Островные близнецы

Два государства держатся особняком в этом иссле­довании денежного принципа многосторонних отношений и растущего недовольства международной денежной си­стемой: Великобритания и Япония.

Ни одно из государств не присоединилось к денеж­ному союзу и громогласно не высказывалось против до­минирования США в международных валютных организа­циях. И Япония, и Великобритания сохраняют собствен­ные валюты и собственные центробанки, на их террито­рии в Токио и Лондоне находятся соответствующие фи­нансовые центры. Японская иена и фунт стерлингов Ве­ликобритании официально признаны МВФ в качестве ре­зервных валют, и как Япония, так и Великобритания име­ют крупные устойчивые рынки облигаций, необходимые для поддержания этого статуса.

Однако Япония и Великобритания слабы в отноше­нии золотого резерва: у них всего около 25 % золота, не­обходимого для соответствия отношению золота к ВВП у США или России; у Японии и Великобритании даже мень­шее соотношение золота к ВВП, чем у Китая, который сам по себе испытывает нехватку золота. Напротив, Япония и Великобритания представляют собой чистейшие случаи

доверия к бумажным деньгам. Каждой из стран угрожают печатные машины, недостаточность золота, отсутствие союзников и запасного плана.

Япония и Великобритания - часть мирового денеж­ного эксперимента, организованного Федеральной ре­зервной системой США и озвученного бывшим председа­телем совета управляющих ФРС Беном Бернанке в двух речах: одной - произнесенной в Токио 14 октября 2012 г. , и другой - произнесенной в Лондоне 25 марта 2013 г. ^[169 В своей речи в Токио Бернанке заявил, что в обо­зримом будущем США продолжат политику количествен­ного смягчения посредством наращения денежной массы. Таким образом, у торговых партнеров есть два варианта.

¹⁶⁹ «U.S. Monetary Policy and International Implications», замечания Бена Бернанке в Токио, Япония, 14 октября 2012 г.,

http://www.federalreserve.gov/newsevents/speech/bernanke20121014a.htm; и «Monetary Policy and the Global Economy», замечания Бена Бернанке, 25 марта 2013 г., http://www.federalreserve.gov/newsevents/speech/bemanke20130325a.htm.

¹⁶⁹ «U.S. Monetary Policy and International Implications», замечания Бена Бернанке в Токио, Япония, 14 октября 2012 г.,

http://www.federalreserve.gov/newsevents/speech/bernanke20121014a.htm; и «Monetary Policy and the Global Economy», замечания Бена Бернанке, 25 марта 2013 г., http://www.federalreserve.gov/newsevents/speech/bernanke20130325a.htm.

спросу, равно как и по мировой торговле, и погрузит раз­витые и развивающиеся рынки в общемировую депрес­сию.

Несмотря на аргументацию Бернанке, его политика дешевого доллара имела потенциал подстегнуть ампли­туду девальвации валют по принципу «разори соседа», войну валют, которая может привести к торговой войне, как случилось в 1930-х. Бернанке унял эти опасения в своей лондонской речи 2013 г. Он сказал, что проблема с девальвациями в 1930-х заключалась в том, что они были скорее многостадийными, чем совпадающими во време­ни. Каждая страна, проведшая девальвацию в 1930-х, могла выиграть в росте и доле рынка экспорта, но это происходило за счет стран, которые еще не провели де­вальвацию.

«Сегодня наиболее развитые промышленно экономики остаются... в тисках медленного восстановления после Великого экономического спада. При повсеместном сохранении инфляции центральные банки в этих странах проводят стиму­лирующую денежно-кредитную политику для под­держания роста. Является ли такая политика конку­рентной девальвацией? Напротив, потому что де­нежно-кредитная политика является стимулирую­щей в подавляющем большинстве промышленно развитых экономик, и больших и устойчивых изме­

нений в... валютных курсах этих странах ожидать нельзя. Сколь-либо значительные преимущества кредитно-денежного стимулирования в развитых экономиках не создаются с помощью изменения ва­лютных курсов; наоборот, они исходят из поддерж­ки внутреннего совокупного спроса в каждой стра­не или регионе. Более того, поскольку более силь­ный рост в каждой экономике является условием благотворных последствий для торговых партне­ров, эти меры представляют собой действия не по принципу «разори соседа», а скорее беспроигрыш­ные «обогати соседа» •^[101].

Риторика Бернанке на тему «обогати соседа» не принимает в расчет соседей на развивающихся рынках, таких как Китай, Корея, Бразилия, Таиланд и все осталь­ные, где курс местных валют должен повышаться (а экс­порт - страдать), чтобы «стимулирование» Бернанке сра­ботало в развитых экономиках. Другими словами, япон­ский экспорт может оказаться в выигрыше, но это может произойти за счет экспорта Кореи, и так далее. Возмож­но, это не будет валютной войной всех против всех, но это все же будет война, которая столкнет США, Велико­британию и Японию с остальными членами G20.

У Японии и Великобритании есть еще одна причина поддерживать печать денег и последующую деваль­вацию, к которой настоятельно призывает ФРС. Печать денег существует не только для стимулирования экспор­та, но и для увеличения импортных цен. Такой импорт по более высокой цене вызовет инфляцию, нейтрализую­щую зарождающуюся дефляцию, которая появляется в

США и Великобритании и уже давно существует в Япо­нии. В случае Японии инфляция в первую очередь выра­зится в повышении цен на импорт энергоносителей, а в случаях США и Великобритании - в более высоких ценах на одежду, электронику и определенные виды сырья и продуктов питания.

Соотношение долга к ВВП и в США, и в Великобри­тании примерно 100 %, и оно возрастает, тогда как соот­ношение долга и ВВП в Японии превышает 220 %. Это рекордно высокие значения. Для инвесторов в этих соот­ношениях более важна тенденция, чем абсолютный уро­вень, а тенденция ухудшается. Все три государства дви­жутся к кризису государственного долга, если их полити­ческие курсы не окажутся настроены на то, чтобы напра­вить эти соотношения долга и ВВП на путь уменьшения.

Отношения долга к ВВП вычисляются скорее в номи­нальном, чем в реальном выражении. Номинальные долги должны погашаться номинальным ростом дохода. Номинальный рост равняется реальному росту плюс ин­фляции. Поскольку реальный рост еле ощутим, центро­банки должны вызывать инфляцию, для появления хоть какой-то надежды на увеличение номинального роста и сокращение соотношения долга к ВВП. Когда снижение процентной ставки, вызванное политическими причина­ми, невозможно продолжать, потому что ставки по суще­ству нулевые, излюбленная технология банкиров центро­банков - это насыщение экономики денежной массой, на­правленное в том числе на импорт инфляции через де­вальвацию валюты.

Английский банк участвовал в четырех раундах на­сыщения экономики денежной массой, начавшихся в мар­те 2009 г. Последующие раунды этого насыщения были

предприняты в октябре 2011 г., феврале и июле 2012 г. Ожидаются и дальнейшие сделки, пока Банк Англии не достигнет своей цели инфляции. Банк Англии освежающе откровенно высказывается, что стремится к достижению скорее номинального, чем реального роста, хотя надеет­ся, что реальный рост может стать побочным продуктом. Вот официальное объяснение покупки облигаций для ре­ализации насыщения рынка денежной массой: «Цель этих приобретений была и остается в том, чтобы вбро­сить деньги непосредственно в экономику для повыше­ния номинального спроса. Несмотря на разные способы претворения в жизнь денежной политики, цель остается неизменной - достичь результата 2 %-ной инфляции в единицах измерения потребительских цен ИПЦ»-¹”¹-

Ситуация в Японии другая. Начиная с декабря 1989 г., с момента краха пузырей акций и недвижимости, Япо­ния находится в состоянии, которое можно описать как Долгую депрессию. В 1990-х гг. Япония для поддержания экономики на плаву рассчитывала в первую очередь на налогово-бюджетное стимулирование, но в конце 1990-х началась более разрушительная фаза депрессии. Номи­нальный ВВП Японии, достигший пика в 1997 г., снизился к 2011 г. почти на 12 %. Индекс потребительских цен в Японии достиг вершины в 1998 г. и с этого времени неуклонно снижается, показатели ИПЦ достигают поло­жительных значений в относительно небольшом количе­стве кварталов. Это азбучная, если не интуитивно понят­ная, истина: экономика со снижающимся номинальным ВВП все же может иметь реальный рост, когда инфляция сменяется дефляцией. Но этот вид реального роста ни-

¹⁷¹ «Quantitative Easing Explained», Bank of England

http://vwz.-w.bankofengland.co.uk/monetarypolicy/Pages/qe/defaut.aspx.

чем не может помочь правительству в вопросах долга, дефицитов и сбора налогов, поскольку они основаны на номинальном росте.

Отношения Банка Японии к насыщению рынка де­нежной массой, инфляции и нацеленности на номиналь­ный ВВП более непрозрачно, чем у Банка Англии. Дея­тельность Банка Японии по снятию денежных ограниче­ний до 2001 г. была несистематической и противоречи­вой даже в рамках самого банка. Умеренная программа насыщения рынка денежной массой началась в марте 2001 г., но она была слишком мала, чтобы оказаться эф­фективной. Подробное исследование влияния насыщения рынка денежной массой в Японии с 2001-го по 2011 г., проведенное МВФ, делает заключение: «Влияние на эко­номическую активность... оказалось ограниченным»-*⁷²;.

Внезапно в воскресенье, 16 декабря 2012 г. япон­ские политические меры и кредитно-денежная политика изменились с избранием Синдзо Абэ на должность пре­мьер-министра и безоговорочной победой его Либераль­но-демократической партии. Выборы дали партии Абэ по­давляющее преимущество в парламенте Японии, которое позволяло преодолевать вето сената. Абэ открыто агити­ровал за платформу печати денег, включая угрозы вне­сти поправки в законы, регулирующие деятельность Бан­ка Японии, если тот не сможет их печатать. Абэ сказал: «Кредитно-денежная политика очень редко становится фокусом выборов. Мы выступаем за необходимость преодолеть дефляцию, и наша аргументация получила

¹⁷² Berkmen, S. Pelin, «Bank of Japan's Quantitative and Credit Easing: Are They Now More Effective?», International Monetary Fund, IMF Working Paper WP/12/2, January 2012, http://www.imf.org/e