5.2. Перестройка как поиск новой модели социализма

Придание социализму самых современных форм общественной ор­ганизации, наиболее полное раскрытие гу­манистического харак­тера нашего строя... М. Горбачев

У перестройки есть свои конкретно-исторические задачи.

перестройку административной системы, а отказ от нее, ее — этой системы — преодоление. Перестройка есть поиск новой, отличной от административной, модели со­циализма.

Поиск идеальный, поиск опытный. Поиск как попытка и как результат. Поиск субъективный и объективный, осознанный и бессознательный, планомерный и стихийный. Поиск как руководство, как творчество и как жизнь.

Отказ от административного социализма — это и пре­одоление административной монополии, и административ­ного (бюрократического) духа, и административного (командного и произвольного) стиля, и административ­ной культуры (бескультурностл). Это замена администра­тивной организации общества на организацию ... неадми­нистративную.

Само собой разумеется, что ни одно цивилизованное общество, ни одно государство, ни один общественный организм не обходится без административного аппарата. Отсюда речь может идти только о потеснении — в нашем

324

случае, очень сильном — администрации, преодолении ее монополии, отведении администрации строго необходимо­го места, ее ограничении, взятии под контроль. Но и о замене тоже, там, где без администрации можно вполне обойтись.

Определить направления и места ограничения адми­нистрации в общем-то нетрудно. Заметно труднее реально потеснить и вытеснить администрацию, подорвать и ликви­дировать ее монополию. Но еще, пожалуй, труднее создать и запустить эффективный механизм, заменяющий админи­страцию. Именно здесь, в этом пункте всего более обнару­живается неподготовленность административного общест­ва и административного человека (а все мы, признаемся, давно уже стали homo administratoris, даже не являясь формально чиновниками) к выработке, восприятию и реа­лизации нового.

Альтернативы перестройке нет. Слова эти известны всем, да все ли осознают всю остроту и силу возможной трагедии, если такая альтернатива,— например совсем безобидная — ничегонеделанье,— все же найдется. Что будет тогда?

Альтернативы перестройке нет, но административному социализму есть. Но вот какая?

Чтобы определить ее, а следственно, определить кон­цепцию нового социализма, нужно, во-первых, исходить из необходимости и реальной возможности диалекти­ческого отрицания административной системы, т. е. дви­гаться в своем размышлении в сторону от администра­тивной системы, к ее противоположностям, не забывая,

325

однако, о неизбежной лимитации продвижения к неадми-нистративности; во-вторых, учитывать реалии — истори­ческие и сегодняшние — во всей их развернутости, т. е. социальные, политические, культурные, психологические и любые другие, ибо реалии могут служить как дости­жению, так и недостижению идеала. Концепция нового социализма должна быть результатом разумного компро­мисса между идеалом и реальностью, желаемым и действи­тельным, отрицающим и отрицаемым. Создание концепции есть одновременно и решение проблемы меры некоего оптимального соотношения противоположностей, равнове­сия между задуманным и реально возможным.

Что же такое неадминистративность? Может быть анархия? Разумеется, нет. Неадминистративность — это порядок, и порядок, надо заметить, включающий в себя административность. Отличительная особенность неадми­нистративного порядка, о котором идет речь, состоит в том, что, пользуясь услугами администрации, он исключает всякую возможность для администрации превратить себя в порядок административный, т. е. установить монополию администрации на установление и поддержание социаль­ного порядка. Неадминистративность — порядок, проти­воположный административному, исходящий не от адми­нистрации, но зато эту администрацию ограничивающий и использующий.

И вот что любопытно: у неадминистративности, пожа­луй, нет какой-либо одной-единственной, определенной сущности: администрации могут противостоять и демокра­тия, и царь, и народ, и личность; административному порядку — анархия и вполне твердая дисциплина, ува­жение к порядку и произвол; административной органи­зации производства — и планомерность и рынок. Отсюда неадминистративность определяется лишь в противо­поставлении административности, так сказать, отрица­тельным образом. Неадминистративное есть то, что выпол­няется не администрацией, не ее способом, а главное, не в ее интересах. То, что так или иначе стоит за рамками административной системы, а это, заметим, не что иное, как вся жизнь. Неадмннистративное — это сама жизнь!

Что же из неадминистративного должно получить раз­витие в нашем сегодняшнем обществе? Чтобы определить это, воспользуемся одним своеобразным — даже парадок­сальным — приемом: попробуем обратить внимание на то,

326

что в общем-то признается административной системой, но признается ... только на словах, во что администра­тивная система усиленно рядится, что представляет для нее внешний, имитационный и камуфлирующий образ. Нетрудно будет убедиться, что это и есть как раз та самая жизнь, которую административная система пытает­ся на свой лад организовать и которая одна только и может составить административной системе реальную оп­позицию.

В самом деле, разве не любит административная система говорить, например, об общенародной собствен­ности, о праве, о демократии, об экономике, которые реаль­но таковыми не являются? И не могут являться, так как, будучи предоставленными собственному развитию, они должны были бы административную систему попросту отвергнуть. Организуя жизнь, административная система вынуждена этой жизнью прикрываться, а прикрываться можно уже не самой жизнью, а лишь ее подобием — отра­жением, отпечатком, мифом, ставя на место жизни нежизнь и усиленно выдавая эту нежизнь за жизнь. Дру­гого выхода у административной системы нет. Администра­тивная система — искуснейший престидижитатор!

Из всего сказанного видно, что развить неадминистра­тивное — значит развить, а лучше бы сказать, реализовать то, что административная система по существу отвергает, но чем она стремится прикрыться по форме. Одновре­менно это и то, чего административная система не пони­мает, не чувствует, не может осуществить, то, чему админи­стративная система абсолютно чужда.

Говорить о том, что должно быть создано, чему должно быть отдано предпочтение, что подлежит упразднению, можно много и практически бесконечно. Ведь речь идет о жизни, той самой жизни, которая должна расцвести и сделать жизнь другой жизнью. А жизнь беспредельно разнообразна. Отсюда любое подробное описание того об­щества, к которому мы можем прийти, отрицая админист­ративную систему, есть занятие, не лишенное бессмыслия, а потому правильнее будет лишь наметить самое главное и необходимое. И поступить здесь надо оптимизационно. Сказать минимум, но такой, при котором будет соблю­дено требование целостности, т. е. осуществить модельное описание будущей социальной системы, однако в изоморф­ном, а не гомоморфном образе.

327