Ветхозаветная и новозаветная традиция решения проблемы смысла жизни

Здесь, в свою очередь, напрашивается сравнение Ветхого завета с Новым, иудейской и христианской традиции. Заключая завет с Авраамом, Бог не обещает ему Царствия Небесного, но лишь бесчисленное потомство, то есть продолжение и геометрическое умножение его воли к жизни.

Последовательным выражением подобного эгоцентрического стремления является фундаментальный проект принципиально бездетного Сартра, согласно которому смысл человеческой жизни заключается в том, чтобы стать Богом. Именно поэтому фараоны, вообразив себя живыми богами египтян, строили гигантские пирамиды, в надежде на последующее телесное воскрешение. В одной из таких монументальных усыпальниц археологами было найдено зерно, которое проросло спустя четыре тысячи лет после своего «захоронения».

В этом суть, и естественное решение проблемы смысла жизни, интуитивно постигнутое простыми людьми, но так и не понятое философами. Зерно реализует себя, умирая, но давая, тем самым, новую жизнь новым зернам. Потому что не только смерть осуществляется через жизнь, но и жизнь через смерть. «Истинно, истинно говорю вам: если пшеничное зерно, падши в землю, не умрет, то останется одно; а если умрет, то принесет много плода. Любящий душу свою погубит ее; а ненавидящий душу свою в мире сем сохранит ее в жизнь вечную» [Иоанн, гл. 12, ст. 24-25].

Издревле люди считали величайшим несчастьем умереть бездетными или пережить своих детей, потому что жизнь в этом случае не состоялась. Отрицание бесконечного как реального приводит нас к выводу, что дискретность - неотъемлемая черта всего сущего. Книгу жизни нельзя затягивать, иначе она становится неинтересной. Тем более ее не следует пытаться длить вечно. Аналогичным образом вечно существующее человечество как аналог остановленного мгновения - не более чем воплощенная статуарность, живой памятник самому себе.

В ситуации конечности и дискретности существования предназначение человека и человечества не в том, чтобы стать богами, трансформировав в вечность временность, а в том, чтобы взять свою смерть в свои руки, рационально определив ее. Именно в этом, на наш взгляд, и заключается позитивный экзистенциальный смысл грядущего апокалипсиса.

5.3.