Модели и политики
Тот факт, что одна и та же реальность может быть представлена разными научно обоснованными экономическими моделями, а эти модели, в свою очередь, могут служить основанием для разных и даже противоположных выводов для экономической политики, во многом предопределяет характер отношений в сфере прикладных разработок.
В этих условиях преимущество имеет конечный потребитель, прежде всего политик. При наличии политической воли качественные прикладные разработки на базе экономических моделей могут служить важным конструктивным элементом в механизме формирования политики государства или фирмы. При ее отсутствии прогнозы и экспертные оценки легко могут переродиться в инструмент политического или идеологического манипулирования.Характерным примером такого перерождения могут служить бюджетные дебаты в Конгрессе США в 1995-1996 гг., когда политическое соперничество демократической Администрации и республиканского большинства в Конгрессе приняло форму столкновения двух прогнозов в отношении сроков сбалансирования бюджета. Каждая сторона имела свою команду специалистов, которая на своей макроэкономической модели просчитывала экономико-политические программы соперничающих партий. Результаты расчетов существенно разошлись. Это привело к тому, что бюджет на очередной год не был вовремя утвержден и правительственные чиновники больше месяца не могли выполнять свои обязанности. Конфликт удалось уладить после того, как аналитики Конгресса согласились уточнить свой прогноз роста ВВП на несколько десятых процента, что сразу же устранило 200-миллиардный зазор в оценках величины дефицита между двумя командами аналитиков. Было ясно, что разноречивость прогнозов послужила в данном случае не источником конфликта, а лишь поводом для него, разменной монетой в политической борьбе[98].
Было бы сильным упрощением полагать, что подобные ситуации возможны лишь как следствие недобросовестности исследователей.
Проблема глубже: сама объективная возможность альтернативных прогнозов, оценок или рекомендаций запускает процесс, в ходе которого интересы участников и способ их взаимодействия обеспечивают взаимный поиск «удобных» контрагентов: «(а) собственный интерес экспертов создает стимул помогать клиентам в достижении их политических целей; (б) даже если все эксперты поддерживают только те политические цели, которые они лично разделяют и считают морально оправданными, механизм отбора распределит клиентов и экспертов таким образом, что в конечном счете их политические установки придут во взаимное соответствие. В этой игре могут выжить все эксперты, но лишь при условии, что найдут покровительство соответствующих клиентов»[99].И все же разнообразие экономических моделей таит в себе не только подобные риски, но и значительный позитивный потенциал, позволяя формировать более емкую и точную картину реальных процессов. Правда, реализация этого потенциала - задача не только и не столько эпистемологическая, сколько политическая. Точнее, речь идет о такой эпистемологической задаче - получении знаний о наиболее существенных сторонах конкретной экономической реальности, - которую невозможно решить при отсутствии соответствующих политических механизмов. Смысл таких механизмов заключается в согласовании различных интересов, т.е., по сути дела, в выработке политического консенсуса. Такая задача может возникать на разных уровнях и в разных звеньях экономической системы, начиная с решения проблем внутри- и межведомственной координации и вплоть до поиска общенационального согласия.
Примером внутриведомственного механизма, который согласует рекомендации для макроэкономической политики, выработанные на целом спектре различных моделей, может служить знаменитый Федеральный комитет по операциям на открытом рынке (ФКОР) Федеральной резервной системы США {Federal Open Market Committee - FOMC) -орган, определяющий денежную политику в США. В заседаниях Комитета участвуют члены Совета управляющих ФРС (семь человек) и президенты всех двенадцати федеральных резервных банков, из них пятеро - с пра
вом решающего голоса[100].
При этом, как уже отмечалось, каждый из федеральных резервных банков вырабатывает свою позицию на основе собственной макроэкономической модели. Еще одна большая модель работает в центральном аппарате ФРС. По свидетельству А. Блайндера, никаких попыток по согласованию этих моделей никогда не предпринималось[101]. Изучение протоколов Комитета за 1984-J991 гг.. показало, что модельные разработки (прогнозы и экспертизы) активно используются при подготовке материалов к его заседаниям и достаточно часто фигурируют в дискуссиях. По оценке авторов исследования на основе таких разработок формируется представление о «системной компоненте экономики», которое в свою очередь служит точкой отсчета для политиков в их попытках реагировать на несистемные ВЫЗОВЫ[102].Аналогичную роль на межведомственном уровне американской Администрации играет так называемая Тройка (Troika) - рабочая группа в составе высших чиновников трех экономических ведомств, ответственных за бюджетную политику: Государственного казначейства, Административно-бюджетного управления и Совета экономических консультантов. Ее задача - координация текущих и, особенно прогнозных, оценок экономического положения страны, используемых при разработке проектов бюджета[103].
В Англии та же задача согласования прогнозов в течение ряда лет (1993-1997 гг.) решалась хотя и в рамках одного ведомства, но на более широкой основе. В 1993 г. решением канцлера Казначейства в качестве совещательного органа был учрежден Форум независимых прогнозистов (Panel of Independent Forecasters)в составе семи специалистов разных политических взглядов из аналитических центров разного типа (при университетах, коммерческих структурах и независимых). Члены Форума целенаправленно отбирались так, чтобы в нем был представлен весь спектр влиятельных научных школ и направлений в области
макроэкономики (от разных ветвей кейнсианства до монетаризма и новой классики)[104].
Форуму предписывалось три раза в год представлять доклады о состоянии и перспективах развития экономики страны, которые должны были отражать как согласованные оценки, так и спектр индивидуальных позиций привлеченных специалистов, в том числе по вопросам экономической политики.
Доклады направлялись канцлеру Казначейства и были открыты для заинтересованной публики. Иными словами, речь шла об органе, призванном вести публичный поиск консенсуса среди профессионалов по вопросам текущей экономической политики. Это был своеобразный вызов профессиональному сообществу экономистов, многие десятилетия разделенному на непримиримые лагеря интервенционистов и фритредеров, кейнсианцев и «классиков».Деятельность Форума хотя и подтвердила крайнюю сложность поиска консенсуса в такой среде, все же показала возможность формирования согласованной позиции по некоторым важным вопросам экономической политики. Исследователь деятельности Форума Р. Ивенс, в частности, показывает, как в своем третьем докладе за 1993 г. Форум вышел на согласованную формулировку главного приоритета в экономической политике. Хотя это была весьма общая формулировка («обеспечение устойчивой сбалансированности бюджета») с явно компромиссными оговорками в отношении путей достижения такой цели, ее принятие для ряда членов Форума означало отказ от их собственного первоначального ранжирования приоритетов. Готовность членов Форума к компромиссу автор исследования объясняет не только их стремлением оправдать надежды учредителя и общественности на выработку согласованной экономической политики, но и пониманием того, что без выработки такой позиции их профессиональные знания не смогут оказать существенного влияния на общественно значимые решения[105]. Фактически так и произошло: согласованный вывод Форума был подтвержден в качестве официальной политической установки, а другие спорные вопросы Казначейство решало уже без оглядел на его экспертов.
Характерно, что мотив профессиональной солидарности отмечен и применительно к деятельности вышеупомянутой амери
канской Тройки, члены которой вполне отдают себе отчет в том, что, не договорившись между собой, они отдадут решение соответствующих вопросов политикам, не всегда компетентным в экономических вопросах или склонным решать их в угоду политической конъюнктуре[106].
Наконец, интересен пример Голландии, где экономические модели также вовлечены в политический процесс, но в иной роли. Здесь модели, работающие в Центральном плановом бюро (ЦПБ), приобрели в обществе такой авторитет, что стали использоваться в политических дискуссиях в качестве своего рода сертифицирующей инстанции. На этих моделях стали проигрываться программы политических партий[107] и проекты, обсуждаемые в рамках системы трипартизма - консультаций между профсоюзами, предпринимательскими объединениями и правительством. В результате политические партии начали «настраивать» свои предвыборные программы таким образом, чтобы получать наиболее выигрышные модельные результаты. Такая практика придала политическим спорам большую объективность, но одновременно несла в себе риск их перенацеливания на формальные и потому ненадежные ориентиры. По образному выражению голландского аналитика X. Дона, «при таком ее использовании модель выступает как партнер в дебатах - партнер, обладающий феноменальной памятью, огромным терпением, но совершенно лишенный фантазии»[108]. Именно поэтому, согласно Дону, нужны эксперты, владеющие моделями, и политики, способные предлагать новые идеи.
1.4.3.