Теория межвременных процессов- и оптимальной структуры капитала

В работе "Экономика и процент" 1947 года представлена общая теория эффективности межвременных процессов, содержащая два весьма существенных и показательных новшества: распространение теории максимальной эффективности на ситуацию, в которой учитываются различные поколения, и теория продуктивности капитала.

Так, при учете будущих поколений выявляются существенные обстоятельства, которые еще и сегодня, как правило, обходят вниманием в имеющейся литературе. По сути, данный анализ показывает, что если единство процентных ставок является необходимым условием эффективности в сфере производства, то далеко не так обстоит дело в экономике в целом. Следовательно, нельзя принять классическую теорию, согласно которой равновесие между спросом и предложением капитала ведет к оптимуму. Более того, проделанный мной анализ показывает, что политика обязательных сбережений на старость полностью совместима с условиями межвременной максимальной эффективности.

В моей теории максимальной продуктивности капитала анализируется более или менее косвенное влияние производственных процессов на уровень реального национального дохода, который сам является функцией салари- альной нормы процента40. В этой теории, насколько я могу судить по литературе, впервые дано строгое доказательство существования состояния "максимум максиморум" для постоянного процесса: оно соответствует нулевой салари- альной норме процента.

Теория основана на двух новых понятиях: понятии первичного дохода (суммарное значение заработной платы и земельной ренты) и понятии характеристической функции, представляющей межвременные производственные процессы. Данные понятия были мною разработаны при обобщении глубоких исследований Жоржа Буске, на которого, в свою очередь, оказали влияние идеи Стэнли Дже- вонса. Именно на этих основах строились все мои последующие работы. Так, в 1961 году я показал, что для динамических процессов состояние "максимум максиморум" соответствует равенству салариальной нормы процента и нормы роста первичного дохода ("золотое правило накопления").

Насколько мне известно, по сравнению со всеми другими представленная мною теория динамических процессов движения капитала является единственно пригодной для количественных приложений. Она полностью подтверждается данными наблюдений.

Теория выбора в условиях неопределенности и разработка критериев принятия рациональных решений

Моя теория выбора в условиях риска исходит из двойного соображения: стремления распространить теории общего экономического равновесия и максимальной эффективности на случай экономики в условиях неопределенности, из критического осмысления работы фон Неймана и Моргенштерна "Теория игр" 1947 года и анализа критериев при принятии рациональных экономических решений.

В исследовании 1952 года я показал, как можно учесть неопределенность будущего, учесть поля выбора в условиях риска и операций, входящих в состав рисков (преобразование в предвидении недостоверности производственных функций, относящихся к операциям по обработке физических благ), с тем, чтобы распространить теории общего экономического равновесия и максимальной эффективности на случай экономики в условиях риска.

В "Теории игр" фон Нейман и Моргенштерн представили метод определения количественной полезности и одновременно рациональное правило поведения. И то и другое основывается на рассмотрении индекса, который можно назвать необернуллианским индексом полезности. В теории фон Неймана и Моргенштерна его существование доказывается исходя из системы постулатов. Они отождествляют индекс полезности с количественной полезностью в смысле Джевонса. Согласно их выводу для того, чтобы быть рациональным, каждое действующее лицо (оператор) должно максимизировать математическое ожидание этого индекса. Такая точка зрения показалась мне неприемлемой, поскольку в ней не принималось в расчет распределение вероятности психологических значений вокруг их средней, что как раз и является фундаментальным элементом теории риска.

Я проиллюстрировал свою аргументацию рядом контрпримеров, один из которых стал широко известен под названием "парадокс Алле". Наделе "парадокс Алле" является таковым лишь по видимости, он просто-напросто отвечает глубокой психологической реальности — предпочтению надежности в области значений, близких к достоверности.

В 1952 году, чтобы подвергнуть доктринальные расхождения проверке опытом, я провел опрос около сотни человек, чье поведение можно было бы считать рациональным с учетом их образования и знания теории вероятностей. Однако лишь в 1974— 1976 годах я смог глубоко проанализировать ответы, полученные при опросе 1952 года. Анализ полностью подтвердил выводы доклада 1952 года: не существует индекса, математическое ожидание которого могло бы объяснить наблюдаемое поведение какого-либо из субъектов.

Кроме того, данный анализ позволил показать, что для всех опрошенных субъектов действительно существует индекс психологического значения (или же количественная полезность), который может быть определен независимо от рассмотрения какого бы то ни было выбора в условиях неопределенности.

Выведенная таким образом функция количественной полезности является инвариантной от индивида к индивиду, если учитывать относительные вариации их капитала, а ее знание позволяет провести количественный анализ вопросов, которые до сих пор ускользали от всякого точного расчета, как например, проблема психологических последствий перевода богатств от более богатых к более бедным или же оценка психологических последствий налогового бремени.