Глава первая ФАКТЫ

Конструкторы всякого рода поперечных срезов абстрагируются от конкретных деталей, чтобы таким образом познать “сущность” или “норму” того, что происходит в действительности. Таким путем, однако, им не удалось приблизиться к цели.

Избавимся от привычки экономистов-теоретиков предоставлять доскональное изучение отдельных хозяйственных фактов современности практикам или специалистам в области экономики предприятия, а фактов прошлого — историкам. Как раз отдельные факты нам и надлежит исследовать самым внимательным образом. Не в том смысле, что мы просто намереваемся броситься в океан фактов. Одного лишь обыденного наблюдения и знания будет недостаточно. Крестьянка, десятилетиями регулярно посещающая субботний базар, мало смыслит в сути тех взаимосвязей, перед лицом которых она всякий раз оказывается. Наука изначально отличается от такого донаучного отношения к хозяйству радикальной постановкой вопросов и глубоким осмыслением фактов. Мы расположим обе проблемы (по указанным выше причинам) иначе, чем прежде: сначала мы исследуем формы хозяйственного порядка и лишь затем — взаимосвязи повседневного хозяйственного процесса.

I. ФАКТЫ НАСТОЯЩЕГО

Дабы начать с того, что нам ближе, обратимся прежде всего к современности. С чем я сталкиваюсь? Допустим, мне знакомы овощной магазин и другие предприятия розничной торговли, сапожная и иные ремесленные мастерские, несколько фабрик, крестьянских хозяйств, железная дорога, домашнее хозяйство, в котором я живу, другие домашние хозяйства и множество подобных образований.

Служащий А, который работает на местной фабрике по производству искусственного шелка, живет со своей семьей из трех человек в небольшом домике. При исследовании данного домашнего хозяйства на передний план выходят два обстоятельства. Во-первых, тот факт, что оно не существует изолированно, а теснейшим образом связано с производственными единицами и другими домашними хозяйствами: муж отправляется на фабрику искусственного шелка и получает там свой доход, его жена покупает продукты питания, одежду и большинство других вещей, потребляемых семьей, в магазинах или же непосредственно у сельских хозяев и ремесленников. Кроме того, семья имеет счет в сберегательной кассе, а значит, вступает в определенные отношения с данным финансовым институтом.

Во-вторых, семья работает на себя — это другой важный факт. На приусадебном участке члены семьи в соответствии с определенным планом возделывают разные овощи и картофель, которые самой же семьей и потребляются. Таким образом производятся блага, не предназначенные для обмена с другими домашними хозяйствами и производственными единицами. Домашнее хозяйство, следовательно, является и звеном в большой цепи менового хозяйства, и небольшим собственным натуральным хозяйством. Разумеется, обе эти ипостаси взаимосвязаны. Например, вопрос о том, какие культуры возделывать на приусадебном участке, решается в том числе и в зависимости от того, каковы рыночные цены на овощи и другие продукты питания. Но здесь нам важно не это, а установление принципиальной двойственности домашнего хозяйства.

Вот здесь-то и вступает в дело тот метод абстрагирования, по

нять который крайне важно. Отдельные стороны индивидуального явления — данного домашнего хозяйства семьи А — берутся изолированно, и таким образом получаются “идеальные типы”. В противоположность “обобщающей” абстракции, желающей удержать то общее, что присуще множеству различных предметов, и являющейся излюбленным инструментом тех, кто конструирует ступени развития хозяйства и хозяйственные стили, “выделяющая” или “изолирующая” абстракция имеет дело с одним-единственным предметом.

Второй, несколько более трудный случай: в хлопкопрядильне Т. города Р. в Центральной Германии в 1929 г. наличествовали с точки зрения форм лишь элементы хозяйства менового типа при отсутствии каких бы то ни было следов централизованного регулирования хозяйства. Но формы связи предприятия с рынком были разнообразными. В целях реализации своей пряжи предприятие заключило картельное соглашение с другими немецкими хлопкопря- дильнями — значит, в данных областях рынка оно выступало как часть некоего монопольного образования. Напротив, на многих из тех рынков хлопчатобумажных изделий, где данное предприятие также предлагало свою продукцию, господствовала конкуренция. Заработная плата тогда регулировалась соглашением между союзом работодателей и профсоюзом текстильщиков, т.е. в ходе переговоров между монопольными объединениями неполного типа. Электроэнергия поступала с городской электростанции, обладавшей абсолютной монополией. Пять лет спустя, в 1934 г., картина совершенно изменилась. По закону о прядильной отрасли, а также под влиянием иных мер государства эта фабрика, как и все другие немецкие текстильные предприятия, была подчинена непосредственному регулированию из центра. Прежде всего прекратилась свободная закупка сырья. Хлопок и другие виды сырья начали выделяться в централизованном порядке. Распределение сырья, следовательно, перестало подчиняться анонимным силам рынка, став функцией определенных центральных ведомств. Запрет на инвестиции ограничил применение новых машин; и здесь отчетливо обнаружились

черты централизованно управляемого хозяйства.

Наконец, третий пример: хозяйство крестьянина А в Гессене является, как большинство крестьянских подворий, одновременно домашним хозяйством и производственной единицей. В 1938 г. оно во многих отношениях демонстрировало элементы централизованно управляемого хозяйства. Подворье обеспечивало семью крестьянина мясом, овощами и фруктами. Это типичное проявление небольшого централизованно управляемого хозяйства. В то же время в его деятельность властно вторгаются, определяя структуру хозяйства, мощные центральные экономические инстанции: крестьянин должен ограничивать площадь, занятую посадками сахарной свеклы и хмеля. В производстве обеих указанных культур подворье представляет собой всего лишь звено двух больших, находящихся под государственно-правовым контролем хозяйственных образований, охватывающих всю Германию. Одновременно во многих отношениях оно является звеном менового хозяйства, причем его связь с последним осуществляется в самых разнообразных и изменяющихся во времени формах. Рожь, свинина, молоко и другие продукты в 1938 г. сдавались по государственным фиксированным ценам в определенных пунктах, между тем как пятью годами раньше цены на них складывались на рынке. При продаже вина в 1938 г. крестьянин мог рассчитывать на гарантированные минимальные цены, но какую цену ему уплатят в действительности, выяснялось только в момент сдачи продукции. Существовали фиксированные ставки заработной платы сельскохозяйственных рабочих, контролируемые государством цены на минеральные удобрения. Каждая из этих форм была важна с точки зрения повседневного хозяйствова

ния крестьянского двора: если бы не ограничения, крестьянин мог вырастить больше сахарной свеклы и хмеля; регулируемые цены на свинину побуждали его разводить больше свиней, снижение государством цен на азотные удобрения — применять больше удобрений.

Выделяя на примере отдельного крестьянского двора, домашнего хозяйства, современного промышленного предприятия особые элементы порядка, мы приходим к важному выводу: в современных условиях почти каждое домашнее хозяйство и практически всякая производственная единица имеет свои особенности. Причем разнообразие форм проступает тем отчетливее, чем глубже мы вникаем и чем больше отдельных хозяйственных единиц мы исследуем. Однако разнообразие возникает лишь вследствие того, что всякий раз иным оказывается сочетание форм порядка. Число же выявленных чистых форм вполне обозримо. Данный вывод, как мы впоследствии увидим, окажет огромное влияние на общий характер национальной экономии. Как из 30 с небольшим букв может быть сложено громадное число слов разного состава и длины, так из ограниченного числа основополагающих чистых хозяйственных форм может образоваться бесчисленное множество хозяйственных порядков. Задача науки заключается в том, чтобы при помощи выделяющей абстракции предпринять возможно более глубокие, законченные исследования. Завершенность означает лишь одно: должны быть выявлены все те чистые, идеально-типические формы хозяйствования, из которых как в прошлом, так и в настоящем складываются конкретные хозяйственные порядки.