Свобода и равенство вполне совместимы

приводят к усилению имущественного неравенства в обще)

стве. Еще раз повторю: это не самое главное. Если уровень

жизни в целом повышается, то важнее улучшение вашего ма)

териального положения как такового, а не его уровень по от)

ношению к положению других.

больше людей стали жить лучше, и это общее улучшение

ситуации нельзя оценивать как ухудшение из)за того, что бла)

госостояние некоторых растет гораздо быстрее, чем благосо)

стояние остальных. Однако к равенству также следует стре)

миться — по нескольким причинам. Во)первых, большинство

из нас, вероятно, считают, что у людей не должно быть не)

сопоставимо различных стартовых условий. Важно, чтобы

у всех были равные возможности — не настолько, конечно,

чтобы ограничивать шансы всех с целью их максимального

уравнивания, но нельзя не признать: острое социальное не)

равенство порождает серьезные проблемы. Поэтому данный

тезис заслуживает самого тщательного анализа.

Вторая причина состоит в том, что равенство, вопреки

распространенному мнению, в действительности стимули)

рует рост. В условиях крайне бедного общества определенная

степень неравенства, возможно, необходима, чтобы по край)

ней мере часть населения начала делать сбережения и вкла)

дывать капиталы, однако, как показывает ряд исследований,

страны, где обеспечена высокая степень равенства, в среднем

добиваются более динамичного экономического роста, чем

страны, где царит неравенство, в особенности если оно при)

нимает форму крайних диспропорций в области землевладе)

ния. Одна из причин подобного явления заключается в том,

что общества, где степень равенства выше, более стабильны

и менее подвержены политическим потрясениям. Неравен)

ство способно привести к конфликтам или требованиям о по)

вышении налогов и расширении масштабов перераспреде)

ления — но все это угрожает экономическому росту.

Однако самая важная причина связана с тем, что для

эффективной деятельности людям необходимы некие «базо)

вые активы»: в стране со слаборазвитой экономикой эту роль

часто играет земельный надел, а в современном обществе —

образование.

с точки зрения этих активов, а не то, что обычно имеется в ви)

ду в ходе политических дискуссий — равенство доходов

и прибылей. В развивающейся стране, где сохранились эле)

менты несправедливых феодальных порядков, а основные зе)

мельные угодья принадлежат немногочисленной элите, пер)

востепенное значение приобретает земельная реформа,

в результате которой возрастает количество собственни)

ков — а значит, и полноправных участников экономической

деятельности. Важно также, чтобы образование было всеоб)

щим и каждый гражданин имел возможность получить кре)

дит для реализации своих идей в области бизнеса.

Никто не должен подвергаться дискриминации или

отстраняться от участия в конкурентной деятельности на

рынке труда посредством лицензий или узаконенных при)

вилегий. Такое равенство играет роль катализатора эконо)

мического развития, в то время как перераспределение до)

ходов становится препятствием для роста, поскольку в этом

случае эффективная работа, повышение образовательного

уровня или выдвижение новых идей приносят индивиду

меньше прибыли.

Немного упрощая, отметим: значение имеет равен)

ство возможностей, а не результатов. Цель состоит в том, что)

бы все люди имели некие базовые возможности, а дальше уже

от них зависит, как они нащупают путь вперед и каких резуль)

татов достигнут. Речь идет о двух аспектах одного и того же

процесса: люди должны иметь возможность трудиться и про)

верять на деле новые идеи, а также право получать прибыль

от своей деятельности, если добьются в ней успеха. Таким об)

разом, общество стимулирует социальную мобильность, воз)

награждает инициативу и усердие — а в результате повыша)

ется и благосостояние. Опасность для развития представляет

не разница в доходах как таковая, а дискриминация и приви)

легии, которые обусловливают эту разницу в недемократи)

ческих государствах. Этот вывод подтверждается и тем, что

в недемократическом обществе связь между неравенством

и экономическим ростом очевидна, а в современных, либе)

ральных государствах она не прослеживается13.

Но, возможно, существует и противоположный эф)

фект? Действительно ли, как часто утверждают, ускорение

роста ведет к усилению неравенства? Ученые порой ссыла)

ются на так называемую «кривую Кузнеца»: в статье, опубли)

кованной в 1955 году, экономист Саймон Кузнец утверждал,

что экономический рост поначалу приводит к усилению не)

равенства в обществе и лишь через какое)то время оно начи)

нает сокращаться.

в последней инстанции и иногда используют его для дискре)

дитации идеи о позитивных последствиях роста или хотя бы

для оправдания политики перераспределения доходов. Сам

Кузнец, однако, столь радикальных выводов не делал. На)

против, он объяснил, что его статья «на 5% основана на

эмпирических данных и на 95% — на гипотетических рас)

суждениях», добавив: «Если ее воспринимать как ряд интуи)

тивных тезисов, служащих отправной точкой для дальнейших

исследований, а не как набор абсолютно подтвержденных

выводов, она не только безобидна, но и может принести не)

малую пользу»14.

Если мы последуем рекомендациям Кузнеца и проана)

лизируем развитие событий в мире после 1955 года, выяснит)

ся, что его предварительный вывод справедлив не всегда.

Действительно, бывают случаи, когда экономический рост

поначалу приводит к усилению имущественного неравен)

ства, но общую закономерность из этого вывести нельзя. Есть

государства — например, Индонезия, Малайзия, Тайвань,

Южная Корея, Маврикий, — где мощный рост сопровождал)

ся сокращением различий в доходах, а в Китае, Таиланде, Па)

кистане и Бразилии он, напротив, приводил к увеличению

разрыва между богатыми и бедными. По)разному складыва)

лась ситуация в странах с низкими или отрицательными тем)

пами роста. На Кубе, в Колумбии и Марокко неравенство

уменьшилось, а в Кении, Эфиопии и Мексике в 1980)х годах

или в России в 1990)х — увеличилось. Распределение дохо)

дов в обществе зависит от других факторов, например, стар)

товой ситуации в стране или внутриполитического курса.

Специалисты из Всемирного банка делают следующий вы)

вод: «Имеющиеся данные говорят об отсутствии стабильной

связи между ростом и неравенством. В целом степень имуще)

ственного неравенства внутри отдельных стран за последние

тридцать лет не сократилась и не увеличилась»15.

Изучив ситуацию с имущественным неравенством,

экономист Дж. У. Скалли пришел к выводу о более равномер_

ном распределении доходов в государствах со свободной эко)

номикой, открытыми рынками и гарантированными права)

ми собственности.

в этих странах, по сравнению с несвободными, на долю сред)

него класса приходится больше доходов, а на долю высшего

класса — меньше. В «самых свободных» в экономическом от)

ношении государствах доля национального дохода, получа)

емая самыми богатыми 20% населения на четверть меньше,

чем в «наименее свободных». Доля ВВП, получаемая бедней)

шими 20% населения, не зависит от степени экономической

свободы в стране, однако в абсолютных цифрах их доходы

намного выше в государствах с либеральной рыночной эко)

номикой16.

Таким образом, вопреки распространенному мнению,

чем выше в обществе уровень экономической свободы, тем

меньше в нем имущественное неравенство. Но что происхо)

дит с равенством в период перехода к либеральной экономи)

ке? Усугубляет ли ускоренная либерализация неравенство

в обществе? И на этот вопрос, судя по всему, следует ответить

отрицательно. Шведский экономист Никлас Бергрен изучил

вопрос о том, как возрастание экономической свободы влия)

ет на имущественное неравенство. В странах, где с 1985 года

происходит либерализация экономики, неравенство сокра)

тилось, а в тех государствах, где либерализации не было, —

осталось на прежнем уровне или даже усилилось. Быстрее

всего сокращается неравенство в бедных развивающихся

странах, энергично проводящих экономические реформы.

Выводы Бергрена говорят о том, что имущественному равен)

ству в обществе способствуют два основных фактора: свобо)

да международной торговли и свобода движения капиталов

на международном уровне — две «визитные карточки» гло)

бализации17.

Та же картина получается, если систематизировать

страны мира по иному принципу — по степени их «глобали)

зованности». Журнал Foreign Policy и консалтинговая фирма

A.T. Kearny попытались разработать «индекс глобализации»,

в рамках которого оценивается, как часто граждане той или

иной страны делают покупки и инвестиции за рубежом, зво)

нят и выезжают за пределы собственной страны. Как выясни)

лось, «глобализованные» страны отнюдь не отличаются

самым высоким уровнем неравенства. Напротив, «для боль)

шинства стран как со зрелой рыночной, так и с переходной

экономикой характерно сочетание более высокой степени

„глобализованности“ и равенства доходов»18.

Левые часто утверждают, что принципы индивидуаль)

ной свободы и имущественного равенства вступают в проти)

воречие друг с другом, а потому они вынуждены поддержи)

вать лишь одну из этих двух основополагающих ценностей.

Возможно, они правы в том смысле, что законодателям дей)

ствительно приходится выбирать, какому из этих двух прин)

ципов больше следовать в своей работе, но называть их вза)

имоисключающими неверно. Напротив, многое указывает

на то, что демократическое равноправие ведет и к имуще)

ственному равенству. Соблюдение прав собственности, сво)

бода предпринимательства, торговли и снижение инфляции

несут с собой не только экономический рост, но и большее ра)

венство доходов.