Опыт Латинской Америки

торговли между Севером и Югом, заключается в том, что его

результатом станет зависимость третьего мира от экспорта

сырья в промышленно развитые страны.

принципов свободной торговли, утверждают сторонники

этой точки зрения, развивающиеся страны никогда не смо)

гут осуществить индустриализацию и перейти к экспорту

промышленной продукции. Поэтому во многих из этих стран

возобладала идея о замещении? импорта?, согласно которой

государство под защитой заградительных тарифов должно

строить и развивать национальную промышленность за счет

производства товаров, которые в противном случае приходи)

лось бы ввозить из)за рубежа. Целью такой политики являет)

ся своего рода автаркия — способность удовлетворять все по)

требности за счет собственных ресурсов, а не специализация,

ставящая страну в зависимость от международной торговли.

Теория? зависимости? быстро обрела популярность после

Второй мировой войны; немало сторонников у нее нашлось

и на Западе. Именно поэтому в 1960)х годах западные на)

блюдатели предполагали, что Северная Корея — страна с за)

крытой экономикой — перегонит? Южную Корею, взявшую

курс на развитие экспортных отраслей, и оценивали перс)

пективы маоистского Китая куда выше, чем Тайваня с его

ориентацией на торговлю. Политика замещения? импорта»

проводилась также в Индии и ряде африканских стран, од)

нако образцом для них послужил послевоенный опыт Латин)

ской Америки10.

В том, что руководство Чили, Бразилии, Аргентины

и ряда других латиноамериканских стран взяли на вооруже)

ние эту концепцию, нет ничего удивительного. С середины

XIX века этот регион переживал экономический бум за счет

экспорта небольшого количества видов сырья — таких, как

кофе, бананы, сахар, хлопок и медь. Это, однако, не обеспе)

чивало латиноамериканским странам всестороннего разви)

тия, поскольку их общество имело ярко выраженную сослов)

ную организацию.

латифундистов владел гигантскими земельными угодьями,

на которых трудились легионы обездоленных и неквалифи)

цированных батраков, зачастую получавших жалованье

натурой — продукцией, производившейся в этих поместьях.

Малочисленная элита получала со своей собственности

огромные прибыли, но не вкладывала их в дело. Закупать ма)

шины, увеличивающие производительность труда, ей было

незачем, поскольку рабочая сила имелась в избытке; в повы)

шении урожайности также не было заинтересованности —

посевных площадей хватало, а если возникала необходи)

мость их расширить, землю просто отнимали у местных жи)

телей. В результате сельское хозяйство не развивалось; спрос

на промышленную продукцию тоже не увеличивался, по)

скольку доходы людей оставались низкими. Представители

элиты не проявляли интереса ни к технологическим усовер)

шенствованиям, ни к улучшению организации производ)

ства. Что же касается работников, то низкий образователь)

ный уровень, социальная дискриминация и регулирование

торговли не позволяли им заняться малым бизнесом. Эконо)

мика латиноамериканских государств по)прежнему зависе)

ла от экспорта нескольких видов сырья. Когда в 1930 году

разразился мировой экономический кризис и богатые стра)

ны вновь ввели протекционистские барьеры, это стало

страшным ударом для стран Латинской Америки. Возмож)

ности для экспорта, служившего основой их экономики,

практически исчезли.

Приведенный пример показывает, что сама по себе

торговля не всегда приводит к динамичному развитию, если

речь идет о странах, где господствует угнетение. Когда ситуа)

ция в стране статична, а в обществе царят привилегии для

немногих и дискриминация, торговля редко оказывается

в состоянии решить эти проблемы. Для этого население дан)

ной страны должно получить свободу и возможность само)

стоятельной экономической деятельности. Необходима зе)

мельная реформа, способная положить конец феодальным

пережиткам, а также либерализация рынков и развитие си)

стемы образования.

сударств и ученые)марксисты, развивавшие теорию? зависи)

мости?, сделали из сложившейся ситуации совершенно иные

выводы. Опыт истории, утверждали они, показывает, что

развитие торговли чревато пагубными последствиями, по)

этому государства должны стремиться к автаркии и прово)

дить индустриализацию за счет внутренних резервов. Таким

образом, все свалили с? больной головы на здоровую?. Лати)

ноамериканские страны, оставив в неприкосновенности

сословные привилегии и продолжая политику государствен)

ного вмешательства в экономику, начали борьбу со свобод)

ной торговлей.

Проводимую ими политику можно назвать класси)

ческим образцом протекционизма — и экономического са)

моубийства. Правительства латиноамериканских стран

выделяли огромные средства на развитие национальной про)

мышленности, защищая ее высоченными тарифными барье)

рами. В 1950)х годах были введены жесткие запреты или кво)

ты на импорт, а тарифы составляли в среднем 100–200% от

стоимости товара. Поскольку потребители лишились воз)

можности покупать зарубежные товары, национальная про)

мышленность быстро увеличивала объемы производства, де)

монстрируя высокие темпы роста. Однако предприятия,

защищенные от конкуренции, не проводили технической

и организационной модернизации. Происходило лишь рас)

ширение уже устаревших и неэффективных отраслей промы)

шленности. Поскольку внутренние цены превышали миро)

вые, у корпораций ослабли стимулы для экспорта продукции.

Экономика все больше подчинялась политике: государство

стремилось управлять трудовыми ресурсами, ценами и про)

изводством в целях индустриализации. Государственный

контроль над экономикой постоянно усиливался — в Арген)

тине, к примеру, были национализированы даже цирки. В ре)

зультате корпорации тратили больше средств и усилий на то,

чтобы попасть в фавор к властям предержащим, чем на опти)

мизацию производства. Сформировались мощные лоббист)

ские группы, требовавшие привилегий или компенсации за

привилегии, предоставленные другим группам.

в сфере распределения все больше определялась ходом поли)

тической борьбы и все меньше — рыночными механизмами.

Люди, не занимавшие высокого положения в обществе

и не входившие в мощные лоббистские коалиции — индей)

цы, сельские батраки, представители малого бизнеса, жители

трущоб, — все глубже погружались в нищету. Из)за тарифов

снизилась их покупательная способность, а высокая инфля)

ция, раскрученная для финансирования растущих государ)

ственных расходов, обесценивала их скудные сбережения.

Неравенство в латиноамериканских странах — и без того

весьма значительное — достигло неимоверного уровня. Воз)

водились роскошные дворцы, и одновременно как грибы

множились кварталы трущоб. Лишь немногие дети рожда?)

лись в рубашке?, уделом большинства были улица и голод.

О Рио)де)Жанейро говорили: его? центр — как Париж,

а окраины — как Эфиопия?. В Бразилии на долю самых бога)

тых 10% населения приходилось 50% ВВП (для сравнения —

в США этот показатель равен 25%, в Швеции меньше 20%).

Недовольство граждан правящие классы направляли против

внешних? врагов?. Защищая свои привилегии, они утвержда)

ли, что проводимая ими политика просто безупречна, —

а в бедственном положении людей виноваты иностранные

державы, прежде всего США.

Нищим потребителям приходилось покупать самое

необходимое по завышенным ценам, а крупные предпри)

ниматели, защищенные тарифными барьерами, богатели.

В 1960)х годах автомобиль в Чили стоил в три раза дороже, чем

на мировом рынке, так что лишь богачи могли позволить себе

иметь машину. Рост цен затрагивал и промышленность, ведь

она нуждалась в оборудовании — например, в грузовиках для

перевозки продукции. Поскольку реализация товаров, произ)

веденных по ту сторону тарифных барьеров, на внутреннем

рынке была запрещена, правительства латиноамериканских

стран поощряли создание на своей территории филиалов ино)

странных фирм. Однако это не приводило к внедрению про)

грессивных методов производства: западные компании бы)

стро приспосабливались к особенностям проводившейся

в этих странах экономической политики. Вместо специализа)

ции и повышения эффективности они превращались в масте?)

ров на все руки?, производя любые товары, которые нельзя

было ввозить из)за рубежа. Они создавали специальные по)

дразделения по работе с местным бюрократическим аппара)

том: их задачей было получать разрешения на открытие дела,

льготные кредиты, ценовые привилегии и подряды на госу)

дарственные проекты. Дружеские отношения с местными

элитами стали методом увеличения прибылей в бизнесе, в ре)

зультате чего он превратился в негативный фактор политиче)

ской обстановки. Ограничение деятельности корпораций

только внутренним рынком исключало снижение издержек за

счет расширения производства, а отсутствие конкуренции ли)

шало их необходимости совершенствовать техническое осна)

щение и организационную структуру.

Латинская Америка все больше отставала от других ре)

гионов мира в промышленном развитии. Из)за неконкурен)

тоспособности на мировом рынке, ставшей результатом деся)

тилетий протекционистской политики, экономика этих

стран все больше зависела от льгот и импортных тарифов, ко)

торые, в свою очередь, способствовали ее дальнейшему от)

ставанию. В итоге огромное значение для этих стран вновь

приобрел экспорт сырья, за счет которого приходилось

финансировать возрастающий импорт оборудования и полу)

фабрикатов для промышленности. Однако, поскольку госу)

дарство по)прежнему держало сельское хозяйство и экспорт)

ные отрасли на? голодном пайке?, развитие этих секторов

тормозилось все больше и больше. Возможность развивать

именно те отрасли народного хозяйства, которые обладали

конкурентоспособностью на мировом рынке, оставалась не)

реализованной. Миллионы людей покидали деревню, попол)

няя население городских трущоб. В конечном итоге эконо)

мика оказалась не в состоянии поддерживать устаревший

промышленный сектор. Значительные зарубежные займы,

привлеченные в 1970)х годах, лишь отсрочили неизбежный

крах и усугубили его последствия: в 1982 году, когда Мексика

приостановила выплаты по кредитам, в Латинской Америке

разразился долговой кризис беспрецедентного масштаба. За

три года доход на душу населения в странах региона снизил)

ся на 15%; 1980)е годы стали периодом постоянных финан)

совых кризисов и гиперинфляции. Лишь экономические ре)

формы и либерализация торговли в конце десятилетия

позволили некоторым из этих государств встать на ноги и по)

высить темпы роста экономики. Проблема, однако, заключа)

ется в том, что из)за огромного долгового бремени и ограни)

ченности объемов внешней торговли эти страны и сегодня

подвержены экономическим неурядицам. В этом мы убеди)

лись на примере аргентинского кризиса 2001 года. Если дохо)

ды страны от экспорта, за счет которых она расплачивается

с долгами, невелики, даже небольшой дисбаланс в бюджете

способен потрясти до основания всю ее экономику. Народы

Латинской Америки и сегодня расплачиваются? по счетам»

за общество? привилегий? и протекционистскую политику.

Впрочем, пример Чили показывает, что и в этом регио)

не динамичное развитие вполне возможно. Когда диктатор

Аугусто Пиночет понял, что продолжение прежней полити)

ки — раскручивания инфляции и государственного регули)

рования — ведет к экономическому краху, он начал прислу)

шиваться к советам экономистов)рыночников. В отличие от

других стран региона с авторитарными режимами, власти

Чили примерно с 1975 года начали либерализацию эконо)

мики и переход к свободной торговле. Результатом стал

мощнейший рост; к 1995 году реальные доходы в стране уве)

личились вдвое, детская смертность снизилась с 6 до 1%,

а средняя ожидаемая продолжительность жизни возросла

с 64 до 73 лет. Сегодня уровень жизни в Чили почти сравнял)

ся со странами Южной Европы — какой разительный кон)

траст с ситуацией в соседних южноамериканских государ)

ствах! И, самое главное, в стране произошел мирный переход

от кровавой диктатуры к стабильному демократическому

устройству — именно это предсказывали либеральные эко)

номисты, консультировавшие режим Пиночета11.