Крепостная промышленность и мануфактура

Из истории развития видно, что Российское дворянство образовалось из военного сословия. Но дворяне не были собственниками земли, земля была в собственности государства и использовалась им для содержания армии.

В России не было цехов и купеческих гильдий, а во главе городов царь назначал администраторов из числа знатных людей и бояр. Таким обра­зом, крупное производство в России первоначально было государствен­ным. Внутри феодальной эпохи формируется капитализм. XVI-XVII вв. в истории Европы определяется, как период перехода от феодализма к капитализму. Если коротко обозначить этот период, то главными чертами являются:

Во-первых, это период первоначального накопления. Эго период подготовки основных условий для развития капиталистического произ­водств;

Во-вторых, это мануфактурный период, то есть это период государ­ства в промышленности - мануфактуры.

На примере передовых стран того периода (Англии и Нидерланды) рассматривается, что такое первоначальное накопление и мануфактур­ный период.

123

Для развития капиталистического способа производства, формиро­вания первоначального накопления требовалось создание определенных условий.

Во-первых, для развития производства необходим капитал, то есть определенная сумма денег, которая нужна для организации предприятия. У феодалов накапливались крупные суммы денег, но они использовались на их потребление, а не вкладывались в производство, поэтому не ста­новились капиталом. Поэтому накопление капитала - суть капитализма.

Вторым условием развития капиталистического производства являет­ся наличие свободной рабочей силы. При этом, они не имеют собствен­ного хозяйства и связанных с ним средств существования. Они в свою очередь вынуждены наниматься к капиталистам.

Как же практически совершалось первоначальное накопление капита­ла в Англии. Как известно, феодальная Англия занималась овцеводством и всегда считала важной частью хозяйства.

С изменением цен на шерсть на основе «революции цен» заниматься овцеводством стало выгодно с одной стороны, а с другой, продолжать феодальную эксплуатацию крестьян стало невыгодно. Для того чтобы увеличить производство шерсти необходимо было увеличить их пого­ловье, а это в свою очередь требовало увеличения территории, прежде всего пастбищные угодья для пастьбы все растущего поголовья овец. Основным резервом увеличения пастбищных угодий оставались только земли зависимых крестьян из своих феодальных владений. Английские обуржуазившиеся феодалы начали сносить целые деревни, превращая их в пастбища для овец, с последующим «огораживанием» этих земель. Хотя крестьянин такой же собственник земли, но английские феодалы к этому времени уже рассматривали свое право собственности на землю не как феодальное, а как буржуазное, полное право. То есть, наступало право «сильного».

Существовали и другие способы сгона крестьян с земли, например, арендные отношения. В отличие от фиксированной ренты арендную пла­ту могли увеличить в любое время и она повышалась в это время настоль­ко, что крестьяне - арендаторы просто разорялись.

В середине XVI в. этот процесс был секуляризацией церковных зе­мель, связанное с переходом к капитализму, в сфере идеологии стало распоряжение протестантского учения в христианстве в противовес ка-

124

топическому. При этом в Англии было ликвидировано 650 монастырей, и тысячи монахов пополнили армию безработных.

К этому король Англии распустил частные военные дружины феода­лов и при этом, большое количество бывших военных оказалось в числе безработных.

- пролетариатами [28].

Другие способы первоначального накопления капитала в истории Ан­глии описаны много, и, чтобы не прерывать связь между ними отмечены эти события - только тезисно.

Так, капиталы первоначально накапливались не в производстве, а в сфере обращения и кредита. Капиталы накопленные в сфере торговли и ростовщичества при переходе к капитализму начинают переливаться в промышленно сть.

Важнейшим источником накопления капиталов - ограбление и экс­плуатация колоний. Огромные капиталы наживались путем работоргов­ли, особенно ввоз рабочей силы из Африканского континента. Работор­говля из Африки в 1 рейс прибыль в 100% считалась невысокой, иногда прибыль достигала 300 и более процентов.

Англичане в своих действиях для наживы не брезговали способом пи­ратства, нападая на корабли чужих государств, которые плыли с грузом золота и других ценностей. Для оснащения пиратских экспедиций созда­вались акционерные компании, в которых принимали участие не только купцы и другие сановники, вплоть до королевы Англии. В начале XVII в. Англия захватывает колонии в Америке, разгромила испанский флот, а в конце XVII в. английские компании начали грабить Индию.

Одной из крупных источников накопления капиталов Англии была

- монопольная торговля, которая купленный товар перепродавала зна­чительно дороже стоимости. Так, «Московская компания» английских купцов вывозила из России - сало, воск, меха, лен, пеньку. Перепродавая русские товары в Европе, английские купцы получали повышенную при­быль.

Период первоначального накопления капиталов выше приведенными способами позволил английскому обуржуазившему феодалу переходить на стадию мануфактурного производства.

125

эксплуатация труда, рабочий, работая на хозяина мануфактуры получает заработную плату и, во-вторых, наличие разделения труда, где рабочий не выполняет комплексно изделие с начала до конца, а выполняет опреде­ленную специализированную операцию.

Изучение экономики России начала XVIII в. необходимо в нарушение сложившихся порядков не с сельского хозяйства, а с проблема промыш­ленного развития. Зго связано с тем, что сам Петр I обращал в первую очередь свое внимание на проблемы промышленности. На эти проблемы обращали внимание также и его современники, посвятившие свои труды его эпохе. Реформы Петра I в экономике России являются важнейшим этапом в развитии промышленности в начале XVIII столетия. В истории русской промышленности начинается мануфактурный период, который в условиях крепостного хозяйства затянулся до половины XIX в., когда эта «крепостная» мануфактура полностью превратилась в капиталистиче­скую мануфактуру, а затем в капиталистическую фабрику. Предысторией этому являются два момента: во-первых, развитие крепостной вотчинной промышленности в Русском государстве XVII в. и во-вторых, ремеслен­ной и кустарной промышленности.

Из истории развития русского государства видно, что во второй по­ловине XVII в., наряду с господством мелкой городской ремесленной промышленности, зарождаются формы «крупной» промышленности и, в первую очередь, они зарождаются в крупных вотчинных хозяйствах в виде различных работающих на широкий рынок промышленных произ­водств (например, предприятия Морозова и других). Кроме того, появ­ляются иностранные предприятия, для удовлетворения военных и граж­данских нужд государства. Зго свидетельствует о том, что русская ману­фактура и развившаяся крупная промышленность возникли не только в начале XVIII в., а возникли и функционировали во второй половине XVII в. и созданы они были не только в период царствования Петра I, как это утверждали представители народнического направления, а значитель­но раньше. Однако, своеобразные формы «крупной» промышленности в XVII в. не положили начало мануфактурного периода в русской про­мышленности. И тем не менее, история считает, что это начало следует отнести именно к петровским преобразованиям, в связи с тем, что опре­деленные элементы, бывшие налицо раньше и являющиеся необходимы­ми предпосылками возникновения мануфактуры, в петровские времена сформировались в законченную систему [29].

Вместе с тем, дискуссии среди историков и экономистов издавна вы­зывают острые разногласия. Основной вопрос, который вызывал дискус­сию в XX столетии - это является ли петровские мануфактуры капита-

126

диетическими предприятиями, или петровские мануфактуры были ману­фактурами «крепостниками», как и вся экономика петровской эпохи и т.д. Впервые, М.И. Туган-Барановский заявил, что созданная Петром I круп­ная промышленность не была капиталистической и что капиталистиче­ское производство в России того времени вообще не было возможно. По­кровский и его «школа» считали петровскую мануфактуру «крепостной мануфактурой». Далее, Рубинштейн, рассматривая вопрос о «зарождении капиталистических отношений в России, утверждает, что мануфактуры XVII и начала XVIII вв. являлись мануфактурами лишь по внешним при­знакам, в действительности не представляли чисто крепостнические вот­чинные предприятия - государственные или частные - и стояли еще вне капиталистического развития русской мануфактуры», были лишь «при­датком к помещичьему крепостному хозяйству» [30].

Однако, марксистская экономическая школа считала «мануфактуру» лишь особым этапом в развитии капиталистической промышленности, она как форма капиталистического производства, исторически предше­ствовавшая крупной машинной промышленности, «в развитии капита­листических форм промышленности... имеет важное значение, будучи промежуточным звеном между ремеслом и мелким товарным производ­ством с примитивными формами капитала и между крупной машинной индустрией (фабрикой)» [31]. Здесь необходимо привести предпосылки возникновения капиталистической мануфактуры на Европейском Западе и России, что позволит снять многие разногласия в понимании этого во­проса. Так, основными предпосылками возникновения капиталистиче­ской мануфактуры на Западе являлись: экспроприация земледельческого населения и возникновение наемных рабочих; накопление капитала и возникновение промышленного капитала; наличность рынка для массо­вого производства и широкого обмена на базе общественного разделения труда; Наличие мануфактурной, но все еще с достаточно ручной техни­кой. Что касается возникновения мануфактуры в России приведенные выше предпосылки принимали в значительной степени иной характер в связи с сущностью тех общественно-экономических отношений крепост­ничества, в сфере которого происходило возникновение мануфактуры в России в XVIII в., но которые не могли что-либо изменить капиталисти­ческой природы мануфактуры [32].

В этой связи можно проследить были ли в крепостнической России начала XVIII в. признаки социально-экономической природы капитали­стической мануфактуры. История отмечает, что крупный торгово-купече­ский капитал явился главным источником создания первых мануфактур петровского времени, кроме того, некоторые крупные землевладельцы,

127

небольшое количество иностранцев и другие лица. Большинство из них из-за недостатка собственного капитала получало на устройство про­мышленных предприятий пособия от казны. Размеры и число этих посо­бий по подсчетам Туган-Барановского, составляли не более 15-20 част­ных предприятий из сотни и получали ссуды на предприятие не менее 15-30 тыс. руб. Необходимо учитывать то, что «в допетровской Руси не существовало промышленного капитализма, но был вполне развит торго­вый капитализм. Концентрация торгового капитала, наблюдавшаяся в до­петровской Руси, была вызвана не правительственными мероприятиями, а естественной эволюцией торговли, преимуществами крупной торговли перед мелкой. Этот-то торговый капитал и явился базисом, на котором основалось крупное производство в эпоху Петра [33]. И как пишет далее М.И. Тугаи-Барановский «Торговый капитализм у нас как и в других стра­нах, предшествовал промышленному капитализму» [34]. Так, первыми крупными русскими фабрикантами и принадлежащими торговому сосло­вию были: купцы Сериков и Дубровский, фабрика возникла еще в 1698 г. «Большой суконный двор» в Москве принадлежал русской купеческой компании Щеголина с Товарищами. Крупная суконная фабрика в Казани купеческой компании Микляева и других есть тому свидетельство.

Возникновение «крупной» мануфактурной промышленности в Рос­сии XVIII в. было тесно связано с государством, с его военными и хо­зяйственными задачами, а вместе с тем и с той финансовой помощью, которую государство оказывало нарождающейся промышленности. То же самое происходило и в Западной Европе, где частное предпринима­тельство находило поддержку со стороны государства в виде различных промышленных привилегий, таможенной защиты и т.п.

Необходимо отметить, что в петровские времена - мануфактуры в значительной степени работали на широкий рынок, вырабатывая сукно, полотно, гвозди, посуду и т.д. Эго направление мануфактуры в России по­лучило значительно большее развитие, чем в Европейских государствах, ввиду неразвитости ремесла и более раннего возникновения широких рыночных связей и обширного рынка [35].

Одним из основных признаков образования мануфактуры является образование класса промышленного пролетариата. Крепостное хозяй­ство и закрепощение земледельческого населения не давали возможности значительного и быстрого формирования свободных и мануфактурных рабочих, как это требовалось быстрым темпом развития самой промыш­ленности. Кадры свободных и вольнонаемных рабочих могли пополнять­ся из городских ремесленников, но этот источник был невелик и не мог создать необходимое количество для мануфактуры квалифицированных

128

рабочих. Другим источником рабочей силой являлись отхожие крестьян­ские промыслы оброчных крепостных крестьян, отпускаемых помещи­ком, эти отхожие промыслы иногда давали мануфактуре относительно квалифицированный труд и они приносили выработанные на дому свои технические навыки в мануфактуру. Далее, наиболее квалифицированны­ми и свободными рабочими были иностранные рабочие, наиболее про­фессионально подготовленные к мануфактурному производству.

Однако, набор свободных рабочих для мануфактурного производства был наиважнейшим. Предпринимателям приходилось набирать наемных рабочих с большим трудом среди самых различных элементов: отстав­ных солдат и их детей, нищих, бродяг, из беглых и т.д.

Отличительная особенность в российской деятельности состоит в том, что в России первые ростки мануфактурной промышленности стали развиваться в среде крепостного хозяйства. И это имело важные послед­ствия. Так, крепостная система разрешала основной вопрос организации производства - о рабочей силе. Поэтому развивать промышленность и устраивать мануфактуры начинает не только купеческий капитал, но и поместное дворянство, имеющее значительное количество крепостной рабочей силы.

В интересах решения этой проблемы дворяне добились в 1762г. ука­за о запрещении предпринимателям покупать крестьян для своих ману­фактур, однако в 1798г. снова разрешалось покупать к промышленным предприятиям крестьян, хотя это разрешение не имело большого значе­ния, так как, начиная с XIX в. купеческие мануфактуры стали везде пере­ходить на вольнонаемный труд. Однако, дворянские мануфактуры еще долго использовали крепостной труд [36].

27.04.1682 г. Петр I был провозглашен царем. Первая четверть XVIII в. в России - период реформ Петра I. Основной целью этих реформ были ликвидация экономической отсталости России, развитие промышленно­сти. При Петре I было положено начало «крепостной мануфактуре». Эта была оригинальная российская форма промышленности с использовани­ем принудительного, крепостного труда.

В 1683 г. в подмосковном селе Преображенском, никем не руководи­мый, Петр набирает из слуг и приятелей толпу для потех, которая затем преобразовывается в два полка, Преображенский и Семеновский, в буду­щем явившихся ядром русской армии. В этих полках Петр прошел науку от барабанщика до сержанта (1691 г.), капитаном стал в конце Азовского похода (1696 г.), адмиралом - после Полтавы (1709 г.). Природное лю­бопытство и страсть к иностранным диковинам способствовали его за­нятию самообразованием. В 1693-1694 гг. он совершает в Архангельск

129

впервые морское путешествие, а затем в 1695-1696 гг. организовал Азов­ские походы против турок. Из приобретенного опыта Петр I счел необ­ходимым перемены в армии и во флоте. Для этого он снаряжает Великое посольство в Европу (1697-1698 гг.) с целью закрепления союза против турок, а также, для обучения россиян за границей морскому делу и кора­блестроению, поиск иностранных специалистов для службы в русской армии. Сам царь для того чтобы пополнить познания решил лично оз­накомиться с недостающим ему «надобными мастерствами» примкнул к посольству в качестве «волонтера Петра Михайлова».

В рекордно короткий срок в Пруссии, а затем в Нидерландах, в Ан­глии, Вене он изучил артиллерийское дело, плотницкое дело, навигаци­онное дело, а также царь посещал фабрики, заводы, госпитали, кунстка­меры, учился гравировке и литейному делу. В письмах в Россию он делал надписи: «Аз бо есмь в чину учимых и учащих мя требую!» а своему сыну с гордостью писал, что «воинским делом мы от тьмы к свету выш­ли, и нас, которых не знали в свете, ныне почитают».

Военные успехи Петра I: выгодный для России Константинопольский мирный договор (июнь 1700 г.), антишведский союз с Польшей, Саксони­ей и Данией (1699 г.), победа над шведами Ништадский мирный договор (30.08.1721 г.), заключение Петербургского трактата, в результате которо­го Россия получила южное и западное побережье Каспия, включая Баку.

По возвращении Петра I началась реформаторская деятельность во внутренних делах. Она началась с указов о бритье бород, о переодевании в европейские одежды всех (за исключением духовенства и крестьян), о замене, старого летоисчисления новым и введением с 1 января 1700г. вместо 1 сентября. Для покрытия расходов на войну царь вводил налоги

- драгунские, корабельные, рекрутские и т.д., а также, пошлины с бань, с продажи дубовых грабов, с бород, производилась перечеканка денег и многое другое.

Военные успехи позволили Петру I в определенной степени система­тизировать внутренние преобразования и придать им логическую завер­шенность. В период царствования Петра I значительно улучшилось эко­номическое состояние России. Эти успехи Петр I связывал с развитием промышленности, земледелия и торговли.

С деятельностью Петра I возникают три основных вида мануфактуры: казенные, посессионные, частные (купеческие), а также вотчинные дво­рянские промышленные предприятия. Для централизованного государ­ственного управления промышленностью, создаются Берг и мануфактур

- коллегии с подробным регламентом об управлении промышленностью

[37] .

130

В первой четверти XVIII в. возникло около 100 новых мануфактур, против 10 в конце XVII в.

В обобщенном виде можно утверждать, что в эпоху Петра I было на­чато освоение новых железорудных месторождений - Липецк, Урал, Оло­нецкий край. Получила развитие добыча цветных металлов, каменного угля, минералов и другие. Принимались попытки по сбережению лесов и даже, разведению новых, по улучшению пород домашнего скота и т. д. Для улучшения торговли царь заботился об исправном содержании сухо­путных дорог, многие реки и озера были соединены государственными каналами, поощрялся вывоз за границу не сырья, а готовой продукции

[38] .

Вместе с тем, необходимо было определить, что же представляли со­бой петровские мануфактуры в техническом и экономическом отношени­ях. Были ли они относительно крупными и технически централизован­ными промышленными предприятиями или, наоборот, они представляли собой простую совокупность примитивных светелок «кустарного» ха­рактера. Одни знатоки истории русской капиталистической фабрики - М.И. Туган-Барановский, историк украинской фабрики А.П. Оглоблин и П.Г. Мобомиров считали, что петровские и послепетровские мануфакту­ры представляли собой централизованные и весьма крупные по размерам предприятия, многие петровские мануфактуры имели по тысяче и более рабочих. Другие, например, Е.В. Тарле, И.М. Кулишер считали, что толь­ко очень немногие рабочие работали в здании мануфактуры, остальные работали на дому, а значительное число их было занято вспомогательны­ми работами. Однако, в последующем некоторые публикации подтвер­дили, что каким путем старые вотчинные промышленные предприятия, работавшие трудом «тяглецов» или барщинных крестьян у себя на дому, в некоторых случаях превращались постепенно в централизованные ма­нуфактуры, работавшие частью на крепостном, частью на вольном труде

[39] . Зги данные позволили историкам исследователям сделать выводы о том, что петровские мануфактуры начала XVIII в. хотя и работали в пре­обладающей степени ручным трудом и с примитивным техническим обо­рудованием, но все же с разделением труда внутри мастерских, иногда довольно крупных по своим размерам. В ряде отраслей, например, как суконное, полотняное, шелкоткацкое, весь процесс, разбивался между централизованной мануфактурой (тканье) и кустарной избой (уток, пря­жа, суровье), но везде с применением раздельного труда.

Если рассмотреть вотчины и централизации предприятий по признаку число рабочих, то многие мануфактуры представлялись крупными пред­приятиями. Так, например, на казенной парусной мануфактуре в г. Мо-

131

скве числилось 1162 рабочих, на суконной мануфактуре Щеголина - 730, на казенной суконной мануфактуре Микляева - 742 рабочих и т.д.

Не останавливаясь на всех направлениях развития промышленности в петровскую эпоху следует сказать, что петровская мануфактура значи­тельно расширила промышленное производство, как по своему числу, так и по новым отраслям производства. Имевшиеся допетровские отрасли в период правления Петра I получили сильнейший толчок для своего раз­вития. Так, по данным материалов стат-секретаря Петра I Кириллова к концу царствования Петра значились 233 мануфактуры, а по другим дан­ным, из 195 наиболее крупных мануфактур было 10 суконных, 9 полотня­ных, 7 шелковых, 5 кожевенных, 4 писчебумажных, 3 оружейных. Напри­мер, по размерам производства чугуна Россия того времени находилась на одном из первых мест в мире. Кроме металлургической промышлен­ности, успешно развивались текстильная промышленность, пороховая, кораблестроительная, стекольная, бумажное производство [40].

В заключении следует отметить, что петровской мануфактурой был впервые заложен капиталистический уклад в промышленности России. При этом крупная мануфактура при невысоком техническом уровне той эпохи (XVII-XVIII вв.) способствовала общему подъему производитель­ных сил России, особенно в развитии отрасли - металлургия, основы дальнейшего развития всей промышленности.

Петр I характеризуется современниками как человека неутомимой энергей и любознательностью, был очень способным и трудолюбивым человеком, обладал 14-ю ремеслами. «То академик, то герой, то море­плаватель, то плотник, он всеобъемлющей душой на троне вечный был работник», как писал о нем А. С. Пушкин. Как отмечают его современни­ки - был необычайно вспыльчивым, жестоким и безжалостным. Для до­стижения своих целей он не считался ни с чем. В период правления Петра I прогресс русского общества был достигнут благодаря принудительному труду и дальнейшему закрепощению крестьян, в 3 раза были увеличены налоги и на 20% сократилось население страны [41].

После смерти Петра I начался длительный застой мануфактурной промышленности России. Новый подъем мануфактурной промышлен­ности начался уже при Екатерине II (1763 г.). Царица в то время писала, что «Никаких дел, касающихся до торговли и фабрик, не можно завести принуждением, а дешевизна родится только от великого числа продав­цов и вольного умножения товаров [42]. Екатерина II издала ряд законов, ограничивающих государственную регламентацию, было запрещено по­купать к мануфактурам крепостных, а также, основывать новые посес­сионные предприятия. В целом при Екатерине II ускорилось развитие

132

производства. Так, число мануфактур за время царствования Екатерины выросло с 980 до 3200, а экспорт вырос с 13 до 57 млн. руб. [43]. Импе­ратрица Екатерина II правила во славу и величие России и считала свою вторую Родину - единственной. В. Ключевский писал, что «у Екатерины был ум не особенно тонкий и глубокий, но гибкий и осторожный, сообра­зительный. У нее не было никакой выдающейся способности, ни одного господствующего таланта, который давил бы все остальные силы, нару­шая равновесие духа. Но у нее был один счастливый дар: памятливость, наблюдательность, догадливость, чутье положения, умение быстро схва­тывать и обобщить все наличные данные, чтобы вовремя выбрать тон». Она обладала сильным характером, умением понимать и влиять на лю­дей. Основной секрет ее небывалой популярности заключался в том, что императрица ставила перед россиянами такие задачи, которые им были близки и понятны и которые они были в состоянии претворить на прак­тике [44].

4.3.2. Состояние и развитие сельского хозяйства в мануфактурный период

Главной целью мануфактурного периода Петра I было достижение основной цели - это укрепление мощи государства. Поэтому в сельском хозяйстве крупных преобразований не проводилось. С другой стороны, проведение крупных преобразований неизбежно затронуло бы монопо­лию дворян - помещиков на владение крепостными, на что дворянское государство не могло пойти на такую жесткую меру.

Кроме того, Петр I стремился возвысить и укрепить дворянство, сде­лать дворян служилым сословием. Он стремился, чтобы дворяне считали государственную службу своим почетным делом, чтобы умели править страной и руководить войсками в военное и мирное время. Для это­го обязательной повинностью дворян являлось: «до 15 лет должен был учиться, а в последующем обязан выполнять регулярную государствен­ную службу». Все эти положения закреплялись в 1714 году указом «О единонаследии». В соответствии с этим указом поместья должны были передаваться по наследству только одному из сыновей. Этот наследник освобождался от военной службы, для того чтобы он занимался своим хо­зяйством, а остальные сыновья должны были проходить военную службу. Этот же указ преследовал и другую цель - это не допустить дробления помещичьих земель и обеднения помещиков. Как видим, Петр I создавал всевозможные привилегии дворянскому сословию, он им доверял, он их выдвигал на руководящие должности, особенно по военной службе. Од-

133

нако, в 1730 году в связи с тем, что указ ограничивал права помещиков распоряжаться землей, он был отменен, а в последующем была отменена обязательная служба дворян. Как отмечают историки исследователи, те­перь дворянство стало узаконенным паразитическим сословием. Более того, увеличилась также и власть помещиков над крепостными. Так, кре­стьянам было запрещено жаловаться на своих господ - хозяев.

Определенная работа по улучшению сельского хозяйства правитель­ством Петра I велась. Так, уборка урожая серпами была заменена косами, как более производительная, чем уборка серпами. Кроме того для улуч­шения качества крупного рогатого скота выписывались из-за границы лучшие породы скота, а также мериносовые овцы. Основное внимание уделялось дворянами на увеличение товарности производства и усиление эксплуатации крестьян. Однако, приведенные меры в сельском хозяйстве в мануфактурный период России особого сдвига не дали.

Усиление эксплуатации крестьян вело к географическому разделению барщины и оброка. Так, барщина начала преобладать в южной чернозем­ной полосе. Такая специализация стала возможной в этой зоне отсутствия крупных промышленных центров - потребителей сельскохозяйственной продукции, крестьянам некуда было сбывать свои продукты, и некуда наниматься на заработки. Не получили в этой зоне распространение и промыслы. Здесь не было возможности увеличить денежный оброк. По­мещики в этих условиях расширяли свою запашку, производя на продажу пшеницу, отсюда увеличивая барщину.

В нечерноземной зоне земля значительно бедней, поэтому крестьяне Здесь дополняли доход от земли неземледельческими промыслами. Здесь помещики увеличивали денежный оброк за счет неземледельческих до­ходов крестьян.

При оброке крестьянин был меньше связан в своих действиях, он мог заниматься торговым и промышленным предпринимательством. В оброч­ных имениях усиливается расслоение крестьян. Так, некоторые крепост­ные графа Шереметьева имели по 600-700 крепостных, а иногда покупа­ли крепостных целыми деревнями, на имя своего помещика. Помещики поощряли инициативу и не покушались на собственность своих крепост­ных, они увеличивали оброк с разбогатевшего крестьянина.

Например, государственные крестьяне имели значительно большую экономическую самостоятельность и некоторые другие представители сельского населения, которые не находились в личной зависимости от помещиков. Главное для них было платить государственные подати и вы­полнять регламентированные государственные повинности.

134

Таким образом, сельское хозяйство XVIII в., ...века Апогея крепост­ничества, быстрой земледельческой экспансии на плодороднейшие и свободные южные земли, не только не испытало какого-либо ощутимо­го подъема в развитии производственных сил, но, наоборот, переживало полный застой их, местами с явным истощением естественного плодоро­дия почвы, с подрывом основной своей социальной базы - хозяйства кре­постного крестьянина. Социальная основа хозяйства, крепостничество становится все большим тормозом развития производительных сил как всего народного хозяйства, так и особенно земледелия [45].

Несмотря на то, что отдельные авторы - экономисты в своих иссле­дованиях, как Щербатов, Елагин и другие отмечают рост в XVIII в. то­варно-зернового хозяйства в центрально-земледельческом районе, видят падение земледелия. Основную причину «падения земледелия» Щерба­тов указывает на низкую производительность труда и квалифицирует это как «упрямство и леность» крестьянина. Сам Щербатов являлся наиболее тактичным представителем реакционных аграрно-крепостнических кру­гов, обосновывавших развитие крепостного хозяйства не на подъеме про­изводительности труда, не на перестройке его техники, а на «исконных» крепостничества с его застоем и отсталостью [46].

Однако, в наиболее прогрессивных помещичьих кругах с конца XVIII в. впервые проявляются попытки рационализации земледельческого хо­зяйства на примере западных агрономических учений XVIII в., как Теэра, Шубарта фон Клеефельда, английские голштинские системы сельского хозяйства. Однако, реальные результаты отдельных ученых и желаний были ничтожны и ограничивались практически только литературной пропагандой новых форм земледелия и не более. Эти отдельные попытки в условиях крепостного хозяйства оказались малоприемлемыми. Напри­мер, один из наиболее активных членов Вольного экономического обще­ства (ВЭО), один из первых ученых агрономов А.Т. Болотов, автор науч­ного труда «О разделении полей», проповедуя улучшенную семипольную «голштинскую» выгонную систему, пишет, что его рассуждения не только не подкреплены собственным опытом, но что вообще перехода от трехпо­лья к улучшенным системам полеводства ему не случалось нигде видеть [47]. По расчетам Болотова, эта система должна повысить урожай хлебов в 2-3 раза. И этот вопрос, перехода к улучшенным системам начинает на­ходить все большее освещение в литературной работе ВЭО и отдельных авторов, как Симборского, Рознатовского, Комова, Ливанова и других. Однако все эти сочинения мало читались и тем более мало применялись русскими помещиками. Русских помещиков интересовали отдельные во­просы связанные с земледелием, однако, не вопросы улучшения земледе-

135

лия, а прежде всего, вопросы о формах использования крепостного труда и о повышении доходов. Издавались инструкции по этим вопросам, их тоже мало кто читал - их никто не размножал, никто не печатал.

Вместе с тем, отдельные инструкции Татищева «Краткие экономи­ческие до деревни следующие записки» (1742 г.) [48], «наставления А. Волынского дворецкому Неличинову» [49], инструкции графа Шереме­тева, Шувалова, Орлова и других [50], подробнейшим образом излага­лись агротехнические правила ведения сельского хозяйства: разделение земли на угодья, разделение полей на севообороты, правила правильной пахоты, засева полей, унавоживания, уборки урожая, ухода за скотом и прочее, правила управления крепостными деревнями, организации кре­постного труда, попечительства о крепостном благосостоянии, о разви­тии среди крестьян ремесел, о крестьянском просвещении и прочее. В них излагались также правила устройства крепостной общины, произ­водства переделов, семейных разделов, отбывания рекрутчины, религи­озно-нравственного воспитания крестьян и т. д. Основными наставления­ми инструкции всех авторов являлись, во-первых, взгляд на крестьянина, как на подчиненное, неразвитое, ленивое существо, требующее постоян­ного и бдительного надзора и опеки помещика, и, во-вторых, забота о повышении доходов с вотчинных деревень. Эти требования изложенные в инструкциях составляли основную «проблему» крепостной сельскохо­зяйственной экономики и организации крепостного сельскохозяйствен­ного производства [51].

Важнейшей задачей правительства России являлось развитие вну­треннего рынка, который увеличивался по мере роста мануфактурного производства и товарности помещичьего хозяйства. Мануфактуры не только продавали основную часть своей продукции государству, но и одновременно приобретали на рынке материалы и сырье, необходимые для производства продукции. Сельское хозяйство Урала в полной мере не обеспечивало рабочих продовольствием, поэтому на уральские заводы из разных районов России везли хлеб, рыбу, ткани, а также табуны лошадей для использования в качестве заводского транспорта.

Следующим фактором увеличения внутреннего рынка был рост то­варности помещичьего хозяйства. Помещикам нужны были деньги для покупок, для этого необходимо было увеличивать эксплуатацию кре­стьян. Увеличение феодальной ренты означало увеличение массы сель­скохозяйственной продукции, но и одновременно увеличение покупок других товаров для помещичьего хозяйства.

Особую статью дохода представляла внешняя торговля и эта деятель­ность находилась под особым контролем государства. Затеянная война

136

на Севере преследовала возможности выхода к Балтийскому морю, «про­рубив окно в Европу» и для ускорения нового торгового пути Петр I при­ступил к строительству города Петербург и объявил его столицей России. Эти люди способствовали качественному изменению внешней торговли. Так, во-первых, на ведущее место в экспорте вышли промышленные то­вары, во-вторых, торговля получила активный (прибыльный) баланс.

И, тем не менее, денег в стране не хватало - это создание регулярной армии и их содержание; строительство морского флота, мануфактур. Не­обходимо было находить новые способы пополнения казны. Так, в 1704 г. была введена должность «прибыльщиков», в обязанность которых вхо­дило изыскание новых доходов для страны. Были введены налоги на ульи и даже на продажу огурцов, налог на бороды, а также прямые налоги с населения до 1724 г. - подворная подать (деньги с каждого двора), после чего значительно сократилось количество дворов, не только родственни­ки, но и соседи объединялись в один двор, чтобы не платить огромные суммы подворных налогов. В этих условиях, после «ревизии» подворная подать и части посевных налогов была заменена подушной податью, то есть сбор денег с каждой души мужского пола. В конце XVIII в. подушная подать составляла 34% этих доходов, на втором месте (29%) давал пи­тейный доход. Однако, расходы государства росли значительно быстрее доходов, увеличивая дефицит бюджета страны. Для того, чтобы покрыть дефицит, государство выпускает бумажные ассигнации. При этом их об­мен на звонкую монету был прекращен, усиленный выпуск ассигнации вызвал инфляцию.

Таким образом, в XVIII в. усилиями государства в России рождает­ся сложное переплетение феодальных и капиталистических элементов в экономике. И, тем не менее, этот симбиоз обеспечил дальнейший рост феодально-крепостнического хозяйства, усилил государство, повысил значение России в международных отношениях. Однако, как видно да­лее, возникшие противоречия, а иначе не могло быть, между развивав­шимся капиталистическим производством и крепостничеством привели к кризису всей феодально-крепостнической системы [52].

Истории известно, что капитализм возникает в недрах предыдущего, феодального хозяйства и при этом, как всегда, происходит борьба между старым и новым. Так, свободному развитию нового общества препят­ствует феодальная оболочка (правила, обычаи, привычки, положения ру­ководящего состава и т. и.), однако, новое побеждает. В конечном итоге в острейшей борьбе побеждает капиталистическое хозяйство. Феодальная система тормозила развитие буржуазных элементов в хозяйстве и в ко­нечном итоге она тормозила развитие всего хозяйства страны. В конкрет-

137

ной стране, как Россия, крупное производство в форме мануфактуры не соответствовало феодализму.

Так, в начале XIX в. в России начинается промышленный переворот. Свидетельством являются то, что в начале столетия возрос ввоз машин. Если в начале столетия ввозилось машин на 80 тыс. руб., то в 50-х гг. - на 8 млн. руб. Только в Петербурге в 1860 г. действовало 15 машинострои­тельных предприятий. Зго означало возникновение машиностроения в России [53].

Вместе с тем, промышленность России, приспособленная к условиям феодализма, приняла форму крепостной мануфактуры. Эта форма в опре­деленной степени способствовала подъему в XVIII в. Промышленность в первой половине XIX в. начала испытывать депрессию. Каковы же были причины? Их было несколько.

Во-первых, по подсчетам статистиков того времени, наемный рабо­чий в разных отраслях промышленности давал в 2,3 и 4 раза больше про­дукции, чем крепостной. Смена крепостного труда на наемного рабочего должно было стимулировать внедрение машин в производство, так как, машина не только значительно повышает производительность труда, но и подчиняет рабочего своему (машинному) темпу. Вывод, производитель­ность крепостного труда была значительно ниже производительности на­емного труда, вооруженного техническими средствами.

Во-вторых, в условиях применения крепостного труда, применение машины не сокращало, а увеличивала затраты. Хозяин не мог отпустить освободившихся крепостных, потому, что они были его собственностью. Отсюда, в условиях крепостного труда было невыгодным применение техники.

В-третьих, - крепостное право заставляло хозяина содержать (за счет производства) безработных, они находились на его содержании. Дело в том, что заработная плата крепостных рабочих состояла из 2-х частей: де­нежной и провианта, то есть бесплатный паек для всех членов семьи ра­бочего, числившихся при предприятии. Так, на казенных и посессионных заводах каждому взрослому полагалось в месяц 2 пуда муки, ребенку или подростку - 1 пуд муки. Между тем, число крепостных работников по­степенно увеличивалось путем естественного прироста. Оказалось много безработных, лишних «хлебоедов». На предложения посадить мастеро­вых на землю отказывались, переселиться добровольно в деревню, также желающих не оказалось. Если мануфактура еще могла быть крепостной, то крепостная фабрика была - невозможна. Вывод - машины оказались несовместимыми с крепостным трудом.

В четвертых, сложность заключалась в том, что крепостничество тор­мозило развитие промышленности даже там, где крепостной труд не при-

138

менялся. Оно повышало стоимость рабочей силы, а свободных рабочих не хватало. Наемные рабочие в основном составляли оброчные крестья­не, но они были, во-первых, только сезонными и, во-вторых, не имели никакой квалификации для работы в промышленности.

В пятых, как свидетельствует история переходного периода, крепост­ничество значительно сужало внутренний рынок. Здесь ситуация ска­зывалась так, что основная масса населения составляли крестьяне, при­крепленные к земле. Хозяйство крестьян было натуральным и мало что покупали промышленных изделий, а с ремонтом инвентарей, сломанных в хозяйствах крестьян, хорошо справлялся деревенский мастер - кузнец. Крестьяне сами ткали полотно и готовили из него одежду. Однако, не во всех отраслях в равной степени крепостничество тормозило развитие. Несколько успешно развивалось хлопчатобумажное производство. За первую половину XIX в. хлопчатобумажное производство выросло в 50 раз. Россия не только обеспечивала себя хлопчатобумажными тканями, но и успешно начала вывозить в страны Ближнего Востока. В этой отрас­ли крепостной труд не применялся, новая отрасль работала на импортном сырье. Как видим, здесь работал наемный труд и работа на широкий на­родный рынок способствовала ускорению развития хлопчатобумажной отрасли.

Более всего кризис феодально-крепостнической системы затронул горно-металлургическую промышленность. Во второй половине XVIIIb. Россия занимала первое место в мире по производству железа, но на рубеже XIX в. ее догнала Англия, к началу 60-х гг. Россия производила уже в десять раз меньше железа, чем Англия. К 1825 г. крепостной труд сохранялся, сохранялись дворянские суконные, металлургические - же­лезные, чугунные, стальные, посессионные, писчебумажные помещичьи предприятия [54]. На остальных предприятиях в подавляющей степени господствовал уже наемный труд.

Основным вопросом хозяйственной деятельности для всех был во­прос о перестройке их крепостной основы на капиталистическую - о пе­реходе к свободному «вольнонаемному и квалифицированному труду, о переходе к улучшенной капиталистической технике, о работе на широкий рынок на общих началах капиталистической конкуренции, а не на основе крепостнической монополии и права владельца. Крепостной строй, пока он не был окончательно разрушен, являлся основным тормозом для всех новых тенденций развития в XIX столетии.

Однако, несмотря на господство крепостного хозяйства, промышлен­ность России сделала довольно крупные успехи за исследуемый период. Так, русская промышленность в конце XVIII в. и в начале XIX столетия

139

по некоторым важнейшим показателям вышла на одно из ведущих мест по сравнению с другими странами. Крупных успехов достигла черная ме­таллургия, по которой Россия вышла на одно из первых мест. В 1800 г. производство чугуна Россия достигла в объеме 10,3 млн. пудов, русский (уральский) чугун высокого качества, а Англия произвела за это время 11- 12 млн. Однако, затем, к 1850г. XIX в. Россия произвела всего13-16 млн. пудов, против произведенной в Англии - до 140,1 млн. пудов. К этому времени впереди России стояли Франция, США, Австрия (19 млн. пу­дов), Пруссия (27 млн. пудов), а Россия произвела - 17,6 млн. пудов. К середине XIX в. Россия в области промышленного развития все более отставала от передовых капиталистических стран мира.

В настоящее время (4.3.2.) в основном изложены состояние сельского хозяйства, а в сельском хозяйстве России особо крупных преобразований, как в промышленности, не наблюдалось. Если бы даже и было желание проводить преобразования, то обязательно затронули бы монополию дво­рян-помещиков на владение крепостными и не пошло бы на это и само дворянское государство. Поэтому, для достижения основной цели - укре­пления мощи государства, проведение реформы сельского хозяйства не сочли необходимым.

К началу XIX в. перед помещичьим хозяйством во весь рост и остро встал вопрос о путях и способах повышения производительности кре­постного труда и роста производительных сил хозяйства. Для помещика рост производительных сил означал повышение доходности от его сель­ского хозяйства. Одновременно этот рост производительных сил означал повышение производительности крестьянского хозяйства. Без этих вза­имностей не могло быть речи о подъеме помещичьего хозяйства. Но, на этом пути стоял, ими же возведенный тормоз - сама крепостная система. Как известно, проблема развития сельского хозяйства в пределах кре­постной системы стояла в течение полувека основной проблемой тогдаш­ней сельской экономики. В связи с этим известный помещик Ю.Самарин в 50-х годах XIX в. отмечал, что «владельцы значительных имений мало занимались сельским хозяйством и по большей части довольствовались умеренным оброком, собирая сверх того натурою разные припасы для своих домашних потребностей. Згот порядок вещей изменялся постепен­но от совокупного действия многих причин..., дворяне почувствовали не­обходимость пристальнее заняться своими делами, увеличить свои дохо­ды, обеспечить на будущее время верное их поступление и для достиже­ния этих целей, естественно, избрали самое сподручное и дешевое сред­ство: заведение барщины» [55]. Необходимо отметить, что решающее значение, оказали тем не менее, общие изменения в экономике России,

140

которые выразились в начале XIX в. в подъеме промышленности, росте хлебных цен, увеличении экспорта продукции. Зги меры способствова­ли развитию предпринимательства, открывали возможность повышения денежных доходов, заставляли улучшать технику хозяйства, повышать производительность крепостного труда. Эта эпоха отличается громадным оживлением интереса к сельскому хозяйству и к поиску, и нахождению прогрессивных форм и его систем в помещичьих кругах и в литературе первой четверти XIX в. Однако, эпоха увлечения «основой всех богатств» - земледельческой промышленностью, быстро прошла, как и возникла, оставив потомкам довольно богатое литературное наследие. Но это было, по своей экономической сущности огромной попыткой, так как это был первый опыт русского сельскохозяйственного предпринимательства на крепостной основе, обреченный на неудачу.

Вместе с тем «прогрессивные» помещики пытались строить свое хозяйство по западноевропейской научной агрономии. Производили для этого замену экстенсивного зернового хозяйства плодосменной си­стемой. Научная деятельность (Петербург и Москва) была занята ис­ключительно проповедью этой плодосменной системы. Например, в не­черноземном центре это выражалось преимущественно в травосеянии и переход к животноводческим отраслям хозяйства в помещичьих и в крестьянских хозяйствах. А на юго-западе страны техническая рациона­лизация помещичьего хозяйства практиковалась в развитии свеклосея­ния и организации свеклосахарных заводов. На юге страны впервые и в наибольшей мере начинают внедряться элементы капиталистической техники и организации сельского хозяйства и в этих условиях стали тре­бовать применения вольнонаемного труда и капиталистической техники. Этому способствовала правительственная политика колонизации ново­российских губерний иностранными колонистами, вводившими в здеш­них условиях крупное капиталистическое или фермерско-крестьянское товарное хозяйство, внедряющими более высокую технику земледель­ческого производства. На юге страны внедрялись улучшенные машины, преимущественно уборочные - жатки, молотилки, был разрешен в 1806 г. для юга России, беспошлинный ввоз иностранных сельскохозяйственных машин. Кроме того, были сделаны первые попытки организации в России заводов сельскохозяйственных машин - в Кременчуге, Ромнах, Одессе и первые русские конструкции сельскохозяйственных машин - железный «плужок» Павлова, молотильные машины Щербакова, веяльные машины Кульмана, орало Гусатникова и др. Здесь же, в 1820-1830 гг. создаются крупнейшие капиталистические хозяйства, сначала экстенсивно живот­новодческих направлений - мериносовое овцеводство, а затем и зерновое хозяйство с направлением на экспорт.

141

И тем не менее, это были отдельные явления, которые терялись в об­щей массе отсталого крестьянского хозяйства, отсталого помещичьего хозяйства в условиях крепостных отношений, в крепостной общей массе, примитивной технике. В 40-х годах XIX в. в результате складывающей­ся неблагоприятной рыночной конъюнктуры и неудачей опытов «евро­пеизации» русского крепостного хозяйства начинается реакция против всех увлечений западом и стремление к возврату к «самобытным» фор­мам крепостного хозяйства. В этих условиях помещичье хозяйство сто­яло перед следующей и, как им казалось, единственной возможностью, то есть, увеличения своих доходов путем качественного роста запашек и экстенсивным направлением хозяйства за счет усиления эксплуатации крестьянского труда.

Однако, крепостное земледелие за 60 лет XIX в. давало почти ста­бильную урожайность, то есть, практически за весь XIX в. не дало приро­ста и урожайность равнялась - 3,5-3,6 или это выражалось на десятину в среднем около 30-35 пудов. Кроме того, следует отметить частые засухи, а отдельные губернии подвергались жесточайшей засухе и отдельные гу­бернии были охвачены голодом. Низкие урожаи были также следствием низкой техники крестьянского и помещичьего земледелия, сокращения скотоводства и отсутствия удобрений, все - это было неизбежным след­ствием крепостной системы хозяйства [56].

Рассматривая развитие сельского хозяйства следует, что в современ­ных условиях жизнеобеспечение народов значительно усложняется. Судьба народов в руках самих народов. Спасение разных народов зави­сит от того, какой путь развития выберут эти народы и в свою очередь необходимо опираться на исторические местные традиции, которые на­копились у народов. Однако, в реальности видно чрезмерное и не эффек­тивное использование природных ресурсов. Растрачивается природный потенциал страны. В этой связи следует показать как передовая россий­ская интеллигенция той эпохи видела и высказывала свои идеи о ведении сельского хозяйства России. Таким бесценным трудом является в обла­сти сельского хозяйства «Деревенское зеркало», или общенародная кни­га, сочиненная не только, чтобы ее читать, но чтоб по ней и исполнять» (1798-1799 гг.). Книгу «Деревенское зеркало» можно рассматривать, как продолжение русской модели «Домостроительства» в сельском хозяйстве конца XVIII столетия.

Однако, здесь следует дать небольшую справочку. Дело в том, что ав­торы книги С. Валянский и Д. Калюжный «Третий путь цивилизации, или спасет ли Россия мир?» (М.; Алгоритм, 2002,- 496с.). Книге «Дере­венское зеркало... приписывают авторство А.Т. Болотову. По уточнении,

142

А.Т. Болотов не является автором этой книги [57]. Далее, как пишут С. Валянский и Д. Калюжный в своей вышеназванной книге, что «те же идеи, что и в «Домострое», можно найти и в более поздних книгах». И далее, отмечают, например, в книге А.Т. Болотова «Деревенское зеркало или общенародная книга, сочиненная не только, чтобы ее читать, но чтоб по ней и исполнять» (1798-1799) и далее приводятся отдельные выдерж­ки из вышеназванной книги, без указания страниц и т. д.

Действительно произведение «Деревенское зеркало...» издано в 3-х частях, в Санкт - Петербурге, 1798-1799, неизвестным автором [58].

Вместе с тем, хотелось бы отметить, что А.Т. Болотов (1738-1833), известный основоположник русской сельскохозяйственной науки XVIII и начало XIX столетия один из основоположников отечественной агро­номической науки. Например, в своей знаменитой работе раскрыл свой­ства и доброты земель Каширского уезда. Вывел сорта плодовых куль­тур, разработал принципы лесоразведения и лесопользования, написал труды по введению севооборотов и организации сельскохозяйственных территорий. Его интересовали многие вопросы, касающиеся земледелия, в частности: «Какого рода Земля?», «Какого рода хлеб больше сеется и во сколько раз урожай бывает?», «Много ли сеется пшеница и для каких причин не размножается?», «Не сеется ли другого, какого хлеба и стара­ются ли размножить пеньку и лен?», «По какой цене земледелец на месте хлеб продает?». В равной степени его интересовали состояние у крестьян скота и обеспеченность кормами, например, «довольно ли травы и сколь­ко у крестьянина какого скота?», «Какое содержание скота у крестьян в обыкновении зимою, как рано выгоняют на поле и как поздно пригоняют домой?». Поучительным являются такие вопросы, например, как «Чем унавоживают землю, разделяют ли пашенную землю, дают ли ей год от­дыхать, выжигают ли леса и кустарники для расчищения поля и довольно ли унавоживают землю», «в которое время возят навоз на поле и что на новом сеют?». Из приведенных данных видно, что у А.Т. Болотова основ­ное его научное направление было на организацию сельскохозяйственно­го производства, улучшения культуры ведения земледелия, животновод­ства, улучшение лугов и пастбищ и организации территорий и т.д.

Таким образом, заложенная в свое время в «Домострое» средневеко­вая важнейшая хозяйственная идея на самообеспечение и самооргани­зацию продолжается в трудах исследователей XVII-XVIII в. Идеи, изло­женные в «Домострое» находятся в книге «Деревенское зеркало», напри­мер, «смолоду учили при всех делах обдумывать: как?, Когда?, Где?, Для чего?, К чему?, И через кого?. Как, и чрез чтобы при малом...наследстве нажить честно богатство» [59].

143

Вместе с тем, наряду с поучениями о рациональном ведении сель­ского хозяйства делают замечания на нравы деревенских жителей своего времени. Так, например, «Здешние жители по большей части имеют не­сколько грубый нрав, а особенно в больших волостях и на воле живущих деревнях, притом также они упрямы, своенравны, завидливы и мститель­ны. Живут между собой более в несогласии, нежели в согласии, и друг другу нередко повредить стараются. При том народ такой, из которого все не столько ласкою, сколько принуждением сделать можно. К послуша­нию они склонны и притом любят грозу, при малой же воле поднимают голову, ни на кого не смотря. «При всем том», что следует подчеркнуть, «более к трудолюбию, нежели к лености и празднолюбию склонны, од­нако есть много таких, которые более ленивы и любят больше ходить и ездить по сторонам, где они, естественно, лучшее довольствие имеют, не­жели в домах своих». И далее, видимо в неурожайные годы людям не до веселья и гулянья: «что касается до веселостей, то по худобе годов ника­ких особливых веселостей здесь не видно». Видимо, в неурожайные годы употребляемая пища бывает бедной: «пища сдешних обывателей весьма худая и бедная. Хлеб ест мужик по большей части веяный и смешанный с ячменем и овсом. Случается часто, что за неимением другого хлеба весь семенной, овес и ячмень поедают..., мяса мужики почти во весь год не видят;... Более же питается пустыми щами, а иногда кашею, молоком и яйцами. Пьют более одну воду».

В результате недоедания, изнурительного труда на господина и от­сутствия всяких социальных благ приводило людей к преждевременной смерти: «Наконец, живут здесь в нынешние годы меньше, чем в прежние таких стариков, которым лет по 80, весьма мало. Обыкновенно [6о].

Рациональное ведение хозяйства - один из важнейших принципов хо­зяйствования. По этому поводу говорится: «Прибыло скотины, прибыло навоза, пошел родиться хлеб, а от хлеба повелось все». И далее: «Кто пашню худо пашет, худо навозит, негодными семенами обивают, у того бывает хлебу не урожай, а причина тому, что осенью уродилось много опенок» [61].

В разделе «крестьянское правило» говорится: «Дети у крестьян богат­ство..., но смолоду приучат их к трудам, чтоб были добрые хлебопашцы, а не лежаки». «Трудись до поту, после слюбится: трудом можно и железо переломить». «Что сегодня сделать можно, до утра не откладывай». «Чу­жой хлеб сладок, да приедчив» [62].

Важнейшим хозяйственным принципом считалось: самообеспечение и самоограничение, например, «Береги денежку про черный день». «Что сбережено дома, за тем не в люди ходить», «Не купи чего хочется, по-

144

купай без чего обойтись нельзя», «Что сам можешь сделать, за то денег не плати». Девизом самообеспечиваюгцего крестьянского хозяйства слу­жило - ничего покупного, где главное было - хозяйственная независи­мость. «Ешь то, чем можно быть сыту, пей то, чем можно утолить жажду: одевайся так, чтоб не быть нагу; так твои расходы не будут свыше при­ходов». Все приведенные и огромное количество нравоучений и правила бережно сохранились в народе и следовали им.

Далее: «Когда я сыт, на день есть во что одеться, а ночь есть на чем спать: чего же больше? От жаренного не сытнее наешься, как и щами с кашею». Тонкое сукно не лучше греет сермяги». Наработавшись столько сладко уснешь на соломе, как на перинах» [63].

Отмена крепостного права и реформа 1861-1866 гг.

Известно, что непосредственным началом к ликвидации крепостного права послужили проявления кризиса феодально-крепостнической си­стемы, которое привело к банкротству крепостнических методов хозяй­ствования в условиях развития рыночных отношений, выражалось в ра­зорении помещиков. В это время в банк страны заложено 2/3 помещичьих имений, с каждым годом увеличивалась продажа поместий с аукциона. Экономическая отсталость России привела к поражению в Крымской во­йне. Российские оружия защиты оказались значительно слабее по скоро­сти и дальности стрельбы по сравнению с оружием противника, Россий­ский флот был парусным, против парового флота французов и англичан. В этих условиях единственным спасением экономической отсталости виделась ликвидация крепостничества. Вот почему в 1857 году создан­ный Секретный комитет по крестьянским делам приступил к подготовке Положения о реформе.

В связи с этим необходимо раскрыть содержание феодальной систе­мы права в России. Эго право закрепляло зависимость крестьянина от помещика, право помещика на личность, имущество и труд крестьяни­на. Крепостное право узаконивает неполную собственность феодала на работника производства - крепостного, которого феодал уже не может убить, как это было во времена рабовладельческого строя, но хозяин-фе­одал мог продать или купить.

Спрашивается, откуда произошло само понятие - крепостное право? Ответом на этот вопрос является то, что «Основой крепостного права яв­ляется собственность феодала на главное средство производства - Зем­лю, к которой прикреплен крепостной крестьянин». Как видим, отсюда произошло и само понятие. В западной Европе элементы крепостного права исчезли в XVI-XVIII вв. В Центральной и Восточной Европе в

145

XVI-XVIII вв. распространились суровые формы крепостного права и за­тем в ходе буржуазных реформ конца XVIII-XIX вв. отменено. В России в общегосударственном масштабе крепостное право охранялось судебни­ком 1497 г., указами о заповедных летах и урочных летах и окончательно - соборным уложением 1649г. В XVII-XVIII вв. все несвободное населе­ние слилось в крепостное крестьянство. Крестьяне постоянно вели борь­бу против крепостного права, участвовали в крестьянских войнах под предводительством И.И. Болотникова, С.Т. Разина, Е.И. Пугачева [64].

Главным видом феодальных повинностей на ранней стадии феодаль­ных отношений, являлась барщина. По мере роста городов феодальное хозяйство все более связывалось с рынком, увеличивались феодальные повинности, широкое распространение получает натуральный и денеж­ный оброк, но при этом барщина не ликвидировалась. Таким образом, в XVI-XVII вв. происходит окончательное закрепление крестьян в России. Вместе с тем, сохранялось право выхода. В 1497 г. был издан закон, раз­решающий крестьянам выход только один раз в году - за неделю до и после в течение недели Юрьева дня (26 ноября), после уборки урожая. В последующем, в 1649 г. крестьянский переход был окончательно запре­щен. Это означало окончательное государственное оформление крепост­ного права.

В XVIII в. крепостное право в России принимает самые что ни на есть, жестокие формы. Помещику дали право продавать, покупать и вы­менивать крестьян, женить и выдавать женщину замуж, ссылать в другие места в порядке наказания, вплоть в Сибирь, отдавать на долгие годы в солдаты. У крепостного не было никаких прав, он не мог отлучаться из дворянского имения, приобретать имущество. Екатерина II запретила крестьянам даже жаловаться на своих хозяев-помещиков. Ответом на та­кое отношение крестьяне вели смертельную борьбу против крепостного права, о чем было сказано выше.

Сам процесс освобождения крестьян согласно положению от 19 фев­раля 1861 года проходил в два этапа. На первом этапе крестьяне объяв­лялись лично свободными, но земля оставалась собственностью поме­щика. При этом за пользование своими прежними наделами крестьяне должны были нести феодальные повинности. В этом состоянии они ста­ли называться - «временнообязанными», а не крепостными крестьяна­ми. На втором этапе, после определения условий выкупа земли, начали освобождение, когда крестьяне выкупали свою же землю у помещиков. При этом, в разных районах потребности крестьянского хозяйства в зем­ле были разными и поэтому установить «справедливый! Размер надела практически было невозможным. Поэтому для каждой губернии были

146

установлены наподобие «вилки» - «высшие» и «низшие» наделы. Так, высшие наделы по разным губерниям колебались от 3 до 7 десятин на душу мужского пола, низшие - от 1 до 2 десятин. При этом были уста­новлены всевозможные ограничения в отношении крестьян, но делалось это без ущемления интересов помещиков. Помещики имели право отре­зать часть крестьянской земли в свою пользу. Кроме всего, у помещика должно было оставаться после надела не менее 1/3 всей земли поместья. Но если у помещика оказалось земли меньше этой нормы, то помещик мог отрезать недостающую землю у крестьян. Крестьянам не полагалось отводить леса, а для сбора грибов, ягод, хвороста и т. д. крестьянину не­обходимо было покупать специальные «билеты» у помещика.

Крестьянам тех полученных земель не хватало для обеспечения себя и своей семьи продуктами и они были вынуждены арендовать их у по­мещика, а расплачиваться приходилось за аренду крестьянину своим трудом, то есть, «отрабатывать» арендную плату в хозяйстве помещика. Таким образом, «отрезки» породили «отработки». Крестьянин не мог за­платить все недоимки в обговоренные сроки и был вынужден брать ссу­ду у помещика, а в последующем отрабатывал эту ссуду в помещичьем хозяйстве. Таким образом, не только отрезки, но и выкупные платежи порождали отработки. Зго была самая настоящая кабала крестьянства. Таков был внешний ход истории проведения реформы.

В.И. Ленин, рассматривая общие условия аграрного развития Рос­сии после реформы писал, что реформа 1861 г. направляла развитие по «русскому» пути, когда «...основным содержанием эволюции является перерастание крепостничества в кабалу и в капиталистическую эксплу­атацию на землях феодалов-помещиков-юнкеров [65]. Революционный, «американский» путь развития, путь ломки и уничтожения помещичьих латифундий и свободного развития капиталистического и фермерско- крестьянского хозяйства, не мог найти осуществления в реформе 1861 г. Но после реформы 1861 г. идет борьба крестьянства и помещиков за тот или другой тип аграрной эволюции, и «в экономической истории совер­шенно явственно обнаруживаются оба эти типа эволюции» [66].

Реформа 1861 г. вызвала необходимость буржуазных преобразований и других частей государственного аппарата и общественной жизни: Зем­скую реформу - 1864 г., судебную - 1864 г., реформу городского управле­ния - 1870 г. и введение всеобщей воинской повинности - 1874 г.

История отмечает, что после реформы 1861 г. пережитки крепостных хозяйственных отношений сохранялись еще долгое время, высокие до­ходы помещиков практически сохранялись полностью, в помещичьих хозяйствах и после реформы организуется на началах эксплуатации кре-

147

стьянского хозяйства. Господствующий земледельческий класс сумел провести реформу так, что и без крепостного права поставить крестья­нина в самые жесткие условия эксплуатации путем экономического при­нуждения. Как отмечал В.И. Ленин «И эти «освободители» (помещичье правительство) так повели дело, что крестьяне вышли «на свободу» обо­дранные до нищеты, вышли из рабства у помещиков в кабалу к тем же помещикам и их ставленникам» [67].

И тем не менее, в результате ликвидации крепостного права и прове­денных затем реформ, Россия встала на путь буржуазного развития.

4.4.