Спонтанный курс на протекционизм

Мировая экономика спонтанно брала курс на всеобщий протекционизм. В ближайшие годы установка заградительных барьеров для иностранных товаров должна была получить все большее распространение.

Внутренний рынок Соединенных Штатов продолжал в 2009 году сжиматься, сокращая возможности для сбыта европейских, китайских и других зарубежных товаров. Власти США стремились сократить убытки своих компаний, настаивая на необходимости «покупать американское». Уменьшение спроса происходило также в Европейском Союзе. Российским экспортерам стоило готовиться к новому падению цен. В ИГСО полагали, что во имя сохранения экспорта не только российское, но и власти других периферийных стран могут продолжить все более ослаблять национальные валюты. Однако стоило ожидать, что данная политика окажется гораздо менее результативной, чем зимой 2008-2009 годов. В дальнейшем отказ от вольного подхода к национальным валютам и доходам потребителей неминуем, а с порожденной им инфляцией придется серьезно бороться. Произойдет это, очевидно, уже на последней, наиболее глубокой стадии мирового кризиса.

Ухудшение ситуации на мировом рынке подталкивало правительства к большей защите собственных монополий. Протекционизм должен был усилиться в 2009-2010 годах, однако обещал остаться малоэффективным. Таможенные преграды устанавливались выборочно, чтобы не задеть иностранные производства местных корпораций. Защищая национальные производства, руководства стран старались не вступить в прямое противоречие с нормами ВТО. Поддержка могла носить скрытый и косвенный характер.

В ИГСО полагали, что в ближайшие годы для США сближение с Канадой и Мексикой неминуемо. Предполагалось, что кризис заставит Россию и соседние страны изменить отношение друг к другу. Таможенные барьеры должны были подниматься, а таможенные границы – раздвигаться. Рынкам предстоит расти вширь.

Риторика политиков мало изменилась в 2009 году. Свободный рынок оставался еще словесным идеалом, однако, процесс спонтанного перехода к новым экономическим правилам медленно, но получал развитие. Кризис ВТО углублялся.

Власти России продолжали в 2009 году ориентироваться на скорое присоединение страны к ВТО. По требованию этой организации спешно принимались новые законы, нередко абсурдные. Министр финансов Алексей Кудрин весной полагал необходимым ускорить переговоры. Тем не менее в 2009 году страна так и не смогла присоединиться к ВТО из-за обоюдной неуступчивости. Ожидаемый нефтяными экспортерами выигрыш от вступления в эту организацию так и не был получен. Угроза полного открытия страны так и осталась угрозой. Присоединение России к ВТО на более тяжелом этапе глобального кризиса грозило оказаться бессмысленным даже для сырьевых монополий.