4. Силы развития

Из одной саговой пальмы иногда извлекается до 700 фунтов сердцевины. 900 фунтов сердцевины достаточно для того, чтобы приготовить 600 фунтов саго,—количество, необходимое для пропитания человека в течение целого года. На приготовление его один человек затрачивает не более 10 дней. Человек отправляется в лес «нарубить» себе хлеба приблизительно так же, как современный человек—нарубить дров. После того, как топор развился в сколько-нибудь удовлетворительное орудие, дальнейшее усовершенствование техники прекращается: орудия труда достигли такой ступени развития, что при тех средствах, которыо предлагает природа данной местности, существование человеческой группы вполне обеспечено.

Этот пример относится к довольно высокой ступени культуры. Но соответствующее явление имело место и на ранних ступенях развития. Так, австралийские племена в изобилии находят необходимую пищу: коренья и плоды, семена и низших животных, охота за которыми не сопряжена ни с какими опасностями и не требует сколько-нибудь совершенных орудий. Поэтому в Австралии, в особенности в глубине материка, до сих пор сохранились племена, стоящие на границе обезьяны и человека; они, кав сообщают путешественники, не вполне доразвились даже до характерной для человека вертикальной походки и обладают лишь зародышевыми формами речи. Силы развития здесь до чрезвычайности слабы. Группа, которая при помощи самых элементарных орудий труда достигла равновесия с окружающими условиями, может в течение длинного ряда тысячелетий воспроизводиться в неизменном виде, все с той же примитивной техникой труда, с тем же строем внутри-групповых отношений.

Но такое устойчивое равновесие осуществлялось, по всей вероятности, лишь в исключительных случаях. Вообще же говоря, род, поселившийся в известной отграниченной территории, через несколько поколений «наполнял» ее. Достигнув такой численности, при которой он не мог находить пищу на сравнительно узком пространстве, при которой совместность борьбы уже не улучшала, а ухудшала его существование, он давал начало новым родам. Отделившись от материнского рода, новые роды иногда лишь в течение короткого времени сохраняли воспоминание о родстве с ним. Но уже скоро между ними устанавливались отношения борьбы, которая принимала тем более суровый характер, чем более население переполняло данную- территорию, чем более оно «давило на средства существования», чем сильнее деятельность человека изменяла естественные условия местности в неблагоприятном направлении.

Побеждали те роды или племена, которые быстрее своих соперников приспособлялись к ухудшавшимся естественным условиям и к обостряющейся борьбе: создавали орудия, позволявшие сделать шаг от собирания пищи к действительной охоте, переходили в приготовлению пищи, которое давало возможность полнее утилизировать пищевые вещества, совершенствовали технику обороны и нападения и т. д.

Но этот процесс совершался с величайшей медленностью.

Заполнив территорию, племя продолжает возрастать далее, несмотря на возрастающие лишения и истребительную борьбу между отдельными группами. Часть родов вытесняется и постепенно отбрасывается в области с менее привычными условиями существования: с умеренным климатом, с более скудной растительностью, с меньшим изобилием низших животных. Здесь измене-

— 3(5 —

ниє техники становится повелительной необходимостью. Собирание пищи сменяется правильной охотой. Простая дубина, а затем примитивная булава,—грубое соединение палки и камня—развивается, дифференцируется в копье, молот и топор, • для которых камень подвергается предварительной обработке, требующей огромной затраты трудовой энергии. Необходимость облав обусловливает развитие совместного труда в общий, планомерно организованный труд, в котором впервые заявляют о себе производительные силы общественного труда. Огонь получает постоянное применение,— сначала для защиты от холода, потом и для приготовления пищи. Шатер из ветвей, который первоначально служил для защиты огня от ветра и дождя, развивается в жилище. Раньше неподвижный, как застойная техника, ум начинает утрачивать свою неподвижность. Человек во всех отношениях делает крупный шаг вперед от своих зоологических предков.

Таким образом развиваются новые формы приспособления к новым условиям существования. Дальше повторяется то же, что и на первоначальной родине человека. После того, как техника достигла такой степени развития, которая обеспечивает воспроизводство населения более или менее постоянной численности, в замкнутых областях дальнейшее движение иногда останавливается на века, даже на целые тысячелетия.

Некоторые группы в своих блужданиях возвращаются в страны, из которых вышли их отдаленные предки. Но возвращаются уже обогащенные всеми завоеваниями, которые они сделали в суровой школе борьбы. Исход столкновения старой и новой техники ясен. Аборигены,—инертные племена, не поднявшиеся над ступенью стихийно сложившихся, преимущественно кровных связей, совместного труда и самых примитивных орудий,—истребляются и оттесняются племенами, закалившимися в борьбе с более суровой природой, развившими сравнительно высокую технику, сделавшими шаг в направлении к сознательно-общественной организации коллективных трудовых операций. Здесь история повторяется сначала, по уже на ином, несколько повысившемся уровне.

Геологические перевороты в свою очередь могли сыграть и, несомненно, сыграли свою роль в этом стихийном ходе развития, коренным образом изменяя общие условия существования. Судя по некоторым фактам, большое значение в этом смысле имел ледниковый период. Человек, отступая перед надвигавшимися с севера льдами, удерживался, однако, на границе ледникового пояса. Но он мог здесь удерживаться, лишь приспособляясь совершенно так же, как приспособляются племена, вытесняемые в сравнительно суровые области. Впоследствии, по мере того, как льды отступали к северу, он возвращался в свои прежние обиталища со всеми завоеваниями, сделанными в предыдущую геологическую эпоху