поставленных в стандарте ТПП, слишком широкомасштабны и не соответствуют принципам соцотчетности. Она считает, что «Укрепление здоровья общества» (раздел 5) и «Участие в развитии интеллектуального и духовного потенциала общества» (раздел 6) нельзя включать в сферу прямой ответственности компании. Работодатель отвечает за создание безопасных условий труда, охрану здоровья сотрудников на рабочем месте, но не за общество в целом. Отчет, считает Е. Феоктистова, должен показывать, что компания стремится к эффективному управлению своей деятельностью, решая свои прямые задачи: «Правильная постановка задач важна как с точки зрения определения границ КСО, так и с точки зрения обеспечения эффективного управления в компании СИ и социальными расходами. При этом, по усмотрению компании, в отчете может быть показано, как успешное выполнение своих прямых задач вносит вклад в достижение общественно значимых целей развития страны или местного сообщества».

Представители РСПП отмечают, что стандарт ТТП РФ запрашивает слишком много экономической информации, которая относится к основной деятельности компании. Отдельные данные, рекомендованные к публикации, будут дублировать финансово-экономический отчет компании. Например, «Важнейшие итоги производственнохозяйственной деятельности организации и оценка основных условий и предпосылок, определивших наличие достигнутых параметров экономического развития» (п. 1.1) — вопрос, по которому обязательно отчитывается любое ОАО. Специалисты РСПП считают, что повторение этой информации в соцотчете может быть оправданно, только если она объясняет методики расчета каких-либо социальных показателей компании.

Эксперт РСПП А. Гудков оспаривает рекомендацию освещать в соцотчете такие направления экономической деятельности, как «Состояние производительности труда и динамика ее изменения за годы рыночных преобразований, возможные резервы роста»; «Наличие инновационно-ориентированной стратегии развития организации, анализ ее сущности и хода выполнения»; «Участие компании в становлении системы частно-государственного партнерства для реализации инфраструктурных и иных проектов»; «Инвестиционная активность предпринимательской структуры, анализ основных источников и направлений инвестиционного процесса»; «Оценка потребителями качества продукции, выпускаемой компанией или предоставляемых ею услуг юридическим и физическим лицам» (пп. 1.5—1.9), полагая, что полное раскрытие этой информации может противоречить интересам как самой компании, так и ее стейкхолдеров.

Е. Феоктистова убеждена, что компания должна сама определять структуры и систему показателей отчета: «...подготовка социальных отчетов является добровольным делом компаний, не требующим жестких внешних регламентов. Наполнение отчета зависит от тех задач, которые ставит перед собой компания, самостоятельно принимая решение о подготовке отчета, его формате и содержании. Используемая при подготовке социальных отчетов система индикаторов — это инструмент, дающий возможность компании адекватно описывать свои действия, измерять их и оценивать результативность с учетом избранной стратегии и приоритетов».

Не вызывает одобрения экспертов и форма подачи сведений, предложенная стандартом ТПП РФ: система индикаторов изобилует абсолютными показателями, однако в руководстве GRI акцент сделан на относительные показатели и описание стратегий. А. Гудков отмечает,

что зарубежные компании большую часть данных в соцотчетах публикуют в виде диаграмм, графиков и относительных величин (например, цепных индексов), так как эти сведения могут представлять коммерческую тайну

Не совсем понятно, кому будет адресован отчет, подготовленный в соответствии с рекомендациями ТПП. «На наш взгляд, — пишет Е. Феоктистова, — хороший отчет не может быть ориентирован на общество вообще или на государственную власть исключительно, его фокус — конкретные целевые группы. Каждая целевая группа, на которую ориентирован отчет, должна найти в нем отражение своих интересов, а также увидеть сбалансированный подход к учету интересов различных стейкхолдеров». Вопрос о целевой аудитории возвращает нас к основному принципу построения соцотчетов, закрепленному в стандартах АА 1000 и GRI, — непрерывному диалогу со стейкхолдерами. Эксперты отмечают, что роль этого инструмента, а также техника его использования, не прописана в рекомендациях ТПП РФ.

Негативную реакцию экспертов вызвала инициатива по выпуску сборника, так как информация о компаниях будет размещаться в нем на платной основе. «Поскольку участие в сборнике предполагается на договорной, а не конкурентной основе, это не гарантирует, что в данное издание войдут действительно лучшие примеры из российской практики соцотчетности», — считает исполнительный директор Ассоциации менеджеров С. Литовченко. По мнению М. Либоракиной, для составления сборника с громким названием наподобие «250 лучших компаний...» необходимо провести публичный конкурс: подобная «коммерция» — «заплатите деньги, и вы войдете в список наиболее социально ответственных компаний» — дискредитирует идею соцотчетности в целом.

Также неясен статус АНО «Союзэкспертиза», на которое возложена функция консультировать компании и заверять отчеты по методике ТПП РФ. Эксперты интересуются, проводился ли тендер на оказание подобных услуг и по каким критериям выбрана именно эта организация. Кроме того, нельзя одновременно оказывать консультационную поддержку в подготовке отчетности и заверять ее — это прямой конфликт интересов. />С.              Литовченко выразил сомнение, что российским компаниям нужно «упрощенное дидактическое пособие» по международным стандартам соцотчетности. Он считает, что представители бизнеса сами в состоянии освоить оригиналы, если примут решение о подготовке отчета. «Вызывает сомнение необходимость подобного упрощенного стандарта для

компаний “второго эшелона". И с уверенностью можно сказать о его невостребованности в ведущих российских компаниях», — отмечает он. М. Либоракина считает, что представители ТПП РФ должны разъяснить бизнес-сообществу статус разработанного стандарта и согласовать его с общепризнанными в мире стандартами, прежде всего АА 1000 и GRI, упомянутыми в стандарте ТТП.

Эксперты считают, что соцотчетность — это эффективный инструмент управления нематериальными активами компании. Однако это требует больших усилий и понимания долгосрочных целей отчетности. Поэтому подготовка соцотчета должна быть взвешенным решением, а не данью моде, о которой через год можно забыть.