1.5. Хозяйственные отношения хозяйствующего субъекта

Ни один хозяйствующий субъект, исключая разве лишь Робинзона, не может обойтись без хозяйственных отношений, устанавливаемых и поддерживаемых с раз­личными социально-хозяйственными агентами.

138

ношения собственно хозяйственные, так и отношения по природе своей нехозяйственные, но необходимые для осу­ществления хозяйственного процесса. Хозяйствование — реализующаяся система разнообразных отношений, а каж­дый хозяйствующий субъект — узел отношений и узелок в сети отношений.

Без отношений — внутренних и внешних — нет хозяй­ствующего субъекта. Нет хозяйствующего субъекта без отношений с другими хозяйствующими субъектами. Хозяй­ствование—дело всегда совместное, оно реализуется че­рез хозяйствования, взаимодействие хозяйствований, в отношениях между хозяйствованиями.

Отношения между хозяйствующими субъектами — ос­новные отношения в рамках любого общественного хозяй­ства, включающего в себя, разумеется, хозяйствующих субъектов.

Отношения между хозяйствующими субъектами субъ­ективны и объективны одновременно. Нельзя недооцени­вать ни субъективности, ни объективности этих отношений. Легко впасть в крайность: либо посчитать, что хозяйствую­щие субъекты делают, что хотят, либо, наоборот, признать их бессилие перед неотвратимостью бытия. Диалектика субъективного и объективного в хозяйственных отношени­ях сложна, она реализуется и проверяется как чисто практически, так и идеально. При всей важности матери­альной практики отвергать идеальные мотивы деятель­ности человека ни в коем случае нельзя.

Хозяйственные отношения как таковые устанавливают­ся вполне сознательно. Один субъект вступает в отношения с другим субъектом. Одно сознание — с другим сознанием. Однако взаимоосознанность конкретного отношения не исключает возможной неосознанности действительного характера устанавливаемого отношения, его природы и значения.

139

сколь осознанны, столь и неосознанны, сколь субъективно-упорядоченны, столь и объективно-стихийны. Приоритет того или иного из перечисленных начал зависит от конкрет­ных созидателей и носителей отношений, возникшей вокруг них объективной ситуации, общего культурно-историческо­го фона, ,

Каждое отдельное отношение устанавливается созна­тельно. Но вправе ли мы говорить о сознательной реализа­ции всей совокупности отношений в обществе? Наверное, нет, ибо поведение массы отношений (за исключением, быть может, небольших и изолированных общественных образований) не подчиняется только сознательному об­щественному порядку, какой бы утверждающей силы ни был этот порядок. В массе отношения носят более объек­тивно-стихийный, чем субъективно-упорядоченный харак­тер, подчиняясь одновременно как разным порядкам, так и разным стихиял*.

Важно иметь в виду, что стихийное прямо противостоит не сознательному, а особого рода порядковому, при кото­ром всякое «беспорядочное» исключается, т. е. механичес­кому порядку. Стихийное противопоставляется сознатель­ному в случае, когда речь заходит о сознательном общест­венном порядке, а более точно, либо при необходимости преодолеть разошедшуюся стихию с помощью сознатель­ного общественного порядка, либо о невозможности удер­жать сознательный общественный порядок в собственных рамках под напором расходящейся стихии. Стихийное противостоит не сознательному как таковому, а сознатель­ному порядку, что далеко не одно и то же, тем более если учесть, что само сознание вовсе не чуждо стихии как внутри себя, так и во взаимоотношениях с другими сознаниями, во взаимоотношениях со всем миром.

Говоря о хозяйственных отношениях между хозяйству­ющими субъектами, необходимо обязательно подчеркнуть их «взаимность», то, что эти отношения должны быть, если их рассматривать как полноценные, отношениями взаимодействия. Простое исполнение приказа — тоже, ко­нечно, хозяйственное отношение, но столь оригинальное, что и отношением-то его не назовешь. При таком «раскла­де» у одного из субъектов практически исчезают черты хозяйствующего субъекта, из организатора-инициатора он превращается в организатора-исполнителя, а потому отношение «приказ-исполнение» — уже не совсем отноше­ние, а тем более отношение между хозяйствующими субъ-

140

ектами, которых мы почитаем все же за инициато­ров.

Всего ближе к взаимным, а потому и полноценным хозяйственным отношениям стоят отношения экономи­ческие. Базируясь на возмездной эквивалентности, ею опосредуясь и ее же реализуя, экономические отношения замечательны тем, что, выполняя сразу целый комплекс разнообразных функций — обмена, оценки, согласования, ориентации, они способны самостоятельно, сами по себе, в процессе самореализации эффективно реализовать сооб­щество хозяйствующих субъектов, а в рамках и на основе сообщества — и каждого хозяйствующего субъекта. Мож­но ли найти в природе (и неприроде) что-либо белее простое и ясное, а вместе с тем ...более сложное и загадоч­ное? Разве лишь механизм всемирного тяготения или механизм наследственности живых организмов?

Эквивалентная оценка — необходимый момент эконо­мического отношения. Она осуществляется как путем прямого сравнения обмениваемых результатов труда, так и посредством приравнивания результатов труда к одному оценочному фактору. Экономическое отношение опосреду­ется отношением результатов труда либо отношением результатов труда с оценочным фактором, а потому ока­зывается весьма сложным отношением, в котором наряду с хозяйствующими субъектами участвуют «внешние» («не­человеческие») факторы. И само оно разлагается на ряд отношений: «субъект — субъект», «субъект — фактор», «фактор — фактор», «фактор — субъект», «субъект — субъект».

«Внешние» факторы, о которых идет речь, заслужива­ют особого внимания. Будучи продуктами сознания, как, разумеется, и объективности, они обретают самостоятель­ность, отрываются от сознания, объективируются. Оценка, в которой они участвуют, оказывается и их «деянием». Сознание субъектов — вольно или невольно — ориентиру­ется на поведение «несознательных» факторов. Создав эти факторы как посредников в отношениях между людь­ми, человек сам становится посредником в отношениях между факторами. Организуя факторы, человек сам орга­низуется ими. Таково действие «закона взаимности».

«Внешние» факторы можно условно определить как вещные хозяйственные посредники. Назва­ние, возможно, и не самое удачное, но во всяком случае

141

позволяющее выделить несубъектных участников эконо­мических отношений, а также указать на их функциональ­ную роль.

Экономические отношения между предприятиями, рав­но как и между продавцами и покупателями, бесспорно, самые что ни на есть экономические отношения. Однако существуют отношения, которые сами по себе не являются обменными отношениями, но связаны с обменными, бази­руются на них и от них отталкиваются. Относятся такие отношения главным образом к сфере взаимодействия учреждений и предприятий, в которой практически нет обмена, нет эквивалентности, нет и взаимной оценки. Здесь хозяйственные отношения имеют тенденцию осу­ществляться как неэкономические, в лучшем случае — как «полуэкономические». Отсюда возникает проблема сочета­ния собственно экономических отношений с отношениями неэкономическими и «полуэкономическими». Решение данной проблемы видится в налаживании эффективной обратной связи между учреждениями и предприятиями, позволяющей обеспечить приоритет экономических отно­шений. Именно экономические отношения должны ориен­тировать и оценивать неэкономические отношения, прида­вая им тем самым и некий экономический характер (как бы инъектируя в них экономическую сущность).

Наилучшим образом данную миссию выполняют сме­шанные «учрежденческо-предприятийные» институты, спо­собные совместить две культуры — экономическую и не­экономическую, служить переводчиками с одного языка на другой — с экономического на административный и на­оборот, генерировать совместные организационные про­цессы. Именно такого рода смешанные образования всего более подходят к тому, чтобы побуждать учреждения сле­довать при разработке и •принятии решений экономиче­скому расчету.

Реплика. В литературе бытует точка зрения, что экономическое начало равнодушно в целом к человеку, обществу, природе. Отсюда-де следует, что экономическая эффективность — не лучший, а может и просто вредный показатель эффективности хозяйства. В подобных сен­тенциях многое, на наш взгляд, от недоразумения. Без экономического механизма обществу не обойтись, как не обойтись и без экономической эффективности. Без уважения экономического не может быть и уважения социального, природного, гуманистического. Совсем другое дело — что вкладывается обществом в экономическое, что оказывается объектом и результатом экономической оценки. И нравственность может иметь приоритет в рамках экономического механизма — все зависит от челове-

142

ка, его культуры, его отношения к природе и самому себе. Экономи­ческое — вовсе не торгашеское, вовсе не аморальное. Соединенное органически с гуманистическим началом, экономическое способно удов­летворить самым высоким духовным требованиям.