Посткризисное оживление мировой экономики: изменение роли развивающихся стран

122 Мировая экономика стабилизируется после кризиса 2008 — 2009 гг. и его последствий. Правда, из-за несовершенства измерения показателей экономического роста трудно оценить всю глубину кри­зисных явлений.

Таблица 1

Динамика ВВП в национальной валюте, в постоянных ценах (в % к предыдущему году)

Источник'. IMF. World Economic Outlook Database, April 2013.

122 Существенное падение ВВП наблюдалось в первую очередь в развитых странах (~3...-5% в странах G7), а в группе восьми крупнейших развивающихся стран ВВП снизился лишь в половине — наибольшее падение в Мексике (-6%) и России (-7,8), а в других странах отмечал­ся значительный прирост: в Китае — 9,2%, Индии — 5, Индонезии — 4,6%. Начиная с 2010 г. во всех странах этой группы прирост ВВП существенно превышал среднемировой, что обусловило положительную динамику мирового экономического роста 10,6% в 2011 г. на фоне не­значительного прироста ВВП в 2010—2013 гг. в ряде развитых стран G7 и продолжающегося падения в Японии (-0,6% в 2011 г.), Италии (-2,4% в 2012 г.) и отрицательного показателя во Франции (-0,1% по прогнозу на 2013 г.).

123 Все это свидетельствует о формировании в мировой экономике тенденции к изменению соотношения мирового экономического центра и мировой экономической периферии и обретению отдельными странами последней «нехарактерных для них прежде экономической мощи и гео­политического значения» (Фитуни, Абрамова, 2012). Центрами экономи­ческого роста становятся крупнейшие развивающиеся страны (табл.

123 Таблица 2

Рост ВВП в развитых и развивающихся странах в 2001-2012 гг. (раз)

Источник', см. табл. 1; расчеты авторов.

123 Если в ЕС и США кризис проявлялся достаточно остро, выра­жаясь, в частности, в росте государственного долга, то в странах ШОС и группы БРИК(С) — Китай, Индия, Бразилия — последствия кризиса гораздо менее ощутимы. Так, в 2007—2012 гг. валовой государствен­ный долг Германии вырос с 65 до 82% ВВП, Франции — с 64 до 90, США — с 66 до 107% (рассчитано по данным МВФ). В 2010 г. доля развивающихся стран в структуре мирового ВВП (по ППС) составила 45%, в структуре мирового экспорта — 40, импорта — 38, в структуре мирового экспорта промышленной продукции — 70 (в 1960 г. — 12), в структуре мирового притока прямых иностранных инвестиций (ПИИ) - 45 (в 2007 г. - 26,8), в структуре их оттока - 21 (2009 г.) (в 1985 г. — 6), в структуре внешних активов транснациональных ком­паний - 9% (в 1995 г.-- 1,1%) (Фитуни, Абрамова, 2012).

123 Развивающиеся страны находятся на повышательной волне экономического цикла. При этом крупнейшие из них имеют ряд преимуществ, способствующих поддержанию экономического роста в будущем:

— высокая обеспеченность ресурсами и соответственно боль­шой потенциал экономического развития. Так, если ЕС и НАФТА располагают 7,1 и 6,5% мировых «человеческих ресурсов», то ШОС и БРИК(С) - 21,0 и 41,8%; если на ЕС и НАФТА приходится 2,3 и 4,9% мировых запасов газа, то на ШОС и БРИК(С) — 26,9 и 25,8; если доли ЕС и НАФТА в мировых запасах железной руды составляют 2,8 и 6%, то ШОС и БРИК(С) - 27,8 и 52,9% соответственно1;

1 Рассчитано по: http://dolgikh.com/index/0-39; Металлургический бюллетень, май

2012. www.metalbulletin.ru/publications/3860/; IMF. World Economic Outlook Database, April 2013. www.imf.org/external/pubs/ft/weo/2013/01/weodata/index.aspx.

124 — крупнейшие развивающиеся страны, производя свой ВВП и по­лучая ВНД, значительную его часть направляют на накопление. Такую стратегию экономического развития называют азиатским системным циклом накопления (Айвазов, 2012).

124 Общие интересы стран ШОС и БРИК(С) институционализируются в условиях, когда эффективность механизмов глобального регулирования, созданных в рамках Бреттон-Вудской системы (МВФ и Всемирный банк), снизилась. Мировой финансовый и экономический кризис показал, что необходима новая архитектура глобального мирохозяйственного регулиро­вания, включающая и развивающиеся страны (например, в форме G20).

Еще одна важная особенность последних десятилетий — усиление роли финансового сектора мировой экономики и его доминирование над реальным. Недавний кризис стал своего рода рубежом в развитии глобального экономического управления и выявил неэффективность модели управления мировой экономикой на основе подчинения реаль­ного сектора спекулятивно-финансовому (Елецкий, 2013. С. 38).