ЦЕНА РАВЕНСТВА

В США доля населения, получившего высококачественное образование, существенно выше, чем в Италии, Франции и Германии. И, за исключением Франции, этот разрыв в последние годы продолжал увеличиваться.

По данным статистики ОЭСР, за период 1991—2001 гг. доля американцев в возрасте от 25 до 34 лет с законченным университетским образованием увеличилась с 30 до 39%. В Германии их доля выросла с 20 до 21%, в Италии рост составил 5 процентных пунктов, но доля (12%) оставалась в 2001 г. очень незначительной[304].

Источник: OECD (2003d), p. 165.

Рис. 16.3. Надбавка за университетское образование в США, Франции, Италии и Г ермании (отношение среднего дохода до уплаты налогов лиц с законченным университетским образованием к доходам лиц с законченным средним образованием, возраст от 25 до 64 лет, %).

Во Франции за тот же период этот показатель вырос на 14 процентных пунктов — с 20 до 34%. Но в обозримом будущем дальнейшего роста ожидать не приходится, поскольку Франция была одной из двух стран ОЭСР, в которых число студентов первого курса в 2001 г. было ниже, чем в 1995 г.[305] (вторая страна — Германия).

Конечно, важной причиной того, что в Америке выше доля людей, получивших образование в колледже, было отсутствие в США развернутой системы профессионально-технического образования, так что выпускникам школ прямая дорога в колледж. Другой причиной, однако, является незначительность надбавки за образование в Евро - пе (рис. 16.3). Надбавка здесь настолько ниже, что легко предположить, что именно в этом главная причина трансатлантических различий в распределении дохода.

Даже с учетом гораздо более высокой платы за обучение в США (см. главу 18), учеба в колледже остается для американцев намного более прибыльным вложением времени и денег, чем для жителей континентальной Европы. Это демонстрируется ежегодным дополнительным доходом в виде более высокой заработной платы и стабильности занятости у выпускников колледжей.

По данным ОЭСР, в США в 1999—2000 гг. этот ежегодный доход составлял для мужчин 19,6% на вложенный в образование капитал. Во Франции (13,0%), в Германии (9,3%) и в Италии (7,2%) отдача от образования была j существенно меньше. Для женщин трансатлантическая разница была еще значительнее. Если учитывать расходы на обучение, доходность уменьшается на 4,7 процентных пункта в США, и на 0,3—0,8 процентных пункта в трех европейских странах. Но даже при этом разница остает - ся существенной. В Италии чистая отдача от образования не достигает даже половины американского уровня[306].

Трудно сказать, из-за чего возникла такая разница. Можно предположить, что меньший размер надбавки за образование в европейских странах является непреднамеренным побочным результатом политических решений и институционального устройства. Но столь же вероятно, что небольшая доходность образования есть результат осознанного решения ограничивать масштабы неравенства доходов[307].

Намеренно или нет, но надбавки за образование оказываются искусственно заниженными, когда профсоюзам удается помешать дифференциации ставок заработной платы. Величину надбавок снижают любые факторы, снижающие спрос на высококвалифицированных работников, в том числе законы, жестко защищающие занятость, которые не дают компаниям замещать рабочие места, требующие малоквалифицированных работников, другими, для которых нужен высококвалифицированный персонал. К той же категории относится все, что мешает структурным переменам, как, например, жесткое регулирование начинающих компаний (см. главу 4).

Последствия искусственно заниженной надбавки за об - разование очевидны: отставание во внедрении новых технологий. Именно это и происходит в Италии, Франции и Германии, где инвестиции в информационно-коммуникационные технологии намного меньше, чем в США (см. главу 3). В силу этого обещаемый ИК-технологиями рост производительности труда реализуется с большим запозданием. Доход на душу населения растет медленнее, но, в конечном итоге, достигает того же уровня, что и в странах, быстрее адаптирующихся к новым технологиям.

Но не исключено, что траектория адаптации будет выглядеть совсем иначе. Сочетание законов, жестко защищающих занятость, и незначительной разницы ставок заработной платы может побудить компании инвестировать главным образом в технологии, которые поднимают производительность мало- и среднеквалифицированных работников и не требуют найма большого числа выпускников университетов41.

Стране, где события развиваются подобным образом, приходится дорого за это платить: мало того, что доход на душу населения будет увеличиваться медленнее, чем в странах, в которых отдача от образования определяется исключительно рыночными силами, но он всегда будет меньше, потому что способности граждан здесь используются не в полной мере.

Здесь невозможно доказать, что именно это происходит в Италии, Франции и Германии. Но есть серьезные свидетельства в пользу того, что, возможно, в Германии дело обстоит именно так. Хотя в Германии доля выпускников университетов существенно ниже, чем в США (и во многих других промышленных странах), но жалоб работодателей на трудности с привлечением образованных работников не слышно. В Германии в дебатах по вопросам экономической политики ключевым словом стало Facharbeitermangel, нехватка подготовленных производственных рабочих.