§3. Страны с переходной экономикой и их интеграция в мировую экономику

Среди множества проблем мирового экономического развития выделяется одна относительно молодая проблема: замена планово-централизованной экономики на рыночную в странах, которые до определенного момента считались социалистическими.

Международные экономические организации к этой категории относят только государства, образовавшиеся после распада СССР (т.е. страны Балтии и СНГ), Монголию и восточно—европейские го­сударства (или их преемников). Остальные бывшие соцстраны (Ки­тай, Вьетнам, Лаос, КНДР, Куба) отнесены к группе развивающих­ся. Считается, что эти страны продолжают «строить коммунизм» и, следовательно, никакого перехода не осуществляют. К тому же происходящие в Китае и Вьетнаме изменения преподносятся мест­ными властями просто как реформирование существующей систе­мы (хотя многие иностранные аналитики в последнее время все больше сомневаются в этом). Кроме того, Китай сознательно пози­ционирует себя как развивающуюся страну.

Переходная экономика представляет собой смешанный тип хозяйствования, объединяющий черты планового и рыночного хо­зяйств. При этом предполагается, что с течением времени рыночные элементы будут постепенно заменять рудименты плановой экономики. Этот процесс в мировой истории происходит впервые, поэтому столь велико и внимание к нему.

Переходный период в обществе и экономике — это период сложной системной трансформации, единый и комплексный про­цесс, в котором все органично взаимосвязано.

В экономике в этот период идет формирование качественно новых субъектов хозяйст­вования, правил и практики делового поведения. Преобладающей основой организации и функционирования бизнеса становится ча­стная собственность на капитал (средства производства) и свобода цивилизованной конкуренции.

Вместе с тем системный переход является не самоцелью, а ин­струментом для достижения более важной цели: формирования ры­ночного хозяйства. Процесс перехода продолжается до сих пор, но конечная цель этого перехода все еще не достигнута. По всей ви­димости, сокращение разрыва между передовыми рыночными стра­нами и постсоциалистическими государствами требует значительно большего времени, чем это считалось в начале трансформации.

То, что развитые государства признали отдельные страны с переходной экономикой (например, Польшу, Венгрию, Чехию, Словению, страны Балтии, Россию и некоторые другие) странами с рыночной экономикой еще не означает, что все они стали таковыми в полной мере и в равной степени.

Во многих случаях статус страны с ры­ночной экономикой давался не столько за достижение каких-либо показателей, характеризующих ту или иную сферу экономики, а сколько за стремление и постоянное продвижение по пути рыночных преобразований.

Различия стартовых условий в странах с переходной экономи­кой обусловили большой разброс мнений относительно моделей перехода от плановой экономики к рыночной. Каждой стране (группе стран) приходилось создавать эти модели с чистого листа или адаптировать к своим условиям опыт тех государств, которые начали процесс трансформации раньше.

Отсутствие среди экономистов общепризнанной универсальной модели объясняется рядом причин:

• относительной молодостью проблемы подобного перехода и отсутствием исторических прецедентов. Теоретическое осмысление процессов перехода не успевало за практикой преобра­зований (в отдельных странах — особенно стремительных);

• абсолютной уникальностью условий каждой страны, различ­ными исходными уровнями экономического развития, струк­туры экономики, географического положения, социально-экономических институтов и т.п.

Международные экономические организации также стремились внести свою лепту: ими были разработаны модели перехода. Однако слабым местом этих разработок, например, программы Международ­ного Валютного Фонда (МВФ), — было то, что они носили чисто тео­ретический характер, и их применение в условиях реального реформи­рования постсоциалистических стран затруднялось из-за имевшихся в них серьезных противоречий и ограничений. С этим соглашались даже специалисты самих международных организаций — разработчиков различных программ.

Общей чертой для большинства предлагавшихся моделей было формулирование следующих ключевых задач, решение которых, по замыслу, и должно было определить успех или неуспех перехода:

1) либерализации экономики, т.е. смягчения действовавших ограничений в области ценообразования, торгово—посреднической деятельности (как внутри страны, так и за ее пределами), установ­ления хозяйственных связей и т.д.;

2) изменения отношений собственности, подчеркнутого внима­ния к развитию частного сектора (крупного и мелкого). Основным инструментом для этого была выбрана приватизация;

3) структурной перестройки экономики (изменения отраслевой структуры, принципов управления производством, системы приня­тия решений у хозяйствующих субъектов и т.п.);

4) подавления инфляция, преодоления трансформационного спада;

5) содействия адаптации экономических субъектов к новым ус­ловиям хозяйствования.

Главные же отличия моделей перехода к рыночной экономике заключались в разной приоритетности осуществления этих задач и времени, отводимом на их реализацию. Последний признак и лег в основу разделения этих моделей на два типа: использующих принцип шоковой терапии и градуализма.

Принцип шоковой терапии означает, что все перечисленные задачи должны быть решены одновременно и в сжатые сроки.

Градуализм предполагает последовательное решение тех же задач, осуществляемое отдельными этапами.

К преимуществам шоковой терапии можно отнести скорость проведения реформ.

Недостатком является то, что, если реформы зайдут в тупик или скорость их осуществления заметно упадет, будет сложно отступить на прежние позиции, поскольку все прежние институты, экономические механизмы уже разрушены.

Положительным моментом градуализма является то, что снижа­ется риск возникновения тупиковой ситуации в процессе реформи­рования экономики. Каждый этап реформы в случае его неудачи может быть пересмотрен, т.е. существует возможность отступить назад, стабилизировать ситуацию и предпринять новую попытку. Кроме того, уменьшается вероятность резкой негативной реакции общества на радикальные перемены и, как следствие, возможность социального взрыва.

Уязвимое место градуализма — вероятность возникновения серьезных противоречий между институтами плановой экономики и элементами рыночной экономики, перенесенными в нерыночную среду. Это может усложнить социально-экономическую ситуацию даже больше, чем при шоковой терапии. Помимо этого, реализация модели градуализма требует большого запаса прочности в экономике, готовности населения к реформам, доверия общества к политическому руководству.

По указанным причинам реализация этих моделей не гарантирует абсолютного успеха. Выработка направления реформ, планирование их реализации, определение роли государства, общества, экономиче­ских институтов должны базироваться на конкретных местных усло­виях.

Во внимание следует принимать весь спектр особенностей страны: экономическую и политическую историю, географическое положение, внешнеторговых партнеров, место в международном раз­делении труда, отношение общества к реформам и т.д.

По мнению ряда ученых-экономистов, модели шоковой терапии и градуализма при всей их позитивности применимы для лечения и стабилизации пусть и больной, но лишь рыночной экономики. На­личие рынка предполагается как данность.