Риск превращается в призвание
В процессе эволюции человеческой культуры развивалось уважение и восхищение людьми, готовыми к риску (но в определенных границах). В этой связи Адам Смит вспоминает историю о владельце горячего скакуна, который вследствие случайного испуга убил раба.
Но, как замечает А. Смит, мы не должны критиковать хозяина, который держит такую лошадь и часто выезжает на ней: «Робкое, всего пугающееся благоразумие никогда не считается добродетелью, но качеством, уничтожающим нашу способность к деятельности и к ведению какого бы то ни было дела»[200]. Безусловно, для некоторых людей рискованные предприятия считаются моральным императивом.Мы инстинктивно уважаем готовых к риску людей до тех пор, пока их действия не принимают антиобщественный характер. Одним из следствий этого отношения является наша толерантность к социальному неравенству. Несмотря на порождаемое неравенством раздражение, способное перерасти в гнев, этот переход происходит только тогда, когда люди уверены в неправедности нажитого. В иных случаях огромное богатство вызывает даже восхищение. Все наши финансовые договоренности и механизмы сосредоточены на недопущении неравенства, обусловленного нечестно добытым или нажитым богатством, тогда как действительные победители вызывают только восхищение.
Неравенство само по себе не считается ни хорошим, ни плохим до тех пор, пока оно не сопровождается жестокой бедностью и несправедливостью[201]. Попытки сглаживания неравенства повлекут за собой экономические издержки; действия в этом направлении могут затруднить обществу достижение других его целей. Большинство из нас высоко ценят самые разные достижения нашего общества (по общему признанию, не обеспечивающего экономическое равенство) в таких областях, как культура, наука и спорт. Мы приходим в радостный трепет, задумываясь о том, сколь прекрасным может быть наше будущее. Но все эти будущие достижения возможны только в условиях динамично развивающейся экономики, условие быстрого роста которой, как представля- ется^относительно высокая степень неравенства.
В течение нескольких последних столетий в человеческом сознании (по крайней мере, в западном образе мышления) постепенно формировалась идея о том, что деятельность в сфере финансов, наряду с другими профессиями, может восприниматься как призвание, как исполнение благородного долга. По Максу Веберу, идея призвания, под которым понимается жизненное предназначение, определяемое участием в одной из широкого круга различных профессий, первоначально появилась благодаря Мартину Лютеру и протестантской Реформации и оказала огромное влияние на поступательное развитие капитализма[202].