Пионеры

Хотя великие географические открытия и рост торговли расширили горизонт, люди еще очень мало знали о мире. Да что говорить о заморских странах! Даже географические и Экономические описания Англии были недостоверны, полны ошибок и нелепостей. Пионеры экономической мысли имели в своем распоряжении крайне скудную сумму фактов и не имели почти никакой статистики. Но жизнь властно диктовала новый взгляд на дела человеческие и толкала пытливые умы в новые области. На протяжении столетия между Маном и Смитом количество выходивших в свет экономических сочинений в Англии быстро росло. Меркантилизм не был специфически английским явлением. Политика накопления денег, протекционизма и государственной регламентации хозяйства проводилась в XV—XVIII вв. во всей Европе — от Португалии до Московии. Развитые формы политика меркантилизма получила во Франции во второй половине XVII в. при всесильном министре Кольбере. Теорию меркантилизма успешно разрабатывали итальянские экономисты. Если у англичан в заглавие почти каждого меркантилистского трактата входило слово «торговля», то у итальянцев таким словом были «деньги», «монета»: для раздробленной Италии проблема денег и их обмена между мелкими государствами имела первостепенное значение.

Но ведущую роль в разработке идей меркантилизма играли английские экономисты. Это объясняется быстрым экономическим развитием Англии, зрелостью английской буржуазии. Маркс, давший глубокий анализ меркантилизма, опирался в основном на труды английских авторов.

Адам Смит ввел взгляд на меркантилизм как на своего рода предрассудок. Этот взгляд укрепился у вульгаризаторов классической политической экономии. Маркс возражал против этого: «...не следует представлять себе этих меркантилистов такими глупцами, какими их изображали впоследствии вульгарные сторонники свободной торговли» Для своего времепи зрелый меркантилизм был серьезным достшкением науки. Самые талантливые из этих пионеров экономической мысли могли бы стоять в одном ряду с крупнейшими мыслителями XVII в.— философами, математиками, естествоиспытателями.

Национальный характер меркантилизма как теоретической системы и как политики имел свои основания. Ускоренное капиталистическое развитие было возможно только в национальных рамках и во многом зависело от государственной власти, которая содействовала накоплению капитала и тем самым хозяйственному росту. Своими взглядами меркантилисты выражали подлинные закономерности и потребности экономического развития.

Почему «богатство», т. е. создаваемая, потребляемая и накопляемая масса благ — потребительных стоимостей, растет в одной стране интенсивнее, чем в другой? Что можно и нуясно сделать в масштабе предприятий и, особенно, государства, чтобы богатство росло быстрее? Нетрудно видеть, что именно способность политической экономии давать ответы на эти вопросы оправдывает ее существование как науки. Меркантилисты пытались найти ответы и искали их в условиях экономики своей эпохи. Можно сказать, что они первыми выдвинули задачу «рационального хозяйствования» как важнейшую проблему экономической науки. Многие их Эмпирические выводы и рекомендации были объективно оправданы и в этом смысле научны.

Вместе с тем они сделали первые шаги и в смысле познания законов движения и внутреннего механизма капиталистической экономики.

В свою очередь, этот взгляд меркантилистов объясняется тем, что торговый капитал был в то время преобладающей формой капитала вообще. Производство еще в подавляющей части велось докапиталистическим способом, но сфера обращения, особенно внешняя торговля, была уя;е захвачена крупным по тем временам капиталом. Не случайно деятельность таких компаний, как Ост-Индская, Африканская и др., находилась в Англии в центре экономических дискуссий в течение всего XVII и первой половине XVIII в. Само «богатство нации» меркантилисты, по существу, рассматривали через призму интересов торгового капитала. Поэтому они не могли не заниматься такой важнейшей экономической категорией, как меновая стоимость. Она-то их, в сущности, и интересовала как теоретиков, ибо в чем более ярко воплощается меновая стоимость, как не в деньгах, в золоте? Однако даже исходная аристотелева идея уравнения разных благ и разных видов труда в обмене была им чужда. Напротив, им представлялось, что обмен по своей природе неравен, неэквивалентен. (Этот взгляд имел свое историческое основание в том, что они рассматривали прежде всего внешнеторговый обмен, который был нередко заведомо неэквивалентным, особенно в торговле с отсталыми и «дикими» народами.) Меркантилисты, как правило, не развивали теорию трудовой стоимости, зачатки которой имеются у Аристотеля и некоторых средневековых авторов.

Прибавочная стоимость, которая в действительности является плодом присваиваемого капиталистами неоплаченного труда наемных рабочих, у меркантилистов выступает в образе торговой прибыли. Прирост и накопление капитала представлялись им не результатами эксплуатации труда, а порождением обмена, особенно внешней торговли.

Но эти иллюзии и заблуждения не исключали того, что многие проблемы меркантилисты видели в верном свете.

Томас Ман упорно боролся против жесткого регулирования вывоза драгоценных металлов. Он писал, что как крестьянину необходимо бросить зерно в землю, чтобы получить позже урожай, так купцу надо вывезти деньги и купить иностран- пые товары, чтобы затем продать больше своих товаров и дать нации выгоды в виде дополнительного количества денег.