ТАРИФЫ ЕСТЕСТВЕННЫХ МОНОПОЛИЙ: ВЛИЯНИЕ НА КОНКУРЕНТОСПОСОБНОСТЬ ФИРМ, ЗАНЯТЫХ В БАЗОВЫХ ОТРАСЛЯХ ПРОМЫШЛЕННОСТИ

И.А. Долматов, И. В. Маскаев

Национальный исследовательский университет «Высшая школа экономики»

Введение

В публичных дискуссиях часто звучат утверждения о значительном нега­тивном влиянии повышения цен на энергоносители и тарифов естественных мо­нополий на конкурентоспособность российских фирм.

В исследовании, проведенном в рамках Программы фундаментальных ис­следований Национального исследовательского университета «Высшая школа экономики», мы проанализировали влияние цен на электроэнергию и газ, а также тарифов на грузовые железнодорожные перевозки на конкурентоспособность российских фирм, занятых в металлургическом производстве и производстве го­товых металлических изделий, производстве машин и оборудования, производст­ве транспортных средств и оборудования, производстве электро-, электронного и оптического оборудования, химическом производстве (далее в базовых отраслях). Результаты исследования позволяют нам говорить о том, что влияние изменений цен на энергоносители и тарифов РЖД на конкурентоспособность фирм в базо­вых отраслях, в целом, не было значительным.

Теоретические подходы

к определению и измерению конкурентоспособности

Концепция конкурентоспособности получила свое распространение бла­годаря теоретическим работам американского специалиста по менеджменту М. Портера. Он трансформировал положения Д. Рикардо о сравнительных пре-

имуществах в торговле в концепцию конкурентных преимуществ и связал успех фирм в условиях глобальной конкуренции с их способностью вводить новшества и модернизироваться, с умением выбрать правильную стратегию, которая может предусматривать лидерство в издержках, дифференциацию, фокусирование и сопровождается более высокой по сравнению с конкурентами производитель­ностью [Porter, 1985, 1998].

Концепция стала широко применяться как по отношению к товарам, так и по отношению к фирмам, отраслям, регионам, национальным экономикам и даже по отношению к интеграционным группировкам.

Одним из ключевых положений концепции является конкуренция. И имен­но это позволило критикам концепции (например, [Krugman, 1994]) предупреж­дать об опасности чрезмерного увлечения ею и заявлять о бессмысленности ее использования по отношению, например, к национальным экономикам, отраслям и неконкурирующим фирмам.

Концепция отличается таким многообразием формулировок понятия кон­курентоспособности, что почти все исследователи считают своим долгом при­вести в приложении к исследованию десяток-другой примеров.

По нашему мнению, из всего разнообразия определений можно выделить некоторые общие черты этого понятия, с которыми будут согласны большин­ство исследователей:

• конкурентоспособность фирмы - категория относительная, а не абсо­лютная, а базой для сравнения выступают аналогичные показатели компаний- конкурентов или среднеотраслевые показатели;

• конкурентоспособность компании (фирмы) и товара - понятия взаи­мосвязанные, но не идентичные;

• показатели прибыльности и эффективности должны быть включены в индикаторы конкурентоспособности фирмы.

Кроме того, категория конкурентоспособности имеет смысл только при изучении ее в довольно продолжительной динамике. Как статическая характе­ристика она вообще может не иметь смысла, а в краткосрочном периоде может легко ввести в заблуждение.

Проблема измерения конкурентоспособности не менее сложна, чем проб­лемаопределения конкурентоспособности.

Большинство исследователей предпринимают попытки измерить конку­рентоспособность товаров, фирм, регионов и стран, используя показатели в зависимости от принятого ими определения и целей исследования (примерами

могут служить многочисленные маркетинговые исследования товаров; солидное и продолжительное исследование предприятий российской обрабатывающей промышленности в рамках партнерского проекта Высшей школы экономики и Всемирного банка, а также широко известные исследования конкурентоспособ­ности стран «The Global Competitiveness Report» Всемирного экономического форума и «The World Competitiveness Yearbook» Международного института развития менеджмента).

Ряд исследователей отказываются от попыток измерить конкурентоспо­собность, полагаясь на качественные методы анализа. Например, в недавно опуб­ликованном исследовании ОЭСР, посвященном конкурентоспособности ряда отраслей экономики Казахстана [OECD, 2011], используется SWOT-анализ с умеренным количеством статистических данных.

Другие исследователи настаивают на обязательной количественной оценке конкурентоспособности [Царев, Кантарович, Черныш, 2008].

Не существует согласия и по поводу необходимого и достаточного количе­ства показателей. В действительности есть примеры использования исследовате­лями 77 показателей [Царев, Кантарович, Черныш, 2008] с предложением ис­пользовать лишь два способа для измерения конкурентоспособности (товара фирмы) - сопоставление рыночной доли фирмы с рыночной долей ее основного конкурента и сопоставление затрат на единицу продукции фирмы и ее основного конкурента [Ноздрева, 2005]. Но большинство исследователей все же подчер­кивают, что конкурентоспособность не может быть охарактеризована каким-то одним показателем.

Во многих исследованиях Всемирного банка часто применяются показа­тели производительности труда и совокупной факторной производительности (Total Factor Productivity) (например, [Shahid, 2002-2004; Chandra et al., 2009]).

Российские исследователи, указывая на проблему измерения основных фондов в развивающихся экономиках, не используют показатель совокупной факторной производительности, предпочитая в качестве основных индикаторов конкурентоспособности показатели эффективности использования факторов и самооценку фирмами своих конкурентных позиций [Российская промышлен­ность... 2008].

При знакомстве с работами, посвященными проблемам конкурентоспо­собности, нам не удалось найти серьезных исследований, индикаторы конку­рентоспособности в которых базировались бы на анализе стратегий самих фирм, формирующих отрасли и знающих, как никто другой, какие показатели их дея­тельности наиболее полно отражают специфические особенности функциониро­вания этих фирм на рынке.

Также обращает на себя внимание то, что при большом количестве пуб­ликаций и исследований по проблемам влияния цен на энергоносители на от­раслевой спрос (например, [Чернавский, Эйсмонт, 2004; ECB 2010]), конкурен­тоспособность отдельных отраслей экономики, отечественной обрабатывающей промышленности и российской экономики в целом нам не встретились обстоя­тельные работы, посвященные исследованиям проблемы влияния на конкуренто­способность российских фирм цен (тарифов) естественных монополий.

Методология и данные

Анализ влияния изменений цен (тарифов) на продукцию (услуги) естест­венных монополий на конкурентоспособность фирм, занятых в базовых отрас­лях российской промышленности, проводился нами по следующей схеме.

Понятие конкурентоспособности было сформулировано нами на основе анализа академической литературы и стратегий российских и зарубежных ком­паний, функционирующих в базовых отраслях.

Под конкурентоспособностью фирм в базовых отраслях российской про­мышленности мы понимали способность российских фирм, занятых в метал­лургической промышленности и производстве готовых металлических изделий, в производстве машин и оборудования, в производстве транспортных средств и оборудования, в производстве электро-, электронного и оптического оборудо­вания, а также в химическом производстве, эффективно производить и прибыль­но продавать свои товары и услуги на внутреннем и внешних рынках длительное время в конкуренции с другими фирмами.

В основе этого определения лежит положение экономической теории о том, что основной конечной целью экономической деятельности фирмы в рыночных условиях является получение прибыли, уровень которой в долгосрочном периоде зависит от большей производительности, более эффективного использования ре­сурсов и инноваций (в том числе управленческих). Упор на эффективность про­изводства и получение прибыли фирмой позволяет рассматривать ее конкуренто­способность как с точки зрения конкурентоспособности фирмы, производящей и реализующей конкурентоспособные товары, так и с точки зрения конкурентоспо­собности специфического товара, которым является она сама. Именно поэтому практически все фирмы включают в свои стратегические цели повышение пока­зателей прибыльности, эффективности и капитализации.

Широкое использование на практике методик обобщенной оценки конку­рентоспособности фирмы дало нам принципиальную возможность для количест­венного анализа влияния изменений цен на энергоносители и тарифов естествен­ных монополий как на отдельные показатели, характеризующие конкурентоспо­собность, так и на ее обобщенный показатель.

На основе анализа стратегий более 100 фирм нами были выделены индика­торы конкурентоспособности (факторы конкурентоспособности и целевые пока­затели), отражающие результативность менеджмента и маркетологов фирмы, эф­фективность использования ресурсов, инновационной, финансово-экономиче­ской деятельности, производственную и логистическую результативность. Прове­денный нами PEST-анализ макроэкономических факторов показал, что реальный эффективный курс, уровень благоприятности делового климата могут оказывать влияние на потенциал конкурентоспособности фирм на мировом рынке, но в рамках нашего исследования их эффект будет довольно трудно учесть. В ре­зультате мы построили иерархию индексов, субиндексов и показателей для полу­чения обобщенной оценки конкурентоспособности фирмы, веса которых бы­ли определены на основе опроса экспертов.

Нижний уровень нашей иерархии представлен показателями конкуренто­способности, а верхние соответствующими субиндексами и индексами. Сред­

невзвешенное значение индексов конкурентоспособности продукции и индекса функциональной конкурентоспособности компании и является интегральным индексом конкурентоспособности компании (фирмы).

Состав показателей, формирующих обобщенную оценку конкурентоспо­собности, и их вес различны в зависимости от отрасли. Так, например, вес ло­гистической результативности имеет особо важное значение в данное время для успешной деятельности в химической промышленности (из-за текущих проблем с наличием вагонов), но в то же время, признавая важность создания продуман­ной логистической цепи поставок, представители других отраслей не отмечают такую остроту проблем, связанных с логистикой, и поэтому вес этого субиндекса в оценке конкурентоспособности их фирм ниже.

По иному выглядит индекс и составляющие его субиндексы конкуренто­способности продукции, например, для фирм, занятых в производстве транс­портных средств, электро-, электронного и оптического оборудования, там ин­декс конкурентоспособности продукции включает оценку потребительской но­визны товара, известности бренда товара, информативности товара.

Мы полагаем, что значительное негативное влияние изменения естест­венно-монопольных цен (тарифов) на конкурентоспособность должно было бы найти свое проявление, во-первых, в высокой суммарной доле чувствительных показателей в структуре оценки конкурентоспособности, во-вторых, в высокой чувствительности этих показателей к изменению цен (тарифов) на продукцию (услуги) естественных монополий. И, наконец, трудно представить себе, чтобы значительное негативное влияние не проявило себя в увеличении доли «естест­венно-монопольной составляющей» в себестоимости продукции и снижении рентабельности продаж.

Из множества показателей с помощью метода последовательной деком­позиции было выделено 9 показателей, гипотетически чувствительных к ценам (тарифам) на продукцию (услуги) естественных монополий: фондорентабель- ность, коэффициент обеспеченности собственными средствами, коэффициент финансовой независимости, коэффициент маневренности собственного капита­ла, коэффициент долгосрочного привлечения заемных средств, норма прибыли, рентабельность активов, рентабельность собственного капитала, рентабельность продаж. Эта группа показателей испытывает не прямое, а опосредованное влия­ние изменения цен на энергоносители и тарифы естественных монополий через себестоимость продукции.

В рамках исследования был проведен корреляционно-регрессионный ана­лиз, в котором исследовалась корреляция между изменениями цен (тарифов) на

электроэнергию, газ, железнодорожные грузовые перевозки и гипотетически чувствительных показателей. При наличии статистически значимой линейной связи строилось уравнение линейной регрессии, оценивались параметры этого уравнения и статистическая значимость самого уравнения и его параметров.

Был проведен корреляционно-регрессионный анализ влияния цен (тари­фов) естественных монополий на величину спроса на продукцию (услуги) есте­ственных монополий со стороны фирм, занятых в базовых отраслях промыш­ленности.

На отраслевых данных Росстата была выделена доля естественно-моно­польной составляющей в себестоимости продукции базовых отраслей и про­веден анализ структуры и динамики этого показателя, а также показателей рентабельности и прибыльности.

Результаты исследования

1. Суммарный вес гипотетически чувствительных показателей (к ценам (тарифам) естественных монополий) в структуре интегральной оценки конку­рентоспособности фирмы в базовых отраслях промышленности не превышает 10%, т.е. более 90% показателей, включаемых в стратегии компаний и форми­рующих обобщенную оценку конкурентоспособности в нашем исследовании, не могут испытывать влияния цен (тарифов) естественных монополий, так как для их расчета не используются промежуточные показатели, включающие ве­личину цен (тарифов) на продукцию и услуги естественных монополий. (Для сравнения: суммарный вес, приходящийся на гипотетически чувствительные по­казатели к цене на продукцию фирм базовых отраслей, составляет более 35%.)

Суммарный вес фактора естественно-монопольных цен (тарифов) в ин­тегральной оценке не превышает ни по одной отрасли 0,8%. Так, например, в химической промышленности максимальный вес приходился на затраты на газ в показателе нормы прибыли (собственный вес которого в интегральной оценке менее 0,3%) и составлял 4,27% в нем; т.е. вес этого наиболее «тяжелого» зна­чения при расчете общего показателя конкурентоспособности фирм, занятых в химической промышленности, составит чуть более 0,01%.

У фирм, занятых в металлургии, наибольший вес пришелся на затраты на электрическую энергию в показателе нормы прибыли и составил 3,27%. В стра­тегиях самих фирм повышение конкурентоспособности в отрасли связывается с увеличением доли продукции с высокой добавленной стоимостью в экспорте; снижением уровня удельных затрат и расходов сырья, материальных ресурсов,

повышением энергоэффективности; увеличением объемов инвестиций в обнов­ление основных производственных фондов и в инновации; ускорением развития рудной базы металлургической промышленности, включая дефицитные виды сырья и обеспечение воспроизводства минерально-сырьевой базы; повышением уровня обеспеченности квалифицированными кадрами; снижением нагрузки на окружающую среду.

В ходе исследования был оценен и уровень влияния цен и тарифов есте­ственных монополий на отдельные показатели конкурентоспособности фирм, занятых в производстве машин и оборудования, транспортных средств и обо­рудования, электронного и оптического оборудования. Результаты расчетов по этим отраслям также показали, что фактор цен (тарифов) на продукцию (услуги) естественных монополий имеет незначительный вес при исчислении интеграль­ной оценки конкурентоспособности, рассчитываемой на основе показателей, закрепленных в стратегиях фирм.

2. В ходе проведенного корреляционного анализа для российских произво­дителей машин и оборудования и электрооборудования, электронного и опти­ческого оборудования были установлены умеренные обратные связи между по­казателями: индексом цен на электроэнергию и рентабельностью продаж, а так­же рентабельностью реализованной продукции и индексом цен на электроэнер­гию и некоторыми другими показателями. Для производителей транспортных средств и оборудования - умеренные обратные связи между показателями: рен­табельностью активов и индексом цен на электроэнергию, чистой нормой при­были и индексами цен на газ и железнодорожные перевозки, рентабельностью продаж и индексами цен на газ и железнодорожные перевозки, коэффициентом текущей ликвидности и индексом цен на железнодорожные перевозки. Регрес­сионный анализ показал значимость (на уровне α = 0,1) лишь четырех уравне­ний регрессии: зависимости рентабельности реализованной продукции, рента­бельности внеоборотных активов, коэффициента быстрой ликвидности и рен­табельности собственного капитала. Анализ проводился на данных Росстата, и из-за изменения методологии в 2004-2005 гг. доступных лишь за небольшой период с 2005 по 2010 гг. Чтобы исключить возможность того, что статисти­чески незначимые результаты были вызваны отсутствием достаточно длинных временных рядов наблюдений, по некоторым отраслям (например, металлургии) мы предприняли попытку трансформировать данные и построить более дли­тельный временной ряд для отрасли - с 2000 по 2009 гг. И, несмотря на наличие умеренной линейной негативной связи между повышением цен на газ и элект­рическую энергию и снижением рентабельности в металлургии, более глубо­кий анализ не позволил построить регрессионное уравнение, статистически зна­

чимое ни на уровне 1%, ни на уровне 5%, ни даже на уровне 10%, что, по нашему мнению, может служить аргументом в пользу того, что изменения тарифов не оказывали значительного влияния, по крайней мере, на такой довольно весомый показатель, как рентабельность продаж.

3. В базовых отраслях российской промышленности, в среднем, в период с 2000 по 2009 гг. доля затрат на газ и электроэнергию в себестоимости про­дукции составляла от 9,01% в горно-металлургическом комплексе и 9,02% в станкоинструментальной промышленности до 3,63% в энергетическом маши­ностроении и 2,88% в транспортном машиностроении. Более того, несмотря на повышение тарифов, в этот период наблюдалась тенденция к сокращению доли расходов на газ и электроэнергию в себестоимости почти всех анализируемых отраслей (за исключением станкоинструментальной промышленности, где эта доля практически удвоилась с 2000 по 2009 гг.).

На рис. 1 показана динамика доли расходов на газ и электроэнергию в себестоимости продукции базовых отраслей российской промышленности. (Рез­кие изменения показателя в 2005 г. объясняются переходом российской стати­стики на новую систему классификации.)

Рис. 1. Доля расходов на электроэнергию в себестоимости продукции базовых отраслей промышленности России

Источник: расчеты ИПЦ и РЕМ на основе данных Росстата.

Наибольшей «естественно-монопольной составляющей» характеризуется горно-металлургическая промышленность. Ее среднее значение за период с 2000 по 2009 гг. составляет более 10%.

Рис. 2. Структура и динамика расчетной «естественно-монопольной составляющей» в горно-металлургическом комплексе Источник: расчеты ИПЦ и РЕМ на основе данных Росстата.

Станкостроительная и инструментальная промышленность по уровню «ес­тественно-монопольной составляющей» несколько уступает горно-металлурги­ческому комплексу. Средним значением рассматриваемого показателя характе­ризуется обрабатывающая промышленность (около 7%). Значения по химиче­скому и нефтегазовому, а также энергетическому машиностроению наиболее близки к минимальному значению среди базовых отраслей.

Наименьшей «естественно-монопольной составляющей» характеризуется транспортное машиностроение: доля затрат в себестоимости в 2009 г. не превы­шала 2,7%, а в среднем за исследуемый период составила 3,5% (с минималь­ным значением 2,2% в 2007 г.).

Предприятия анализируемых отраслей отечественной промышленности в большинстве случаев имели возможность повышать цену на конечную про­дукцию, таким образом нивелируя негативный эффект, вызванный повышени­ем издержек. Во многих отраслях фактически отсутствует развитая конкурен­ция, значительная часть рынков характеризуется высокой концентрацией, иногда достигающей (как, например, на некоторых рынках продукции транспортного

машиностроения) 100%, и говорить о конкурентоспособности фирм в этих отрас­лях становится весьма затруднительно. Анализируемые отрасли промышленно­сти на внутреннем рынке хорошо защищены от иностранных конкурентов с по­мощью мер таможенно-тарифной политики. Более того, рынками сбыта многих предприятий анализируемых отраслей отечественной промышленности являются все те же самые естественные монополии.

Рис. 3. Структура и динамика расчетной «естественно-монопольной составляющей» в транспортном машиностроении Источник: расчеты ИПЦ и РЕМ на основе данных Росстата.

Полученные значения коэффициента эластичности также указывают на отсутствие значимой зависимости спроса на электроэнергию, газ и железнодо­рожные грузовые перевозки со стороны базовых отраслей промышленности от уровня тарифов и цен соответствующих естественных монополий. Существую­щее изменение цен на продукцию (услуги) регулируемых отраслей не является существенным фактором для изменения объемов спроса со стороны отраслей- потребителей.

Анализ рентабельности продаж фирм показывает, что рентабельность есте­ственных монополий за исследуемый период была ниже рентабельности одной из самых ресурсоемких отраслей - металлургической - в 2-5 раз. По сравнению с рентабельностью продаж в других анализируемых отраслях промышленно­сти, она находилась приблизительно на одном уровне, обгоняя лишь показа­тели в станкоинструментальной промышленности и производстве транспорт­ных средств и оборудования.

Рис. 4. Уровни рентабельности сектора естественных монополий и отдельных отраслей промышленности

Источник: данные Росстата.

Выводы

Таким образом, влияние цен на электроэнергию и газ, а также тарифов на железнодорожные грузовые перевозки на оценку конкурентоспособности ха­рактеризуется малым весом в структуре интегрированной оценки конкуренто­способности фирм и незначительной степенью чувствительности показателей к их изменениям. За период с 2000 по 2010 гг. доля затрат в себестоимости продукции в большинстве отраслей оставалась постоянной или даже снижалась. Фирмы в анализируемых отраслях в основном имели возможность нивелиро­вать повышение цен (тарифов) на продукцию (услуги) естественных монопо­лий с помощью мер своей ценовой политики. В исследуемый период они про­должали пользоваться сравнительно низкими (по сравнению со своими зару­бежными конкурентами) ценами на энергоносители и тарифами на грузовые железнодорожные перевозки и тепло, в основном увеличивая спрос на них и имея неплохие показатели прибыльности и рентабельности.

Мы считаем, что миф о серьезном конкурентном преимуществе, которое могут иметь российские фирмы от искусственно заниженных цен на энергоно­сители и тарифы на услуги естественных монополий, ведет в условиях острой

необходимости модернизации инфраструктурных отраслей к снижению стиму­лов к энергоэффективности, к инновационной отсталости и в конечном счете может сказаться на конкурентоспособности самих фирм базовых отраслей, осо­бенно на внешних рынках. Вместе с тем энергоэффективная политика могла бы стать одним из ресурсов повышения конкурентоспособности ряда отраслей отечественной промышленности. Для этого необходимо создание реальных экономических стимулов к росту энергоэффективности, дальнейшее развитие нормативно-правовой базы, позволяющей реализацию положений принятых за­конов и программ, а также определение дальнейших шагов по развитию рын­ков газа, электроэнергии и услуг в сфере грузовых перевозок, обеспечивающих эффективную и прибыльную деятельность как энергетических и транспортных фирм, так и фирм-потребителей их продукции и услуг.

Литература

Ноздрева Р.Б. Международный маркетинг. М.: Экономист, 2005.

Предприятия и рынки в 2005-2009 годах: итоги двух раундов обследования российской обрабатывающей промышленности / Авдашева С., Голикова В., Гон­чар К. и др.: Доклад к XI Международной научной конференции по проблемам раз­вития экономики и общества. Москва, 6-8 апреля 2010.

Российская промышленность на этапе роста: факторы конкурентоспособ­ности фирм / под ред. К.Р. Гончар, Б.В. Кузнецова. М.: Вершина, 2008.

Царев В.В., Кантарович А.А., Черныш В.В. Оценка конкурентоспособно­сти предприятия (организации). М.: ЮНИТИ-ДАНА, 2008.

Чернавский С.Я., Эйсмонт О.А. Влияние повышения тарифов на природный газ и электроэнергию на отрасли российской экономики // Конкурентоспособность и модернизация экономики / отв. ред. Е.Г. Ясин. М.: Изд. дом ГУ ВШЭ, 2004.

Ясин Е.Г., Яковлев А.А. Конкурентоспособность и модернизация россий­ской экономики: начало проекта // Конкурентоспособность и модернизация эко­номики / отв. ред. Е.Г. Ясин. М.: Изд. дом ГУ ВШЭ, 2004.

Chandra V., Osorio-Rodarte I., Primo Braga CA. Korea and the BICs (Brazil, India and China): Catching Up Experiance. World Bank, 2009. (http://elibrary.worldbank.org/ docserver/download/5101.pdf?expires=1343852832&id=id&accname=guest&checksum= 4B7B9024656F1230F7396473D2F48715)

The Global Competitiveness Report 2010-2011. World Economic Forum. (www.weforum.org)

Energy Markets and the Euro Area Macroeconomy. European Central Bank, June 2010. (www.ecb.int/pub/pdf/other/energymarketandeuroareamacroeconomy 201006en.pdf)

Krugman P. Competitiveness: A Dangerous Obsession. Foreign Affairs, March/ April 1994. (http://www.foreignaffairs.com/articles/49684/paul-krugman/competitiveness-a- dangerous-obsession)

OECD Competitiveness and Private Sector Development. Kazakhstan Sector Com­petitiveness Strategy. (www.oecd.org/daf/psd/eurasia)

Porter M. Competitive Advantage: Creating and Sustaining Performance. N.Y.:

The Free Press, 1985.

PorterM. On Competition. Harvard Business Press, 1998.

Shahid Yu. Emerging Trends in Industrial Competitiveness in East Asia. World Bank, 2002-2004.

(http://econ.worldbank.org/WBSITE/EXTERNAL/EXTDEC/EXTRESEARCH/

EXTPRGRAMS/EXTKNOWLEDGEOFCHANGE/0,,contentMDK:21592983~is

CURL:Y~menuPK:4556905~pagePK:64168182~piPK:64168060~theSitePK:491543, 00.html)

The World Competitiveness Yearbook 2011. Institute for Management Deve­lopment. (www.imd.org)