ГЛАВА 4. ДЕНЕЖНО-КРЕДИТНОЕ РЕГУЛИРОВАНИЕ В ЦЕЛЯХ ДЕДОЛЛАРИЗАЦИИ И ПРЕОДОЛЕНИЯ НЕГАТИВНЫХ ПОСЛЕДСТВИЙ САНКЦИЙ

В конце 2018 г. рубль был признан самой рискованной валю­той в мире, по версии агентства Bloomberg. На решение повли­яли две причины: снижение мировых цен на нефть и негатив­ные ожидания, связанные с возможным расширением американ­ских санкций.

Роль регулятора

Одно из направлений деятельности главного денежно-кре­дитного регулятора страны - защита национальной экономики от внешних шоков. Соответственно, в периоды экономическо­го противостояния и санкций влияние центрального банка на национальное хозяйство, чтобы защитить его от неблагоприят­ной ситуации, должно, видимо, возрастать. Определяющей фун­

кцией должна быть его способность адекватно реагировать и противостоять внешним шокам с целью сократить их негатив­ное воздействие.

Говоря о своей позиции в вопросе противостояния санкци­ям, Банк России, ссылаясь на непредсказуемость решений госу­дарств-оппонентов, видит свою задачу не столько в проактив­ных действиях, сколько в том, чтобы имеющимися в его распо­ряжении инструментами минимизировать последствия вновь вводимых санкций. Речь идёт об оказании помощи экономике в её адаптации к внешним шокам, а также в повышении базо­вой финансовой стабильности национального хозяйства.

В этой связи Банк России отдаёт приоритет превентивным мерам, чтобы ограничить наиболее рискованные операции, в ча­стности, в сфере кредитования, способных генерировать эффект домино в экономике и провоцировать кризисную ситуацию. Па­раллельно создаются так называемые буферы от внешних шо­ков, среди которых на первом плане - формирование достаточ­ных резервов у коммерческих банков, необходимых в кризис­ных ситуациях.

Власти США давно используют тему антироссийских санк­ций как информационный повод, который сам по себе уже спо­собен вызывать серьёзные колебания на рынке.

Влияние шоков на экономический рост

По оценкам Bloomberg, вводимые с 2014 г. против России санкции отняли у её экономики примерно 6% роста ВВП^[42]. В целом наши потери по этому показателю составили около 10%, из них 4% приходится на падение цен на нефть. Важно пони­

мать, что рост ВВП сдерживают не только санкции и колебания цен на нефть. Значительный вклад вносит «прагматичный» под­ход Банка России, который ставит во главу угла стабильность цен за счёт инфляционного таргетирования. Так, после резкого обесценения рубля на фоне санкций в 2014 г. ставка рефинанси­рования была поднята до 17%, чтобы не допустить очередного скачка инфляции. Долгое время ставка оставалась на уровне вдвое выше инфляции, и только к началу 2020 г. была постепен­но снижена до 6% на фоне прогноза Минэкономразвития, со­гласно которому инфляция составит 3%.

Не способствуют экономическому росту и действия Минфи­на: в соответствии с бюджетным правилом, министерство выво­дит в резервы сверхдоходы от продажи нефти, которые возни­кают при цене, превышающей 40 долларов за баррель. Валюту, купленную на эти средства, размещают за пределами РФ. Сум­ма средств, выводимая таким образом из страны, очень сущест­венна. Например, в 2018 г. по этой схеме было обращено в ва­люту порядка 4 трлн руб., то есть почти четверть всех расходов бюджета РФ.

Обладая столь значительными резервами для роста, прави­тельство в 2019 г., тем не менее, предложило повысить НДС с 18 до 20%, чтобы сформировать дополнительные фонды финан­сирования целей национального развития, определённые прези­дентом страны.

циал этого показателя (ещё до пандемии) он оценивал в 1,6%^[43].

Вызывает тревогу то, что в Банке России уверены в нецеле­сообразности или невозможности использовать денежно-кредит­ную политику для повышения темпов роста экономики. Опыт показывает, что эффект от новых санкций (даже если они на­правлены против конкретных лиц или компаний) неизбежно рас­пространяется на всех физических и юридических лиц в силу того, как устроена современная отечественная экономика. Нако­пление Минфином и ЦБ резервов для спасения экономики в ус­ловиях кризиса, возможно, позволяет достичь своей цели, но не служит инструментом экономического роста, который мог бы защитить от кризиса гораздо эффективнее. Пассивность отече­ственных денежных властей в сочетании с устаревшей структу­рой экономики, зависимой от цен на нефть и внешних шоков, противоречит объективной необходимости качественных изме­нений. Последние должны быть направлены на модернизацию, создание инновационной экономики и повышение производи­тельности труда за счёт активной инвестиционной и кредитной политики государства. Такая задача настолько грандиозна, что она не может быть решена без участия государства, без мас­штабных государственных финансовых вливаний. Частный биз­нес с такой задачей справится не в силах: по своей природе та­кого рода инвестиции чреваты для частного бизнеса слишком высоким уровнем риска, чтобы в больших масштабах участво­вать в обновлении экономики страны.

Точка зрения Банка России

Санкции стали экономическим оружием в руках США и бу­дут сохранять своё влияние, пока Россия не найдёт инструмен­ты противодействия, способные дать эффективный ответ на давление Америки. Одним из путей решения этой задачи могло бы стать формирование вокруг РФ валютного интеграционного блока, некой зоны российского рубля.

Санкции имеют чисто административную, политическую окраску и требуют соответствующего политического реагирова­

ния. Тем не менее, глава Банка России Эльвира Набиуллина в соответствии с канонами либеральной экономической политики заявляет, что административные методы не будут применяться, чтобы расширить сферы оборота рубля. По её словам: «Мы предпринимали и предпринимаем ряд регулятивных мер для того, чтобы банкам было более выгодно работать в рублях и по пассивной стороне, и по активной: диверсификация требований по обязательным резервам, коэффициенты риска по валютным кредитам у нас повышены в расчёте достаточности капитала. Но, наверное, самое основное, чтобы рубль был привлекателен для расчётов, - уверенность в том, что покупательная способ­ность рубля не обесценивается, низкая инфляция и, конечно же, низкая волатильность рубля для использования в международ­ных расчётах. Это очень важные факторы»^[44].

Глава ЦБ также уверена, что Банк России способен поддер­живать финансовую стабильность, несмотря на внешние шоки. Одним из таких инструментов может быть временное прекра­щение выкупа валюты по вышеупомянутому бюджетному пра­вилу. Однако последнее было введено, в том числе с согласия ЦБ, и призвано создавать буфер от внешних шоков, стабилизи­ровать базу для будущих расходов бюджета и добиться необхо­димой степени независимости экономики от колебаний цен на нефть и новых санкций. Приостанавливать действие правила оз­начает признавать его неэффективность в деле защиты от вне­шних шоков. Таким образом, российский центральный банк, по существу, выступает сейчас против меры, которая была введе­на с его благословения.

Э. Набиуллина называет и другие стандартные методы ста­билизации финансового положения в стране: «это и автоматиче­ски включающиеся валютные свопы, аукционные инструменты предоставления валютного рефинансирования нашим банкам, это и временные регулятивные послабления для банков»^[45]. Гла­ва Банка России также подчеркнула важность жёсткого надзо­

ра за финансовой системой, чтобы та могла соответствовать но­вым вызовам и рискам.

Более органичным и потенциально перспективным направ­лением защиты от «долларовых» санкций представляется про­дажа российских облигаций за евро. В частности, в ноябре 2018 г. Минфин выручил от продажи своих еврооблигаций 1 млрд евро, бумаги обещали их владельцам доход в 3% годовых на срок 7 лет, и спрос превысил предложение. Ранее успешный вы­пуск облигаций в евро провёл «Газпром». Однако несмотря на свою перспективность и потенциальную стратегическую важ­ность, подобные инструменты в евро занимали совсем незначи­тельную нишу в структуре внешнего долга России (всего лишь около 1%).

Европейский подход

Пока Россия борется с последствиями санкций, ищет спосо­бы дедолларизации и расширения использования рубля в расчё­тах, единая Европа разработала свой план по росту интернаци­онализации евро.

В сентябре 2018 г. председатель Европейской комиссии Ж.- К. Юнкер отметил необходимость повысить статус европейской валюты до уровня, который соответствует роли ЕС в мировой экономике^[46]. В декабре 2018 г. Европейская комиссия выпусти­ла доклад «К более сильной международной роли евро»^[47]. В нём ЕК на базе мер по развитию ЭВС, продвижению банковского союза с переходом к союзу рынков капитала высказала стремле­ние расширять международное использование евро до уровня, соответствующего реальному политическому и экономическому значению еврозоны в мире^[48]. На тот момент, по данным Все­мирного банка, по Ш1С ВВП еврозоны составлял почти 15 трлн

долл., а США - 19,4 трлн долл.^[49]При этом, по данным МВФ, на доллар приходилось 62%, а на евро - не более 20% официаль­ных валютных резервов мира^[50].

Выбор в пользу доллара продиктован высокой ликвидно­стью и низкими издержками расчётов в этой валюте, что позво­ляет ей быть основной в глобальной валютно-финансовой си­стеме. Еврокомиссия намерена нарушить гегемонию доллара. Для этого она будет: стимулировать углубление экономической интеграции в рамках еврозоны и всего ЕС; договариваться с центральными банками других стран о расширении использова­ния евро и инструментов, номинированных в европейской ва­люте; выводить единую валюту на новые рынки и упрощать до­ступ новых участников к европейской платёжной системе; обес­печивать инновационное развитие и стабильность финансового рынка ЕС.

По мнению Еврокомиссии, сильная евровалюта принесёт пользу не только ЕС, но и всей мировой финансовой системе. Её устойчивость только выиграет, если в мире будет больше клю­чевых валют, а зависимость от действий отдельных стран-эми­тентов таких валют снизится. Европейцам рост международно­го использования евро сулит снижение не только рисков, но и стоимости привлечения средств.

План действий

Европа намерена начать расширение глобального использо­вания евро с увеличения его доли в расчётах за углеводороды. Этой проблеме посвящён отдельный доклад о повышении меж­дународной роли евро в сфере энергоносителей, где ставится за­дача существенно сократить чрезмерное использование долла­ра на европейском рынке нефти и газа (расчёты за более чем 80% импорта энергоносителей в ЕС в настоящее время осуществля­ются в долларах США)^[51].

Пока международные марки нефти (Brent, WTI, Urals)коти­руются в долларах, европейские компании, даже между собой, торгуют и ведут расчёты по этим позициям также в американ­ской валюте. На европейском рынке природного газа есть при­меры, когда расчёты ведутся в евро, например, по газу из Нор­вегии. Однако значительная доля импорта из РФ по-прежнему оплачивается в долларах.

Сохраняющиеся угрозы заградительных пошлин и односто­ронних санкций со стороны США делают операции в американ­ской валюте всё более рискованными. По сути, все страны ми­ра стоят перед необходимостью защитить свой экономический суверенитет в условиях, когда навязанную им в предыдущие де­сятилетия валюту эмитент начинает в открытую её использовать для прямого давления. У Европы в этом плане позиция более выигрышная, чем у большинства других стран и регионов мира, поскольку евро уже заявило о себе как главной после доллара валюте мира. И теперь дело лишь за тем, чтобы усилить между­народный статус евровалюты. В своём докладе Еврокомиссия говорит о намерении не позволять третьим странам причинять ущерб интересам ЕС, его компаниям и гражданам.

Введённые США в сентябре 2018 г. санкции против Ирана заставили политиков ЕС задуматься о необходимости иметь за­щищённую от влияния со стороны США собственную платёж­ную систему, в рамках которой европейцы могли бы продолжать свободно покупать нефть из Ирана. Аналогично санкции США против компаний, зарегистрированных в РФ, угрожают крупным совместным проектам в сфере поставки энергоресурсов и энер­гетики, где европейские компании активно работают в связке с российскими партнёрами: «Северный поток-2» тому пример.

Соответственно, Еврокомиссия настаивает на том, чтобы ев­ропейские компании переходили на использование евро как ва­люты контракта при поставках энергоносителей и других стра­тегических товаров. Также рекомендуется использовать евро в роли валюты котировок на рынке физической нефти, чтобы по­степенно расширить долю производных биржевых инструмен­

тов, расчёты за которые производят в евро. Параллельно плани­руется расширять спектр предлагаемых на рынке ценных бумаг, размещаемых в евро. В частности, странам еврозоны предлага­ют шире применять их бумаги в качестве обеспечения выпус­ков облигаций частных эмитентов.

Кроме того, Еврокомиссия обращает внимание на то, что сейчас почти все платежи в стратегической для ЕС отрасли - са­молётостроении - проводят в долларах. Даже европейский ги­гант Airbusпродаёт свою продукцию за доллары. Еврокомис­сия планирует стимулировать перевод расчётов в евро в этой и в других стратегических отраслях. К таким сферам принадле­жит торговля металлами, минеральным сырьём, продовольст­венными продуктами, железнодорожный и морской транспорт.

* * *

Перед Россией и Европой в настоящее время стоит задача вытеснить доллар из двусторонних, региональных и междуна­родных расчётов в целях защититься от санкций и открытого давления, которое США всё больше оказывают на своих контр­агентов. Совпадение интересов РФ и ЕС требует совместных действий, значение которых усиливает значительный объём вза­имной торговли, в том числе энергоресурсами. Американские санкции непосредственно угрожают долларовым расчётам рос­сийских компаний, связанных с поставками газа и нефти. Си­туация сейчас такова, что у евро гораздо больше возможностей повысить свою роль во взаимной торговле. Следовательно, на­до менять порядок, согласно которому львиную долю торговли нефтью и газом в современном мире ведут в долларах. Карди­нально решить эту задачу Европа без России, крупнейшего по­ставщика энергоносителей, не сможет. Поскольку и Россия, и Европа ставят сейчас задачу повысить роль своих валют в миро­вой экономике, менять устои валютно-финансовой системы про­ще сообща: Россия не должна допускать положения, когда евро будет вытеснять доллар в международных расчётах без участия рубля.