1. Возникновение первобытного земледелия и скотоводства.— Развитие орудий.—Рост потребностей

Развитие земледелия и скотоводства медленно ограничивало власть случайности над жизнью первобытного человека.

Первые шаги земледелия тесно связаны с простым собиранием растительной пищи в том виде, как ее давала природа.

Племена, которые перешли к правильной охоте, не оставляют занятой ими области до тех пор, пока в ней остается достаточное количество дичи. Напр., даже в умеренном и холодном поясе современные охотничьи племена иногда по 20—30 лет держатся в небольшой области, охватывающей 400—500 кв. верст. Следовательно, и для них вполне осуществим переход к периодическому собиранию растительной пищи на определенных местах.

При возвращении человек находил полезные для него растения не только там, где раньше собирал их, но и на местах прежних стоянок, куда все члены данной группы сходились с добычей. Почва на месте долгой стоянки непреднамеренно подготовлялась для непреднамеренного посева: очищалась от деревьев, кустарников и травы, кое-где взрыхлялась при подготовке топлива, при укреплении шатра и т. д. Рассыпанные семена, коренья и клубни находили благоприятные условия для прорастания. Таким образом будущие культурные растения отмечали передвижение первобытного человека, как жилье современного человека сопровождает крапива.

Отсюда — от непреднамеренного распространения растений— оставался лишь небольшой переход к собственно земледелию, к преднамеренной культуре растений, к самой примитивной ее форме.

Первобытное земледелие не требовало оседлости. В подтропических странах, где, вероятно, оно возникло раньше всего, для созревания многих культурных растений требуется всего 5—6 недель: период настолько короткий, что в продолжение его даже роду, который живет преимущественно охотой, не приходится переносить стоянку на новое место.

Впоследствии, когда земледелие приобретает более важное значение в жизни рода, последний начинает сообразоваться с ним в своих передвижениях. Он остается на одном месте до тех пор, пока урожай не будет собран. Такое кочевое земледелие сохранилось до очень поздних времен. Так, древние финикияне, развившиеся из сухопутных номадов в морских, при своих путешествиях вокруг Африки несколько раз высаживались на берег, делали посев, дожидались жатвы и только тогда двигались дальше. В эпоху Геродота одно скифское племя соединяло земледелие с кочевой жизнью. И еще в настоящее время некоторые бродячие племена соединяют земледелие с охотой.

По мере того, как развивались орудия и совершался переход от собирания животной пищи в охоте, собирание растительной пищи все исключительнее ложилось на женщин и детей.

Требовалось стечение особо благоприятных условий для того, чтобы земледелие получило преобладающее значение в жизни целых племен. Такие условия человек встретил прежде всего в равнинах рев с мощными разливами, оставляющими толстые слои плодородного ила. Здесь наиболее приспособленными к новым условиям существования были те племена, у которых земледелие развивалось в основную отрасль труда. Безлесная почва, свободная от сорных трав и достаточно рыхлая, требует ничтожной затраты труда и после самых элементарных подготовительных операций дает богатые урожаи. Земледельческие племена захва- тывают плодородные равнины, а потом, вытесненные из них, разносят земледелие по другим областям, в которых требуется уже предварительная подготовка почвы: расчистка, выкорчевывание и выжигание,деревьев, кустарников и травы, искусственное взрыхление. Таким образом техника земледелия еще больше удаляется от простого собирания растений.

В настоящее время невозможно решить, с каких растений началось земледелие. Потребовался длинный процесс отбора для того, чтобы Выделить современные культурные растения. Многие растения, которые теперь считаются совершенно непригодными для питания, в течение долгого времени служили основной частью растительной пищи. С другой стороны, земледелие возникало в различных пунктах земного шара совершенно самостоятельно и пользовалось тем материалом, который давала окружающая природа. Так, первобытное американское земледелие могло культивировать только один злак: маис (кукурузу). В умеренном поясе старого света наибольшую роль сначала играли просо и ячмень, потом к ним присоединился овес, еще позже—пшеница и рожь; в ягарком поясе рис очень рано 'приобретает преобладающее значение.

В общем, уже в неолитическую эпоху (ново-каменную эпоху, эпоху орудий из шлифованного и вообще сравнительно тщательно отделанного камня) человек в различных частях земного шара начал возделывать подавляющую часть важнейших современных культурных растений. Так называемая «историческая эпоха» добавила в ним сравнительно немногие виды. Не сдвинулась она и в области отбора животных видов для приручения.

Приручение диких животных тоже представляло медленный процесс, последовательные ступени которого не вносили заметных изменений в жизнь первобытного человека. Только накопление бесконечного ряда таких бесконечно-малых изменений привело к коренному перевороту в способе производства, к выделению некоторых племен, как преимущественно скотоводческих.

Быть может, одним из первых шагов на этом пути было приручение молодых животных, которые шли за убитой матерью на место временной стоянки первобытного человека. Их приручение было непреднамеренным и не преследовало хозяйственных целей. Они были скорее предметом забавы, чем запасом пищи; но в случае нужды они поедались.

Процесс приручения различных видов животных в различных пунктах земного шара принимал различные формы. Так, напр., собака, по всей вероятности, издавна стадами следовала за человеком, как современного человека в жарких странах сопровождают стада гиен и шакалов, набрасывающихся на остатки его ШЕЩИ. Своим лаем собаки заблаговременно предупреждали человека о приближении опасных врагов, а иногда участвовали в их отражении. В ряду поколений совместные странствования мало- по-малу приводили к известному сближению между человеком и собакой, к постепенному приручению дикой собаки, к тому,, наконец, что она встречается уже только как прирученное животное,—один из самых древних спутников человека.

Первобытный человек, который жил отчасти собиранием растительной пищи и низших животных, отчасти охотой за высшими животными, с течением времени начинал сообразоваться, в своих передвижениях с передвижением стад: оленей и антилоп, коров и овец. Вырабатывались такие способы охоты и поимки отдельных особей, которые по возможности меньше тревожили стадо. Не малую помощь оказывали при этом животные, приручившиеся потому, что человек взял их еще детенышами; пользуясь ими, человек легче мог приблизиться к стаду или приблизить стадо, к себе, усыпив его недоверчивость. Таким образом постепенно' развивался своеобразный симбиоз первобытного человека и диких, животных. Различные его ступени характеризуются степенью приручения диких животных. На севере еще в очень недавнее время, да отчасти и теперь можно было бы наблюдать последовательные ступени перехода от первобытной охоты к первобытному хищническому скотоводству: стадии последовательного приручения диких оленей. Олени еще и теперь разделяются на диких, которые служат объектом охоты, полуприрученных и вполне прирученных. Способ использования полуприрученных стад очень близко напоминает охоту. Прирученные животные остаются жить в- привычных естественных условиях. Здесь скорее человек приспособляется к ним, чем приспособляет их к себе, как в случае- с собственно домашними животными, которые появляются позже, с развитием оседлого земледелия.

Процесс приручения ускорялся, если человеку, бродившему за стадами, удавалось загнать часть стада в естественную, а: впоследствии в искусственную ловушку: в пастбище с немногими выходами, при которых сторожили человек и собаки. Живя в; привычной обстановке, животные не утрачивали способности размножения, как они часто утрачивают ее при резком переходе из дикого в домашнее состояние.

Возникшее в непосредственной связи с охотой, скотоводство на первых ступенях представляло лишь дальнейшее развитие охоты и служило исключительно источником мясной пищи. Собака из убойного животного по преимуществу довольно рано сделалась и помощником человека на охоте. Использование животных в качестве средства передвижения развилось значительно., позже и далеко не повсеместно. В Америке, при открытии ее- европейцами, только перуанцы применяли один вид ламы в качестве вьючного животного; австралийские племена вообще неимели животных для передвижения. Наконец, к очень поздней эпохе относятся первые шаги в развитии молочного хозяйства и применение животных к разного рода работам, в особенности земледельческим. Современные культурпые животные были постепенно выделены в длинном процессе отбора. Некоторые из них первоначально приручались с совершенно иными целями, чем в после- дующие времена. Так, напр., собака почти повсеместно была,—а у некоторых племен и до сих пор остается,—убойным животным, которое разводится исключительно для мяса. Многие животные, приручавшиеся при зарождении скотоводства, впоследствии вытеснены другими видами и встречаются теперь только в диком состоянии. Так, в древнем Египте приручались некоторые виды антилоп, по потом их вытеснили овца и козел.

Возникавшее скотоводство первоначально служило просто подспорьем к охоте и по своему характеру почти не отличалось от охоты. С возрастанием плотности населения, оно приобретало решающее значение в степях и по склонам гор с богатым травяным покровом, в тундрах, дающих обильную пищу оленям. В этих областях именно скотоводство при относительно небольшой затрате труда дает наибольшее количество средств существования, и для живущих здесь скотоводческих племен открывается возможность сравнительно быстрого размножения. Таким образом здесь развиваются скотоводческие племена, как в плодородных речных долинах—земледельческие племена.

Уже переход от собирания пищи к собственно охоте предполагает значительное совершенство орудий. По мере развития скотоводства учащаются столкновения между родами и племенами, что в свою очередь вызывает ускоренное развитие новых орудий обороны и нападения. Примитивные палка и камень сменяются сложными орудиями; возникают и совершенствуются молот и копье, нож и топор, копьемет, праща, бумеранг к лук со стрелами. В прибрежных областях появляется плот, медленно развивающийся в лодку,—выжженный в середине ствол дерева, подталкиваемый сначала шестами, впоследствии веслами; возникают и усложняются рыболовные принадлежности: гарпун и плетеные из гибких ветвей, корней и растительных волокон снасти, крючки из костей. Примитивное земледелие тоже требует особых орудий; развиваются мотыка, лопата, жернов, нож, приспособленный для срезания плодов и травянистых растений.

На место ограниченного количества простых первобытных орудий, из которых каждое применялось для самых разнообразных целей, выступает сравнительно большее количество дифференцированных орудий, из которых каждое с самого начала предназначается для определенной, более или менее отграниченной функции, но тем не менее по сравнению с предыдущим периодом отличается значительной сложностью. Количество и разнообразие орудий возрастает.

Техника производства орудий прогрессирует. Камню посредством старательного отбивания придается та или иная форма, в зависимости от поставленной цели; он подвергается шлифовке, полировке и, в случае нужды, просверливанию. Постепенно развиваются орудия для выполнения этих операций—орудия для

производства орудий: молот, зачаточная форма наковальни,

В связи с этими изменениями идет выделение и отбор материала, наиболее пригодного для той или иной цели. Первона- чальное безразличие в этом отношении сменяется сознательным, планомерным выбором. Кремень, обсидиан, нефрит становятся главными материалами для производства оружия. К ним в рассматриваемую эпоху присоединились бронза и железо. Металлические орудия распространялись крайне медленно. Так, даже в такой поздний период, как эпоха Саула, его армия располагала в одной битве всего двумя металлическими мечами; все остальное оружие было сделано из камня и дерева. По способу производства металлические орудия первоначально ничем не отличались от каменных. Лишь с величайшей медленностью из отбивания, шлифовки, сверления и т. д. развивалось кузнечное дело.

Производство новых орудий, характеризующихся увеличением количества, разнообразия и сложности, требует значительного искусства, навыка и выдержки. Оно выделяется, как особая отрасль труда. Быстрее всего процесс выделения совершается п областях, богатых материалами, необходимыми для производства орудий. При известных условиях он приводит в тому, что некоторые роды так же односторонне развивают у себя производство •орудий (и оружия в том числе), как другие—земледелие и скотоводство. В таких родах производство орудий становится преимущественным занятием мужчин, между тем как добывание и приготовление пищи ложится почти исключительно на одних женщин.

Трудовая энергия первобытного человека, весь его рабочий день целиком затрачивались на добывание пищи. С развитием земледелия и скотоводства, с расширением применения новых, все более совершенных орудий, с прогрессом приготовления пищи, на добывание и приготовление ее требуется уже не весь рабочий день, а только некоторая часть его, все более сокращающаяся по мере развития техники. Если род, который в первобытные времена вое свое рабочее время затрачивал на добывание пищи, теперь затрачивает на это только половину прежнего времени, то это значит, что производительность труда в данной его отрасли повысилась вдвое. На получение прежнего количества продуктов приходится затрачивать вдвое меньшее количество трудовой энергии. Переход от простого отыскания пищи к земледелию и скотоводству, переселение из жарких стран с богатой природой в умеренный пояс со скудной природой может сопровождаться не «убывающим плодородием», а, напротив, повышением производительности труда.

Часть сил, которые раньше затрачивались прямо па добывание пищи, освобождается и может быть направлена на новые области труда, прежде всего на производство орудий. Но и оно не поглощает всей освобождающейся трудовой энергии рода. Благодаря этому становится возможным рост потребностей, которые не стоят в непосредственной связи с поддержанием жизни, как чисто зоологического существования. Столкновения и борьба между отдельными родами ускоряют развитие новых потребностей. Из отношений борьбы между родами возникли первичные сукрашения». Победитель снимал с побежденного его вооруже- пие: щит, топор и т. д., отрубал уши и нос, снимал с него скальп. Некоторые из этих трофеев получали в его руках первоначальное назначение: применялись как оружие. Другие,—скальп, уши и другие члены тела поверженного,—служили только трофеями, и, накопляясь, должны были с самого начала устрашать позднейших врагов. Пояс с подвешенными к нему трофеями послужил зародышевой формой передника, из которого впоследствии развились основные формы позднейшей одежды. Точно так же, напр., зубы убитого врага, прикрепленные к волосам победителя; дали начало головным украшениям. Только обывательские представления, получающие опору в библейском рассказе, выводят одежду из чувства стыда. В действительности развитие чувства стыда следовало за развитием одежды: стало «стыдно» оставлять открытыми места, обычно прикрытые той одеждой, до которой доразвилось данное племя в процессе борьбы.

Первоначально возникнув из такой потребности в «украшениях», одежда не утратила этого значения и по мере передвижения человека в области с более суровым климатом. Но здесь она превратилась, кроме того, и в предмет безусловной необходимости. Новое назначение—защита от растраты животной теплоты— повело за собою изменения в форме одежды и в материалах, пз которых она делается.

Одежда и огонь вместе с жилищем, каким бы примитивным •оно ни было, позволили человеку существовать в таких областях, напр., на границе льдов в ледниковые периоды,—которые иначе были бы необитаемы.

Производство орудий, в особенности оружия, превратилось в •своеобразную отрасль художественной промышленности. Жилище из случайного пристанища развилось в постоянную постройку у земледельческих родов и в подвижной шатер—у кочевых. Оно наполняется всевозможной утварью, которая служит отчасти только для украшения, отчасти же, кроме того, и для разных хозяйственных целей. Выделка шкур, различные виды плетения и вязания, переходящие в ткацкое производство, резьба по камню, кости, рогу и дереву, гончарное производство, соединяющееся с живописью и резьбой, являются теми новыми отраслями труда, которые должны были удовлетворять новым потребностям. Известны такие поразительные достижения в области живописи, которые относятся к «каменному веку», к сравнительно раннему «го периоду.

Поскольку новые предметы становятся необходимыми для существования рода, постольку весь труд, затрачиваемый на их производство, представляет столь же необходимый труд, как и затрачиваемый на добывание пищи. Поскольку все члены рода принимают участие в трудовой деятельности, постольку каждый из них выполняет соответствующую часть этого необходимого, производительного труда.

Общая сумма трудовых затрат рода не понизилась по сравнению с предшествующей ступенью развития. Но не понизилась она потому только, что потребности рода расширились. Если раньше он мог вести голое зоологическое существование, то теперь для него стало необходимым удовлетворение всех новых потребностей.