ГЛОБАЛИЗАЦИЯ ЗНАНИЙ И ПРОГРЕСС Н. И. Кибец, А. В. Аперян Донской государственный технический университет, г. Ростов-на-Дону, Россия

Summary. Progress in science and technology is accelerating rapidly. Science and creativity involved in more and more people. Our knowledge is not purely earthly character, they are supplemented with information about kosmecheskih processes.

Key words: science; education; progress; globalization; reform; conflict.

Количество новой информации, производимой в эпоху развития информационного общества, достигло столь внушительных размеров, что это вызвало необходимость реформы образования, став при этом объектом внимания госструктур всего мира и органов надправительственной власти.

Вместе с тем прирост знаний оценивается весьма неравнозначно: от нигилизма до эйфории. Поэтому целью нашего анализа стало выяснение меры обоснованности таких мнений.

Методологией этого эссе стало историческое и логическое, абстрактное и конкретное.

Изучение литературы, посвящённой исследованию влияния прироста знания на общество, обнаружило ряд интересных особенностей. С одной стороны, это связано с противоречием между массой производимых знаний о мире и способностью человека её объективировать. Во-вторых, затраты на производство новых знаний и их окупаемостью явно несоизмеримы. В-третьих, бурный рост новой информации, её внедрение и образование стали столь разительными, что потребовалось реформирование с целью повышения науко- ёмкости всех видов человеческой деятельности.

Изложенное выше позволяет полагать, что очеловечивание человека сообразно с объёмом используемых знаний. Это в первую очередь означает, что техника Древнего Египта (во всяком случае - в том виде, как мы её сейчас себе представляем сегодня) не позволяла тогдашним людям построить пирамиды, культовые здания и сфинксов. В определённой мере это относится и к сооружению в Стоунхендже, металлическим «опорам моста» в Армении, рисункам, неисчислимым дольменам и т. п. В отмеченных артефактах воплощены столь высокие технологии, которыми мы не располагаем даже в наши дни.

История и логика научного знания фактически предстаёт перед нами в виде череды преодоления парадоксов. В ходе развития европейского рационализма у истоков науки стоял древнегреческий мыслитель Зенон, который своими апориями показал всю противоречивость нашего знания, несколько в иной форме это же обстоятельство отмечено и в «великом молчании» Будды и в антиномиях Канта. Лишь в эпоху Возрождения Николай Кузанский, открыв миру теорию бесконечности больших и бесконечно малых величин, приблизил человечество к возможностям осмысления количественной стороны противоречивой природы движения, изменчивости понятий. Следующим шагом в развитии гносеологии стали труды супругов (по первому браку) Энштейн, которые своей теорией относительности сформулировали предпосылки стохастики. Практически это выразилось в принципиально новом отношении человека к миру вещей и к миру идей. Начиная со второй половины прошлого века и по настоящее время все виды наукоёмких производства стали строиться на вариативности, на учёте принципиальной роли случайных процессов. Этим самым мы смогли радикально повысить качество производимой продукции, преодолеть саму возможность появления техногенных аварий (и даже заранее предсказывать их) и обеспечить, прежде, казалось бы, недостижимую точность производства массовых изделий.

Само появление информационной техники радикально изменило характер мышления человека, объёмы учитываемой информации, что сказалось на темпах прироста новых знаний, на уровне достоверности и обоснованности принимаемых решений и на характере труда. ЭВМ позволили начать автоматизацию производства. Освобождающиеся при этом кадры во всё больших количествах стали находить своё применение в сфере творческого труда, в производстве новых знаний об объективном мире1, в разработке принципиально более совершенных видов техники и технологий.

Не менее интересным, на наш взгляд, оказалось и осмысление темпов самого процесса развития. Так, со времен Селевка, Платона и Евклида теоретически считалось, что в двухмерном пространстве прямая - это вполне реальное понятие, соответствующее действительности. Трёхмерность, разработанная Декартом и усиленная Эн- штейном, создавала возможность возникновения некоторых сомнений на этот счёт. Особенно это стало заметным в условиях высоких скоростей. К примеру, чем выше скорость движения объекта, тем большее количество факторов оказывает на него влияние, и он, чтобы не погибнуть, должен их определённым образом учитывать, т. е., как минимум, отклоняться от этой прямой или, скажем, от эллиптической орбиты. До недавнего времени считалось, что космический вакуум - это пустота. Однако освоение и изучение космического пространства показало, что в этой пустоте есть множество материальных объектов. При сравнительно малых скоростях передвижения в космосе вероятность встречи с ними остаётся также относительно невысокой. Но с чем большей скоростью мы будем двигаться, тем выше вероятность нежелательных встреч. Здесь мы имеем дело с «относительным уплотнением» пространства, времени и материальных объектов.

На практике сказанное выше означает, что мы лишь в абстрактном мышлении, в целях образования и преподавания, в узком кругу понятий и деятельности, в проектировании и в земной технике имеем дело с абсолютными прямыми, сферами, овалами, эллипсами и т. п. С выходом во внеземные просторы наши земные понятия обязаны претерпевать существенные изменения, это означает, что орбиты планет и их спутников, летательных кораблей никогда не повторяются до тех пор, пока они находятся в свободном, т. е. не корректируемом полёте. Это именно то, о чём еще в прошлом веке столь прозорливо говорил академик В. И. Вернадский, отмечая, что «наши знания носят чисто земной характер» и с выходом в мир высоких скоростей, в необходимых условиях необходимо учитывать уже иные реалии, делать соответствующие поправки. Отсюда прямо следует, что с развитием знаний мы учитываем всё большее количество прежде не принимавшихся в расчёт факторов. Поэтому проводимая реформа образования означает переход наших знаний, уровня рациональности на качественно более высокий, и совершенный уровень. И этот процесс обрёл глобальный характер.