Эволюция системы рыночных отношений

Рыночные отношения зародились в глубокой древности, пройдя путь от примитивных форм обмена в натуре (бартера) до развитых товарно-денежных отношений, структурированных в систему.

— общественное разделение труда, предполагающее его кооперацию, обуславливает обмен продуктами (товарами и услугами) между субъектами рынка;

— частная собственность на средства производства, могущая превращаться в групповую (кооперативы, акционерные общества), или обособление субъектов хозяйствования в рамках государственной собственности;

— разделение всех производимых, обращающихся (обмениваемых), распределяемых и потребляемых благ на два полюса — полюс денег и полюс противостоящих им благ, к которым относятся как реальные (материальные и идеально-информационные), так и мнимые (разного рода ценные бумаги, являющиеся объектом спекулятивной игры, которые при одних стечениях обстоятельств могут превратиться в реальные блага со значительным приращением, а в других — могут потерять какую-либо ценность вообще);

— развертывание на базе взаимодействия этих двух полюсов движений денег и товаров, взаимопереплетающихся в товарно-денежный оборот, с включением в состав товаров услуг не только реальных, но и мнимых ценностей;

— определение цен на продукцию (товары и услуги) на базе цен трех типов, каждая из которых имеет свою объективную основу — цены производителя (объективная основа — ОНЗТ, превращаемые в стоимость), цены потребителя (объективная основа — общественная полезность, определяемая по замыкающему потребителю), рыночная цена, устанавливаемая через взаимодействие спроса и предложения (объективная основа — соотношение между объемами производства и объемами потребностей в продукции, с корректировкой последних на их платежеспособность, что предопределяется распределением денежных средств в системе общественного воспроизводства);

— денежное обращение, имеющее относительную самостоятельность, однако базирующееся сначала на реальной ценности золота, а затем, по мере отказа от обеспечения денег золотом, — на реальной ценности продуктов (товаров и услуг), в связи с чем отрыв движения денег от движения своего реального обеспечения (сначала золота, а затем товарной массы) приводит к обесценению денежной единицы, иначе говоря к инфляционному обесценению денег;

— юридически оформленная свобода подавляющего большинства работников, лишенных при этом права собственности на средства производства и потому не имеющих иного способа обеспечения своего существования, кроме как продажи своей рабочей силы работодателю — собственнику средств производства; полярность труда и капитала на базе крупного машинного производства превращает систему рыночного хозяйствования в систему рыночно-капиталистического хозяйства;

— действие закона стоимости (ценности) в качестве стихийного регулятора общественного воспроизводственного процесса по трем направлениям — стимулирование оптимума цены- качества; спирально сужающийся непрерывный отсев предпринимателей, проигравших в конкурентной борьбе; регулирование межотраслевых и межпродуктовых пропорций через отклонения цен от стоимости-ценности и перелива труда и капитала в отрасли и производства с недостатком предложения товаров и услуг (цены на их продукцию превышают стоимость-ценность) из отраслей и производств с избытком предложения (цены на их продукцию опускаются ниже их стоимости-ценности);

— по мере развития рыночной системы, превращающейся на этапе крупного машинного производства в рыночно-капиталистическую систему, усиливаются и нарастают до критического предела негативные стороны воздействия на экономику (общественный воспроизводственный процесс целом) закона стоимости-ценности, которые присутствуют в нем в зародыше, не проявляются до момента достижения зрелости рыночно-капиталистической системы, но уже после этого они раскрывают свой негативный потенциал и разрастаются с быстротой цепной реакции, выражающей то объективное положение, что развитие рынка свободной конкуренции само в себе несет свое собственное отрицание в виде становления рынка монопольного сговора, в связи с чем все три основные составляющие действия закона стоимости-ценности приобретают четко выраженные и все более усиливающиеся негативные стороны — стимулирование оптимума цены — качества все более сменяется паразитированием на базе монопольного сговора, удушающего свободную конкуренцию; регулирование межотраслевых и межпродуктовых пропорций через отклонения цен от стоимости-ценности на порядок ухудшается по причине как монопольного искажения рыночных цен, так и препятствия со стороны монополий перетеканию труда и капитала из отраслей и производств с избыточным предложением продукции в отрасли и производства с недостаточным ее предложением; в результате концентрации денег у все более узкого слоя расширение производства и продаж, на базе чего происходит дальнейшее обогащение этого слоя, наталкивается на сужение относительно этого роста покупательной способности основной массы населения, в связи с чем рыночно-капиталистическую систему периодически сотрясают кризисы перепроизводства, становящиеся все более разрушительными.

Все эти объективные основания системы рыночных отношений, кратко перечисленные выше, были до этого подробно

рассмотрены каждое в отдельности. На базе этих объективных оснований, представляющих собой диалектическое единство, развивается (эволюционируется) система рыночных отношений, но при этом само это единство остается их фундаментом, за рамки которого они не могут выйти в принципе, оставаясь при этом рыночными отношениями как таковыми. Это означает, что, несмотря на колоссальные изменения в системе рыночных отношений, произошедших за последние десятилетия, фундаментальная основа рынка остается той же самой.

Образно говоря, на фундаменте системы рыночно-капиталистических отношений по мере их эволюции выстраивались этажи этой системы, причем как сам фундамент, так и очередной этаж не уничтожались, а лишь видоизменялись, модифицировались, продолжая служить вместе с фундаментом опорой для вновь возводимых этажей.

Назовем предельно кратко основные этапы развития с конца Х!Х в. и по настоящее время рыночно-капиталистической системы, образно представленные нами в виде этажей, возводимых на фундаменте рынка.

Этап 1 — становление и укрепление монополистической стадии капитала, что произошло на базе концентрации производства и образования монополий, при слиянии промышленного и банковского капитала с финансовым, образовании финансовой олигархии, устанавливающей политическое и экономическое господство в стране (под маской выборов и демократии), дележе рынков сырья и сбыта готовой продукции, выходе на мировой рынок помимо экспорта товаров с вывозом капитала и распространением на него монополистического господства в условиях обострения межмонополистических противоречий на мировой арене, что обостряет политико-экономические противоречия в глобальном масштабе, чреватые развязыванием мировых войн (Первая, а затем и Вторая мировые войны). На этой стадии обостряются периодические кризисы перепроизводства, усиливаемые разрастанием спекулятивно-посреднической сферы, становящиеся все более и более разрушительными, причем не только в экономическом, но и социальном и политическом отношениях с угрозой существованию самого капитализма и олицетворяющего его режима власти.

Утвердившись на основе крупного машинного производства, рыночно-капиталистическая система, называемая капитализмом, является одним из социально-экономических полюсов общества, базирующегося на этом производстве, а другим полюсом выступает планово-распределительная система, называемая социализмом. Первая система осуществляется буржуазией (классом капиталистов), а вторая — пролетариатом (классом наемных работников). Между этими двумя классами развертывается непримиримая борьба, которая может закончиться победой пролетарской революции с утверждением планово-распределительной системы, что и произошло в России в период с 1917 по 1936 г., в связи с обострением системного кризиса российского общества и его экономики в результате Перовой мировой войны. На короткий срок революция побеждала также и в Германии, тоже сильно пострадавшей в войне, но менее чем за год произошла реставрация рыночно-капиталистической системы и власти буржуазии. В США, Великобритании, Франции и других странах Запада значительно меньше пострадавших во время Первой мировой кризис, чреватый революционным переходом от капитализма к социализму, возник позже в связи с Великой Депрессией, начавшейся в 1929 г. в США и быстро распространившейся на все страны Запада, после чего она длилась еще ряд лет, прежде чем была более менее, но не окончательно преодолена перед началом Второй мировой войны, которая только и позволила преодолеть этот кризис. Во время Великой Депрессии объемы производства в США упали примерно на одну треть, а от голода умерло около 5 млн человек. Рыночно-капиталистическая система хозяйствования (капитализм) и олицетворяющий ее режим власти оказались поставлены мировым историческим процессом перед выбором — быть сметенными революцией и кануть в историческую лету или перейти в новое качество развития. США и страны Запада выбрали второй вариант, с чем связан переход рыночно-капиталистической системы к следующему этапу своего развития.

Этап 2 — становление и укрепление государственно-монополистической стадии развития капитализма.

а) в результате перераспределения была значительно повышена покупательная способность наемных работников и пенсионеров;

б) за счет госзаказов, с одной стороны, давался толчок к оживлению и формированному развитию экономики одновременно с созданием хорошо оплачиваемых рабочих мест, а с другой — стал стимулироваться и ускоряться научно-технический прогресс, в том числе и в области производства военной техники, что позволило укрепить капитализм не только экономически, но и военно-политически (к тому же гонка вооружений равнозначна периодическому уничтожению излишне производимого относительно массового платежеспособного спроса общественного продукта, когда морально устаревшая техника сдается в металлолом вместо того, чтобы выливать в реки молоко и сжигать в печах обувь, как это делалось в прошлой истории развития капитализма;

в) функционирование и развитие экономики уже не отдается как ранее целиком и полностью “невидимой руке” рынка, а в весьма значительной степени направляется государственным регулированием с использованием широкого спектра мер регулирующего воздействия — индикативного планирования, программирования, регулирования цен, налогов, таможенного режима, минимального уровня оплаты труда, государственных заказов, государственного финансирования ряда программ, субсидирование отраслей и отдельных производств (прежде всего сельского хозяйства), регулирование банковского процента через определение величины резервов коммерческих банков и др. В итоге рыночно-капиталистическая система хозяйствования, сохраняя все свои идентификационные свойства, вобрала в себя весьма мощный и разветвленный блок государственного регулирующего воздействия на экономику, приобретя в дополнение к имеющимся свойствам также и определенные свойства смешанной (интегрированной) системы хозяйствования в виде известного комплекса элементов, заимствованных у планово-распределительной системы хозяйствования. Примечательно, что столп неоконсерватизма-монетаризма М. Фридман в канун 2000-го г. заметил, что в дни его молодости государство США перераспределяло около 10% добавленной стоимости, а теперь — примерно 50%, а потому, к его сожалению, страна стала уже больше социалистической, чем капиталистической.

Этап 3 — становление и разрастание суперглобального капитализма, базирующегося на тенденции тотального подчинения всей мировой экономики денежно-финансовым потоком, организуемым и направляемым мировой финансовой олигархией с использованием США в качестве главной опоры денежно-финансового и военно-политического могущества. Переход к этому этапу начался в 70-х гг. ХХ в., осуществлялся постепенно на протяжении ряда лет в результате сочетания ряда факторов воздействия на общество и его экономику и в целом завершился в начале 90-х гг. ХХ в. Этот переход был обусловлен совместным воздействием следующих факторов:

а) мировым энергетическим кризисом, когда цены на нефть возросли в 5 раз, что вызвало в экономике США и стран Запада ранее неизвестную ситуацию стагфляции (сочетание спада производства и роста цен);

б) переходом на сберегающие сырье и энергию технологии в качестве противодействия мировому энергетическому кризису, что позволило этот кризис преодолеть на базе научно-технического прогресса;

в) масштабной ускоренной информатизацией экономики на базе сплошной компьютеризации, прежде всего в сферах науки, образования, экономического и технико-технологического управления, а также в банковских и биржевых операциях, в области бытовых услуг населению;

г) распадом СССР и стран социалистического блока, что, с одной стороны, позволило странам Запада, прежде всего США значительно увеличить свое национальное богатство за счет перекачивания в свою пользу огромных ресурсов со всего постсоветского пространства, а с другой — дало возможность существенно ослабить госрегулирование экономики на базе перераспределения национального дохода в связи с исчезновением угрозы подрыва мирового капитализма со стороны уже ушедшего в прошлое СССР и блока примыкающих к нему стран;

д) информационно-компьютерными технологиями при относительно низких затратах, которые приносили колоссальные доходы и прибыли, что подтолкнуло к развертыванию на их базе спекулятивного бума;

е) взятием руководством США и Великобритании (начиная с Р. Рейгана и М. Тэтчер), а также другими странами Запада на вооружение в ходе осуществления экономической политики постулатов “неоконсерватизма-монетаризма”, но по системе двойного стандарта — на Западе госрегулирование не демонтировалось, а лишь в определенной степени ослаблялось, а вот в отношении других стран, в том числе и особенно России, навязывался экономический курс полного отказа от государственного регулирования экономики;

ж) переходом на качественно более высокий уровень спекулятивно-посреднической сферы как в отношении возрастания ее масштабов, так и в отношении интенсификации спекулятивных сделок на базе компьютеризированных технологий и внедрения в практику сделок, особенно на бирже, новых инструментов.

В результате сочетания всех этих факторов мировая финансовая олигархия решила меньше расходовать средств на поддержание высокого жизненного уровня населения США и других стран Запада, направив высвобождающуюся часть средств на еще большее увеличение своего капитала, что выразилось в дальнейшем беспрецедентном разрастании сверхдоходной спекулятивно-посреднической сферы, чему способствовала компьютеризация экономики. Это разрастание на время вобрало в себя лишние деньги богатых слоев населения через построение разного рода финансовых пирамид, в том числе и финансово-строительной, причем разрастание долговой экономики, когда массовые продажи товаров и услуг осуществлялись в значительной части в долг за счет кредитов, причем многие долговые обязательства стали переходить из рук в руки, что вместе взятое в своем результирующем воздействии дало на ряд лет отсрочку от взрыва противоречия между расширением производства и относительным сужением массового платежеспособного спроса в масштабе мировой рыночно-капиталистической системы хозяйствования, прежде всего в США, но за эту рассрочку пришлось заплатить колоссальным возрастанием системы долгов, тоже главным образом в США, включая государственный долг, корпоративный долг, долг населения. Ситуацию можно уподобить возведению плотины, которая определенное время сдерживала потоки воды, но они от этого сдерживания набирали свою мощь и в конечном итоге плотину прорвали.

Когда в конце 2008 г. в США стал развертываться финансово-экономический кризис, это означало прорыв плотины, до того сдерживающей обострение разрушительного потока, порождаемого антагонистическим противоречием капитализма фундаментального порядка между расширением производства и относительно сужающейся платежеспособностью массового потребительского спроса, причем к этому потоку добавилась накопленная в ходе построения этой плотины пирамида долгов, которая давит на экономику каждой страны мира пропорционально накопленному долгу, а самый большой долг, как известно, у США. Здесь эта страна, замкнувшая на себя всю мировую рыночно-капиталистическую систему хозяйствования, попала в историческую ловушку. Уже многие десятилетия США потребляют много больше реальных благ, чем производят сами (примерно в 2 раза), а за это расплачиваются, с одной стороны, эмиссией доллара (эмитированный США доллар обеспечен национальным богатством этой страны примерно на 16%), а с другой — распространением в мире своих долговых обязательств, которые обесцениваются инфляцией на значительно большую величину, чем выплачиваемый за них процент. В итоге США, а вместе с ними завязанная на них мировая рыночно-капиталистическая система, подошли к порогу своего краха, поскольку дальше другие страны мира уже все менее и менее соглашаются продавать свои товары за обесценивающиеся доллары и покупать долговые обязательства американского правительства, крайне невыгодные в финансовом отношении, за чем по всей логике событий следует крах доллара и финансовой системы США с угрозой гражданской войны и развала этой страны. Однако этого пока не происходит по ряду причин:

а) крах США потянет за собой всю остальную мировую экономику, а накопления в долларах и ценных бумагах США обесценятся, а они очень велики, особенно у Китая, Японии, России, в связи с чем страны мира продолжают поддерживать американскую экономику;

б) для того чтобы распутать сети долгов, в которых повязли компании и банки всех стран мира, хотя далеко и в неодинаковой степени, этим компаниям и банкам нужны доллары США, чтобы погасить свои долги и не обанкротиться, что поддерживает спрос на доллары, но на определенный период времени, пока долговая “опухоль” не рассосется;

в) опасения на предмет развязывания мировой войны со стороны США, загнавших самих себя в историческую ловушку.

В результате действия названных выше факторов удалось пока сбить наиболее острые симптомы мирового финансово-экономического кризиса в США и других странах Запада, однако это не может длиться достаточно долго, в пределах всего нескольких лет, а может быть и в более жестких временных рамках. Однако пребывание США в преддверии финансово-экономического краха — это только вершина айсберга, а он сам представляет собой несоответствие тотального господства в мире рыночно-капиталистической системы дальнейшим тенденциям прогрессивного развития человеческой цивилизации, все более приближающейся в уже обозримой исторической перспективе к экологической катастрофе, которая обусловлена развитием человеческого общества под воздействием рыночно-капиталистической системы, ориентированной на максимизацию прибыли и накопление денежного капитала, что кардинально противоречит объективным требованиям законов экологии природы, человека, общества.

Фундаментальный кризис мировой рыночно-капиталистической системы хозяйствования, которую призвана сменить интегрированная система, оптимально сочетающая в себе плановые и рыночные методы хозяйствования, выражается в фундаментальном кризисе основных институтов рынка.

Акционерный капитал и его кризис. Первоначально акции выступали рациональным инструментом фиксации прав долевой собственности, а также инструментом привлечения капитала в развитие эмитирующей акции фирмы на основе выплаты экономически обоснованных дивидендов. Но в современных условиях акционерный капитал приобрел следующие крайне негативные черты устойчивого порядка:

а) акционерная форма организации капитала используется в качестве прикрытия единоличного или узкогруппового управления компанией (корпорацией, организацией, предприятием) так, что имущественная ответственность за банкротство не распространяется на личные денежные накопления и имущество реальных владельцев бизнеса;

б) если раньше на акцию выплачивался дивиденд в зависимости от результатов хозяйствования, а курс акций определялся на основе величины дивидендов на них, то в настоящее время дивиденды превратились в номинально-символическую величину, а реальные владельцы компаний, т. е. те, кто владеет контрольным пакетом акций, присваивают подавляющую часть чистой прибыли в двух формах — в виде сверхвысоких окладов президентов, председателей совета директоров, членов советов и правлений и т. п. и в качестве инвестиций в развитие компании, которая им принадлежит фактически единолично;

в) рядовые акционеры, а на них часто падает от 70% до 80% акционерного капитала, взамен своих живых денег получили акции, по которым реальный собственник (владелец контрольного пакета акций) не несет никакой реальной ответственности, но зато владельцы акций самим правом обладания ими допускаются к биржевой игре, где акции могут возрасти в цене в разы за относительно короткий период времени, но могут и неожиданно рухнуть;

г) в итоге курс акций определяется не приносимыми ими дивидендами, а спекулятивными ожиданиями на фондовом рынке, а эти ожидания инспирируются спекулятивными играми на повышение и понижение, в которых задействованы рейтинговые агентства, превращенные финансовой олигархией в один из инструментов управления фондовым рынком, а через него — и всей экономикой на национальном и мировом уровнях;

д) подавляющая масса населения принуждается инфляционным обесценением денег, специально вмонтированным в рыночно-капиталистическую систему в ходе преодоления Великой депрессии по рецептам Дж. М. Кейнса с целью борьбы с “недопотреблением”, покупать акции, облигации или долговые ценные бумаги с целью сохранения своих денежных накоплений, тем самым добровольно-принудительно превращаясь в игроков на фондовой бирже, где ведется рискованная игра не своими, а чужими деньгами, а потому инспираторы фондового рынка всегда оказываются в выигрыше, а подавляющая масса владельцев ценных бумаг в проигрыше;

е) в конечном итоге вся современная мировая рыночно-капиталистическая система хозяйствования превращена в аналог азартного казино, где его организаторы перераспределяют в свою пользу отточенными методами мошенничества реальные доходы, честно заработанные как наемным трудом, так и общественно-полезной предпринимательской деятельностью.

Товарная биржа исторически сформировалась в качестве рыночного инструмента, позволяющего эффективным образом заключать сделки купли-продажи в разрезе укрупненных товарных групп в национальном и мировом масштабах. Однако в современной рыночной экономике над товарной биржей вырос мощный фондовый нарост в виде особого рода ценных бумаг (фьючерсов и опционов), когда продается право купить в определенный период будущего (через один или два месяца) определенный товар в определенном количестве и по определенной цене, причем право, гарантированное соответствующей обязанностью продавца. При этом сделки по определенным товарным группам превращаются не просто в объект спекулятивной игры, а в объект целенаправленного взвинчивания цен, в результате которого биржевые спекулянты перераспределяют в свою пользу весьма значительную часть стоимости-ценности, созданной производительным трудом продукции, спекулятивным давлением на рынок, вынуждая производителей продавать ее значительно ниже стоимости-ценности, а покупателей приобретать ее по сильно завышенным ценам, следствием чего является сочетание роста цен и снижения объема производства, т. е. явление стагфляции. Традиционно объектами спекулятивной игры служат нефть и цветные металлы. После начала в конце 2008 г. мирового финансово-экономического кризиса в объект спекулятивного взвинчивания цен стало превращаться продовольствие. В конечном итоге современный рыночный механизм регулирования соотношения цен крайне искажает спекулятивными сделками на ряд важнейших товаров каркас ценовых пропорций общественного воспроизводственного процесса.

Фондовая биржа на первоначальном этапе своего развития обладала положительным потенциалом распределения и перераспределения частного капитала в соответствии с действием рыночного механизма формирования межотраслевых и межпродуктовых пропорций общественного производства в разрезе как накопления производственного капитала, так и его текущего функционирования, когда денежный капитал перетекает из отраслей и производств с избыточным предложением продукции в отрасли и производства с недостаточным предложением. Действие этого рыночного механизма самым кардинальным образом деформируется, поскольку теперь капитал изымается из отраслей и производств, выбранных объектом спекулятивной игры на повышение, и направляется в отрасли и производства, избираемые в качестве объекта спекулятивной игры на понижение, причем так, что значительная часть капитала не доходит до производителей, а продолжает прокручиваться на фондовой бирже, втягивая в эту спекулятивную игру свободные деньги, до того еще не вовлеченные в спекулятивное прокручивание на фондовой бирже. При этом как производственные предприятия, скапливающие деньги для будущих производственных расходов, так и население, под давлением инфляционного пресса, вынуждены временно свободные деньги направлять на фондовую биржу в надежде уберечь их от инфляционного обесценения и получить даже прибыль в случае везения в биржевой игре^[68]. Таким образом, современная фондовая биржа перестала играть роль более менее приемлемого инструмента регулирования межотраслевых и межпродуктовых пропорций инвестирования капитала в развитие национальной и мировой экономики.

В современной экономике массовое распространение получили инвестиционные фонды, а также пенсионные фонды, которые являются активными участниками фондового рынка, способствуя надуванию спекулятивного пузыря в масштабе национальной и мировой экономики.

Банки в качестве института денежных расчетов и кредитования пребывают в современную эпоху в ситуации глубокого и затяжного кризиса системного порядка. В принципе, современные банки разделяются на два вида — коммерческие и инвестиционные, причем многие банки выступают одновременно в этих двух видах. Коммерческий банк привлекает средства вкладчиков под умеренный процент и выдает малорисковые кредиты, как правило, под залог имущества. Инвестиционный банк привлекает средства вкладчиков часто под существенно больший процент по депозиту, вкладывая их в высокодоходные, но при этом рисковые сделки, прежде всего на фондовом рынке. Заметим, что в рационально организованной системе хозяйствования коммерческие банки, не связанные с рискованной предпринимательской деятельности, являются лишним звеном общественного воспроизводственного процесса, поскольку они присваивают банковский процент явно завышенной величины, не проявляя при этом ни предпринимательской инициативы, ни неся практически предпринимательского риска. Соответственно, для общества было бы лучше, если бы государство установило монополию на безрисковое кредитование, осуществляя его с целью не увеличения денежного капитала путем максимизации прибыли, а оказания банковской услуги в виде ссуды денег населению и предпринимателям, причем за значительно более низкий процент в сравнении с частными банками. Последние оправданы только в том случае, если от банка требуется проявление частной инициативы, связанной с существенным риском, это характерно для инвестиционных банков. Их деятельность можно признать общественно-полезной, если они кредитуют проекты в области материального или интеллектуального производства. Однако современные инвестиционные банки кредитуют, главным образом, не такие проекты, а разного рода спекулятивно-посреднические сделки, и кроме того, сами активно участвуют в спекулятивной игре на фондовом рынке. К тому же, многие инвестиционные банки выдают огромные кредиты девелоперам под строительство жилой и коммерческой недвижимости, за чем и скрывается феномен финансово-строительной пирамиды, которая рано или поздно лопается, что и стало происходить в мире с конца 2008 г. При этом в особо тяжелое положение попадают ипотечные банки, а также те банки, у которых в их кредитном портфеле велика доля ипотеки.

Страхование, осуществляемое в настоящее время страховыми компаниями и хедж-фондами (осуществляющими хеджирование, т. е. страхование различного рода коммерческих сделок и инвестиционных проектов), также пребывает в ситуации кризиса, отражающей общую ситуацию фундаментального кризиса рыночно-капиталистической системы хозяйствования глобального масштаба. Традиционные страховые компании лоббируют обязательные виды страхования в системе государственной власти и пытаются обосновать еще и необходимость обязательного страхования рисков производственных объектов, ссылаясь на аварию Саяно-Шушенской ГЭС. При этом они стремятся под всякими предлогами уклониться от выплаты возмещения. Что касается хедж-фондов, то они сами эмитируют ценные бумаги по поводу страховки, которые затем обращаются на фондовом рынке, переходя из рук в руки, способствуя нарастанию спекулятивного бума на фондовом рынке.

Широкое распространение регистрации фирм, в том числе и очень крупных, в оффшорных зонах, привлекающих иностранный капитал символическими ставками налогообложения, приводит, с одной стороны, к подрыву налоговой базы государства, которое призвано помимо прочего обеспечивать правовую основу и безопасность рыночной деятельности, а с другой — серьезно ослабляет правовую ответственность за выполнение договорных обязательств, позволяя осуществлять разного рода мошеннические операции. Помимо оффшоров швейцарские банки традиционно предоставляют убежище капиталам, нажитым криминальным путем, а также способствуют утаиванию доходов частных лиц от налогообложения.

Предпринимательство в значении новаторства (по Й. Шумпетеру) является главным, определяющим, преимуществом рыночно-капиталистической системы хозяйствования. И здесь тоже наблюдается ситуация глубокого и затяжного кризиса системного порядка. Причем речь идет не только о слабой поддержке или ее отсутствии общественно-полезного предпринимательства, а о его сильнейшей задавленности. Обычно считается, что предпринимательство как выражение инициативной деятельности частных лиц может подавляться, ограничиваться, даже в корне запрещаться со стороны государства, что характерно для режимов тоталитарной власти, негативно относящихся к рынку. Речь идет о том, что вредное для общества предпринимательство выдавливает с рынка общественно полезное предпринимательство, что обусловлено алгоритмом такой свободы инициативной предпринимательской деятельности, в отношении которой не делается различия между высшим и низшим началами природы человека. Например, одни предприниматели производят сельхозпродукцию и привозят ее в город для продажи на продовольственном рынке, что, несомненно, относится к общественно полезному предпринимательству. Одновременно другие предприниматели создают силовую группу, которая контролирует допуск продовольствия на рынок, диктует цены, облагает допущенных к торговле предпринимателей “налогом”, что, безусловно, относится к вредному для общества предпринимательству, к тому же еще и криминальному^[69]. Без активного регулирующего воздействия государства на рынок в условиях стихийного развития экономики происходит по нарастающей доминирование вред- ного для общества предпринимательства, которое приобретает все большую мощь и по мере ее накопления во все возрастающей мере вытесняет общественно-полезные виды предпринимательства. При этом наблюдается общий тренд для многих стран — предпринимательство в реальном секторе экономики задавливается предпринимательством в спекулятивно-посреднической сфере. Причем высокие спекулятивно-посреднические доходы в конечном итоге оседают на ценах продукции (товаров и услуг), передаются через межотраслевой оборот на цены, определяющие уровень себестоимости продукции, что снижает конкурентоспособность продукции, создаваемой в результате деятельности общественно-полезного предпринимательства. Здоровое предпринимательство традиционно совершается в условиях оправданного риска, возможность адекватной оценки которого является одним из важнейших качеств предпринимателя. Однако современные предприниматели стремятся максимально нейтрализовать риски, занимаясь их страховкой, особенно в форме хеджирования. Соответственно, затраты на страховку оседают на ценах продукции, поставляемой предпринимателями на рынок, снижая уровень их конкурентоспособности. В случае же достаточно масштабного обострения экономического кризиса, когда развертывается цепная реакция банкротств, страхование сделок превращается в мыльный пузырь.

Диагностировав ситуацию фундаментального кризиса рыночно-капиталистической системы хозяйствования, включая и кризис ее основных институтов, необходимо остановиться на ряде вопросов, непосредственно связанных с этим кризисом:

а) что представляет в своей сущности вырастающая на базе рынка спекулятивно-посредническая сфера и какова ее роль в системе современного общественного воспроизводства;

б) какова дальнейшая судьба рыночно-капиталистической системы хозяйствования, в том числе в связи с возможностью или невозможностью ее взаимодействия с планово-распределительной системой хозяйствования;

в) насколько оправданно утверждение многих современных аналитиков, что дефляция неприемлема для современной экономики.

3.