Особенности миграционных перемещений населения в России и в странах СНГ в 80-е и 90-е годы XX века.

Опасения по поводу массового выезда людей за пределы Содружества Независимых Государств (СНГ) в результате распада СССР не оправдались, однако на территории СНГ происходят небывалые по масштабам и сложности передвижения населения, которых за пределами региона по большей части не замечают.

После образования суверенных государств между республиками бывшего СССР переместилось свыше 9 млн. человек, т. е. каждый тридцатый житель региона. Эти перемещения, вероятно, крупнейшие, наиболее сложные и потенциально самые дестабилизирующие из всех происходивших со времен окончания Второй мировой войны. По своему характеру - это совершенно особые перемещения, порожденные как специфическими условиями Советского Союза, так и внезапным распадом единой державы на 15 государств. Их особенности проявляются в направлениях, структуре, интенсивности миграций и обусловлены рядом обстоятельств.

Во-первых, существующие потоки миграции преобразовались из межреспубликанских в межгосударственные. Это сопровождалось постепенным сокращением общих масштабов миграции и снижением ее интенсивности и во многом определяется различиями между странами Содружества в скорости и характере реформирования экономики, уровня жизни населения, этнической терпимости. Часть населения быстро приспособилась к новым рыночным условиям. Однако большинство населения потеряло старые ориентиры миграционного поведения, а новые ими в полной мере еще не осознаны.

Во-вторых, изменились мотивы миграции. Вынужденная миграция преобладает над естественной социально-экономической миграцией (с побудительными мотивами изменения рабочего места, выездом на учебу, на заработки, по семейным обстоятельствам и т. д.). Усилились тенденции репатриации, охватившей помимо русскоязычного населения все титульные национальности, а также ранее депортированные народы. Ухудшение состояния окружающей среды вызвало появление сотен тысяч экологических мигрантов (Чернобыль, Семипалатинск, Аральское море).

В-третьих, на территории государств-членов СНГ преобладает нелегальная миграция рабочей силы, при этом размеры легальной трудовой миграции являются незначительными.

В результате «появления» стран ближнего зарубежья Россия превращается во второй (после Германии) мировой центр иммиграции. Несколько возрастает валовой объем миграционных потоков между Россией и бывшими союзными республиками, а чистая миграция между ними приобретает ярко выраженный центростремительный характер, составив только за 1992-1997 гт. более 3,7 млн. человек (см. Приложение 3), против 2,9 млн. общего миграционного сальдо с учетом чистой миграции с дальним зарубежьем (чуть менее 800 тыс.). [52, С. 19]

В 1980-88 гг. направления миграционных потоков в России, так же, как и общие тренды между странами СНГ, были очень устойчивы. Это относится ко всем составляющим обмена - прибытию, выбытию и миграционному приросту. Иммиграция удерживалась в обычных параметрах вплоть до 1995 г., правда, с заметными годовыми

колебаниями в 90-е годы. После 1995 она стала быстро уменьшаться, так что в итоге среднегодовое число прибывших в 1980-1998 гг. оказалось даже несколько меньше, чем в 1980-88 гг. (см. Приложение 3). Выезд из

России начал быстро и непрерывно снижаться с конца 80-х после первых национальных конфликтов.

Именно быстрое сокращение выезда из России в постсоветские страны, а не увеличение выезда оттуда, как часто полагают, привело к резкому на фоне прежних лет увеличению миграционного прироста России за счет этих стран (см. Рис. 2).

Рис. 2. Нетто-миграция между Россией и странами СНГ и Балтии. 1961-1998 гг., тыс. человек

Источник: Данные миграционных перемещений Госкомстат за 1961-1998 гг.

Из Рис. 2 можно видеть, что до середины семидесятых годов XX века Россия имела отрицательную нетто-миграцию с бывшими республиками СССР (т.е. количество уехавших превышало количество прибывших).

Динамика миграционных процессов в России отличается нестабильностью. Это подтверждается данными Табл. 1, где приведены относительные показатели иммиграции и эмиграции по годам.

Таблица 1.

Коэффициенты миграции в 1980,1989, 1998 гг. [28, С. 34]

Действительно, по отношению к 1989 г. интенсивность эмиграции в 1998 г упала более, чем в пять раз: на 4 прибывших приходился только 1 выбывший в 1998 г. против 4 к 5 в 1989 г. и 9 к 10 в 1980 г. Таким образом, миграционный обмен стал в 2 с лишним раза результативнее.

Миграционные тенденции по группам стран были противоречивы. По западной группе стран, включающей Белоруссию, Молдову и Украину, произошло значительное сокращение и прямого и обратного потоков, причем довольно равномерно. Поэтому обмен, как и раньше, сбалансирован, а миграционный прирост незначителен.

В обмене с остальными странами СНГ тенденции были несколько иными.

Сильнее всего миграционные параметры изменились в обмене со Средней Азией: поток в Россию из стран этого региона в полтора раза возрос, а выезд из России в 2 раза сократился.

В том же направлении происходили изменения обмена со странами Закавказья, но в этом случае рост иммиграции, а следовательно, и нетто- миграции был несколько меньшим.

В обмене со странами Балтии произошли радикальные перемены: в 1980-88 гг. они оставались единственными регионами, куда продолжался отток населения из России, в 1989-98 гт. итоговый вектор миграций тоже

повернулся в сторону России, а эмиграция из России в сторону Балтии сократилась в 3,5 раза.

Миграционные особенности и тенденции в 1989-2000 гт. указывают на преемственность с прошлым. Российская Федерация в значительной степени, как в абсолютном, так и в относительном исчислении, продолжает оставаться основным миграционным партнером для всех стран СНГ. Так, общее сокращение миграционных перемещений в регионе связано преимущественно с сокращением выезда русских. Наиболее важно то, что в течение этого периода Российская Федерация продолжала играть роль общего убежища, предоставляя его перемещенным лицам со всех окружающих ее регионов. Однако к 1995 г., когда исход славян продолжался, обозначилось и обратное движение. Все большее их число, а также других недавних иммигрантов и даже некоторое число немцев, получивших помощь для выезда в Германию, начали возвращаться в республики, из которых уехали всего год или два назад. Многим из уехавших, особенно тем, у кого на исторической “родине” не было близких родственников, было очень трудно найти работу, поскольку рынок труда был охвачен депрессией. При этом на новом месте им нередко приходилось сталкиваться с враждебностью местного населения. Уехав из Средней Азии или Кавказа, некоторые мигранты затем обнаруживали, что в России, Украине или Беларуси они в еще меньшей степени дома.

Таким образом, в развитии миграционных процессов 90-х годов можно выделить два этапа: до 1994 г. включительно и 1995-2000 гт. (см. Приложение 3). На первом этапе наблюдался ежегодный (кроме одного только 1991 г.) рост чистой миграции в России, или разности между числом прибывших и выбывших. Получался он, в основном, за счет сокращения оттока из России в страны СНГ и Балтии, тогда как величина притока увеличивалась незначительно.

После распада СССР бывшие республики четко разделились на 2 группы - принимающие и отдающие. При этом деление произошло по ® этническому признаку: принимающими стали славянские республики,

отдающими - неславянские. Такое деление обозначалось и раньше в связи с оттоком русских, но оно имело некоторые исключения - республики Прибалтики, принимающие население наряду с Россией, и Белоруссия, продолжающая его отдавать. C 1991 г. из всех стран Балтии также начался отток населения (см. Приложение 4).

В 1991-1992 гт. наряду с Россией мощным магнитом для мигрантов из стран-членов СНГ была Украина. При этом около 40% потока (нетто- миграции) на Украину дала Россия. Что касается потоков из неславянских стран, то в Россию он был в 4,1 раза больше, чем на Украину (при различии в численности населения этих стран почти в три раза). [58, С. 31]

C 1993 года ситуация начинает меняться: принимающей страной ⅛> становится одна Россия. Причем нетто-миграция в нашу страну резко

возросла. Начали сказываться различия в скорости реформирования экономики. Все большее влияние на миграции стали оказывать различия в экономическом положении и уровне жизни между странами СНГ. [58, С. 31]

Кульминационным стал 1994 г., когда в Россию из ближнего зарубежья прибыли по каналам внешней миграции 1,1 млн. человек, и уровень начала 90-х годов был существенно превышен. Да и вообще это был наибольший показатель за последние 25 лет. Встречный поток жителей России в республики бывшего Союза продолжал иссякать, сократившись по сравнению с 1989 г. в три раза. В том же 1994 г. Россия ₅ впервые после Второй мировой войны получила положительное сальдо в

I обмене населением со всеми без исключения странами СНГ и Балтии [62,

С. 96].

На втором этапе, напротив, возобладала тенденция к сокращению обоих показателей - и притока, и оттока, и числа прибывших в Россию, и числа выбывших из нее. Миграционный прирост, уменьшившийся в 1995-1996 гг., в 1997 г. незначительно превысил уровень предыдущего года, а в 1998 г. снова сократился. Этот процесс продолжается и в настоящее время.

Резкая асимметрия, которая усиливается в обмене России с неславянскими странами СНГ, не свойственна нормальным миграционным связям между соседними странами. Она свидетельствует о тяжелой ситуации в СНГ и сохраняющейся социальной напряженности в отношениях между Россией и этими странами.

В то же время сохраняется сравнительно интенсивное двустороннее движение между Россией, Украиной и Беларусью. Тесные связи этих стран не были разрушены ни политическими разногласиями, ни таможенными барьерами, ни возникающими административными препятствиями, и это надежный залог стабильности в СНГ. При этом Беларусь, единственная из постсоветских стран, имеет отрицательные показатели нетто-миграции с Россией, т.е. количество выехавших в Беларусь превышает прибывших в эту страну из России мигрантов. [28, С. 36]

Как и в прошлом, потоки состоят в основном из русских, преобладающих как среди иммигрантов, так и среди эмигрантов фактически во всех странах СНГ. Несмотря на то, что в начале 90-х гг. этнический состав мигрирующего населения изменился вследствие национальных по характеру конфликтов, вызвавших эти потоки, в последние годы он стал все более походить на тот состав, который имел место в советский период. В 1998 г. русские составили 58,6% иммигрантов, 52,8% эмигрантов и 60,8% миграционного прироста [28, С. 37].

Однако два демографических показателя изменились: во-первых, сегодня мигранты старше, чем в прошлом. Средний возраст мигрирующего населения в 1989-2000 гт. примерно равен среднему возрасту всего населения, что отражает наличие тенденций репатриации и вынужденной миграции. Во-вторых, несмотря на более зрелый возраст мигрантов, они более образованы, чем все население, и, следовательно, с позиции принимающих стран их можно рассматривать в качестве ценного приобретения.

В целом интенсивность миграции низка и составляет всего 3% от совокупного населения стран Содружества, что существенно меньше, чем в развитых странах мира. По данным ООН, число только международных мигрантов достигает в странах Западной Европы 6,1% всего населения региона, Северной Америки (США, Канада) - 8,6%, Западной Азии — 10,0%.[l 11, С. 38]

В перспективе тенденция сокращения миграционного притока из стран СНГ и Балтии может приобрести устойчивый характер. Если в ближайшее десятилетие на территории бывшего СССР не произойдут масштабные социально-политические и экономические потрясения, а в России - заметного экономического подъема либо изменения ее миграционной политики, то, по прогнозным расчетам, в начале нового тысячелетия (2001-2005 гг.) превышение въезда в Россию над выездом из нее в среднем будет находиться на уровне немногим более 200 тыс. человек, а в последующем (2006-2010 гг.) скорее всего, не превысит 150 тыс. человек в год. Основной приток переселенцев из бывших союзных республик придется на Центральный, Северо-Кавказский, Поволжский и Центрально-Черноземный районы [19, С. 85] (для сравнения, в 1994 году положительное сальдо миграции составляло 810 тыс. человек, а в 2000 г. -213 тыс.) [19, С. 70].

C другой стороны, трудно согласиться с получившим распространение в экономической литературе выводом о сокращении миграционной активности в России [29, С. 227]. Автор разделяет точку зрения В. Ионцева, что наряду со снижением сальдо миграции, обусловленной, в первую очередь, миграционными отношениями со странами ближнего зарубежья, имеет место рост численности нелегальной иностранной рабочей силы и иммиграции, а также остаюся достаточно высокими показатели вынужденной миграции. Роль и значение России, как нового центра по привлечению Цммигрантов и иностранных рабочих, еще только обозначились, их усиление - это и есть вопрос будущего.

Ряд факторов, действующих на территории стран СНГ, будет в будущем также воздействовать на увеличение миграционных потоков между ними. К ним можно отнести деструктивные процессы, приводящие к социальной напряженности (этнические конфликты, экономический кризис, падение уровня жизни и безработица); а также стимулирующие факторы миграции, вызванные переходом к рыночным отношениям: включение стран СНГ в систему международных

миграций; развитие частного предпринимательства, коммерции, финансовой деятельности, стимулирующих перелив капиталов и соответственно перемещение рабочей силы; формирование рынка жилья; развитие рынка труда, который стал более гибким, в результате чего появились альтернативные, не связанные с государственным сектором, возможности трудоустройства и заработков.

При _ч оценке перспектив миграции на территории СНГ следует учитывать следующее.

Россия, будучи правопреемником СССР, несет наибольшую миграционную нагрузку и рассматривается большинством граждан бывшего СССР как «отчий дом». Миграционный потенциал в странах

СНГ в настоящее время остается значительным (оценочно около 20 млн. человек).[111, С. 32]

В перспективе сохранятся региональные различия в демографическом потенциале между такими государствами, как Беларусь, Россия, Украина, с одной стороны, и странами Закавказья и Центральной Азии, с другой. Поэтому демографическое давление в направлении с юга на север на территории Содружества не уменьшится.

В 1990-е годы на фоне распада СССР отмечалось усиление роли этнополитических факторов в миграции (вследствие издержек социально- политического и экономического реформирования на постсоветском пространстве), тем не менее, внешние миграции в Россию в подавляющем большинстве случаев сохранили социально- экономическую обусловленность. В 1997-1999 в перечне причин прибытия внешних мигрантов в Россию доминировали «причины личные, семейные» (в среднем 53,3% всех прибывших в возрасте 16 лет и старше), в которых, безусловно, в значительной мере присутствует и социально-экономическая составляющая, причем доля этой альтернативы устойчиво увеличивалась. На втором месте стояли трудовые миграции («в связи с работой» в РФ прибыли 15,2% мигрантов), и только на третьем месте - миграции «из-за обострения межнациональных отношений» (12,1%). Четвертой, наиболее значимой по весу, причиной иммиграции являлся «возврат к прежнему месту жительства» (9,4%). [ПО, С. 10-11]

Если не брать в расчет личную и семейную мотивацию переезда (ее обозначили более половины внешних мигрантов), то выбывают за пределы РФ в основном те, кто возвращается к прежнему месту жительства (23-25% их общего числа). Напротив, оседают в нашей стране (помимо лиц с личной и семейной мотивацией — 50% в среднем за 1997- 1999 гг.) в большей мере трудовые мигранты (19-21% внешнего сальдо

РФ) и те, кто переселился сюда из-за обострения межнациональных отношений в месте прежнего места жительства (20-23%). [110, С. 10-11]

Таким образом, можно сказать, что во второй половине 90-х годов на постсоветском пространстве на первый план выходит временная трудовая миграция, вызванная единственной возможностью для многих людей получить работу и заработать за пределами страны постоянного проживания. Однако эти люди испытывают большие трудности вследствие неопределенности статуса трудящегося-мигранта, различий в трудовом законодательстве, неурегулированности вопросов социального страхования и социального обеспечения.

Росту миграционной активности людей также препятствуют неразвитость рынков труда и жилья, сохранение паспортных ограничений и института прописки, отсутствие информации о вакансиях и возможностях трудоустройства в других регионах и странах, существующий порядок оформления гражданства, высокие затраты на переезд. Такое количество барьеров преодолеть многим гражданам сегодня не под силу.

Низкая миграционная подвижность населения стран СНГ сковывает развитие рыночных отношений и реального сектора экономики, сдерживает социальную и профессиональную мобильность, способность людей быстро адаптироваться к новым условиям, мешает проявлять инициативу, получить новую профессию, повысить уровень знаний и тем самым приспосабливаться к быстроменяющейся конъюнктуре рынка труда.

В краткосрочной перспективе потоки трудовых мигрантов выгодны странам СНГ, поскольку в определенной степени снижают напряженность на национальных рынках труда. Однако необходимо помнить, что в долгосрочной перспективе такие потоки могут нанести

ущерб, так как они лишают посылающие рабочую силу страны крайне необходимого им квалифицированного труда.

Рассматривая феномен эмиграции ученых и специалистов применительно к России, нельзя не обратить внимания и на встречный поток иммиграции в нее из стран СНГ и Балтии. Как уже отмечалось выше, образовательный уровень этого контингента мигрантов выше, чем у всего населения в странах выбытия (за возможным исключением прибалтийских государств) и в России (как в целом, так и по ряду ее регионов). Объясняется это, в первую очередь, тем, что в советский период из России в другие республики СССР направлялось по распределению значительное число выпускников вузов, а также научных работников, имевших степени и звания. И сейчас они, а также их дети, многие из которых, восприняв от родителей установку на получение высшего образования, также окончили высшие учебные заведения или поступили в них, образуют весомую часть иммиграции в Россию.

Возвращение этих людей позволяет решить ряд проблем провинциальных научных и образовательных учреждений - таких как проблемы укомплектования недавно созданных или создаваемых вузов, укрепления кадрового потенциала старых, расширения научного кругозора местных научных кадров.

Мы присоединяемся к мнению Ж. Зайончковской о том, что трудовая миграция на территории СНГ - это своего рода интегратор региона, который до сих пор остается политически и экономически дезинтегрированным. В течение 90-х годов миграционные потоки между странами СНГ сократились в три-четыре раза, и единственный массовый процесс, который противостоит этому - трудовая миграция.

Нельзя не отметить существования такого явления, как нелегальная миграция, которая составляет значительную часть миграционных потоков на территории стран Содружества. Ослабление пограничного контроля,

последовавшее за распадом СССР, открыло регион для мигрантов из африканских, азиатских и ближневосточных стран, направляющихся через его территорию транзитом в Западную Европу. Эти мигранты обычно прибегают к услугам профессиональных дельцов, организующих переправку, которые, как правило, связаны с криминальными структурами, причастными к контрабанде оружия и наркотиков. В связи с тем, что в странах СНГ отсутствуют средства для возвращения этих мигрантов в страны их происхождения, многие из них оседают в регионе. Хотя незаконные мигранты обнаруживаются во всем регионе, они имеют склонность к концентрации в прилегающих к западу странах, таких как Беларусь, Молдова, Российская Федерация и Украина, которые быстро стали главными зонами незаконной переправки мигрантов. Государства Центральной Азии и Закавказья все чаще сообщают о пересечении их территорий незаконными мигрантами, что свидетельствует о том, что эти регионы становятся главными зонами транзита. Более подробно аспекты нелегальной миграции в России и в странах СНГ рассмотрены в § 2.4.

2.2.