§1. Действие антимонопольных запретовper seв отношении соглашений, ограничивающих конкуренцию.

В процессе хозяйственной деятельности ее субъекты вступают между собой в различные договорные отношения, руководствуясь фундаментальным принципом гражданского права - принципом свободы договора(freedom of contract).Согласно названному принципу стороны вправе вступать в любые договорные отношения с различными условиями и с любыми контрагентами.

Однако, при наличии определенных обстоятельств частноправовые отношения хозяйствующих субъектов могут нанести вред публичным интересам - экономике, в результате чего пострадает общество и его граждане. Кроме того, злоупотребления в таких отношениях влекут и иные неблагоприятные последствия для граждан - например, невозможность наиболее полно удовлетворять свои потребности в сфере торговли. Подробно о соотношении частноправового и публично-правового регулирования отношений рассмотрено в параграфе первом главы один настоящего диссертационного исследования.

Если мы взглянем на историю сквозь правовую призму, то увидим, что экономическая система может быть совершенной лишь при наличии рыночной экономики, при которой хозяйствующие субъекты вступают между собой в «честное соперничество» для возможности полного удовлетворения потребностей граждан.

Отсутствие конкуренции на товарных рынках практически всегда несет некий вред публичным интересам. Исключением из этого может быть лишь состояние естественной монополии. В иных случаях хозяйственная деятельность характеризуется как экономически вредная.

Экономический вред не всегда является следствием одностороннего поведения хозяйствующих субъектов. Напротив, в большинстве случае игроки товарных рынков вступают в договорные отношения, которые заведомо носят неправомерный характер.

Именно по этим причинам принцип свободы договора подлежит ограничению в той мере, в которой это необходимо для устранения неблагоприятных последствий экономически вредной деятельности хозяйствующих субъектов.

Антимонопольный контроль договорных отношений хозяйствующих субъектов применяется дифференцированно в зависимости от неблагоприятных последствий, которые вызваны злоупотреблениями в частноправовой сфере (либо возможными неблагоприятными последствиями): безусловные запреты соглашений, которые в полной мере ограничивают принцип свободы договора, и условно-запрещенные запреты, которые могут ограничивать принцип свободы лишь при наличии возникновения неблагоприятных последствий, запрещенных антимонопольным законодательством.

Безусловные запреты именуютсяper se (per se illegal)и применяются к картельным соглашениям и к координации экономической деятельности на одном товарном рынке.

Картель является жестким горизонтальным антиконкурентным соглашением, представляющим наибольшую опасность для конкуренции. Такая опасность обусловлена тем, что при заключении картельного соглашения увеличивается риск монополизации рынка. По своей природе картель представляет не столько соглашение в чистом виде, сколько объединение хозяйствующих субъектов с целью устранения между собой конкуренции.

Законом о защите конкуренции признаются картелем и запрещаются соглашения между хозяйствующими субъектами-конкурентами, то есть между хозяйствующими субъектами, осуществляющими продажу товаров на одном товарном рынке, если такие соглашения приводят или могут привести:

- к установлению или поддержанию цен (тарифов), скидок, надбавок (доплат) и (или) наценок;

- повышению, снижению или поддержанию цен на торгах;

- разделу товарного рынка по территориальному принципу, объему продажи или покупки товаров, ассортименту реализуемых товаров либо составу продавцов или покупателей (заказчиков);

- сокращению или прекращению производства товаров;

- отказу от заключения договоров с определенными продавцами или покупателями (заказчиками).

Понятие «картеля» было введено «Третьим антимонопольным пакетом», однако это вовсе не означает, что ранее заключенные горизонтальные соглашения при определенных обстоятельствах не могли иметь правовую природу картельных соглашений.

Нередко возникали дискуссии о возможности заключения картельных соглашений хозяйствующими субъектами, являющимися покупателями на товарном рынке, однако «Четвертым антимонопольным пакетом» этот вопрос должен быть снят. Проектом изменений в антимонопольное законодательство предлагается внести соответствующие изменения в ч. 1 ст. 11 Закона о защите конкуренции.

Из легального определения картеля вытекают его признаки.

Во-первых, картелем признается соглашение, содержащее в себе договоренность. Такое соглашение может быть заключено как в письменной форме, так и в устной. На практике крайне редко встречаются письменные картельные соглашения, так как они носят незаконный характер, поэтому хозяйствующие субъекты стараются как можно лучше скрыть факт заключения картеля.

Во-вторых, сторонами картельных соглашений могут быть только хозяйствующие субъекты, являющиеся продавцами на одном товарном рынке. «Четвертым антимонопольным пакетом» планируются изменения в ч. 1 ст. 11 Закона о защите конкуренции, согласно которым сторонами картельных соглашений могут быть и покупатели.

Наконец, в-третьих, обязательным признаком картеля, определяющим его содержание, должны быть последствия, указанные в ч. 1 ст. 11 Закона о защите конкуренции. Эти последствия заведомо носят вредоносный характер, поэтому антимонопольному органу достаточно доказать факт заключения картеля без учета его влияния на конкуренцию.

Перечень негативных последствий носит закрытый характер, поэтому горизонтальные соглашения, влекущие другие последствия, не могут быть квалифицированы как картели и являются менее вредоносными горизонтальными соглашениями, соответственно подлежат регулированию иными нормами Закона о защите конкуренции.

По сравнению с предыдущими редакциями Закона о защите конкуренции, действующий текст содержит меньшее количество запретов per se.Ряд запретов был вынесен за пределы статьи и теперь содержится в ч. 4 ст. 11 Закона и носит характер условно-запрещенных.

По своему содержанию картельные соглашения могут быть весьма разнообразными.

Схожим по своей природе с картелем единой цены является картель, согласующий условия продажи. В рамках такого антиконкурентного соглашения устанавливаются условия договоров (условия оплаты, сроки поставки товаров и иные).

Встречаются и картели, которые определяют условия и размеры скидок для предприятий-участников, которые определяют минимальные цены в процессе торговли, которые выделяют каждому участнику картеля определенную квоту (квотовый картель) производства продукции и множество других.

Отдельно следует упомянуть о синдикате. Синдикат является самой жесткой формой картеля, в которой реализация продукции всех участников осуществляется строго через центр по продажам, принадлежащим самому синдикату. Иными словами, участники синдиката обязаны поставлять производимую продукцию в сам синдикат, который и контролирует соблюдение производственных квот.

В практике отмечаются и иные виды картелей: региональный картель, который устанавливает раздел рынка сбыта продукции между его участниками; экспортный и импортный картели; картели специализации, в рамках которых участники обязуются производить один определенный продукт или тип продуктов.

Борзило Е.Ю. называет в качестве абсолютно запрещенного соглашения и коллективный бойкот, цель которого - вытеснить конкурента с

146

рынка.

В большинстве случаев один картель может нести в себе природу двух и более разновидностей картелей. Примером такого может служить Постановление ФАС Московского округа от 13.01.2012 года по делу № А40-

147

39187/11-119-260 , в котором указано, что, поскольку соглашения между хозяйствующими субъектами об условиях реализации продукции были направлены на установление определенных рамок реализации этойпродукции в целях недопущения конкуренции на товарном рынке, при этом был осуществлен раздел продукции, предполагавшейся к продаже в рамках товарного рынка, при этом был осуществлен раздел продукции, предполагавшейся к продаже в рамках товарного рынка, между определенным количеством покупателей (дилеров) со строгим разграничением по видам и количеству продукции, суд пришел к выводу о нарушении в спорном случае п. 3 ч. 1 ст. 11 Федерального закона «О защите конкуренции». При этом суд принял во внимание, что в результате заключения соглашения возникла возможность влияния на покупателей продукции и устранения ценовой конкуренции между покупателями, а согласованное распределение региона деятельности и объема поставок затрудняло доступ на данный рынок. Таким образом, указанное картельное соглашение относится сразу к нескольким разновидностям. Анализ арбитражной практики свидетельствует о преимущественно сложной правовой природе антиконкурентных соглашений.

В юридической доктрине существуют ряд подходов к разновидности картельных соглашений. Например, некоторые авторы выделяют несколько видов картелей по содержанию предмета сговора: ценовой сговор; территориальный сговор; сговор при проведении торгов.^[28]

Антимонопольное регулирование картельных соглашений в России происходит путем применения к ним безусловного запретаper se.

Доктринаper seначала формироваться в США в 1890 году с принятием 2 июля так называемого Акта (Закона) Шермана^[29], который провозгласил преступлением любые препятствования свободной торговле, в том числе и вступление в картельный сговор. При этом каких-либо определений и терминов акт не содержит. В литературе это объясняется тем, что законылишь указывают направленность на запрещение монополий, тогда как раскрытие смысла и толкование норм передано судебным органам.^[30]

Говоря об Акте Шермана и о предусмотренных в нем запретах, следует упомянуть и о сформированных судебной практикой немного позднее «правил разумности», согласно которым запреты применяются не ко всем потенциально опасным хозяйствующим субъектам, а лишь к тем, кто действительно нарушает правила конкуренции.

В отличии от горизонтальных соглашений, не упомянутых в ч. 1 ст.11 Закона о защите конкуренции, от «вертикальных» и иных соглашений, картели не могут быть признаны допустимыми ни при каких обстоятельствах.

Из-за заведомо вредоносного характера картельных соглашений и монополизации рынка хозяйствующими субъектами, вступившими в картельный сговор, борьба с этим видом соглашений является приоритетным направлением деятельности антимонопольных служб всех стран с развитой рыночной экономикой.

При вступлении в картельный сговор его участники не утрачивают свою самостоятельность, они лишь действуют в одном экономическом интересе. Не следует путать единый экономический интерес участников картеля и такой же интерес группы лиц: в первом случае речь идет об извлечении сверхдоходов в результате неправомерных действий, тогда как группа лиц действует законно. В этом также заключается суть доктриныper se:запрещены сами по себе не только соглашения, также признается незаконной и деятельность хозяйствующих субъектов, и их цели, преследуя которые они вступили в картельный сговор и т.д.

Особенностью запретов per se соглашений между хозяйствующими субъектами-конкурентами является их тесная связь с недействительностью сделок. Так, на основании ч. 2 ст. 168 ГК РФ сделка, нарушающаятребования закона или иного правового акта и при этом посягающая на публичные интересы либо права и охраняемые законом интересы третьих лиц, ничтожна, если из закона не следует, что такая сделка оспорима или должны применяться последствия нарушения, не связанные с недействительностью сделки.

К альтернативным способам защиты гражданских прав от нарушения антимонопольного законодательства относятся: реституция, предусмотренная ч. 2 ст. 167 ГК РФ, возврат имущества в результате неосновательного обогащения, предусмотренный ч. 1 ст. 1102 ГК РФ, а также возмещение убытков, предусмотренное ч. 3 ст. 37 Закона о защите конкуренции.

В отличие от отечественного подхода к регулированию картельных соглашений путем наложения безусловного запрета без возможности признания их законными, антимонопольная практика европейских стран в некоторых случаях допускает заключение картелей малых и средних предприятий. Так, в Германии допускаются картели между названными предприятиями для улучшения их конкурентоспособности. При этом конкуренция на рынке не должна быть существенно изменена, а такой картель должен быть заключен для улучшения конкурентоспособности его участников. ^[31] В свою очередь в Англии, как и в России, за создание картеля при любых обстоятельствах и для любой цели вне зависимости от последствий предусмотрена уголовная ответственность.

Проблема антимонопольного регулирования деятельности субъектов малого и среднего бизнеса присутствует и в отечественной практике. В России действует подход, аналогичный английскому. Картели не могут быть признаны допустимыми ни при каких обстоятельствах, даже если они заключены, например, между индивидуальными предпринимателями. Подробно этот вопрос разобрал руководитель Управления Федеральнойантимонопольной службы по Московской области Башлаков-Николаев Игорь Васильевич. ^[32]Как отмечает глава регионального управления антимонопольного органа, именно на локальных рынках происходит нарушение антимонопольного законодательства в виде заключения картелей и именно небольшими хозяйствующими субъектами. Отмена же действия антимонопольного регулирования некрупных хозяйствующих субъектов

153

может привести к нарушению единства экономического пространства. С таким подходом сложно не согласиться, так как невозможно небольшие товарные рынки оторвать от регулирования и «пустить все на самотек».

При выявлении картеля антимонопольным органам необходимо проводить проверку воздействия соглашения на рыночное поведение сторон. Так, решением Арбитражного суда г. Москвы от 7 февраля 2013 года по делу № А40-74596/2011 решение ФАС России от 13.04.2011 № АЦ/13419 по делу № 1 11/211 о признании ООО ПО «Химпром» и ООО ТЛ «Химпром» нарушившими п. 1, 3 ч. 1 ст. 11 Закона о защите конкуренции путем заключения и участия в соглашении, которое привело или могло привести к установлению цен и разделу товарного рынка по объему продажи товаров и составу покупателей; предписание ФАС России от 12.04.2011 по делу № 1 11/2-11 (АЦ 13413) о прекращении нарушения п. 1, 3 ч. 1 ст. 11 ЗоЗК, выданное ООО ТД «Химпром», ООО ПО «Химпром»; постановление ФАС России от 07.07.2011 по делу об административном правонарушении № 1 14.32/139-11 о привлечении к административной ответственности ООО ТД «Химпром» по ч. 1 ст. 14.32 Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях (далее КоАП) и назначении наказания; постановление ФАС России от 01.08.2011 по делу об административном нарушении № 1 14.32/140-11 о привлечении к административной ответственности ООО ПО «Химпром» по ч. 1 ст. 14.32 КоАП и назначениинаказания признаны незаконными ввиду того, что антимонопольным органом не доказан факт совершения вменяемого нарушения антимонопольного законодательства. Судом отмечено, что выявить соответствие или несоответствие соглашения антимонопольному законодательству возможно лишь после изучения воздействия такого соглашения на рыночное поведение сторон. Судом установлено, что антимонопольным органом необходимая проверка не проводилась.^[33]

Доказательства картеля могут быть прямыми и косвенными. Как было отмечено ранее, факт заключения такого соглашения тщательно скрывается, поэтому получить прямые доказательства о заключении картеля достаточно сложно. Однако со введением института освобождения от ответственности за сообщение о заключенном картеле к таким доказательствам стали относится заявления участников незаконного соглашения.

Уникальный в своем роде «Третий антимонопольный пакет», сократив перечень антимонопольных запретовper se,был направлен и на увеличение роли ч. 4 ст. 11 Закона о защите конкуренции, так как эта норма предусматривает запрет на любые горизонтальные и «вертикальные» соглашения, которые не подпадают под действие запретов, прямо предусмотренных для картелей и «вертикальных» соглашений. По смыслу данной нормы запрещены любые иные соглашения, если они приводят или могут привести к ограничению конкуренции. Как нередко отмечается в научной литературе, иные соглашения очень часто заключаются на рынке финансовых услуг.

Помимо общего запрета иных антиконкурентных соглашений Закон о защите конкуренции содержит и перечень соглашений, которые могут быть отнесены к данному виду:

1) соглашения о навязывании контрагенту условий договора невыгодных для него или не относящихся к предмету договора;

2) соглашения о необоснованном установлении различных цен (тарифов) на один и тот же товар;

3) соглашения о создании другим хозяйствующим субъектам барьеров для входа на товарный рынок или выходу из товарного рынка;

4) соглашения об установлении условий членства (участия) в каких-либо объединениях.

В качестве примера иных антиконкурентных соглашений можно привести соглашение банка и страховой компании, которое не является ни картелем, ни «вертикальным» соглашением по смыслу Закона о защите конкуренции. Например, банку запрещено заниматься деятельностью страховой компании и наоборот, поэтому такое соглашение воздействует на оба рынка (конгломерат).^[34]

Так, решением Арбитражного суда Тверской области от 26.08.2013 по делу № А66-9969/2012 в удовлетворении заявленных Страховым открытым акционерным обществом «ВСК» (СОАО «ВСК») требований о признании незаконным и отмене решения Управления Федеральной антимонопольной службы по Тверской области № 03-6/2-21-2010 и предписания № 2 по делу от 09.07.2012 № 03-6/2-21-2010 отказано. Как следует из материалов дела, банк навязывал заемщикам не относящееся к предмету договора условие об обязательном страховании рисков. Между страховщиком и банком достигнута договоренность, по которой банком навязывались невыгодные для заемщиков условия кредитования и страхования путем установления: страховой суммы по каждому из объектов страхования, перечисленному в кредитном договоре, в размере не менее остатка задолженности по кредиту, увеличенного на 10 процентов, а также обязанности страхования всех рисков на срок кредита, увеличенный на 30 календарных дней (за исключением некоторых видов кредитов). Вместе с тем, в кредитном договоре имелсяпункт, согласно которому заемщик обязан был заключать договоры страхования с конкретным хозяйствующим субъектом - СОАО «ВСК».^[35]

К сожалению, приведенный пример судебной практики встречается гораздо чаще, чем мы можем подумать. При этом крайне сложно подсчитать даже примерное количество нарушений ч. 4 ст. 11 Закона о защите конкуренции совместной деятельностью банков и страховых организаций, так как далеко не все заемщики знают о незаконных действиях названных организаций, поэтому и не обращаются в компетентные органы с жалобами на неправомерные действия.

Иные антиконкурентные соглашения, предусмотренные ч. 4 ст. 11 Закона о защите конкуренции, могут быть признаны допустимыми по общим правилам допустимости соглашений.

Отличительной особенностью иных антиконкурентных соглашений по отношению к «вертикальным» соглашениям является тот факт, что при запрете таких соглашений антимонопольному органу необходимо доказать их негативное влияние на конкуренцию, тогда как «вертикальные» соглашения являются незаконными из-за своих последствий.

Еще один вид соглашений хозяйствующих субъектов, выделенный Законом о защите конкуренции и не отнесенный к картелям и «вертикальным» соглашениям, предусмотрен ч. 3 ст. 11 Закона. В силу названной нормы запрещаются соглашения хозяйствующих субъектов, являющихся участниками оптового и (или) розничных рынков электрической энергии (мощности), организациями коммерческой инфраструктуры, организациями технологической инфраструктуры, сетевыми организациями, если такие соглашения приводят к манипулированию ценами на оптовом и (или) розничных рынках электрической энергии (мощности).

Как отмечают Попондопуло В.Ф. и Петров Д.А., введение такого специального запрета необходимо ввиду специфики функционирования

157

указанного рынка и особого правового положения его участников.^[36]

Действительно, по указанным выше причинам государством направлены и дополнительные меры по антимонопольному регулированию отношений на рынке электрической энергии, которые устанавливаются ст. 25 Федерального закона РФ от 26.03.2003 г. N 35-ФЗ.^[37]

К иным антиконкурентным соглашениям не применяются антимонопольные запретыper se,в связи с чем такое соглашение может быть признано незаконным только после установления вредоносных последствий для конкуренции.

Помимо общих условий признания соглашений допустимыми, предусмотрены общие исключения в отношении соглашений между кредитными и страховыми организациями, утвержденные Постановлением Правительства РФ от 30.04.2009 г. N 386.^[38]

Согласно названному Постановлению и утвержденными им Общими исключениями (п. 2), соглашение признается допустимым, если принимает страховые полисы (договоры страхования) любой страховой организации, отвечающей требованиям кредитной организации к страховым организациям и условиям предоставления страховой услуги, а такое соглашение отвечает всем необходимым условиям, установленным подп.подп. «а»-«и» п. 2 Общих исключений.

Общие условия допустимости соглашений между страховщиками, работающими на одном и том же товарном рынке, об осуществлении совместной страховой или перестраховочной деятельности предусмотрены

Постановлением Правительства РФ от 5.07.2010 г. N 504.^[39] Особенностью таких исключений является то, что они могут быть применены только к письменным соглашениям. Как известно, многие антиконкурентные соглашения заключаются в устной форме.

Выведение из сферы применения запретовper se иных антиконкурентных соглашений представляется автору не верным решением. При признании допустимыми таких соглашений изучается их вредоносное свойство и возможность ограничения конкуренции. Такой подход называется «правилом взвешенного подхода» или «правилом разумности», при котором получается правило «все то, что не запрещено, должно быть тщательно проанализировано». Такой подход, как и доктринаper se,был выработан в США немногим позднее «безусловного запрета на картели», однако теория «разумности» не выдерживает критики даже в родных для нее Соединенных Штатах Америки. Так, Фрэнк Истербрук, профессор университета Чикаго, судья, утверждал, что можно предположить, что суд может попытаться провести полное исследование всех необходимых обстоятельств для решения вопроса о законности или незаконности и нанесения ущерба заключенным соглашением, однако это предположение фантастично.^[40]

Как мы видим, сокращение числа запретовper seявляется весьма спорным шагом, позволившим по сути пытаться признать законным то, что ранее было незаконным само по себе без возможности признания обратного.

Новой редакцией Закона о защите конкуренции изменены запреты координации экономической деятельности. Теперь согласно ч. 5 ст. 11 Закона физическим лицам, коммерческим организациям и некоммерческим организациями запрещается осуществлять координацию экономической деятельности хозяйствующих субъектов, если такая координация приводит клюбому из последствий, указанных в ч.ч. 1 -3 ст. 11 Закона, которые не могут быть признаны допустимыми по правилам Закона о защите конкуренции или которые не предусмотрены иными федеральными законами.

Признаками координации экономической деятельности вытекают из ее определения Законом о защите конкуренции:

1) координация экономической деятельности является коллективным правонарушением, однако ответственность за такое нарушение вменяется только самому координатору;

2) «координатор обладает не корпоративной, а хозяйственной властью над участниками координируемой им группы»;^[41]

3) размер доли координатора на рынке не имеет значения;

4) для квалификации координации как правонарушения должна быть реальная угроза наступления неблагоприятных последствий либо такие последствия уже должны наступить;

Координация экономической деятельности не может существовать в отрыве от антиконкурентных соглашений. Наоборот, в большинстве случаев она им сопутствует. По этой причине практический и научный интерес для нас в рамках настоящего исследования представляет договорная координация экономической деятельности и ее разновидность -горизонтальная интеграция.

Правовое регулирование координации экономической деятельности по нынешнему законодательству может быть рассмотрено с точки зрения двух позиций: как безусловное запрещение координации и как координация, которая может быть признана допустимой. Такая координация экономической деятельности именуется «договорной» координацией.

В первом случае координация экономической деятельности приводит к последствиям, запрещеннымper seкак картели. Правила допустимости не могут быть применены ни антимонопольным органом, ни судом.

Законом о защите конкуренции установлено, что не является координацией экономической деятельности действия хозяйствующих субъектов, осуществляемые в рамках «вертикальных» соглашений.

Отсюда следует, что запрещена такая координация экономической деятельности, которая не может быть квалифицирована координацией экономической деятельности ввиду действий в рамках «вертикального» соглашения.

Иными словами, если координация экономической деятельности осуществляется в рамках «вертикального» соглашения, то она не признается незаконной по смыслу Закона о защите конкуренции. Однако неясным остается вопрос, как применять на практике норму закона, согласно которой координация экономической деятельности запрещена, если она приводит к последствиям, предусмотренным для вертикальных соглашений, тогда, когда не является координацией деятельность в рамках «вертикальных» соглашений. Егорова М.А. называет этот парадокс «юридико -технической конкуренцией».^[42]

Практический и научный интерес в рамках настоящей работы для нас представляет антимонопольное регулирование координации экономической деятельности с применением антимонопольных запретовper se.

Часть 1 ст. 11 Закона о защите конкуренции запрещает картели, которые являются «жестким» видом горизонтальных соглашений, участниками которых могут быть хозяйствующие субъекты, выступающие продавцами на одном товарном рынке, то есть конкурирующие между собой.

Координация экономической деятельности может быть не только среди хозяйствующих субъектов-продавцов на товарном рынке. В практике возникают случаи, когда координаторы направляют координируемым лицам письма с указанием необходимых действий последних. В качествекоординаторов, например, могут выступать поставщики товаров, а в качестве координируемых лиц - конечные покупатели.

В отличие от действия запретовper seв отношении картелей, безусловный запрет координации экономической деятельности может быть только в том случае, если указанные в ч. 1 ст. 11 Закона о защите конкуренции последствия уже наступили.

Координация экономической деятельности, сопутствующая горизонтальным соглашениям хозяйствующих субъектов и приводящая к последствиям, указанным в Законе о защите конкуренции за исключением положений ч. 1 ст. 11, может быть признана допустимой.

Координация экономической деятельности на рынке электроэнергетики подлежит запрету, если в результате такой координации происходит манипулирование ценами на оптовом и (или) розничных рынках электрической энергии (мощности), однако по аналогии с горизонтальными и иными соглашениями может быть признана допустимой.

При нарушении антимонопольного законодательства путем координирования экономической деятельности имеет место коллективное нарушение закона, при котором координатор выдает указания, а координируемые лица их исполняют или могут исполнить. При этом нарушившим антимонопольный закон признается только координатор.^[43]

Запрещается горизонтальная координация экономической деятельности, осуществляемая объединением хозяйствующих субъектов в консорциумы, пулы и т.д. и приводящая к последствиям, указанным в ч. 1 ст. 11 Закона о защите конкуренции.

Консорциум - экономическое объединение предприятий с целью совместной деятельности или выполнения конкретной работы. При объединении в консорциум хозяйствующие субъекты не утрачивают свою самостоятельность по аналогии со вступлением в картельное соглашение.

Пул - объединение предпринимателей, доход которых суммируется и в последующем распределяется по заранее спланированной пропорции.

Важно заметить, что само по себе объединение предпринимателей не запрещено антимонопольным законодательством. Подлежит запрету координация такого объединения в случае, если наступают или могут наступить экономически негативные последствия, предусмотренные для картелей.

Особым видом антиконкурентных соглашений, которые запрещены безусловно, являются соглашения федеральных органов исполнительной власти, органов государственной власти субъектов Российской Федерации, органов местного самоуправления, иных осуществляющих функции указанных органов или организаций, а также государственных внебюджетных фондов, Центрального банка РФ (ст. 16 Закона о защите конкуренции).

Запрещены соглашения между государственными органами, указанными в ст. 16 Закона о защите конкуренции, между собой или между ними и хозяйствующими субъектами, если такие соглашения приводят или могут привести к недопущению, ограничению или устранению конкуренции, в частности, к:

1) повышению, снижению или поддержанию цен (тарифов), за исключением случаев, если такие соглашения предусмотрены федеральными законами или нормативными правовыми актами Правительства РФ;

2) экономически, технологически и иным образом не обоснованному установлению различных цен (тарифов) на один и тот же товар;

3) разделу товарного рынка по территориальному принципу, объему продажи или покупки товаров, ассортименту реализуемых товаров либо по составу продавцов или покупателей (заказчиков);

4) ограничению доступа на товарный рынок, выхода из товарного рынка или устранению с него хозяйствующих субъектов.

Закон не содержит условий допустимости таких соглашений, ввиду чего они носят безусловный характер, однако не являютсяper se.