Товар и два его фактора: по­требительная стоимость и сто­имость

Метод исследования и метод изложения материала не иден­тичны. Надо сначала исследовать материал, изучить его, выра­зить его в виде понятий, в виде экономических категорий, а за­тем изложить их в строго логической последовательности.

конкретное, воспроизводит его как духовно конкретное. Однако ото пн в коем случае не есть процесс возникновения самого кон­кретного».^[14]

Широко распространено мнение, что Маркс в «Капитале» пользуется только методом восхождения от абстрактного к кон­кретному. Это, конечно, ошибочное представление. В действи­тельности Маркс во всех случаях, при постановке и решении любой проблемы следует не двухчленной («абстрактное — конк­ретное»), а трехчленной модели («конкретное — абстрактное — конкретное») и соответственно излагает материал. Да по-друго­му и нельзя поступать, оставаясь материалистом. Надо твердо запомнить, что в «Капитале» Маркса дан не только метод изло­жения, но прежде всего метод исследования. К тому же Маркс никогда резко не противопоставлял эти два метода.

Отвечая А. Вагнеру, по вопросу об исходном пункте в пер­вом томе «Капитала», Маркс отмечал, что он исходит не из «по­нятий».

Избрание товара в качестве исходной экономической формы анализа капиталистического способа производства методологи­чески оправдано.

Во-первых, богатство капиталистического общества представ­ляет большое скопление товаров.

Во-вторых, товарная форма выражает простейшие экономи­ческие связи буржуазного общества, его «экономическую кле­точку». А начинать изучение любого объекта следует с его про­стейших форм проявления.

В-третьих, исходная экономическая форма при всей ее про­стоте должна быть массовидной, миллионы и миллиарды раз по­вторяющимся экономическим явлепием.

В-четвертых, логически исходная форма должна отражать исторически исходную форму общественного бытия. Материаль­ный мир, в какой бы форме он пи выступал, является историче­ски развивающимся процессом. То же самое следует сказать и об экономических отношениях. Логическая последовательность ка­тегорий должна отражать исторический процесс возникновения и развития тех отношений, мыслительным выражением которых являются эти категории. Поэтому соотношение логического и исторического в процессе познания является одним из важ-

пейших методологических принципов. Товар исторически пред­шествует деньгам, а деньги — капиталу. Такова логика бытия. Она соответственно отражена в логике изложения. Сначала ис­следуется товар, затем деньги, а потом капитал — основпая ка­тегория политической экономии капитализма.

При анализе товара необходимо исходить не из абстрактных предпосылок, а из конкретного как непосредственно данного, из чувственных восприятий.

Товар есть прежде всего внешний предмет, вещь, материаль­ный объект, продукт человеческого труда, удовлетворяющий ка­кие-либо человеческие потребности. Каждый такой предмет есть совокупность многих свойств и поэтому может быть полезен раз­личными своими сторонами. Полезность вещи делает ее потре­бительной стоимостью.

Потребительная стоимость. Полезность вещи не висит в воз­духе. «Обусловленная свойствами товарного тела, она не суще­ствует вне этого последнего. Поэтому товарное тело, как, на­пример, железо, пшеница, алмаз и т. п., само есть потребитель­ная стоимость, или благо».^[16]

Если остановиться на этих первых определениях потреби­тельной стоимости, то следует ее исключить из круга экономи­ческих исследований. Этот вывод и делает Маркс: «Потреби­тельные стоимости товаров составляют предмет особой дисципли­ны— товароведения».^[17] Это обстоятельство, по-видимому, и по­служило поводом современнику Маркса немецкому буржуазно­му экономисту Адольфу Вагнеру в своей книге «Учебник поли­тической экономии» утверждать, что Маркс исключает потреби­тельную стоимость из предмета исследования политической эко­номии. В своих замечаниях на эту книгу Вагнера Маркс назы­вает этот вывод Вагнера сущим «вздором».^[18] В этих «Замеча­ниях» Маркса дается обстоятельный анализ товара, его потреби­тельной стоимости и стоимости, стоимости и меновой стоимости, представляющий дальнейшее развитие основных положений, из­ложенных в первой главе первого тома «Капитала». Поэтому рекомендуется при подготовке к лекции по данной теме самым обстоятельным образом проштудировать эти «Замечания» Марк­са. В них с достаточной полнотой и в весьма лаконичной форме освещается вопрос о включении потребительной стоимости в предмет экономических исследований.

Отмечая, что товар должен иметь не просто потребительную стоимость, а общественную потребительную стоимость Маркс пи­шет: «Благодаря этому потребительная стоимость — как потреби­тельная стоимость „товара”— сама обладает специфически ис­торическим характером».^[19] И в этом смысле она является кате-

горней не товароведения, а категорией политической экономии.

Специфически исторический характер потребительной стои­мости проявляется не только в том, что она является материаль­ным носителем стоимости, но и в том, что ее многообразие сви­детельствует о многообразии и расчлененности общественного разделения труда, его исторической зрелости.

Специфически исторический характер потребительной стои­мости раскрывается при анализе стоимостной формы товара, осо­бенно ее денежной формы, где стоимость одного товара пред­ставляется в потребительной стоимости другого, т. с. в натураль­ной форме другого товара.

Яркий пример того, что потребительная стоимость сама по себе непосредственно включается в предмет экономических ис­следований, представляет потребительная стоимость рабочей си­лы как товара. Тайна происхождения прибавочной стоимости выводится из потребительной стоимости этого специфического товара.

Забегая вперед, следует заметить, что анализ процесса вос­производства общественного капитала был бы немыслим без де­ления общественного продукта по натуральной форме па сред­ства производства и предметы потребления, исходя опять-таки из потребительной стоимости.

Все это давало основание Марксу сказать, «что, стало быть, у меня потребительная стоимость играет важную роль совершен­но по-иному, чем в прежней политической экономии, но — и это надо заметить — она принимается во внимание всегда лишь там, где такое исследование вытекает из анализа данных экономиче­ских образований, а не из умствований по поводу понятий или слов „потребительная стоимость” и „стоимость”».^[20]

Стоимость. Выяснение природы второго фактора товара — стоимости представляет наибольшие трудности. Стоимость, в от­личие от потребительной стоимости, не дана на поверхности яв­лений. Она скрыта от непосредственного взора. По образному выражению Маркса, стоимость товаров тем отличается от вдо­вицы Куикли, что не знаешь как за нее взяться. «В прямую противоположность чувственно грубой предметности товарных тел, в стоимость (Wertgegenstandlichkeit) не входит ни од­ного атома вещества природы. Вы можете ощупывать и разгля­дывать каждый отдельный товар, делать с ним что вам угодно, он как стоимость (Wertding) остается неуловимым».^[21] Так, «ле­гальный марксист» Петр Струве называл стоимость фантомом,

Т. е. призраком, простым приведением, лишенным реального со­держания. По-другому оценивал эту важную категорию В. И. Ленин. «Стоимость есть категория, которая entbehrt des Stoffes der Sinnlichkeit, но она истиннее, чем закон спроса и предложения».^[22] Учитывая значение теории трудовой стоимо­сти, ей необходимо уделить особое внимание. Все последующее из ложение политической экономии капитализма строится на этом прочном фундаменте марксистской экономической теории.

При решении столь сложной проблемы следует руководство­ваться тем же методологическим принципом, о котором шла речь выше. Надо начинать с конкретного как непосредственно дан­ного. «Мышление,— пишет В. И. Ленин,— восходя от конкрет­ного к абстрактному, не отходит... о т истины, а подходит к ней. Абстракция материи, закона природы, абстракция стоимости и т. д., одним словом, все научные (правильные, серьезные, не вздорные) абстракции отражают природу глубже, вернее, по л- н ее».^[23]

Анализ стоимости необходимо начинать с меновой стоимости, с того количественного соотношения, в виде пропорции, в кото­рой потребительные стоимости одного рода обмениваются на по­требительные стоимости другого рода, т. е. с того очевидного и непреложного экономического явления, которое миллионы и миллиарды раз повторяется в товарном мире. Несмотря на ка­жущуюся случайность этих соотношений и их постоянное изме­нение, в зависимости от места и времени, в них явственно об­наруживается два существенных момента. Во-первых, как бы ни различны были меновые стоимости одного и того же товара, в них есть нечто общее и одинаковое. Этим общим не может быть потребительная стоимость, поскольку она качественно раз­лична. Если отвлечься от потребительной стоимости товарных тел,— а такое отвлечение постоянно осуществляется в самих ак­тах обмена, поскольку приравниваются самые различные потре­бительные стоимости,— то станет очевидным, что в обменивае­мых товарах остается лишь одно свойство, что они продукты че­ловеческого труда. Во-вторых, меновая стоимость является лишь способом выражения, лишь формой проявления внутренне скры­того содержания, т. е. самой товарной стоимости. «Таким обра­зом, то общее, что выражается в меновом отношении, или мено­вой стоимости товаров, и есть их стоимость. Дальнейший ход ис­следования приведет нас опять к меновой стоимости как необхо­димому способу выражения, или форме проявления стоимости; тем пе менее стоимость должна быть сначала рассмотрена не­зависимо от этой формы».^[24]

Этими положениями вновь подтверждается трехчленная мо­дель научного исследования: конкретное — абстрактное — конк­ретное. Меновая стоимость как исходный пункт анализа была тем конкретным, с чего начинался наш анализ. Стоимость есть та абстракция, которая, по выражению Ленина, глубже и пол­нее раскрывают природу товара. Меновая стоимость, представ­ленная в виде простой, развернутой, всеобщей и денежной форм, будет тем конкретным, которое познано и выражено в ло­гически стройной совокупности определений.

Однако стоимость должна быть рассмотрена независимо от формы ее проявления, с тем чтобы потом дать исчерпывающее объяснение меновой стоимости как единственно возможной фор­мы ее проявления.

3.