Налогообложение без представительства

Вопрос о налогообложении был непосредственно связан с вопросом о представительстве. Колонии не считали себя представленными в парламенте, поскольку не участвовали в выборах палаты общин.

Большинство должностных лиц Англии утверждало, что парламент — это имперский орган, юрисдикция которого в одинаковой мере распространяется и на метрополию, и на колонии. Лидеры колонистов не признавали никакого «имперского» парламента и полагали, что по закону они имеют отношения только с королем: ведь именно он дал согласие на основание заморских поселений и разрешил им иметь органы власти. Они не оспаривали того, что король Англии — это и король колоний, но настаивали на том, что английский парламент имеет не больше прав издавать законы для колоний, чем колонии — для Англии.

В парламенте вовсе не собирались вставать на точку зрения колоний, но британские купцы, ощутив последствия бойкота их товаров в Америке, употребили все свое влияние для пересмотра парламентских решений. В 1766 г. был отменен Акт о гербовом сборе и изменен Сахарный акт. Колонисты праздновали победу: торговцы прекратили бойкот привозимых товаров. «Сыны свободы» успокоились, торговля возобновилась — казалось, что наступил мир. Это, однако, явилось лишь краткой передышкой. В 1767 г. Лондон предпринял шаги, которые опять обострили отношения Англии с колониями. Канцлер казначейства Чарлз Тауншенд составил новый план пополнения казны. Намереваясь снизить налоги в Англии за счет усиленного сбора пошлин с американских торговцев, он предложил ужесточить таможенный контроль и одновременно ввести налоги на доставку в колонии бумаги, стекла, свинца, красок и чая.

Часть сборов предназначалась для выплаты жалованья губернаторам, судьям и таможенным чиновникам, а также для содержания британских войск в Америке.

Присутствие британских войск в Бостоне служило постоянным поводом к беспорядкам. 5 марта 1770 г., после 18 месяцев накаленной обстановки в городе, взаимная вражда между горожанами и солдатами превратились в побоище. Вначале бостонцы кидали снежками в «красномундирников», а затем подрались с ними. Кто-то в рядах англичан дал команду стрелять, и, когда дым рассеялся, на снегу осталось трое убитых горожан. Так называемая «бостонская бойня» изображалась колонистами в драматических тонах, как доказательство бессердечия и жестокости англичан.

Встретив такое сопротивление, парламент начал в 1770 г. «стратегическое отступление» и отменил все акты Тауншенда, кроме пошлины на чай. Большинство колонистов расценило акцию парламента как значительную уступку и почти прекратило кампанию против Англии. Запрет на ввоз «английского чая» был сохранен, но строго не соблюдался. Экономика процветала, и верхушка колониального общества уверовала в то, что в будущем все станет на свои места.

«Бостопское чаепитие»

На протяжении трех спокойных лет небольшая группа радикалов продолжала разжигать страсти. Пока остается налог на чай, доказывали они, сохраняется принцип верховенства парламента над колониями, и он в любой момент может проявиться, полностью уничтожив свободы колонистов.

Самым активным лидером патриотов был Сэмюэл Адаме из Массачусетса, который неутомимо преследовал одну цель — независимость Америки.

Сэмюэл Адаме стремился внушить простым людям чувство собственного достоинства, избавить их от страха и трепета перед теми, кто занимает высокое положение или должность, и подтолкнуть их тем самым к действию. На это были нацелены его статьи в газетах, речи на городских собраниях и резолюции, взывающие к демократическим чувствам колонистов.

В 1772 г. на собрании жителей Бостона он добился решения избрать «комитет связи», который должен был изложить на бумаге все права колонистов и жалобы на их нарушение и разослать этот документ в другие населенные пункты с просьбой прислать ответ. Эта инициатива была быстро подхвачена, и аналогичные комитеты появились во всех колониях. Впоследствии на их основе были созданы действенные революционные организации. Однако у С.Адамса еще не имелось достаточно «топлива», чтобы разжечь пламя.

В 1773 г. Великобритания предоставила ему и его соратникам долгожданный «горючий материал». Могущественная Ост-Индская компания, испытывавшая финансовые трудности, получила от британских властей право на монопольный сбыт чая во всех колониях.. Из-за налога Тауншенда колонисты бойкотировали чай Ост-Индской компании, а после 1770 г. в Америке развернулась столь успешная контрабандная торговля, что почти 90% чая доставлялось туда в обход властей и не облагалось никакой пошлиной. Продавая чай через своих агентов по цене ниже обычной, компания сделала контрабанду невыгодной и устранила конкурентов из числа колониальных купцов. Разгневанные не только понесенными убытками, но и применением монопольной практики, последние присоединились к радикалам, агитировавшим за независимость.

Во всех приатлантических портах, кроме Бостона, агентов компании заставили убраться, и груз чая был либо возвращен в Англию, либо отправлен на склады. Но в Бостоне агенты отказались подчиниться и при поддержке королевского губернатора подготовились к выгрузке чая, невзирая на протесты горожан.

Тогда в ночь на 16 декабря 1773 г. группа колонистов во главе с С.Адамсом, переодевшись индейцами племени могауков, пробралась на три английских корабля, стоявших на якоре, и выбросила тюки с чаем в бостонскую гавань.

Британия оказалась в критической ситуации. Ост-Индская компания добилась от парламента признания того, что, если уничтожение груза чая останется безнаказанным, всему миру станет известно, что он не имеет власти над колониями.

Официальный Лондон почти единодушно заклеймил «бостонское чаепитие» как акт вандализма и настаивал на предусмотренных законом мерах, чтобы привести в чувство взбунтовавшихся колонистов.