Глобальное неравенство

хорошо, но, даже если большинство людей стали жить лучше,

пропасть между богатыми и бедными только увеличивается,

и положение зажиточных людей и стран улучшается гораздо

быстрее, чем благосостояние всех остальных.

ма неравенства сегодня даже обострилась. Эти критики ука)

зывают, что сорок лет назад совокупный объем ВВП на душу

населения двадцати самых богатых стран превышал анало)

гичный показатель двадцати самых бедных стран в 15 раз,

а сегодня — уже в 30.

Однако этот упрек в адрес глобализации несостояте)

лен по двум причинам. Во)первых, даже если дело действи)

тельно обстоит таким образом, это мало влияет на общую

ситуацию. Если улучшается благосостояние всех людей, так

ли уж важно, что для кого)то этот процесс идет быстрее, чем

для остальных? Несомненно, самое главное — чтобы все жи)

ли как можно лучше, а не то, что какая)то группа оказыва)

ется богаче другой. Лишь тот, кто считает богатство худшим

злом, чем бедность, может видеть проблему в том, что кто)

то становится миллиардером, даже если в то же самое время

материальное положение других улучшается по их соб)

ственным меркам. Лучше уж быть бедняком по меркам аме)

риканского общества, со всем его неравенством (в США по

состоянию на 2001 год считалось, что за чертой бедности

живут те, чей годовой доход меньше 9039 долларов), чем

«равным среди равных» в Руанде, где на тот же 2001 год

объем ВВП на душу населения (в пересчете на покупатель)

ную способность) составлял 1000 долларов, или в Бангла)

деш (1750 долларов), или в Узбекистане (2500 долларов)22.

Часто причина усиления имущественного неравенства в не)

которых странах, где проводятся экономические реформы,

например, в Китае, заключается в том, что в городах темпы

экономического роста выше, чем на селе.

щего беспрецедентного сокращения бедности как в городе,

так и в деревне, неужели найдется человек, который пред)

почтет, чтобы этого вообще не было?

го критерия оценки уровня жизни — та же ПРООН исполь)

зует статистические данные с поправкой на покупательную

способность. Некорректными цифрами эта организация

оперирует лишь в тех случаях, когда стремится подтвердить

тезис о росте неравенства.

В одном из докладов Норвежского института внешней

политики вопрос о глобальном неравенстве изучен на основе

данных, учитывающих покупательную способность. Авторы

доклада пришли к выводу, что, вопреки общепринятым пред)

ставлениям, с конца 1970)х годов неравенство между различ)

ными странами постоянно сокращается. Особенно ускорил)

ся этот процесс в 1993–1998 годах, когда глобализация

по)настоящему набрала темп24. Выводы норвежских ученых

подтвердило и более позднее исследование экономиста из

Колумбийского университета Ксавьера Сала)и)Мартина. Как

выяснил Сала)и)Мартин, если пересчитать статистические

данные ПРООН с учетом покупательной способности, ока)

жется, что уровень неравенства в мировом масштабе резко

сократился по любым общепринятым меркам25. Кроме того,

Бхалла и Сала)и)Мартин независимо друг от друга пришли

к одинаковому выводу: если взять в качестве точки отсчета

неравенство между людьми, а не странами, получится, что

по состоянию на конец 2000 года уровень неравенства в ми)

ре был самым низким за весь период после окончания Второй

мировой войны. Если при составлении оценочных показате)

лей сравнивается положение стран, а не людей, отмечают оба

автора, это приводит к значительному преувеличению реаль)

ного уровня неравенства, поскольку улучшение благосостоя)

ния огромного количества людей нивелируется за счет отно)

сительного обнищания немногочисленных групп. При таком

сравнении Китай и Гренада имеют равный статистический

вес?, хотя население Китая превосходит население Гренады

в 12 тысяч раз.

стран, и мы увидим, что подавляющее большинство данных

говорит о сокращении разрыва в уровне жизни в мире за по)

следние тридцать лет26. Если сравнить 10% самых богатых

и самых бедных стран, то получится, что неравенство дей)

ствительно увеличивается: это позволяет предположить, что

существует небольшая группа отстающих? (мы еще вернем)

ся к этому вопросу и выясним, какие страны в нее входят и по)

чему). Однако анализ, охватывающий все страны мира, явно

указывает на общий прогресс в области равенства. Если,

к примеру, сравнить данные по 20% или трети самых бога)

тых и самых бедных стран, мы увидим, что разрыв между ни)

ми уменьшился.

Экономисты обычно измеряют уровень неравенства

с помощью коэффициента Джини. Если он равен нулю, это

означает, что в обществе существует полное равенство и до)

ходы всех абсолютно одинаковы. Если же коэффициент ра)

вен единице, речь идет об абсолютном неравенстве, когда все

принадлежит одному человеку. Так вот, с 1968 по 1997 год ко)

эффициент Джини для мира в целом снизился с 0,6 до 0,52 —

то есть более чем на 10%.

Поскольку разрыв между богатыми и бедными внутри

каждой страны за этот период, судя по всему, практически не

претерпел изменений, глобальное неравенство, вопреки рас)

пространенному представлению, уменьшается. В отчете Все)

мирного банка за 1998/1999 год оценивается, среди проче)

го, и различие в доходах 20% самых богатых и самых бедных

людей в развивающихся странах. Естественно, эта разница

по)прежнему очень велика, но она сокращается на всех кон)

тинентах! Единственным исключением стали посткоммуни)

стические государства Восточной Европы: там неравенство

растет быстрее всего в тех странах, где реформы продвигают)

ся медленно27.

Казалось бы, это противоречит данным, содержа)

щимся в докладе ПРООН за 1999 год, однако выводы послед)

него сомнительны, не в последнюю очередь из)за того, что

организация не включила в него собственную статистику за

1995–1997 годы — период, когда неравенство сокращалось

особенно быстро.

госостояния, используемый ПРООН, — индекс человеческо)

го развития (ИЧР) — указывает на то, что уровень неравен)

ства снижался даже быстрее, чем подсчитали норвежские

исследователи. ИЧР представляет собой сумму различных

составляющих благосостояния — доходов, уровня образо)

вания и средней ожидаемой продолжительности жизни.

Этот индекс варьируется от 0 — максимального небла)

гополучия до 1 — абсолютного благосостояния. Так вот,

за последние сорок лет ИЧР вырос для всех групп стран, но

особенно сильно — для самых бедных. В странах ОЭСР

с 1960 по 2000 год ИЧР увеличился с 0,8 до 0,92, а в разви)

вающихся странах рост был намного более значитель)

ным — с 0,26 до 0,65.

Иногда говорят, ссылаясь все на тот же доклад ПРООН,

что объем доходов самых богатых 20% населения планеты

превышает тот же показатель для 20% самых бедных в 74 ра)

за. Но если оценивать уровень благосостояния, исходя из то)

го, что человек в состоянии купить на свои деньги, — то есть

с поправкой на покупательную способность, — выяснится,

что реальный разрыв между ними сокращается до 16 раз28.