Первое послеоктябрьское десятилетие в развитии культуры России

Очень влиятельной творческой группой была РАПП (Российская ассоциация пролетарских писателей). Организационно ассоциация оформилась на Первом Всероссийском съезде пролетарских писателей в Москве в октябре 1920 года. В разные годы ведущую роль в ассоциации играли Л.Авербах, Ф.В. Гладков, А.С. Серафимович, Ф.И. Панферов и ряд других. Призывая к борьбе за высокое художественное мастерство, полемизируя с теориями Пролеткульта, ассоциация вместе с тем оставалась на точке зрения пролетарской культуры. В 1932 году она была распущена.

В двадцатые годы большинство культурных организаций и пресса бравировали приблизительно такой фразой, что для того, чтобы прийти к своей собственной культуре, пролетариату придется до конца вытравить фетишистский культ художественного прошлого и опереться на передовой опыт современности. И основной задачей пролетарского искусства будет являться не стилизация под прошлое, а созидание будущего. Классовые идеи двадцатых годов были продолжены в «вульгарной» социологии искусства тридцатых годов и с рецидивами дошли и до наших дней. Однако ряд известных художников, выдающихся писателей и поэтов активно этому противостоял. В этом ряду — имена А.Платонова, Е.Замятина, М.Булгакова, М.Цветаевой, О.Мандельштама.

Пожалуй, самые решительные перемены в первое революционное десятилетие произошли с русским театром. Революция способствовала созданию советского режиссерского театра, в котором именно режиссеру не только необходимо было иметь изобретательную фантазию постановщика, но и творческую волю, способную сплотить театральный коллектив, а также очень высокую гражданскую и художническую активность. Всеми этими качествами обладал Е.Б. Вахтангов — создатель одноименного театра, одного из самых известных театров мира. За свою недолгую жизнь он поставил несколько спектаклей, но каждый из них (будь то «Принцесса Турандот» К.Гольдони или чеховская «Свадьба») стал образцом сценической трагедии, сценического гротеска и того, что мы сегодня называем праздничной театральностью. Ученик К.Станиславского, младший современник В.Мейерхольда, близкий друг великого русского актера М.Чехова, Е.Вахтангов воспитал целую плеяду талантливейших советских режиссеров и актеров, среди которых особо выделялись Ю.Завадский и Р.Симонов.

Словом, несмотря на столкновение мнений, конфликты, двадцатые годы были весьма плодотворны для развития отечественной художественной культуры. «Во многих областях искусства — в кино, литературе, изобразительном искусстве — это время оставило след и стало частью духовной сокровищницы нашего века. То же относится и к науке» (Боффа Дж. История Советского Союза. Т. 1. М., 1994. С. 250).

В этот период большевистским правительством предпринимались отчаянные попытки наладить диалог с интеллигенцией, ибо установить над ней гегемонию в тот момент не представлялось возможным. Многие художники искренне «уходили в революцию», свято веря в революционное обновление всей цивилизации. Незаурядный талант налаживания отношений между новой властью и интеллигенцией проявил первый советский нарком просвещения А.В. Луначарский, занимавший свой министерский пост вплоть до 1929 года. Благодаря необыкновенной эрудиции, блестящим ораторским возможностям А.В. Луначарскому удалось в двадцатые годы перекинуть «временный мост» между революцией и миром русской интеллигенции.