РЫНОЧНАЯ ЭКОНОМИКА: ВОЗМОЖНОСТИ И БАРЬЕРЫ ЕЕ РАЗВИТИЯ И.Н. Махмутова

Рыночная экономика представляет собой тот путь развития, к которому человеческое общество вышло после многих тысяч лет своего первоначального формирования. Прогресс, который обеспечили последние 200 лет рыночного развития, уникален, прежде всего, - с точки зрения динамики и эффекта.

И все же произошедший в настоящее время глобальный финансовый (а затем экономический) сбой побуждает задуматься о судьбах дальнейшего развития рыночного хозяйства. Крупнейший мировой кризис разразился сначала на рубеже 20-30-х годов ХХ в. и в новом качестве повторился в начале XXI в. Невольно хочется поставить серию вопросов: почему это стало возможным, несмотря на полученные уроки 1929-33 гг., выработанную корпорациями стратегию оценки спроса, безусловные успехи в развитии конъюнктурной политики государства? Почему такого кризиса никто не ждал за 5 лет до его наступления? Почему не было прогнозов экономистов?

Попытка ответить на данные вопросы побуждает обратиться к обобщенному анализу «портрета» рыночной системы, обзору ее сильных и слабых сторон, причинам неожиданно возникшего глобального сбоя системы.

Прежде всего, отметим, что рыночная система представляет собою составной элемент более широкого понятия «социально-экономическая модель». Согласно выводам неоклассической теории, в рыночной экономике принято обозначать несколько действующих субъектов: домашнее хозяйство, фирму, государство, заграницу. Такая классификация позволяет дать обобщенную картину всей совокупности участвующих в экономических отношениях партнеров.

Вместо критерия «экономический субъект» («партнер», «субъект отношений») мы предлагаем использовать критерий «институт». Данное понятие, как известно, является многоаспектным. Оно охватывает не только организационные формы (что вполне достаточно для характеристики любого экономического субъекта в рамках рыночной системы), но и совокупность сложившихся норм, правил, обычаев, традиций (включая социально-психологические аспекты, в том числе и менталитет каждой нации).

Используя такой подход, социально-экономическую систему можно трактовать как совокупность ряда взаимодополняющих институтов: института рынка (как некого экономического пространства, функционирующего по своим правилам и традициям); института фирм, корпораций (со своим внутренним миром и своими традициями); института государства (который изначально был создан как функциональный орган для нужд общества, но развивший и свой

32

внутренний «мир», свою систему интересов ; института домашнего хозяйства (являющегося многоаспектным и противоречивым понятием: с одной стороны, домохозяйство объединяет, хотя не без дифференциации, все население по критерию потребления, с другой стороны, оно включает представителей двух противостоящих на рыке и в производстве субъектов - потребителей и производителей, наемных работников и работодателей).

Поясним, что в данной классификации понятие «рыночная система» представлена двумя институтами: рынком и фирмой (или: спонтанным порядком и иерархией), что восходит к предложенной институционалистами трак-

33

товке .

Рассмотрев соотношение двух понятий, обратимся теперь к позитивам, т.е. сильным свойствам рыночной системы. Нам представляется логичным выдвигать следующую классификацию факторов, обеспечивающих динамизм рыночной системы:

1. Наличие института легитимной реализации таких глубинных инстинктов, как инстинкт присвоения.
   На более высоком социальном уровне (первоначально обозначенном А. Смитом в его классической политэкономии) это свойство человеческой психики приняло обозначение «эгоизма человеческой природы». В системе советской школы политэкономии категория была «обобщена» до более «благопристойного» понятия: экономические интересы.

Опора экономики на используемый в условиях правовой системы эгоизм обусловила растущую динамику как количественных, так и качественных аспектов производства.

2. Наличие института легитимной формы соперничества (конкурентной борьбы) производителей благ.

Обстановка постоянного соперничества создает атмосферу взаимного стимулирования, побуждает к постоянному обновлению производства, к битве за покупателя, за трудовую дисциплину, институционализирует формат ускоряющегося обновления благ.

Обратимся теперь к факторам противоположного свойства, к тем, которые создают преграды, барьеры для функционирования института рыночной экономики. Для их классификации также обратимся лишь к наиболее обобщенным критериям подхода: неумение рыночной системы (прежде всего, производительного сектора) ощущать пределы той динамики, которая проявляется у противостоящего предложению спроса. Сторона предложения (т.е. совокупность фирм, корпораций) проявляет единство, однако - лишь в своем стремлении к экспансии. По своей природе каждый производитель - индивидуалист. Именно возможность самостоятельно принимать экономические решения и создает возможность эффективного национального производства. Однако при этом контроля над общим соотношением предложения и спроса не существует. Равновесие поддерживается лишь методом спонтанного колебания уровня цен.

Десятилетия, пошедшие после мирового экономического кризиса 30-х годов ХХ в. привели к тому, что корпорации многому научились. Тщательнейшее изучение спроса и внедрение системы производства благ под уже определенный заказ, а также развитая на базе кейнсианских рецептов политика конъюнктурного регулирования, привели со временем с возможности более четко ощущать границы спроса.

Однако динамика мировой конкурентной ситуации (давление извне), заложенный в природе предпринимательства «рыночный инстинкт» к экспансии (давление изнутри) вынуждает мир корпораций искать новые решения. Они были найдены за счет психологического наступления на мир потребителей - методом искусственного «растягивания» объема их спроса[21]. Возможным это стало в наиболее развитых странах уже в 60-70- х. годах ХХ в., когда доходы стали достаточно велики, и когда сложился институт «среднего класса». Агрессивный (выражаясь современным зыком институционалистов) стиль поведения корпораций и обусловил возникновение второго, современного варианта слабостей рынка.

¦ Эту новую черту, проявившуюся в последние десятилетия (когда сложилось общество массового потребления), можно обозначить как неумение рыночной системы чувствовать пределы в степени «динамизации» совокупного спроса. Именно это обстоятельство и привело к тому, что в нулевых годах XXI века вызрел и неожиданно прорвался новый мировой экономический кризис.

Давая краткую обобщенную характеристику причин данного сбоя, отметим следующие параметры: отрыв финансовой сферы от производства. Лишь 23% финансовых операций связаны с материальным производством; сформировалась дифференциация интересов между собственниками и менеджерами финансовых институтов. Менеджеры склонны к повышенному риску; длительный процесс «просперити» в США побудил менеджеров к предельно рискованным операциям (не учитывая в должной мере кредитоспособность клиентов); формирование «стадного чувства» у субъектов финансового рынка (что легко приводит к массовой эйфории или массовой панике). Это обстоятельство облегчает лидерам финансового мира управление «потребительской толпой»[22].

Итогом наступивших кризисных явлений стало несколько обстоятельств. К их числу мы отнесем, во-первых, проявление тормозящего эффекта в процессе глобализации. Во-вторых, в мире ощутился подрыв веры в модель капитализма. Проявилась тенденция к повороту «влево» во многих странах мира. В- третьих, обозначилось усиление роли государства. Правда, возможно, что это обстоятельство продлится лишь в течение определенного времени. До той поры, пока корпорационный мир не поднимется вновь и не отодвинет обременительное для него государственное вмешательство в сторону (до наступления следующего глобального сбоя).