В поисках bliss point[96]

Гильгамешу было предопределено божественным происхождением сделать нечто великое. Через весь эпос красной нитью проходит его стремление найти бессмертие^[97]. Эта древнейшая цель par excellence ^[98], стремиться к которой осмеливались лишь герои^[99], в эпосе принимает несколько различных форм.

До классической экономической максимизации полезности, примеры которой также представлены в эпосе, мы доберемся позднее. Финал долгого пути Гильгамеша не был таким успешным, как герой себе представлял. Умирает Энкиду, его верный спутник, и впервые звучит фраза, которая символизирует тщетность его усилий и эхом отзывается во всей оставшейся части эпоса:

Гильгамеш, куда ты стремишься?

Жизни, что ищешь, не найдешь ты!^[102]

После такого разочарования герой приходит на берег моря, где живет нимфа Сидури^[103].

Хозяйка ему вещает, Гильгамешу:

«Гильгамеш! Куда ты стремишься?

Жизни, что ищешь, не найдешь ты!

Боги, когда создавали человека, –

Смерть они определили человеку,

Жизнь в своих руках удержали.

Ты же, Гильгамеш, насыщай желудок,

Днем и ночью да будешь ты весел,

Праздник справляй ежедневно,

Днем и ночью играй и пляши ты!

Светлы да будут твои одежды,

Волосы чисты, водой омывайся,

Гляди, как дитя твою руку держит,

Своими объятьями радуй подругу –

Только в этом дело человека!»^[105]

И как Гильгамеш отвечает на такое предложение, на такую современную максиму (или даже, словами французского психоаналитика Жака Лакана, на такой императив) экономики (MaxU , то есть постоянную максимизацию полезности)? К большому удивлению, он отказывается («Гильгамеш ей вещает, хозяйке: “Теперь, хозяйка, – где путь к Утнапишти?”»^[106]), а в предложении максимизировать свои телесные, мирские удовольствия видит только препятствие на пути к единственному человеку, пережившему Великий потоп, у которого он надеется найти лекарство от смерти. Герой отказывается от гедонизма в контексте максимизации земных благ и бросается за тем, что увеличит срок его жизни. Таким образом, в эпосе в мгновение ока поставлена с ног на голову функция максимизации полезности, каковую сегодня без устали приписывает человеку в качестве неотъемлемой части его естественного состояния экономический мейнстрим^[107].

После того как Гильгамеш нашел Утнапишти, он добывает со дна моря желанное растение, которое может дать ему вечную молодость. Но в итоге герой засыпает и лишается растения: «Неизмеримо долгая и запутанная дорога на край света заканчивается тем, что уставший от великих подвигов Гильгамеш не может победить самого легкого: он побежден сном, братом смерти, подкрадывающимся измождением, которое, как и усталость и старение, сопровождает человеческую жизнь»^[108].

Змея цветочный учуяла запах,

Из норы поднялась, цветок утащила,

Назад возвращаясь, сбросила кожу^[109].

Итак, в одиннадцатой, последней таблице Гильгамеш теряет то, что искал и нашел. Как Сизиф, он упустил свою цель прямо перед вершиной и до своей воображаемой bliss point так и не добрался. И, несмотря на это, Гильгамеш становится бессмертным: его имя не забыто до сегодняшнего дня. Даже если в исторической эволюции тех событий случайность и сыграла какую‑либо роль, ясно, что сегодня Гильгамеша мы помним благодаря истории его героической дружбы с Энкиду, а не благодаря стене, уже давно потерявшей все свое величие.