Частная собственность —в интересах бедняков

ства, станет настоящим сюрпризом для людей, которых убе)

дили, что капитализм служит интересам богатых и при)

вилегированных слоев.

до наоборот. Свободный рынок — антитеза самой идее со)

циальных привилегий. В условиях рыночной экономики

единственный способ сохранить свое имущественное поло)

жение — совершенствовать производство и предлагать по)

требителям качественные товары и услуги. Привилегии мо)

гут пустить корни только в регулируемой экономике, где

льготы и монопольные права раздаются «дружественным»

власти группам. Только те, у кого есть нужные связи, могут до)

биться своего за взятку. Только те, у кого есть достаточно вре)

мени и знаний, чтобы разобраться в объемистых томах нор)

мативных актов и инструкций, могут основать собственное

дело или заниматься торговлей. У бедных людей в этой ситуа)

ции нет шансов организовать даже малое предприятие, вро)

де булочной или лавки. В капиталистическом же обществе

каждый, у кого есть идеи и сила воли, имеет возможность по)

пытать счастье — даже если он и не в фаворе у правителей.

Глобализация только способствует этому, ломая сло)

жившуюся структуру властных отношений в обществе

и освобождая людей от подчинения местным элитам. Бла)

годаря свободе торговли потребители могут приобретать

товары и услуги не только у местных монополистов, но

и у множества конкурирующих между собой производите)

лей по всему миру. Свободное движение капиталов позво)

ляет людям, разработавшим удачную идею, но не имеющим

средств для ее осуществления, профинансировать свой про)

ект. Свобода миграции приводит к тому, что работодателю)

монополисту в какой)нибудь деревне приходится повы)

шать зарплату и улучшать условия труда, чтобы не остать)

ся без рабочей силы.

Левые часто изображают экономический либерализм

как идеологию богатых, поскольку он выступает за соблюде)

ние прав собственности.

сти не равносильна стремлению навеки закрепить сложив)

шуюся ситуацию в этой области. Факты говорят о том, что от

защиты прав собственности больше всего выигрывают не бо)

гачи. Наоборот, от отсутствия гарантированных прав соб)

ственности больше всего страдают самые незащищенные

слои населения, поскольку контроль над ресурсами чаще все)

го получают те, кто обладает политической властью или нуж)

ными связями. Там, где существует частная собственность,

ресурсы и доходы достаются прежде всего производителям

товаров и услуг, и в этих условиях у представителей обездо)

ленных слоев населения намного больше шансов повысить

свой жизненный уровень, чем в обществе, где все зависит

от власти и мздоимства. Кроме того, благодаря конкурен)

ции, которую порождает частная собственность, товары по

сравнению с доходами постоянно дешевеют, а от этого в на)

ибольшей степени выигрывают именно бедные. Права соб)

ственности побуждают людей думать о будущем, проявлять

инициативу, подстегивают экономический рост и обеспе)

чивают (в целом) равное распределение его плодов между

богатыми и бедными. Таким образом, гарантии частной

собственности, с точки зрения равенства возможностей,

приносят бедным не меньше пользы, чем система всеобщего

образования. Научные исследования показывают, что из всех

экономических реформ росту больше всего способствуют ме)

ры по защите прав частной собственности19.

Перуанский экономист Эрнандо де Сото нагляднее,

чем кто)либо другой, показал, насколько проигрывают бед)

ные от отсутствия гарантированных прав собственности.

В своей книге «Загадка капитала» он буквально перевернул

все традиционные представления по этой теме. Главная

проблема бедных заключается не в том, что они не защище)

ны, и даже не в отсутствии у них «собственности» в букваль)

ном смысле этого слова — то есть самих материальных акти)

вов, а в том, что они лишены официальных прав на эту

собственность.

Многие бедняки — люди весьма инициативные, они

экономят немалую часть доходов, чтобы улучшить состояние

своей земли или жилищ.

ствий и исследований де Сото пришел к выводу, что бедные

люди в странах третьего мира и посткоммунистических

государствах владеют недвижимостью (зданиями и земель)

ными участками, на которых они расположены), чья сово)

купная стоимость превышает ее официально зарегистриро)

ванные показатели примерно на 9,3 триллиона долларов.

Это огромная сумма: она превышает совокупную стоимость

компаний, зарегистрированных на биржах двадцати самых

богатых стран мира — Нью)Йоркской фондовой бирже, бир)

же NASDAQ, Торонтской, Токийской, Лондонской, Франк)

фуртской, Парижской, Миланской и еще дюжине других.

Проблема в том, что признание прав собственности в боль)

шинстве стран третьего мира обставлено множеством мучи)

тельных бюрократических процедур. Жители этих стран за)

нимают общественные земли, строят на них примитивные

дома, создавая целые кварталы трущоб (которые постоянно

перестраивают и улучшают), и открывают маленькие мага)

зинчики — так же поступали бедняки на Западе лет двести

назад. Беда в том, что сегодня в развивающихся странах прак)

тически невозможно зарегистрировать эту недвижимость

в качестве своей собственности. Чтобы доказать это, де Сото

провел масштабный эксперимент. Вместе с группой коллег

он ездил в разные страны, пытаясь зарегистрировать там соб)

ственность. Результаты просто ужасают.

В Перу, чтобы получить правовой титул на дом, по)

строенный на государственной земле, необходимо пройти

207 различных административных процедур в 52 учрежде)

ниях. Желающим заняться частным извозом или в законном

порядке открыть небольшую автобусную компанию из)за

бюрократических проволочек приходится ждать разрешения

26 месяцев. На Гаити люди, которые селятся на обществен)

ной земле, должны сначала взять участок в аренду на пять лет

и только после этого могут его выкупить. Но, чтобы получить

разрешение хотя бы на аренду, необходимо пройти 65 адми)

нистративных инстанций; процесс занимает больше двух

лет.

дольше. На Филиппинах она может тянуться до тринадцати

лет. В Египте для официальной регистрации участка земли

в пустыне требуются разрешения от 31 органа власти, и на их

получение уходит от пяти до четырнадцати лет; аналогичная

процедура в отношении участка сельскохозяйственной земли

занимает от шести до одиннадцати лет.

Чтобы получить лицензию на открытие маленькой

швейной мастерской с двумя машинками в одном из трущоб)

ных кварталов Лимы, участники эксперимента потратили

286 дней, ходя по инстанциям, стоя в очередях к «нужному»

чиновнику, заполняя анкеты и ожидая ответов на заявления.

Помимо затраченного времени на это ушли и деньги: в об)

щей сложности 1231 доллар — сумма, в 30 раз превышающая

минимальную месячную зарплату в стране.

Для людей, у которых нет ни больших денег, ни нуж)

ных связей, эти барьеры просто непреодолимы. У бедных ос)

тается единственная возможность — заниматься своим биз)

несом в рамках «неформального» сектора, то есть незаконно.

В результате они лишаются юридической защиты и опасают)

ся вкладывать деньги в долгосрочное развитие предприятия,

даже если у них есть для этого свободные средства. Их недви)

жимость не включена в единую систему регистрации соб)

ственности, которая позволяет учитывать осуществляемые

трансакции и получать сведения об официальных владель)

цах. А отсутствие ясности по этому важнейшему вопросу за)

трудняет ведение деловых операций: непонятно, к примеру,

кто именно отвечает за платежи и услуги по данному адресу.

Собственность остается «омертвленным капиталом». Такую

недвижимость нельзя заложить, в результате чего ее фак)

тический владелец лишается потенциального источника

средств на образовательные нужды или расширение своего

бизнеса. Таким образом, для граждан в развивающихся стра)

нах недоступен самый распространенный способ получения

необходимых капиталов, которым пользуются мелкие пред)

приниматели в богатых странах. Из)за отсутствия официаль)

но зарегистрированного адреса и возможности проверить

кредитоспособность владельца на таких малых предприя)

тиях часто нельзя установить телефон, провести воду и элек)

тричество, а недвижимость невозможно даже продать. Пред)

приниматели лишены такого источника расширения своего

бизнеса, как выпуск акций.

Владельцы микропредприятий, вынужденные дей)

ствовать в неформальном секторе, постоянно опасаются чи)

новников и полицейских или платят им немалые взятки. Это

означает, что они должны скрывать свой бизнес, не могут его

расширить, а значит — повысить эффективность за счет эко)

номии на масштабе. Они опасаются рекламировать свой биз)

нес, а также существенно увеличивать клиентскую базу. Их

торговые операции распространяются лишь на ближайшие

окрестности — не дальше. Крупные сделки могут заключать)

ся лишь с родственниками или другими людьми, пользующи)

мися личным доверием бизнесмена.

Де Сото утверждает, что от 50 до 75% граждан разви)

вающихся стран работают, не имея правовой защиты, а око)

ло 80% земельных участков и домов не зарегистрированы на

имя их нынешних владельцев. В одной из стран, которые

посетил де Сото, городская администрация сама создала неза)

конное поселение на общественной земле, чтобы ее служа)

щим было где жить. Таким образом, в странах, где отсутству)

ет эффективно действующая система прав собственности,

подавляющее большинство населения владеет активами, ко)

торыми оно не имеет права полноценно распоряжаться. Ли)

шенные официальных прав на свою собственность, люди не

могут использовать ее в качестве основы для расширения дея)

тельности — а ведь именно таким путем западный мир при)

шел к процветанию. В развивающихся странах лишь предста)

вители элиты обладают связями, позволяющими заниматься

экономической деятельностью в современном смысле этого

понятия. Капитализм без прав собственности превращается

в капитализм для элиты. Миллионы способных, инициатив)

ных людей, потенциальных предпринимателей, не имеют

возможности вырваться из нищеты20.

В этом состоит одна из причин, почему в России эконо)

мический рост начался лишь через десятилетие после круше)

ния коммунизма. Именно столько времени понадобилось рос)

сийским властям, чтобы хотя бы приступить к введению

единой системы частной собственности на землю. Большая

часть земли в России считается государственной собственно)

стью, и фермеры получают ее только в аренду, что лишает их

стимула вкладывать в нее капитал и не дает права продавать

или закладывать свои земельные участки. К началу XXI века

менее 300 тысяч из 10 миллионов российских крестьян обла)

дали чем)то вроде официального правового титула на свою

землю. Правительство жестко регламентирует использование

гражданами земли, принадлежащей им по праву. Этот «зе)

мельный социализм» не только закрывает возможности для

выгодных инвестиций, но и препятствует созданию современ)

ной системы кредитования, поскольку залог земли — один из

распространенных способов получения займов. В результате

сделки с землей осуществляются в рамках неформального сек)

тора. Сегодня Россию порой изображают как страну необуз)

данного, «дикого» капитализма. С точки зрения любого опре)

деления капитализма подобные утверждения — просто абсурд.

Из)за «земельного социализма», сохраняющегося в России,

а также множества ограничений в области бизнеса и торгов)

ли Heritage Foundation поставил эту страну на 135)е место

в своем рейтинге экономической свободы, охватывающем

161 государство. А в докладе канадского Института Фрейзе)

ра «Экономическая свобода в мире» Россия помещена на

???_е место в списке из ??? стран, даже после Сирии и Руанды21.

Государственное регулирование в сфере сельского хо)

зяйства — еще одна важная причина неравенства. За счет регу)

лируемых цен, обязательных поставок и целого ряда других

мер многие развивающиеся страны пытаются создать преиму)

щества для городского населения за счет крестьян. Подобные

действия являются одним из проявлений стремления ускорить

Еще один вывод Доллара и Краая заключается в том,

что увеличение государственных расходов опасно не только

для экономического роста, но и для положения беднейших

слоев населения. В это трудно поверить тем, кто считает, что

государство отбирает деньги у богатых и раздает их бедным.

Но на самом деле часто происходит обратное — особенно

в бедных, недемократических странах. Там в государствен)

ный карман запускает руки прежде всего элита — сам лидер

страны, его родственники и друзья, могущественные корпо)

рации, а счет приходится оплачивать тем, кто не имеет свя)

зей в коридорах власти. Львиная доля средств достается

непомерно раздутым военным структурам государства. Пра)

вители предпочитают вкладывать деньги в «престижные»

проекты — строительство международных аэропортов, уни)

верситетов, городских больниц, а не в прокладку дорог,

развитие школьного образования и здравоохранения на ме)

стах, что было бы действительно полезно большинству насе)

ления. Более того, нередко в недемократических странах

услугами государственного здравоохранения и образования

пользуются главным образом лояльные сторонники режима.

Это показывает, насколько ошибались левые интеллектуалы

в 1960–1970)х годах, утверждая, что для развивающихся

стран демократические права и свободы не так уж важны,

поскольку им в первую очередь следует развивать систему

соцобеспечения. В отсутствие демократии любые меры

в области социального обеспечения не приносят пользы

большинству граждан.

Неэффективная система управления не в состоянии

найти государственным средствам наилучшее применение:

да что там наилучшее — даже сколько)нибудь удовлетвори)

тельное! Один бедный индонезиец отозвался о политике соц)

обеспечения в своей стране следующим образом: «До меня до)

ходили слухи, что беднякам оказывают помощь, но куда эта

помощь девается, никто не знает». Очевидно, выделенные

деньги осели в карманах местного начальства. Та же пробле)

ма существует в Индии, где из)за бюрократизма и коррупции

программы помощи бедным превращаются в «черные дыры»,

в которых бесследно исчезают деньги налогоплательщиков.

В этой стране государство тратит 4 доллара 30 центов на то,

чтобы передать адресату один доллар, ассигнованный в рам)

ках субсидий на питание. В результате бедняки терпят прямые

убытки, поскольку производимая ими продукция облагается

высокими налогами, для того чтобы затем правительство «ще)

дро» вернуло им куда меньшую сумму в виде помощи23.

Капитализм — не идеальная система: он не может при)

носить благо абсолютно всем в каждый конкретный момент.

Критики глобализации поднаторели в выявлении отдельных

негативных проявлений: здесь закрылся завод, там сократи)

ли зарплату. Подобные вещи, конечно, происходят, но важ)

но за отдельными случаями не потерять из виду общую кар)

тину того, как действует политическая или экономическая

система в целом и какие громадные выгоды она приносит по)

давляющему большинству населения по сравнению с альтер)

нативными формами общественного устройства. У каждой

политико)экономической системы есть свои проблемы, но

нельзя же из)за этого отвергнуть их все. Найти негативные

примеры, связанные с функционированием рыночной эко)

номики, нетрудно. Но тем же методом легко доказать, ска)

жем, что вода или огонь — это плохо: ведь люди тонут и гиб)

нут при пожарах. Однако это не полная картина.

Те, кто обращает внимание исключительно на не)

совершенство капитализма, игнорируют тот факт, что он

приносит свободу и независимость людям, не знавшим ниче)

го, кроме угнетения. Они также не учитывают постепенный

и неуклонный прогресс, характерный для любого общества

с рыночной экономикой. Выявлять проблемы и недостатки,

присущие удачной в целом системе, — дело абсолютно нор)

мальное, если при этом поставить конструктивную цель их

смягчения или устранения. Но тот, кто осуждает всю систе)

му целиком, должен ответить на следующий вопрос: при ка)

ком политико)экономическом устройстве дела идут лучше?

Никогда еще в истории человечества благосостояние не ро)

сло так быстро, а бедность не сокращалась в таких масшта)

бах. Найдется ли в истории или в современном мире пример

системы с такими же достижениями?