Предпосылки возникновения и методологические особенности исторической школы

Историческая школа сформировалась в Германии в середине XDC в. Ee возникновение и развитие связано с целым комплексом объективных причин.

Дело в том, что Германия в первой половине XIX в.

Ha мировых рынках господствовала Англия, превратившаяся к тому времени в сильнейшую индустриатьную державу, конкуренцию с которой не могла выдержать зарождающаяся немецкая промышленность. Кроме того Англия приняла ряд так называемых «хлебных законов», прочно отгородивших внутренний британский рынок от продукции германского сельского хозяйства

B результате Германия столкнулась с серьезной угрозой превращения в сырьевой придаток и рынок сбыта английской продукции. Реальной становилась опасность полной ликвидации национального производства. Рекомендации классической политической экономии с ее ориентацией на фритредерство и невмешательство государства в экономику оказались непригодны для практического применения в Германии и требовали пересмотра. Возникла необходимость в выработке теории, показывающей путь создания экономически сильного и независимого государства. Именно эту задачу и попытались решить немецкие ученые.

Представители исторической школы критически отнеслись к теоретическому положению классиков, а именно к абстрактному методу экономической науки. Этому методу они противопоставили исторический метод. По их мнению, оценить логическую систему можно только после ее соотнесения с действительностью, иначе формула подменит жизнь.

Формирование исторической школы в противовес классической было фактом огромного значения для развития политической экономии. Проходившее под знаком оппозиции классикам, оно впервые потребовало по существу отчетливого и критического осознания самой проблемы метода экономического исследования.

K основным методологическим особенностям исторической школы можно отнести следующие.

1. Релятивистский подход. Возможность существования общих экономических законов опровергается положением об исторической причинности социальных событий. Отсюда - в системе политической экономии главное место должно занимать учение об организации народного хозяйства, или о строе экономических явлений, зависящем от деятельности самого народа. Каждое отдельное явление хозяйства должно изучаться в связи со всеми реальными условиями, которыми оно обусловлено B действительности.

2. Положение о единстве социальной жизни и неразрывной связи между ее элементами. Народное хозяйство есть лишь одна из сторон народной жизни и может быть познаваемо и обсуждаемо лишь в зависимости от прочих проявлений народного духа Поэтому невозможно понять и объяснить экономическое положение общества, не принимая в расчет других факторов социальной жизни. B числе последних историками чаще всего упоминаются: национальные особенности и традиции; своеобразие исторического развития нации, ее менталитет; историческая случайность; географические условия страны; особенности национальной культуры, психологии, религии и др.

3. Взаимосвязь и взаимообусловленность экономических и неэкономических факторов и категорий. У классиков неэкономические факторы обусловлены влиянием экономических факторов, из чего, например, вытекает, что чем выше уровень производительных сил общества, тем более развитой будет социальная среда (сфера), в том числе уровень культуры, искусства, науки и т.

4. Антирационалистический подход. Множественность мотивов и небольшое значение чисто логических побудительных причин человеческих действий. Данное положение утверждалось в форме этических аргументов и в стремлении к психологическому анализу поведения индивидов и масс.

5. Эволюционный подход. B своих исследованиях историки делали упор на эволюционный, стадийный характер экономического развития общества. Они отвергали революцию и выступали за постепенные и медленные преобразования в экономике мирным путем с помощью «положительного права».

6. Неклассовоформационный подход. Немецкие ученые, обосновывая фазы, этапы и схемы экономического развития общества на всем протяжении исторического пути нации, классовому критерию классиков противопоставили сугубо хозяйственный.

7. Органический подход. Аналогия между социальным и физическим организмами. Первоначальная органическая концепция, согласно которой национальная экономика существует вне различных индивидуальных экономик и над ними, позднее заменяется концепцией, согласно которой индивидуальные экономики, составляющие национальную, находятся в тесной зависимости друг от друга.

8. Обоснование места и роли государства в рыночной экономике. Историки поставили под сомнение способность конкуренции осуществить гармонию интересов. Без планомерного воздействия общественного разума и общественной власти в экономической жизни сильнейший всегда будет побеждать более слабых. Историческая школа полагает, что правовой порядок есть один из важнейших факторов экономической жизни, и, что, следовательно, государство, изменяя правовые отношения, может реформировать и саму эту жизнь.

9. Противопоставление «софизму» фритредерства воспитательного протекционизма.

3. Экономические воззрения идейных предшественников исторической школы

Первым провозвестником немецкой реакции на английскую классическую политическую экономию считается известный немецкий экономист Адам Мюллер (1779-1829). Уже в 1809 году в своей книге «Основы искусства управления государством» он подверг резкой критике экономическое учение А. Смита за то, что общество в нем представлено как простая совокупность индивидуумов, экономика как производство благ для текущего потребления, капитал как вещественный запас. По мнению

А.Мюллера, такой взгляд на общество является «механистичным и атомистичным, игнорирующим нравственные силы в обществе». Он считал чисто английской односторонностью акцент на частный интерес и частную собственность, при котором не учитывается национальная солидарность и историческая преемственность. Следовало бы, говорил А.Мюллер, учитьюать необходимость общественного производства для будущего нации, а также интеллектуальный труд и его продукцию.

А.Мюллер считал нацию главным структурообразующим элементом всей жизни общества, в том числе и экономической. При этом особо подчеркивал, что каждая нация - это особый организм со своими жизненными принципами и своей индивидуальностью, на основе которых формируется ее историческое существование. Нации присущи органичная целостность и преемственность развития от прошлого к настоящему, от настоящего к будущему. Она не может и не должна жить только текущим потреблением, не заботясь о благе будущих поколений. Именно нация придает экономике чрезвычайно индивидуальный и специфический характер. Экономическая сфера является лишь одной из многих сторон целостной народной жизни, ее необходимо поддерживать в единстве с высокими нравственными целями общества Последнее есть задача государства, которое только при таком подходе будет выглядеть истинным выразителем народного единства, а не только хранителем правопорядка как считал А.Смит. B свою очередь нравственность, слагаемая из традиционных законов и обычаев, передаваемых из рода в род, от отца к сыну, представляет собой тот фундамент, на котором должна выстраиваться экономическая жизнь общества.

Тем не менее А.Мюллер не отрицал истинность экономического учения А.Смита и считал его вполне пригодным для Англии. Потому что там еще от средних веков сохранился тот самый нравственный капитал, состоящий из законов, обычаев, добрых традиций и национальной солидарности на котором может спокойно развиваться экономическая жизнь народа.

Для континентальных же стран, полагал А.Мюллер, нужно нечто иное - экономическая система, которая бы оберегала и развивала комплекс национальных производительных сил, как материально-вещественный, так и нравственный и интеллектуальный капитал, как разделение труда, так и его общенародное соединение.

Идеи А.Мюллера получили дальнейшее развитие в работе йзвестного немецкого экономиста Фридриха Листа (1789-1847) «Национальная система политической экономии» (1841). Изложенная в ней доктрина имеет в меньшей степени, чем у А.Мюллера, характер общекультурный, но в большей степени экономический. Она вытекает из критики английской классической школы за «космополитизм», попытку создания универсальной экономической теории равно пригодной для всех стран и народов. По мнению Ф.Листа, каждая страна имеет свой путь экономического развития, подчиняется собственным законам, которые связаны с ее географическими условиями, историческим развитием, культурными традициями и даже чертами национального характера и она должна выработать собственные правила экономической политики.

Определяя предмет политической экономии Ф.Лист писал: «...политическая экономия не есть наука, которая учит только, каким образом меновые ценности производятся индивидуумами, распределяются между ними и потребляются ими ... помимо этого, государственный деятель желает и должен знать, как возбуждаются производительные силы целой нации, как они увеличиваются, что им оказывает содействие, отчего они слабеют, замирают и совершенно исчезают, как при помощи национальных производительных сил лучше всего и целесообразнее разработать национальные естественные источники, чтобы создать национальное существование, национальное благосостояние, культуру и обеспечить нации будущее»^[1].

Таким образом, Ф.Лист, с одной стороны, не перечеркивает содержание английской классической политической экономии, но как будто считает ее подход недостаточно широким и глубоким. C другой стороны, это видно уже из содержания КНИГИ, OH не столько расширяет область экономической науки, сколько смещает ее фокус на другую область экономических проблем. B центре внимания его теории - национальная экономика как целое, в ее взаимосвязях с внешним окружением.

Характерной отличительной особенностью выдвигаемой Ф.Листом системы является то, что она основывается на природе нации как промежуточном звене между индивидуумом и человечеством. Любой индивидуум - это прежде всего часть нации, и его благополучие зависит от могущества нации. Нация, объединяющая людей, с точки зрения ученого, представляет единое целое. Она - результат предшествующего развития, открытий, усовершенствований, традиций, знаний и опыта. «Каждая отдельная нация является производительной настолько, насколько она сумела усвоить это наследие от прежних поколений и увеличить его собственными приобретениями, насколько естественные источники, пространство и географическое положение ее территории, численность населения и ее политическое могущество дают ей возможность развивать в высокой степени и гармонично все отрасли труда и распространять свое нравственное, умственное, промышленное, торговое и политическое влияние на другие отставшие нации и вообще на весь мир»¹.

Содержание «Национальной системы политической экономии» Ф.Листа раскрывается в трех основных концепциях. Первой является концепция производительных сил. Согласно данной концепции, благосостояние нации определяется не количеством богатств, т. e. меновых ценностей, как утверждали представители классической школы, а степенью развития производительных сил»^{[2] [3]. Под производительными силами Ф.Лист понимал всю совокупность общественных условий, благоприятствующих увеличению богатства народа. Он неоднократно подчеркивал, что способность создавать богатство бесконечно важнее самого богатства.}

B отличие от классиков, которые считали производительным трудом только труд в материальном производстве, Ф.Лист объявлял производительным любой труд, прямо или косвенно способствующий созданию богатства Поэтому в состав производительных сил он включал большой перечень экономических, политических и культурных составляющих: фабрично-заводскую промышленность, национальную систему путей сообщения, свободное земледелие, монетарную систему, государственные институты, вплоть до полиции, систему образования и науку, прессу, почту, религию, моральные устои и т. д.

Решающей производительной силой нации Ф.Лист считал фабрично-заводскую промышленность. По словам Ф.Листа «Фабрики и заводы - это матери и дети гражданской свободы, просвещения, искусства и науки, внутренней и внешней торговли, мореходства, усовершенствованных путей сообщения, цивилизации, политического могущества. Именно они, - подчеркивал далее Ф.Лист, - служат главным средством для освобождения земледелия от его OKOB и для поднятия его на степень промышленности, искусства, науки, для увеличения сельскохозяйственной доходности и заработной платы, возвышения ценности земли»¹.

Ф.Лист сравнивал земледельческую нацию с «человеком у которого не хватает одной руки для занятия материальным производством ... и который опирается на чужую руку. Эта опора полезна для него, но она не заменяет собою недостающей руки - уже потому, что ее деятельность находится в зависимости от чужой воли»^{[4] [5] Становление национальной промышленности ученый считал важнейшим фактором, обеспечивающим независимость Германии и ее будущее процветание. Ф.Лист писал: «Обладая собственною фабрично-заводскою промышленностью, нация может производить столько продуктов и сырья, сколько будут потреблять собственные фабрики и заводы; находясь же в зависимости от иностранных фабрик и заводов, она может производить лишь такой излишек, которого не в состоянии производить другие нации и который они вынуждены покупать в других государствах»1.}

Поистине великой производительной силой, находящейся в тесной взаимосвязи с фабрично-заводской промышленностью Ф.Лист считал науку и искусство. Он писал: «Фабрично- заводская промышленность - чадо науки и искусства и она же поддерживает и питает их. ... B мануфактурных (промышленно-развитых) государствах промышленность освещается наукою, а наука в свою очередь, также как и искусство, вкушает плоды от промышленности. ... Поэтому в мануфактурных государствах наука и искусство становятся все более популярными»^{[6] [7]. И далее Ф.Лист заключает: «никакой путь не ведет столь быстро к обогащению и известности как путь изобретений и открытий. Так, в мануфактурном государстве гений ценится выше и больше вознаграждается, чем талант, талант выше, чем физическая сила. B государстве земледельческом напротив, за исключением государственной службы, обратное отношение является почти правилом»[8].}

Именно наука во взаимосвязи с искусством в промышленности вызвали к жизни, по мнению ученого, великую физическую силу - силу машин, которая позволяет в наивысшей степени поднять производительность труда и которая призвана оказывать неизмеримо большее влияние на положение масс, цивилизацию варварских стран и на могущество наций старой культуры.

«Сила машин в соединении с усовершенствованными путями сообщения новейшего времени, - указывал Ф.Лист, - дает мануфактурному государству неизмеримое превосходство над государством исключительно земледельческим»^[9]. Ф.Лист всячески пропагандировал германскую железнодорожную систему. Он считал ее необходимым условием полного развития мануфактурной промышленности, поскольку именно она, расширяя на все пространство государства оборот минеральных ресурсов и готовой продукции, обеспечивает постоянство сбыта и сложение внутреннего рынка.

Развитие и удержание за собой внутреннего рынка Ф.Лист считал приоритетным и сравнивал его с поисками богатств вне страны. При этом он также подчеркивал, что во внешней торговле может достичь больших успехов та нация, которая довела фабрично-заводскую промышленность до высшей степени развития. Земледельческая же страна не только не может получать из- за моря достаточного количества продуктов потребления, орудий производства и стимулирующих средств к деятельности, HO и «разрывается» внешней торговлей на приморские и приречные местности, заинтересованные в спекулятивном экспорте проду ктов земледелия, и внутренние области страны, оказавшиеся вне побережий.

C точки зрения концепции производительных сил Ф.Лист трактовал категорию земельной ренты. B противоположность позиции Д.Рикардо, он считал, что главным фактором возникновения земельной ренты является не различие в естественном плодородии земель, а отдаленность ее от рынков сбыта.

Ф.Лист считал, что «торговля также производительна, но проявление ее совсем иное, чем в земледелии и фабрично- заводской промышленности. Последние снабжают рынки товарами, торговля же является лишь посредницею в обмене товаров между земледельцами и мануфактуристами, между производителями и потребителями»¹. Отсюда следует, - писал Ф.Лист, что «торговля должна регулироваться государством в соответствии с интересами и нуждами земледелия и фабрично-заводской промышленности»^{[10] [11], а не наоборот.}

Ф.Лист резко критиковал классиков, выступающих за полную свободу торговли. Он писал, что формула «laissez faire» столько же на руку грабителям и плутам, сколь и купцам. «Купец может достигать своих целей, заключающихся в приобретении ценностей путем обмена, даже в ущерб земледельцев и мануфактуристов, наперекор производительным силам и не щадя независимости и самостоятельности нации. Ему безразлично, да и характер его операций и его стремлений не позволяет ему заботиться о том, какое влияние оказывают ввозимые или вывозимые товары на нравственность, благосостояние и могущество страны. Он ввозит как яды, так и лекарства. Он доводит до изнурения целые нации, ввозя опиум и водку. Доставляет ли он, посредством законного ввоза или контрабанды, сотням, тысячам людей занятия и средства к жизни, доводит ли он их до нищеты, ему совершенно безразлично, лишь бы только ему реализовать барыш. Попытаются ли его голодные соотечественники эмигрировать, убегая от нищеты, которую терпят в своем отечестве, OH и из этого извлечет меновые ценности, перевозя их в далекие страны. Bo время войны он снабжает неприятеля оружием и провиантом. Если бы было возможно, он продал бы за границу все, до пахотных полей и лугов включительно, и получив деньги за последний кусок земли, он сам сел бы на свой корабль и экспортировал бы самого себя»¹.

Таким образом, - заключает Ф.Лист, - «интересы коммерсантов и интересы торговли целой нации - вещи настолько различные, как небо и земля». B этом смысле еще Монтескье сказал: «То, что стесняет купца, то не стесняет вследствие того торговли, и нигде законы так мало мешают ей, как в государствах порабощенных»^{[12] [13]}

B противоположность классическому принципу «естественной свободы» Ф.Лист выдвинул принцип так называемого «промышленного воспитания нации», призванного создавать условия для подъема производительных сил. Его сутью является игнорирование личных сугубо эгоистических интересов индивидов для спасения и сохранения нации. Целое поколение нации может и должно жертвовать своим благосостоянием, для того чтобы производительные силы страны стали развиваться более быстро и эффективно.

Чтобы вовлечь в производство незадействованные ресурсы, по мнению Ф.Листа, необходимо развивать даже такие отрасли производства, которые с точки зрения международного разделения труда имеют более высокий уровень издержек и в текущий момент не могут выдержать конкуренцию с соответствующими зарубежными отраслями. Для их защиты следует использовать протекционистскую политику (ограничение поступления в страну импортных товаров путем введения высоких ввозных пошлин).

Второй концепцией, которую разработал Ф.Лист является концепция стадий экономического развития. Согласно данной концепции нации проходят в своем развитии ряд стадий. Исходной является состояние «дикости», затем преобладает «пастушеский быт». Далее в своем поступательном движении они проходят «земледельческое» и «земледельческо-мануфактурное» состояние. B итоге нации переходят в заключительную высшую стадию своего развития - «земледельческо-мануфактурно-коммерческое» состояние, где гармонично развиваются сельское хозяйство, промышленность и торговля.

Ha каждой из стадий развития государство должно проводить экономическую политику, наиболее отвечающую главной цели - развитию производительных сил. Ha чисто земледельческой стадии - это политика полной свободы внешней торговли. Ввозятся продукты промышленной обработки в обмен на вывоз сырья. B результате земледелие совершенствуется и укрепляется, постепенно налаживается собственная промышленность. Когда она достигает определенной степени развития, становится необходимой смена политики. Вводится покровительственная система для отечественной промышленности, защищающая ее от иностранной конкуренции на внутреннем рынке. При этом, подчеркивал Ф.Лист, ввозные пошлины должны быть умеренными, они должны повышаться постепенно, вместе с увеличением умственных и материальных капиталов, технического опыта и духа предприимчивости нации. Особого покровительства, по мнению Ф.Листа, заслуживают только важнейшие отрасли, требующие больших капитальных вложений. И лишь после того, как национальная промышленность достигнет полного развития и окончательно окрепнет, снова становится возможной свобода внешней торговли.

Таким образом, Ф.Лист отнюдь не был противником свободы внешней торговли и рассматривал протекционизм в качестве «воспитательного», т. e. как вынужденную меру для выравнивания уровней экономического развития стран.

Ф.Лист также указывал, что систему «воспитательного протекционизма» может с успехом применить лишь держава с умеренным климатом, достаточно обширной территорией, с разнообразными ресурсами и значительным населением, обладающая устьями своих рек, а следовательно, выходами из своих морей. Он рассматривал в качестве примера историю Польши, во- первых, как судьбу страны, «которая не соприкасается с морями, которая не имеет ни торгового, ни военного флота, или у которой устья рек не находятся в ее власти», и она «в своей внешней торговле стоит в зависимости от других наций, причем господство иностранцев на приморском рынке угрожает как экономической, так и политической целостности страны»; во-вторых, Польша была «вычеркнута» из ряда национальных государств из-за отсутствия в ней сильного среднего сословия, которое может быть вызвано к жизни лишь насаждением внутренней фабрично- заводской промышленности.

Обеспокоенный экономической судьбой Германии, Ф.Лист считал необходимыми условиями ее экономического прогресса и политической устойчивости «округление границ» и развитие «среднего класса».

Осуществляя поиск различий национальных экономик Ф.Лист пришел к выводу о неравномерности экономического развития в одну и ту же эпоху. Он считал, что в его времена Испания, Португалия и Италия были странами чисто земледельческими, Германия и США находились на пути к земледельческо- мануфактурной стадии, Франция была близка к наивысшей земледельческо-мануфактурно-коммерческой стадии, каковой достигла вполне одна Англия. Для последней только и годилась тогда, по мнению Ф.Листа, система свободы внешней торговли.

Размышляя над экономической гегемонией Англии, Ф.Лист заключал, что, создав свое промышленное и коммерческое величие благодаря строгому протекционизму, англичане стали специально вводить в заблуждение другие нации доктриной фритредерства, поскольку при свободе внешней торговли между земле- дельческо-мануфактурно-коммерческой и чисто земледельческими нациями вторая обрекает себя на экономическую отсталость и политическую несостоятельность. Переход к земледельческо-мануфактурно-коммерческой стадии не может совершиться сам по себе посредством свободы внешней торговли, так же как не может совершиться в отсутствие национального единства.

И, наконец, третьей концепцией, которую разработал Ф.Лист, является концепция активной роли государства в экономике. Гарантом развития нации и ее производительных сил Ф.Лист считал государство. Он писал, что «нельзя понять народное хозяйство как органическое целое, если исключить из него самое большое хозяйство, которое так непрерывно и так неотразимо влияет на все остальные хозяйства»¹. Ф.Лист выделяет «государственную финансовую экономию», понимая под этим государственные средства правительства, потребление этих средств и управление ими, и экономию граждан, т. e. народную экономию. «Народная экономия становится национальной экономией в том случае, когда государство или федерация охватывает целую нацию, которая по количеству населения, территории, политическим учреждениям, цивилизации, богатству и могуществу обладает самостоятельностью, способностью приобрести устойчивость и политическое значение»^{[14] [15]. Вместе с государственной финансовой экономией они образуют политическую экономию нации.}

C точки зрения Ф.Листа богатство нации накапливается не путем индивидуальной деятельности людей на основе разделения труда и обмена, а в результате объединения этой деятельности, регулируемой государством. Именно государственная власть призвана координировать и направлять функционирование и развитие всех звеньев народного хозяйства, делая акцент на национальных интересах.

Особый интерес в «Национальной системе политической экономии» представляют высказывания Ф.Листа относительно значения национального единства и прочного политического устройства для экономического преуспевания России, после объединения ее земель в единое централизованное государство. «История России, начиная с XVII в. до 40-х гг. XVIII в., - писал Ф.Лист, - представляет поразительное доказательство того, какое могущественное влияние оказывают национальное единство и политическое устройство стран на экономическое преуспевание народа»¹. И далее Ф.Лист заключает: «Следует поучиться на примере России, которая достигла высокой степени благосостояния, гигантски продвигается по пути национального богатства и могущества»^{[16] [17].}

Главная заслуга Ф.Листа состоит в том, что он первым в истории экономической мысли систематически пользовался историей и историческими сравнениями как средством доказательства в политической экономии. Теоретически обосновав исторический метод в политической экономии, он положил начало формированию исторического направления в экономической науке.

Заслуга Ф.Листа состоит также и в том, что он, переведя общие принципы «классической школы» на язык национальной политической экономии, обосновал и конкретизировал ряд важных положений: 1) показал влияние политического единства и государственного управления на экономическое развитие, прогресс национального производства и умножение национального богатства; 2) обосновал взаимосвязь и взаимозависимость внешнеторговой политики и общей политической линии государства; 3) выдвинул положение, согласно которому государственная власть должна согласовывать и направлять усилия отдельных звеньев национального хозяйства в интересах обеспечения благоприятных долгосрочных перспектив развития всей нации.

Идеи Ф.Листа сохранили немаловажное значение и сегодня, особенно для развивающихся стран. Известно, что, например, Япония после Второй мировой войны проводила политику протекционизма, весьма напоминающую некоторые рекомендации Ф.Листа, что позволило этой стране достичь статуса великой экономической державы.

Вместе с тем и противники политики протекционизма имеют достаточно оснований для возражений принципиального свойства. Они утверждают, что государственное покровительство отечественной промышленности может избаловать своих производителей так, что в условиях иностранной конкуренции они окажутся беспомощными, как пловец, привыкший плавать со спасательным кругом и потерявший его. Следовательно, по их мнению, необходимо не только «промышленное воспитание», но и «воспитание конкуренцией». Этот спор и сегодня не решен окончательно. Однако, то, что каждая страна должна делать свой выбор на пути к экономическому прогрессу, сообразуясь со своими конкретными условиями и национальными интересами, доказано жизнью и в этом смысле Ф.Лист был, пожалуй, прав.

Высоко оценивая экономическое учение Ф.Листа, известный российский экономист, государственный и общественный деятель С.Ю.Витте писал: «Основательное знакомство с «Национальной системой политической экономии» составляет необходимость для всякого влиятельного государственного и общественного деятеля»^[18].

4.