Происхождение глобальных проблем

Хотя термин «глобальные проблемы» ныне общепринят различные ученые вкладывают в него различное социально-экономическое, политическое и идейное содержание. В отличие от многих западных ученых и политических деятелей, которые .

Глобальные проблемы нашей эпохи — закономерное следствие всей современной глобальной ситуации, сложившейся на Земном шаре в последней трети XX века. Для правильного понимания происхождения, сущности и возможности их решения необходимо видеть в них результат предшествовавшего всемирно-исторического процесса во всей его объективной противоречивости.

Это положение, однако, не следует понимать банально и поверхностно, рассматривая современные глобальные проблемы как просто разросшиеся до планетарных масштабов традиционные в истории человечества локальные либо региональные противоречия, кризисы или бедствия. Напротив, будучи результатом (а не просто суммой) предшествовавшего общественного развития человечества, глобальные проблемы выступают как специфическое порождение именно современной эпохи, как следствие крайне' обострившейся неравномерности социально-экономического, политического, научно-технического, демографического, экологического и культурного развития в условиях совершенно новой, своеобразной исторической ситуации.

Речь идет не только и даже не столько о неравномерности развития отдельных стран, но и о неравномерности развития различных сфер жизни и деятельности внутри этих стран, неравномерности в развитии различных сторон жизнедеятельности человека, который в условиях своей жизни, в своем поведении и сознании может, образно говоря, одновременно пребывать в разных исторических эпохах, разделенных между собой десятилетиями и столетиями.

Пять миллиардов людей, живущих ныне на нашей планете, будучи современниками по отношеншо друг к другу, сопряженные экономической взаимозависимостью и почти мгновенно воспринимающие все события в мире благодаря новейшим средствам массовой коммуникации и информации, вместе с тем живут не только в разных странах и различных социальных системах, но и, с точки зрения достигнутого ими уровня развития, обитают как бы в различных исторических эпохах: нередко на одном континенте и даже в одной стране полуизолированные от внешнего мира родоплеменные общины, едва вышедшие из неолита (в бассейне Амазонки, в тропической Африке или в Новой Гвинее), находятся на расстоянии всего одного-двух часов полета на реактивном лайнере от экономических и интеллектуальных центров современной цивилизации.

Несмотря на разительные социальные, экономические, политические и культурные контрасты, правомерно тем не менее говорить о становлении единой цивилизации на нашей планете. Однако ее утверждение и развитие немыслимо без всеобщего признания таких фундаментальных гуманистических принципов, как свобода выбора народами своего будущего, возрастающая многовариантность социального прогресса и верховенство общечеловеческих интересов над бесчисленными центробежными силами. История неумолимо поставила на повестку дня переход от политической конфронтации к диалогу, от идеологического и религиозного фанатизма к деидеологизации межгосударственных отношений, к терпимости и плюрализму, от непримиримого противоборства к совместной эволюции различных социальных систем на основе взаимной военной, экологической, экономической безопасности для всех стран и народов.

Глобальные проблемы современности порождены в конечном счете именно всепроникающей неравномерностью развития мировой цивилизации, когда технологическое могущество человечества неизмеримо превзошло достигнутый им уровень общественной организации, политическое мышление явно отстало от политической действительности, а побудительные мотивы деятельности преобладающей массы людей и их нравственные ценности весьма далеки от социального, экологического и демографического императивов эпохи.

Взаимосвязь и иерархия глобальных проблем

Историческое своеобразие и социальная уникальность глобальной ситуации, сложившейся на рубеже двух тысячелетий, властно требуют от человечества нового политического мышления, высокой моральной ответственности и беспрецедентных практических действий как во внутренней политике отдельных стран, так и в международных отношениях, как во взаимодействии общества с природой, так и во взаимоотношениях между самими людьми. Современная глобальная ситуация сплела все противоречия нашей эпохи в единый, нерасторжимый «тугой узел», развязать который в состоянии лишь социальное и духовное обновление человеческого общества, новое мышление в соединении с новой практической деятельностью.

Все глобальные проблемы современности тесно связаны друг с другом и взаимно обусловлены, так что изолированное решение их практически невозможно. Так, обеспечение дальнейшего экономического развития человечества природными ресурсами заведомо предполагает предотвращение нарастающего загрязнения окружающей среды, иначе это уже в обозримом будущем приведет к экологической катастрофе в планетарных масштабах. Именно поэтому обе эти глобальные проблемы справедливо называют экологическими и даже с определенным основанием рассматривают как две стороны единой экологической проблемы. В свою очередь, эту экологическую проблему можно решить лишь на пути нового типа экономического развития, плодотворно используя потенциал научно-технической революции, одновременно предотвращая ее отрицательные последствия. О том, какие перспективы в этом отношении открывает научно-технический прогресс, свидетельствуют теоретические расчеты, согласно которым — даже по сравнению с лучшими мировыми показателями — затраты энергии для производства стали могут быть снижены в 4 раза, алюминия — в б, цемента — в 5, для переработки нефти — в 9, производства бумаги — в 125 раз. Еще больше возможностей для экономии природных ресурсов содержится в прекращении их расточительного использования, когда до 90—95% из них составляют отходы конечного потребления человеком.

Тесная связь с очевидностью выявляется также между экономической отсталостью и стремительным ростом населения в развивающихся странах, численность которого только с 1950 по 1987 год увеличилась с 1,6 до 3,8 млрд человек (а к 2000 году их доля в мировом населении достигнет почти 80%). Так, в первые послевоенные годы разрыв в уровне национального дохода на душу населения между развитыми и развивающимися странами составлял 10:1. И хотя темпы экономического роста за истекшие четыре десятилетия в целом в развивающихся странах были значительно выше, чем в развитых, к настоящему времени этот разрыв увеличился до 12:1 вследствие более высоких темпов роста населения в развивающихся странах. Статистические расчеты показывают: если бы ежегодный прирост населения в развивающихся странах был таким же, как в развитых, то контраст между ними по уровню дохода на душу населения сократился бы к настоящему времени до 8:1 и мог бы оказаться в сопоставимых размерах на душу населения вдвое выше, чем сейчас. Однако сам этот «демографический взрыв» в развивающихся странах, как считают ученью, обусловлен их сохраняющейся экономической, социальной и культурной отсталостью. Неспособность человечества разрешить хотя бы одну из глобальных проблем самым отрицательным образом повлияет на возможность решения всех остальных.

В представлении некоторых западных ученых взаимосвязь и взаимообусловленность глобальных проблем образуют некий «порочный круг» неразрешимых для человечества бедствий, из которого либо вообще нет выхода, либо единственное спасение состоит в немедленном прекращении экономического роста и роста населения. Такой подход к глобальным проблемам сопровождается различными алармистскими, пессимистическими прогнозами будущего человечества. В 70—80-е годы на Западе было опубликовано немало мрачных пророчеств, основанных на убеждении в неспособности человечества разрешить глобальные проблемы. Автор одного из них, американский социолог Р.Л. Хейлбронер, предрекая под влиянием первых докладов Римскому клубу впадение человечества в новое варварство на опустошенной планете, пессимистически заявлял: «И если под вопросом:

«Есть ли надежда у человека?» — мы подразумеваем возможность справиться с вызовами, которые бросает нам будущее, без чудовищной расплаты, то напрашивается ответ: «Такой надежды нет!».

Какими бы серьезными опасностями для человечества ни сопровождались все остальные глобальные проблемы, они даже в совокупности отдаленно несопоставимы с катастрофическими демографическими, экологическими и иными последствиями мировой термоядерной войны, которая угрожает самому существованию цивилизации и жизни на нашей планете. Вот почему безъядерный, ненасильственный мир — не только высшая социальная ценность, но и необходимое предварительное условие для решения всех остальных глобальных проблем современности. Это краеугольный камень нового политического мышления, ставящего общечеловеческие интересы и ценности выше всех остальных и исключающего войну как продолжение политики иными средствами.1

Определение последовательности действий, обеспечивающих различение отношения исследования экономического пространства к существующим глобальным проблемам, стоящим перед человечеством, приводит к необходимости рассмотрения философских аспектов футурологического осмысления перспектив развития человека.

Прошлое, настоящее и будущее человечества органически соединены между собой общими закономерностями поступательного развития общества, которые уходят в глубь веков и проникают в обозримую историческую перспективу. Настоящее — это итог всей предшествовавшей всемирной истории и вместе с тем колыбель его будущего. Будущее человека уже объективно содержится в его настоящем как в материальном, так и в духовном отношении. Оно предстает и предстанет результатом творческой, практической деятельности людей, которые могут созидать будущее, лишь используя так или иначе то, чем они реально располагают в настоящем. Будущее, которое ожидает человека, чтобы не остаться идеальным воздушным замком, может быть возведено лишь из кирпичей настоящего на прочном фундаменте прошлого. Свобода, которой обладает человечество в отношении своего будущего, похожа на свободу творческой мысли архитектора: создавая проект своего здания, он должен считаться и с материалом, которым располагает, и со средствами, которые имеет в своем распоряжении, и с местностью, где здание воздвигается. А то, каким предстанет это здание в глазах его современников и потомков, в огромной, если не решающей мере зависит от его интеллектуального потенциала.

В конечном счете в обозримой перспективе будущее человечества — это дальнейшее восхождение реального исторического процесса на новые ступени в развитии общества. Это поступательное движение, называемое социальным прогрессом, не может быть ни простым продолжением настоящего, ни циклическим повторением прошлого, хотя, конечно, и то, и другое вплетется в его ткань. Но вплетется только отчасти и в весьма своеобразной форме, ибо в своей основе этот процесс означает становление совершенно нового, беспрецедентного в истории гуманного и демократического общества, которое призвано воплотить в себе вековые социальные идеалы человечества.

Предвосхищение будущего, научное социальное предвидение предъявляют к человеческому интеллекту постоянно возрастающие требования. Для того чтобы предвидеть будущее и найти практические средства для решения настоятельных проблем нашей эпохи, явно недостаточно простого здравого смысла и мышления, опирающегося лишь на стереотипы и традиционный опыт прошлого. Задача науки — дать реальное представление о будущем, исходя из принципов, на которых вообще держится весь фундамент научного знания, и прежде всего исходя из принципа объективности. Последний предполагает строгое соответствие выводов исходным предпосылкам, доказательный анализ реальности без каких-либо субъективных «дополнений» к ней, знание определенных закономерностей, тенденций исторического развития.

Каковы же основные закономерности и тенденции реального исторического процесса, которые формируют будущее человечества?

Одной из таких основных закономерностей является необратимость социального прогресса в масштабе всемирной истории. Наши ученые, конечно, отнюдь не разделяют высмеянный Вольтером в философской повести «Кандид» наивный оптимизм доктора Панглоса, неизменно восклицавшего вопреки обрушивавшимся на него бедствиям, что «все к лучшему в этом лучшем из миров!». На протяжении истории неоднократно имели место длительные застойные периоды и сложные зигзаги в развитии, как в локальном, так и в региональном масштабе; различные общества в результате стихийных бедствий и социальных катастроф иногда оказывались отброшенными далеко вспять в экономическом, политическом и культурном отношении. Но при всей сложности, неравномерности и диалектической противоречивости происходило неуклонное восхождение человечества от низших форм социальной организации к высшим. Хотя в каждом конкретном случае исход столкновения противостоящих друг другу сил прогресса и реакции заранее отнюдь не предрешен с фатальной неизбежностью, тем не менее победа прогрессивных сил, как правило, оказывается более прочной, тогда как победа реакционных сил временной и преходящей. Это обстоятельство и придает необратимость социальному прогрессу, пока существует человечество.