<<

↑

>>

1.3. Единство и многообразие видов интегрированных субъектов на современном этапе экономического развития

Единство видов интегрированных субъектов обусловлено их конституи­рующими признаками, которые были исследованы в разделе 1.1. Вместе с тем, многообразие видов интегрированных субъектов заложено уже в сосущество­вании двух их основных типов и в возможностях создания производных форм.

Конкретизируем исследование многообразия видов интегрированных субъек­тов, введя в анализ существенные характеристики современного этапа развития экономических отношений России.

Применительно к заявленной научной проблеме указанные характеристи­ки правомерно определить следующим образом:

А. Вовлечение в формирование интегрированных субъектов представите­лей государственного, частного и общественного секторов и соответствующих институтов; при этом для России характерно доминирование государственного и слабое развитие общественного секторов, что обусловливает асимметрию ин­тегрированных субъектов1. В данном отношении весьма характерно положение в сфере, которую правомерно квалифицируют в качестве «локомотива» по­стиндустриальных преобразований - сфере формирования человеческого фак­тора устанавливающейся экономики знаний. Выделим здесь два момента - по­зицию данной сферы в национальной экономике России и ее ресурсное обеспе­чение (табл. 1.3.1, рис. 1.3.1).

Данные анализа, представленные в табл. 1.3.1, позволяют сформулиро­вать следующий вывод: Россия значительно (в 2-3 раза) уступает наиболее раз­витым странам мира по доле сферы развития человеческого фактора, отставая даже от Беларуси; при этом позиции страны в мире в данном отношении резко ухудшились за два последних десятилетия, когда страна занимала одну из ли­дирующих позиций.

1 См.: Торчинова О.В. Специфические характеристики интегрированных субъектов экономических отношений современной России //Устойчивое развитие горных территорий. 2013.№ 2. С.90.

Анализ данных, приведенных на рис.

1.3.1, позволяет сформулировать вывод о том, что доля расходов на образование в общих расходах российских домохозяйств в 1,5-2 раза ниже, чем в развитых странах мира, что в условиях последовательного переложения затрат на образование на плечи домохозяйств

подрывает основу для формирования качественно новых видов интегрирован­ных субъектов, адекватных экономике знаний.

Таблица составлена автором по данным источника: Годовой отчёт 2013 // МВФ. URL: http://www.imf.org/external/russian/pubs/fit/ar/2013/pdf/ar13_rus.pdf (дата обращения: 27.08.2014 г.).

Характерно, что в одном из определяющих секторов сферы формирова­ния человеческого фактора современной России - секторе образовательных ус­луг позиции негосударственного образования в количественном отношении кажутся достаточно сильными, однако остаются весьма слабыми в качествен­ном отношении (технологии, организация обучения, привлечение высококва­лифицированных специалистов и др.), а негосударственные организации выс­шего образования находятся в неравном положении с государственными обра­зовательными организациями, будучи практически полностью отделены от го­сударственного заказа на подготовку бакалавров, специалистов и магистров.

зяйств

1

Указанные обстоятельства характерны для сферы образовательных услуг регионов СКФО (табл. 1.3.2).

1 Рисунок построен автором на основе данных источника: Годовой отчёт 2013 // МВФ. URL: http://www.imf.org/external/russian/pubs/fx/ar/2013/pdf/ar13_rus.pdf.(дата обращения: 15.08.2014 г.) 2 См.: Торчинова О.В. Специфические характеристики интегрированных субъектов экономических отношений современной России //Устойчивое развитие горных территорий. 2013.№ 2. С.90.

Б. Ориентация участников интеграционного взаимодействия на эффек- тивное комбинирование своих созидательных потенциалов, что обеспечивает извлечение синергетического эффекта2.

В России указанная ориентация, характерная для современной глобаль­ной экономики, существенно ослаблена инерционной ориентацией националь­ного хозяйства на извлечение природной ренты, что отражается в структуре ин­вестиций (табл. 1.3.3).

1 Таблица составлена автором по данным источника: Социально-экономическое развитие регионов СКФО. Пятигорск, 2014.

Обобщенные на основе данных табл. 1.3.3 результаты анализа, позволя­ют сформулировать вывод о том, что в структуре инвестиций в нефинансовые активы снижается доля инвестиций в нематериальные активы, а доля затрат на НИОКР практически не растет, что свидетельствует о сохранении инерционной траектории движения национальной экономики и отчуждении ее интегриро­ванных субъектов от процесса становления экономики знаний. Без перелома,

инициированного государством, прежде всего, в стимулировании спроса на ин­новационные продукты и услуги, искомый синергетический эффект в формиро­вании качественно новых интегрированных субъектов не будет достигнут. Таблица 1.3.3 - Изменение структуры инвестиций в нефинансовые активы в процессе развития экономики России, % к итогу1

В. Расширение пространства интеграционного взаимодействия до гло­бальных масштабов, что в известной мере сдерживается сохраняющейся лока­лизацией экономических отношений2. Выделим здесь два момента:

- вступление России в ВТО, которое обозначило качественно новый ру­беж в интеграции национальной экономики в мировое хозяйство;

- реализация в хозяйственном пространстве страны глобальных инвести­ционных проектов.

1 Таблица составлена автором по данным источника: Регионы России. Социально-экономические по­казатели. 2014: Стат. сб. / Росстат. М., 2014. 2 См.: Торчинова О.В. Специфические характеристики интегрированных субъектов экономических отношений современной России //Устойчивое развитие горных территорий. 2013.№ 2. С.90.

При затяжном (около 18 лет) процессе вступления в ВТО основной ак­цент был сделан на формальное согласование позиций с другими странами, входящими в данную организацию, что обусловило неготовность националь­ных производителей к новым условиям деятельности. Характерно, что одним из итогов вступления в ВТО стало резкое (на 20-30%) снижение производства молочных продуктов, мяса и мясопродуктов в 2013 г. и соответствующий зна­чительный рост доли импорта в наполнении отечественного продовольственно­го рынка. Значительная часть интегрированных субъектов в аграрной сфере по­теряла свой потенциал саморазвития и конкурентоспособности, что обусловило снижение наполнения их субъектного статуса.

Оценивая реализацию в хозяйственном пространстве страны глобальных ин­вестиционных проектов, сфокусируем внимание на масштабном и амбициозном проекте инновационного центра «Сколково». Характерно, что при реализации данного проекта происходило свертывание финансирования национальной про­граммы развития научных центров - наукоградов. Так, в федеральном бюджете России на 2014 год на финансирование всех наукоградов было выделено 0,6 млрд. руб., что существенно меньше, чем в 2008 г. (1,5 млрд. руб.). Снижение бюджет­ного финансирования обозначилось уже в 2010 г., когда из-за кризиса выделяе­мые средства сократили почти в 3 раза. Сворачивание бюджетного финансирова­ния сделало невозможным выполнение ранее принятых программ развития горо­дов, в которых сосредоточена значительная часть (до 40%) всего национального научного потенциала1.

1 Расчеты автора по данным источника: Регионы России. Социально-экономические показатели. 2014. Стат. сб. / Росстат. М., 2014. См.: Ручнов К. М., Зайцева Е. Г. Технологические факторы экономического развития России: Кри­зис наукоградов России. М.: УРСС, 2011. С. 16-58.

Совершенно иная ситуация сложилась с проектом инновационного цен­тра «Сколково» - на ближайшие 20 лет на него планируется затратить 170 млрд. руб., в среднем по 9 млрд. руб. в год, что в 15 раз больше, чем ежегодно выде­ляет федеральный бюджет на все наукограды страны. Характерна ставка на проект, в основе которого - заимствованная идея и перенесенные из чужой сре­ды институты, что несет в себе угрозу формирования очередной институцио­нальной ловушки, в которой будут бесплодно потрачены огромные националь­ные ресурсы развития науки2.

Отметим, что процесс инновационного инвестирования в рамках станов­ления экономики знаний предполагает формирование масштабного экономи­ческого эффекта на основе выведения на рынок качественно новых продуктов, или изменения уже имеющихся продуктов, опираясь на возможности новой технологии, перестраивая производство на основе технологического обновле­ния, реформирования организационных механизмов, применения качественно новых подходов к управлению, что принципиально важно для процесса вос­производства конкурентных преимуществ. При такой трактовке инвестицион­ного обеспечения инноваций проблема реализации глобальных инновационных проектов сводится к тому, чтобы оптимальным образом организовать инвести­руемые ресурсы с целью создания, распространения и продвижения новшеств в масштабах всей национальной экономики. Если все начинается и завершается в одном инновационном центре «Сколково», то инновационные инвестиции не достигнут своей цели. Реальная инвестиционная поддержка инноваций предпо­лагает последовательную коммерциализацию получаемого научного знания, сложную цепочку развития национального спроса на знание и промежуточные продукты его коммерциализации, вплоть до высоко капитализированных об­разцов. Характерно, что ряд стран современного мира демонстрирует слабую корреляцию между экономическим ростом и объёмом патентов, теряя научные разработки и квалифицированных специалистов по причине отсутствия всей сложной цепочки капитализации знаний1.

1 См.: Сидоров В.В. Silicon Valley, или Что такое Силиконовая Долина? // Школа жизни. URL: http://shkolazhizni.ru/archive/0/n-10391/ ((дата обращения: 15.04.2014 г.)

Г. Разветвление экономических отношений по вертикали и горизонтали, в котором происходит формирование новых видов интегрированных субъектов. Отметим, что в таком разветвлении создаются производные виды интегриро­ванных субъектов от субъекта-корпорации и субъекта-территории (ФПГ, кор­порации, организованные по сетевому принципу, кластеры и др.).

Оценивая многообразие видов интегрированных субъектов в экономике со­временной России, выделим два вида интегрированных субъектов, производных от субъекта-территории. Первый из них начал складываться еще в 2000 г. в рас­ширенном административном пространстве межрегионального взаимодействия России, на основе указа Президента о создании федеральных округов, с назна­чаемыми центром органами управления (в настоящее время - полномочный пред­ставитель Президента в федеральном округе).

Изначально федеральные округа представляли собой сугубо администра­тивные пространственные образования, поэтому закономерен вопрос о том, ка­ковы их экономические перспективы; ясно, что административная форма, если она не наполнена соответствующим экономическим содержанием, обречена на выхолащивание. Оценить ситуацию помогает положение о том, что для про­странства современной России, в том числе, для пространства взаимодействия нескольких регионов, характерно наличие двух противоположным образом ор­ганизованных и взаимосвязанных полей институционализации и системного развития экономических отношений:

- во-первых, поля, в котором доминирует институт власти; здесь процес­сы институционализации и системного развития экономических отношений осуществляются при непосредственном воздействии одних субъектов на дру­гих. Коррекция существующих и поддержка создания новых форм отношений, статусов, способов поведения обходится без вмешательства в имущественные отношения, что обеспечивает субординацию участников хозяйственного про­странства и необходимую центрам власти траекторию движения стоимости (уплата налогов, инвестирование проектов развития, включение в процесс стра­тегического планирования и т.п.);

- во-вторых, поля, в котором доминирует институт собственности; здесь процессы институционализации и системного развития экономических отно­шений осуществляются в рамках имущественных отношений. Коррекция суще­ствующих и поддержка создания новых форм отношений, статусов, способов поведения в поле собственности организует хозяйственное пространство и вы­страивает в нем движение товаров, денег и капитала в соответствии с объек­тивными потребностями воспроизводства собственности1.

В хозяйственном пространстве России доминирует поле власти, что обу­словливает характер развития преобразовательных процессов - они начинают­ся, как правило, сверху, возникает новое административно-территориальное образование, которое в дальнейшем получает шанс обрести свое экономическое содержание и закрепиться в существующей организации хозяйственного про­странства.

Продолжим данную мысль. Если в реальной действительности новая ад­министративная форма не находит условий для своего утверждения, не нахо­дит для своего воспроизводства соответствующих механизмов, то, соответст­венно, она не закрепляется в практической жизни.

А. Керашев приходит к следующим выводам в отношении реального статуса федеральных округов (ФО) в современной России:

- они не обладают необходимой легитимностью, так как не «прописаны» в Конституции РФ;

- правовой основой, закрепляющей их в качестве формальной институ­циональной среды, является Указ Президента. Но такой основы недостаточно для институционального упорядочивания контрактных соглашений, форм по­ведения и статусов субъектов на мезоуровне;

1 См.: Керашев А.А. Функциональное содержание и принципы управления макрорегиональ-ным хозяйственным комплексом как интеграционным образованием. Ростов-на-Дону: СКНЦ ВШ, 2005. С.122.

- Полномочные Представители Президента, формируют связи в федераль­ных округах, которые оцениваются участниками отношений в федеральном ок­руге как временные, поскольку их можно отменить Указом Президента. В свою очередь временные связи складываются в надстройку над постоянными связя­ми, которые обладают уже общественным признанием, дублируя их и форми­руя дополнительные транзакционные издержки. Традиционные связи при этом не изменяются и не становятся менее затратными. Как результат администра­тивная надстройка, не меняя прежний базис, сосуществует с ним1.

В то же время существует возможность наполнения формы федерального округа экономическим содержанием, то есть, создания макрорегионов. Харак­терно, что Президент В. Путин поставил перед экономической наукой следую­щую задачу: хозяйственной практикой и экономической политикой востребо­ваны целевые и глубокие исследования по раскрытию содержания макрорегио­нов, определению их границ, учету реально существующих территориальных, природно-ресурсных, инфраструктурных и социальных особенностей2.

Потребуются глобальные исследования, опираясь на которые, для вновь созданных по данным параметрам макрорегионов, можно составить реальные программы развития и оптимизировать механизмы администрирования и структуру регионов для реализации таких программ, обеспечивая привлечение инвестиций, человеческого фактора, технологий в приоритетные процессы ре­гионального развития, в интересах национальной экономики . Следует отме­тить, что за десять лет, прошедших после постановки указанной задачи, макро­регионы так и не обрели четкого статуса, оставшись в качестве нераскрытой возможности активизации территориального развития; реально они выполняют специфически надстроечные функции по отношению к регионам-субъектам со­временной России.

1 См.: Керашев А.А. Функциональное содержание и принципы управления макрорегиональным хо­зяйственным комплексом как интеграционным образованием. Ростов-на-Дону: СКНЦ ВШ, 2005. С.116. 2 См.: http://www.politforums.ru/internal/1289892778.html (дата обращения: 10.07.2014 г.) 3См.: http://www.polemics.ru/articles/?articleID=15817&h (дата обращения: 15.07.2014 г.)

Второй вид интегрированных субъектов, производных от субъекта-территории, складывается во внутренней среде региональных экономических сис­тем. Это интегрированные субъекты субрегионального уровня - кластеры, ОЭЗ, новые промышленные районы, функциональные подсистемы и др. Характерно, что в данном случае статус интегрированного субъекта востребован в целях акти­визации процесса формирования ядер роста (центров создания конкурентных преимуществ) во внутренней среде регионов. Приведем необходимые аргументы.

В современной экономической литературе получили признание следующие концептуальные представления:

- экономика российских регионов обрела очертания функционально вы­строенных профилем своей народнохозяйственной специализации территори­альных компонентов, выступающих в качестве модулей экономики страны1;

- экономическое поведение любого региона ориентировано сейчас на по­вышении конкурентоспособности не только сохранением и использованием имеющихся, а также созданием и реализацией новых конкурентных преиму-ществ2.

Указанные представления тесно связаны между собой - регионы, как мо­дули национальной экономики, входят в процесс конкурентного взаимодейст­вия, что побуждает их искать и реализовать возможности формирования новых конкурентных преимуществ. Одной из указанных возможностей и выступает создание ядер роста. hspace=0 vspace=0> 1 См.: Овчинников В.Н., Колесников Ю.С. Силуэты региональной экономической политики на Юге России. Ростов-на-Дону: ЮФУ, 2008. С. 18.

2 См.: Там же. С.91.

3 См.: Смирнов В.В. Методологические аспекты расширения границ теорий регионального развития // Региональная экономика: теория и практика 2010. № 15 (150). С 65-67; Дугин А.Г. Основы геополи­тики. М.: Арктогея, 1997. С. 237-259.

Основы теории ядер территориального роста были заложены Дж. Фридме-ном, который обосновал следующие принципы их формирования3:

- во внутренней среде пространственной системы складывается многооб­разие локальных «спящих» ядер (потенциальных центров роста), которые необ­ходимо установить и корректно оценить;

- пробуждение одного мощного ядра, формирующего центр роста, оказы­вает преобразующее воздействие на всю территорию (успешные формы пове­дения копируются, продуктивные контракты распространяются, высокие дохо­ды участников такого ядра оказывают инициирующее воздействие на регион и страну в целом);

- действующее ядро оказывает мощное воздействие на пробуждение и развитие еще нескольких ядер территориального развития, что в итоге приво­дит к образованию полицентрической структуры центров роста;

- множество пробудившихся ядер тяготеют друг к другу, что обусловли­вает создание мощных кластеров и преобразование целых отраслей и сфер тер­риториального хозяйства.

Простейшей формой локализации указанных ядер роста выступает кла­стер - группа компаний взаимосвязанных и географически расположенных по соседству (производители и поставщики и др.), а также взаимосвязанных с ни­ми организаций (органы государственного управления, компании, принадле­жащие к инфраструктурной сети), которые действуют в определенной сфере хозяйствования и взаимно дополняют друг друга1.

Кластер слабо связывает между собой входящие в него организации; со­ответственно, интегрированный экономический субъект субрегионального уровня в нем только намечен. В основе кластера - выгодные связи и опора на совместно используемую инфраструктуру; участники кластера не создают ор­ганы совместного управления, ограничиваясь спорадической координацией деятельности.

Выделим представление о возможностях кластеров, разработанное в рам­ках теории пространственной конкуренции. Сторонники данной теории фоку­сируют внимание на наличии в определенных зонах региональных экономиче­ских систем совокупности определяющих факторов размещения хозяйства и развития производительных сил, которые задают точки или зоны концентрации важнейших хозяйственных процессов в соответствующих территориальных ло­кализациях. Выделим основные факторы, определяющие размещение хозяйства в указанных зонах:

- распределение природных ресурсов и доступность данных ресурсов для экономических субъектов; наличие общей и специальной инфраструктуры, не­обходимой для развития соответствующих локализаций;

- представительность и уровень развития человеческого фактора, эконо­мическая культура данной зоны;

- доступ к современным технологиям; концентрация свободных финансо­вых ресурсов, которые могут быть использованы для инвестирования;

- обладание необходимыми институтами развития;

- адекватная организация территориальной экономической политики, фиксация в ней соответствующих приоритетов и др.

Центральная идея теории пространственной конкуренции - идея о воз­можности формирования и реализации интегральной территориальной эконо­мии природных и человеческих ресурсов на основе всесторонне просчитанного размещения хозяйственных процессов в соответствующих зонах развития тер­ритории. Сторонники данной теории акцентируют внимание на следующих элементах такой экономии:

- эффект пространственной локализации, который обусловлен выгодной территориальной концентрацией хозяйственных процессов, а также концентра­цией ряда экономических субъектов, представляющих одну или несколько взаимосвязанных отраслей в зонах развития. При этом предполагается, что ука­занные субъекты располагают необходимыми природными, технологическими и человеческими ресурсами, связаны контрактами в пространстве локальных рынков, опираются на достаточную инфраструктуру, а также адекватно оцени­вают свои преимущества и слабые позиции;

- эффект межотраслевого характера, который возникает на основе кон­центрации в локальной зоне развития множества экономических субъектов, принадлежащих к разным отраслям, но при этом тесно связанных единой ин­фраструктурой и использующих элементы единой ресурсной базы; данный эф­фект, как правило, слабее, чем эффект локализации;

- эффект урбанизации, который обусловлен специфическими условиями развития крупных городов, в том числе концентрацией множества хозяйствен­ных процессов в локальных зонах, где получила развитие городская инфра­структура и т.п. 1

Кластер выступает в качестве основы для дальнейшего развития субре­гиональных зон роста. Определяющей тенденцией такого развития становится формирование и укрепление системных связей между экономическими субъек­тами, участвующими в субрегиональной локализации. Выделим в данном от­ношении весьма интересное концептуальное представление о функциональных подсистемах, складывающихся во внутренней среде региона под действием двоякого рода сил:

- во-первых, сил рыночного притяжения (поиска путей совместного сни­жения издержек, централизации капитала в интегрированных структурах и др.);

- во-вторых, сил государственной власти, действующих в пространстве совместного развития.

Закономерен вопрос о том, что лежит в основе сил естественного рыноч­ного притяжения, которые действуют на участников региональных рынков, что стягивает в системную организацию и обеспечивает координацию и суборди­нацию деятельности и связей экономических субъектов, которые по своей при­роде не приспособлены к подчинению и нацелены на обеспечение условий сво­бодного развития и конкурентное взаимодействие? Поиск вариантов совмест­ного снижения издержек еще ничего не говорит о механизме, который обеспе­чивает указанную системную организацию.

Используем для раскрытия указанного механизма ключевые положения теории контрактов, представленные в работах О. Уильямсона:

- для современного уровня развития рынка характерна тенденция замены спонтанных отношений, которые соответствуют «обезличенной контрактации», более организованными отношениями участников рыночных сделок - специфи­цированным взаимодействием;

- в специфицированном взаимодействии участников рыночных сделок доминирующую роль играют особые объективные условия и факторы, которые естественным образом складываются в ходе продолжительного взаимодействия участников рынка, где обеспечивается устойчивое воспроизводство их связей;

- указанное воспроизводство обеспечивает особое качественное состоя­ние специфицированных связей - парное соответствие, симметрию и устойчи­вую сбалансированность интересов обоих субъектов рыночной транзакции; указанные субъекты шаг за шагом, то есть в рамках последовательного сближе­ния взаимно приспосабливают активы, формы поведения, детальные условия контрактов, стандарты хозяйственной деятельности, методики оценки продук­тов и услуг, формируя совместные инвестиционные проекты и программы раз­вития; отметим, что указанные обстоятельства предполагают организованное взаимодействие сторон сделок;

- в специфицированном взаимодействии возникает особое явление ус­тойчивости транзакционных связей, которые предполагает подкрепление спе­циальными контрактами, где детально прописываются все необходимые усло­вия, учитываются риски, что позволяет раз за разом воспроизводить условия сделок на долгосрочной основе;

- выделим особый аспект исследуемого нами воспроизводства устойчи­вых транзакций - упрочение взаимного доверия, что составляет одну из глав­ных выгод, извлекаемых участниками процесса специфицированного взаимо­действия; в свою очередь, доверие становится основой для последующего от­чуждения части полномочий в пользу некоторого общего органа управления, создаваемого участниками исследуемых транзакций. Отметим, что доверие правомерно определить в качестве особого вида институционального капитала, накапливаемого участниками специфицированных отношений, поскольку на­личие доверия между партнерами автоматически убирает значительную часть барьеров, существующих на рынке. Институциональный капитал, сформиро­ванный на основе доверия, по своим рыночным оценкам перекрывает разовую выгоду от снижения издержек, извлекаемую при частом изменении условий транзакций, форм и содержания контрактов, партнеров и т.п.;

- системным результатом спецификации связей является то, что на основе доверительных отношений изменяется способ организации связей в простран­стве - рыночные отношения шаг за шагом упорядочиваются, место разовых контрактов занимают устойчивые, стратегические соглашения. Отметим, что указанное упорядочивание рыночных отношений имеет свои пределы, посколь­ку движение фаз цикла деловой активности приводит к разрушению устано­вившегося на некоторое время порядка; в фазе рецессии значительная часть контрактов аннулируется, а соответствующие экономические субъекты исчеза­ют из пространства взаимодействия; в дальнейшем, преодоление последствий рецессии обеспечивает восстановление стабильности связей и капитала дове­рия, что необходимо для рынка;

- главным результатом развития спецификации рыночных связей высту­пает формирование условий для возникновения новых видов интегрированных субъектов (происходит соединение, формирование хозяйственных комбинаций и сращивание частных потенциалов субъектов рынка на основе объективно не­обходимой спецификации их активов, контрактов, форм экономического пове­дения, факторов хозяйственного процесса, готовых продуктов и др.).

Мы оценили результаты развития сил рыночного притяжения. Указанные результаты нуждаются в подкреплении силами, которыми обладает институт государственной власти. Реализация таких сил, применение соответствующих стратегий и инструментов государственной экономической политики, нацелен­ных на продуктивную структурную организацию хозяйственных отношений во внутренней среде региона, стабилизирует и закрепляет те результаты специфи­кации экономических отношений, которые естественно складываются на тер­риториальном рынке. Таким образом, в определенных зонах территории скла­дываются, обретают необходимый статус и получают развитие различные сис­темные субрегиональные локализации, обладающие своей функциональной ориентацией на какую-то группу приоритетных потребностей развития регио­нальной экономической системы, например:

- обеспечение качественным продовольствием, поддерживающим задан­ные параметры потенциала здоровья населения, а также конкурентоспособным на внешнем рынке - алиментарная (продовольственная) подсистема;

- предоставление услуг устойчивого и эффективного доступа к различ­ным видам энергии для населения и организаций региона - топливно-энергетическая подсистема;

- предоставление услуг в сфере туризма и рекреации для субъектов внут­ренней и внешней среды - туристическая и рекреационная подсистема.

Выбор возможных профилей субрегиональных системных локализаций, востребованных для развития данной территории, объективно обусловлен сле­дующими обстоятельствами и факторами развития:

- составом элементов и представительностью ресурсной базы развития территории (в отсутствие плодородных почв невозможно сформировать и обес­печить развитие алиментарной подсистемы, а в отсутствие рекреационных ре­сурсов - туристической и рекреационной подсистемы);

- представительностью, уровнем общего и специального развития и структурой компетенций человеческого фактора;

- наличием необходимых элементов общей территориальной и отраслевой (специальной) инфраструктуры, выступающей в качестве платформы для одной или нескольких функциональных системных локализаций;

- наличием особых институтов развития, обеспечивающих институцио­нальное упорядочивание вновь возникающих специфицированных связей и коррекцию прежних, устаревших норм институциональной среды, форм кон­трактных соглашений и способов экономического поведения участников рын­ков.

Что означает появление субрегиональной системной локализации с пози­ций исследуемой нами научной проблемы? Прежде всего, данное обстоятельст­во означает что для частных экономических субъектов, которые вошли в состав такой системной локализации, возникает возможность снижения издержек. Бу­дучи интегрированными в состав единого субъекта, они выполняют свои хозяй­ственные функции с меньшими совокупными издержками, чем это было в ус­ловиях раздельного осуществления своих воспроизводственных процессов.

Далее, интегрированный субъект субрегиональной локализации обретает качественно новые возможности представительства и защиты своих интересов, а также новые возможности участия в формировании и реализации территори­альной экономической политики. Представляется, что в лице интегрированных субъектов исследуемых нами системных локализаций данная политика обрета­ет способ эффективного учета, консолидации и согласования интересов участ­ников регионального бизнеса.

Обобщим приведенные выше положения. Интегрированный субъект сис­темной субрегиональной локализации несет в себе значительные возможности упорядочивания отношений во внутренней среде региона, потенциал снижения трансформационных и транзакционных издержек, а также возможности активи­зации территориальной экономической политики.

В свою очередь, реализация указанных возможностей предполагает сле­дующие конкретные шаги по пути утверждения адекватного институциональ­ного статуса исследуемой системной локализации:

- заключение общего соглашения о создании такой системной локализа­ции (в рамках действующего правового поля это может быть некоммерческое партнерство);

- принятие нормативного акта (устава) системной локализации, регули­рующего основные аспекты ее деятельности (функциональное содержание, способ структурной организации, механизмы согласования интересов, меха­низмы управления совместными делами и др.);

- выбор и утверждение механизма финансово-инвестиционного обеспече­ния деятельности системной локализации (в качестве стартового фонда могут использоваться первоначальные взносы участников, из которых формируется общий фонд партнерства, в дальнейшем могут быть зарегистрированы некото­рые виды коммерческой деятельности и определены доходы от нее); вариант сочетания двух режимов функционирования: коммерческого режима, ориенти­рованного на извлечение прибыли в пользу рассматриваемого нами интегриро­ванного экономического субъекта; некоммерческого режима, предполагающего лишь покрытие обоснованных затрат за счет средств из общего фонда систем­ной локализации;

- правовое закрепление статуса такого интегрированного субъекта сис­темной локализации в сфере реальных рыночных связей и процесса формиро­вания территориальной экономической политики, для чего востребованы осо­бые региональные законы, регулирующие деятельность таких системных лока­лизаций. В настоящее время соответствующие региональные законы отсутст­вуют (например, в 7 регионах-субъектах СКФО они не разработаны);

- выборы органов управления системной локализацией, способных ре­шать стратегические и оперативные задачи ее развития. Представляется, что не копируя акционерные общества, правомерно адаптировать к субрегиональным системным локализациям опыт формирования двух органов корпоративного управления - правления и совета директоров корпорации1.

1 См.: Белоусова А.В., Чернявская С.А. Формирование продовольственной подсистемы региона и инструменты ее развития // Вестник Адыгейского государственного университета. Серия «Экономи­ка». 2011. № 4. С. 127.