Экономическое развитие России и проблемы «экономики знаний»

Вернемся к поставленному в преамбуле вопросу о том, в какой степени институциональные и функциональные изменения, происшедшие в России в течение последних 15 лет, соответствуют движению к экономике знаний.

За последние 15 лет в России его объем в целом снизился. Около 300 современных технологий в таких областях, как аэрокосмическая промышленность, производство высокочистых материалов, станков с числовым программным управлением, промышленных роботов, биотехнология и др., утрачены окончательно. Не менее 80% станкостроительных предприятий изменили свой профиль. Инновационная активность предприятий близка к минимуму. К концу 2003 г. доля предприятий, в течение предшествующего полугодия не делавших капитальных вложений и не предполагающих их делать еще на протяжении полугодия, достигла 28% [Российский..., 2003]. Утеряно лидерство в освоении космоса, в передовых направлениях физики и математики. Численность занятых в науке снизилась почти вдвое - с 1,5 млн. до 800 тыс. человек. По сравнению с 1990 г. объем расходов на науку в стране снизился в 2003 г. в 5 раз. Вместо узаконенных 4% ВВП на науку расходуется 1,6%, в то время как в странах OECD - 4,7%.

В таблице (см.: [Варшавский, 2004]) отражены сравнительные характеристики положения России в составе группы различных стран мира с точки зрения экономики знаний. Из таблицы видно, что по доле высокотехнологичной продукции в экспорте Россия отстает от лидера - Южной Кореи - более чем в 4 раза, по росту компьютерной оснащенности населения отстает от лидера - США - в 12 раз, по числу опубликованных научных статей Россия отстает от США в 10 раз.

Еще важнее изменение идеологии населения в отношении деятельности по производству знаний. Престиж науки как «дела жизни» резко упал. В российском обществе культивируется мысль о том, что в России «слишком много» науки и «содержать» ее государству «не по средствам».

В целом можно констатировать, что последние полтора десятка лет отбросили страну далеко назад на пути к «экономике знаний». Россия должна направить вектор своих усилий в том же направлении к «обществу знаний», в каком движется вся современная цивилизация. Необходима срочная и радикальная переориентация социально-экономической политики страны, направленная на развитие всех компонент когнитивного процесса: создания знаний, их распространения и закрепления, хранения и аккумуляции и, наконец, использования знаний. Отмечу, что все перечисленные компоненты «экономики знаний» как сектора в народном хозяйстве необходимы и государство должно взять на себя ответственность за их поддержание и развитие. В первую очередь нужно:

- резко повысить престиж и материальное обеспечение работников «сектора знаний», создать стимулы для притока туда способных молодых людей;

- создать институты рынка знаний, обеспечив сочетание свободного доступа к знаниям с контролируемым коммерческим использованием знаний как товара;

- принять меры по укреплению и сохранению научных школ, в том числе обеспечить эволюционный характер преемственности лидерства в научных коллективах и школах;

- стимулировать развитие и укрепление педагогических и научно-педагогических школ, обеспечивающих продолжение высококачественного студенческого образования и бизнес-образования;

- обеспечить разумную пропорцию между финансированием проектов в области получения новых знаний или их распространения и объектов экономики знаний (научных и образовательных организаций);

- развивать теорию и практику инновационного менеджмента, основанного на бережном отношении к работникам организаций как реальным и потенциальным носителям и создателям знаний, рассматривать инновационный менеджмент как необходимый компонент общего менеджмента на любом производственном предприятии;

- развивать экономику знаний как новое направление экономической теории, включив ее в систему классификации научных исследований и специальностей номенклатуры ВАК в области экономики.

Все сказанное не означает, что будущая Россия должна стать исключительно страной, производящей знания. Это и невозможно, и неэффективно. Знания рождаются не только из знаний, их первичный источник - творческое осмысление социально-экономической практики. Важно обеспечить комплексное и сбалансированное использование всех компонент потенциала России - и сырьевой, и интеллектуальный, и духовный.

Какая же организация сможет стать локомотивом движения России к обществу знаний? По моему мнению, в стране существует только одна такая организация - это Российская академия наук. Для этого существуют следующие предпосылки:

- РАН - крупнейшая база знаний, их хранилище по всем направлениям современной науки, техники и образования. При этом знания РАН имеют как документальную, отторжимую составляющую (книги, журналы, отчеты и т. п.), так и неотторжимую, заключенную в головах научных работников и в научных организациях форму;

- интеллектуальный потенциал РАН, надо полагать, наивысший среди интеллектуальных организаций мира. По своим размерам, количеству интеллектуалов и организаторов она не имеет аналогов в мире. Хотя РАН - не военная организация и ее членов и работников нельзя выстроить по команде, все же это сообщество, организация в полном смысле слова, и ее интеллектуальная мощь может быть скоординирована и ориентирована в спектре нужных направлений. РАН - не суперкомпьютер, но разветвленная сеть мощных компьютеров, в совокупности покрывающих практически все поле знаний человечества. По своему интеллектуальному уровню и потенциалу РАН невозможно сравнить ни с одним органом управления в современной России - ни с Минобрнауки, ни с Минэкономразвития, ни с Администрацией президента;

- РАН обладает богатым опытом участия в крупномасштабных макроэкономических (и даже мегаэкономических, то есть охватывающих мировую экономику) мероприятиях, имеет опыт реального статусного участия в подготовке, экспертизе, принятии и реализации стратегических страновых решений. Можно вспомнить в качестве примера реформу управления 1979 г., в результате которой Академия наук была встроена вместе с Госпланом, Госснабом и Госстроем в систему принятия долгосрочных плановых решений.

Статус РАН должен приобрести активный характер и быть вписан с помощью нормативных актов в систему принятия стратегических решений в стране. Нынешней включенности РАН и ее руководителей в органы власти недостаточно. Было бы желательно, например, чтобы представители РАН входили бы в коллегии министерств и ведомств. Ддя координации их деятельности в структуре РАН было бы целесообразно создать Центр макроэкономических стратегий. В рамках продолжения и корректировки административной реформы за РАН должны быть закреплены функции экспертного, консультативного и координирующего характера в масштабе государства.

При активном участии РАН необходимо создать эффективную систему взаимодействия экономики, науки и образования. Дело не в административной интеграции организаций, а в сближении их интересов. Но это как раз и характерно для «общества, основанного на знаниях».

После фактической ликвидации отраслевой и заводской науки в стране фундаментальная часть науки осталась без каналов связи с экономической практикой, в частности с промышленностью. Часть ответственности за воссоздание и организацию такой системы каналов может взять на себя РАН. Однако это требует не только «инновационного пояса» вокруг РАН, но и изменения институциональной структуры промышленности.

Во-первых, должна быть воссоздана отраслевая структура экономики. Этот процесс сейчас активно развивается, в каждой отрасли создается одна или несколько структур, более или менее мягко координирующих деятельность предприятий. Эти объединения должны стать опорными точками в инновационной системе. Именно с ними должна контактировать инновационная система РАН. Во-вторых, должна быть изменена система управления предприятиями. Суть состоит в переходе от ситуации, когда собственники без всяких ограничений «виляют собакой», то есть предприятием, и фактически проедают его потенциал, к ситуации согласованного взаимодействия всех заинтересованных в деятельности предприятия лиц и факторов. Только при этих условиях возможно восстановление инновационного контура на предприятиях.

Таким образом, должны быть созданы и взаимодействовать: инновационная система РАН; инновационные подсистемы в отраслевых/подот- раслевых объединениях; инновационные контуры на предприятиях; инновационные подразделения в институтах РАН. При этом инновационная система РАН должна иметь вид не столько пояса, окружающего РАН, сколько вид двойной короны с чередой зубцов, направленных и внутрь и вовне. Внешняя «звезда» будет соединять РАН с инновационными подсистемами отраслевых структур, внутренняя - с инновационными подразделениями институтов РАН.

Изменение роли знаний в обществе требует и перестройки системы образования. Не касаясь в данной работе всего обширного круга вопросов, связанных с этой сферой, остановимся на проблемах бизнес-образования как одного из наиболее важных связующих звеньев между запасом знаний в науке и его реализацией на практике.

Рис. 4. Бизнес-образование в структуре взаимодействия основных компонент экономики

Если следовать схеме, представленной на рис. 2, то бизнес-образование реализует связь между теорией, принятием решений и хозяйственной практикой. Как правило, слушатели данных программ относятся к числу лиц, принимающих решения. При этом часто те же лица наблюдают за результатами реализации принятых решений и имеют определенные теоретические знания. Это значит, что бизнес-образование можно разместить между экономической теорией, принятием решений и практикой (рис. 4).

Такой подход предполагает реализацию следующих требований к системе бизнес-образования в период становления общества знаний.

1. Основными предметами преподавания здесь должны стать экономическая теория, экономическая политика (принятие экономических решений) и практика.

2. Особое место в системе бизнес-образования призвано занять изучение связей между этими составляющими. Это позволяет преодолеть статичность знания, придать динамику процессу формирования, усвоения и применения знаний.

3. В отличие от системы магистратуры и бакалавриата в системе бизнес-образования должны преподаваться не только апробированные классические знания (грозящие превратиться в миф), но и современные экономические теории. При этом чрезвычайно важно воспитать у слушателей навыки рефлексии и критического анализа по отношению к сообщаемым и уже усвоенным знаниям (хорошие образцы такой рефлексии представлены в монографии М. Блауга [Блауг, 2004].

4. В тех случаях, когда речь идет о современных теоретических разработках, институциональная экспертиза которых пока не завершена и которые еще не стали знанием в смысле данного выше определения, в качестве процедуры, альтернативной общественной, может быть использована процедура индивидуальной координации (включения сведений в систему знаний) и индивидуальной экспертизы (другими словами, информация должна быть «пропущена преподавателем через себя»).

5. В периоды перехода от одного социально-экономического уклада к другому скорость изменения экономики выше, чем скорость ее изучения. Поэтому система бизнес-образования не может быть застывшей. Иногда «лодку бизнес-образования» необходимо раскачать, предпочтя современные разработки традиционным подходам.

6. Наличие производственного опыта у слушателей системы бизнес-образования дает возможность педагогу опираться на эмпирические знания слушателей, апеллировать к их чувственному и нравственному восприятию экономики. Соответственно, одной из основных задач бизнес-образования должна стать активизация этической компоненты экономической деятельности.

7. Каждый преподаватель в системе бизнес-образования должен одновременно быть бизнес-консультантом всех своих слушателей (что можно уподобить сеансу одновременной игры в шахматы на многих досках). Для этого он должен вникать в проблемы тех организаций, где работают слушатели, обладать необходимой информацией.

В заключение последний по расположению, но не по важности сюжет, связанный с развитием экономики знаний в России. Когда речь идет о вхождении России в будущую цивилизацию знаний, неизбежно возникает вопрос: какой тип лидера необходим ей в этот период? Для России как «лидерского» общества [Пригожин, 1996; Шкаратан, 2003] этот вопрос особенно значим. В поисках схемы для анализа, учитывающей содержание вопроса, предлагаю обратиться к замечательному произведению писателя Н.Н. Носова, на книгах которого выросло не одно поколение россиян, в данном случае - к сказке «Приключения Незнайки». Состав персонажей этого литературного произведения дает практически полную картину типов потенциальных лидеров, и к тому же к каждому из них может быть подобран в чем-то схожий с ним реальный персонаж российской политической сцены.

Итак: кому же из жителей «Солнечного города» можно было бы доверить управление страной в эру знаний? Рациональному Знайке - сухому теоретику, далекому от реалий жизни и равнодушно относящемуся к «человеческому фактору» (стилизованное реальное воплощение, по моему мнению, Е. Гайдар 1990-х гг.)? Маргинальному энергичному Незнайке с его иррациональными и порой асоциальными реакциями (В. Жириновский)? Технократам Винтику и Шпунтику, уверенным в том, что техника может решить все проблемы (С. Глазьев с теорией технологических укладов)? Строгой Медунице, организующей жизнь по раз навсегда заведенным правилам (условно говоря, И. Хакамада)? Вряд ли можно дать положительный ответ хотя бы в одном случае. Ясно одно: в искомом лидере необходимо сочетание ума, мудрости и сердца. Ибо цивилизация знаний - прежде всего цивилизация людей.