Концепция «трех точек опоры»

Системное развитие аграрного сектора опосредуется через совокуп­ность структурных связей, возникающих между субъектами региональной экономики, в том числе ее аграрной подсистемы.

- инвариантность: (1) общей генеральной цели, в качестве которой признается формирование локального продовольственного рынка, способно­го создать институциональные условия для обеспечения продовольственной безопасности населения региона; (2) территориальных условий размещения аграрного производства; (3) технологических процедур производства продо­вольственных товаров, подлежащих реализации на локальном (внутреннем) и внешних по отношению к региону продовольственных рынках;

- вариативность структурной композиции аграрного сектора как под­системы региональной экономики и способов ее идентификации.

Особый исследовательский интерес вызывает переменная сторона. Обобщая различные подходы (приложение 12) к структуризации региональ­ных систем (подсистем), считаем возможным выделить следующие типы структуры региональной экономики:

- отраслевой, имеющий наибольшее распространение и рассматривае­мый чаще всего по причине стереотипности исследовательских подходов и доступности аналитических сведений, так как статистический учет в нашей стране ведется в разрезе экономических видов деятельности;

- технологический, позволяющий оценить состояние и перспективы формирования в регионе нового технологического уклада;

- поведенческий, отражающий группировку субъектов региональной экономики с учетом их вовлеченности в управленческое взаимодействие и проявляемых интересов.

Характеризуя указанные типы, Я. Шан отмечает, что группировка в зависимости от вида экономической деятельности (отраслевой и технологи­ческий типы структуры), в современных условиях позволяет получить лишь ретроспективные сведения о региональной ситуации. Посвящать исследова­ния совершенствованию технологического или отраслевого состава структу­ры - беспредметно и бесперспективно, так как эти типы сложились в боль­шинстве регионов и не могут быть существенно изменены^[188]. Исследование поведенческого типы структуры, напротив, открывает «новые исследова­тельские горизонты», так как в фокусе внимания могут оказаться группиров­ки субъектов региональной экономики, а главное - возникающие между ни­ми связи. Так, придерживаясь концепции структурного управления, опираясь на результаты предыдущих исследований, считаем целесообразным рассмат­ривать поведенческий тип структуры, который образуют связи между субъ­ектами, полагающими, что достижение целей остальными участниками взаи­модействия является необходимым условием обеспечения собственной ре­зультативности и эффективности. При этом, используя метод индукции, как основной методологический прием, постараемся исследовать поведение од­ной группы - группы производителей продовольственных товаров аграрной подсистемы региональной экономики - с тем, чтобы из полученных пред­

ставлений об их взаимодействии синтезировать представления об управле­нии системным развитием аграрного сектора экономики региона.

Итак, в группу производителей продовольственных товаров, форми­рующих предложение на локальном (региональном) рынке продовольствия входят организации трех типов: интегрированные агропромышленные фор­мирования холдингового типа; сельскохозяйственные организации; кре­стьянские (фермерские) хозяйства. В табл. 3.1 представлена матрица согла­сования их интересов с интересами остальных групп субъектов аграрного сектора экономики региона.

Таблица 3.1 - Матрица согласования интересов субъектов

аграрного сектора экономики региона

Анализ матрицы согласования интересов субъектов аграрного сектора экономики региона позволяет сделать вывод о том, что плоскостью совпаде­ния интересов является повышение плотности экономической активности путем заполнения экономического пространства региона конкурентоспособ­ными акторами, чье присутствие и проявляемая экономическая активность способствуют реализации конкурентного потенциала территории.

189

«тремя точками опоры» для системного развития аграрного сектора регио­нальной экономики является функционирование крестьянских (фермерских) хозяйств, автономно функционирующих сельскохозяйственных организаций и интегрированных агропромышленных формирований. Аргументы, убежда­ющие в необходимости эффективного функционирования данных акторов, представляют совокупность авторских взглядов, формирующих концепцию «трех точек опоры», основные положения которой заключаются в следующем:

1. Системное развитие аграрного сектора экономики региона есть ре­зультат эффективного функционирования опорных организаций, направлен­ного на достижение целей региональной политики, осуществляемого в соот­ветствии с плановыми значениями параметров, установленными в процессе согласовательной деятельности субъектов региональной экономики.

Позиция автора заключается в том, что необходимым условием си­стемного развития аграрного сектора экономики региона является одновре­менное функционирование трех категорий производителей: агропромышлен­ных формирований холдингового типа, крестьянских (фермерских) хозяйств, сельскохозяйственных организаций. Причем, простого присутствия указан­ных групп на экономическом пространстве региона является не достаточным. От исполнительных органов государственной власти, ответственных за реа­лизацию региональной политики, требуется обеспечить их эффективное функционирование. Сложнее всего решение данной задачи оказывается в от­ношении сельскохозяйственных организаций, которые по субъективным причинам являются низкодоходными. Действительно, сельскохозяйственное производство зависит от природно-климатических факторов, имеет ярко вы­раженный сезонный характер, отличается цикличностью, демонстрирует бо­лее низкие, чем в промышленности темы роста производительных сил, слож­нее адаптируется к меняющимся институциональным и организационно­экономическим условиям, вложенный в развитие аграрного производства ка- ¹⁸⁹Правило профессиональных альпинистов, в соответствии с которым при передвижении по склону необходимо сохранять минимум три точки опоры.

питал приносит меньшую отдачу, чем в других секторах экономики^[190]. Одна­ко, несмотря на всю свою сложность, проблема повышения экономической эффективности аграрного производства требует решения. В экономической литературе содержится множество рекомендаций, направленных на повыше­ние эффективности функционирования сельскохозяйственных организаций, многие из которых являются актуальными и целесообразными, однако не по­лучившими практической реализации. Обобщая такие рекомендации, нами были сделаны следующие выводы о приоритетных направлениях развития сельскохозяйственного производства в российских регионах:

1) Государственная поддержка растениеводства, животноводства, ры­бохозяйственного комплекса, переработки сельскохозяйственного сырья, платформенных биотехнологий, технологий точного сельского хозяйства, мелиорации и восстановления земельных ресурсов, в соответствии с направ­лениями технологического развития сельскохозяйственных организаций ре­гиональной социально-экономической системы, выделенными в прогнозе научно-технологического развития агропромышленного комплекса РФ на период до 2030 г.

2) обоснование перспектив развития сельскохозяйственного производ­ства в соответствии с глобальными вызовами (табл. 3.2):

Таблица 3.2 - Глобальные тенденции и вызовы для развития аграрного

сектора экономики региона

В ответ на указанные в табл. 3.2 вызовы, развитие сельскохозяйствен­ных организаций должно происходить в следующих направлениях: (1.1) расширение потенциальных рынков сбыта в развивающихся странах; (1.2) обеспечение сельских товаропроизводителей кредитными ресурсами с дли­тельным сроком погашения («длиными» деньгами); (1.3) повышение в струк­туре экспорта удельного веса продуктов с высокой добавленной стоимостью; (1.4) сокращение разрыва между сельским хозяйством и пищевой и перера­батывающей промышленностью; (1.5) разработка механизмов защиты прав интеллектуальной собственности в сфере генетики; (2.1) сокращение безра­ботицы в сельской местности, устранение структурной безработицы, привле­чение (мотивация и стимулирование) к работе в сельскохозяйственных орга­низациях квалифицированных кадров; (2.2) обеспечение привлекательности

для жизни сельских территорий; (2.3) решение проблемы бедности в сель­ской местности; (2.4) повышение потребительской культуры в сельской местности; (3.1) оптимизация применения удобрений и агрохимикатов; (3.2) борьба с эрозией почв и потерей плодородия; (3.3) предотвращение неле­гального морского промысла; (3.4) развитие системы мелиорации; (3.5) предотвращение незаконного распространения генетически модифицирован­ных продуктов и организмов; (4.1) устранение административных барьеров для осуществления сельскохозяйственными организациями предпринима­тельской, инновационно-инвестиционной деятельности; (4.2) реализация концепции структурного управления в плане активизации интеграционного взаимодействия бизнеса, науки и образования, общественных организаций, исполнительных органов государственной власти, населения; (5.1) формиро­вание и развитие системы технологических инноваций; (5.2) обеспечение со­ответствия инфраструктуры, техники, технологий требованиям новейшего технологического уклада; (5.3) сокращение потерь в процессе транспорти­ровки и переработки; (6.1 ) популяризация здорового образа жизни; (6.2) по­вышение культуры производства и потребления продовольственных товаров; (6.3) повышение престижа агарных профессий; (6.4) повышение уровня агар­ного образования; (6.5) формирование инновационной инфраструктуры и культуры инновационного агарного производства.

3) совершенствование организационно-управленческих и правовых условий повышения эффективности функционирования сельскохозяйствен­ных организаций региональной экономической системы путем разработки и реализации следующих целевых сценариев (табл. 3.3):

Таблица 3.3 - Целевые сценарии развития сельскохозяйственных организаций

¹⁹¹ Реализация сценария «Глобальный прорыв» по данным министерства сельского хозяй­ства способна повысить долю РФ в структуре мирового экспорта продукции АПК до 3 -4 %, а сценария «Локальный рост» - до 1,5 5

¹⁹² Для остальных организаций АПК в качества средств достижения целей сценария гло­бального прорыва можно предложить следующее: позиционирование АПК в качестве драйвера внутреннего экономического роста и создание условий (экономических, органи­зационных, нормативно-правовых, мотивационных и прочих) для его устойчивого разви­тия; улучшение сальдо торгового баланса страны за счет интеграции сельского хозяйства и перерабатывающих производств в сочетании с оптимизацией структуры импорта; фор­мирование открытого рынка за счет интеграции в глобальные цепочки создания ценности

2. Плоскостью, в которой происходит солидаризация субъектов, обра­зующих «три точки опоры» аграрного сектора региональной экономики, явля­ется сотрудничество, позволяющее каждому участнику повысить свою эффек­тивность. В публикациях последних лет сотрудничеству уделяется присталь­ное внимание, так как «с подачи» М. Портера считается, что соперничество, свойственное конкурентной борьбе, оказывается менее эффективным, чем со­трудничество, достигаемое в результате интеграционного взаимодействия раз­личных субъектов региональной экономики. Перспективными формами со­трудничества участников аграрного сектора региональной экономики явля­ются: объединения производителей, союзы, некоммерческие партнерства, а также кластеры и сети. В результате сотрудничества акторов аграрного сек­тора экономики региона, представляющего модель их пространственного по­ведения, возникают эффекты, обусловливающие его (сотрудничества) при­влекательность и выступающие побудительным мотивом взаимодействия. Контент процессов, сопровождающих сотрудничество агентов, локализован­ных в территориальных границах социально-экономической системы, может быть описан терминами блокирующих коалиций и ядра, а также другими ка-

193 тегориями теории игр .

3. Повышение эффективности государственного регулирования аграрно­го сектора экономики региона достигается за счет оказания адресного взаимо­действия в соответствии с функциональной специализацией его участников.

«Три точки опоры» - это схожие по типу и содержанию технологиче­ских операций, но разные по функциональному предназначению организа­ции. Так, функцией сельскохозяйственных организаций в соответствии с их интересами является: заполнение экономического пространства региона; производство сельскохозяйственного сырья растительного и животного про­исхождения для последующего его использования расположенными в реги- ¹⁹³Захарченко Н.Г. Оценка эффектов взаимодействий агентов в экономическом простран­стве // Системное моделирование социально-экономических процессов : труды 38-ой международной научной школы-семинара, г. Казань, 2-8 октября 2015 г. - Воронеж, 2015.

- С. 351-354; Минакир П.А., Демьяненко А.Н. Очерки по пространственной экономике. - Хабаровск, 2014. - 272 с.

оне и за его пределами перерабатывающими предприятиями; производство продукции конечного потребительского спроса, подлежащей реализации на локальном продовольственном рынке, а также на микро-рынке, формируе­мом за счет внутрихозяйственного спроса и предложения и т.д. (табл. 3.4).

Таблица 3.4 - Функции опорных организаций аграрного сектора

экономики региона

4. Пропорциональность функционирования участников аграрного сек­тора региональной экономики, являющаяся критерием его системного разви­тия, устанавливается в результате многофакторного анализа и каузального

моделирования. В основу обоснования данного положения были положены представления Г. Б. Клейнера, считающего, что системное развитие есть сба­лансированное развитие, обеспечивающее пропорциональность (!) основных подсистем экономики, а так же телеологические и генетические исследова­ния В. А. Базарова, посвященные разработке перспективных планов.

В начале прошлого века, среди российских (советских) экономистов (А.А. Богданов, В.А. Базаров и др.) шли споры по поводу соотношения гене­тики и телеологии, сочетания статистического метода и абстрактно­теоретических положений. В это время появились яркие и содержательные разработки В. А. Базарова, которые, по праву, можно считать первыми ис­следованиями в направлении индикативного планирования. Осознавая чрез­вычайную важность определения экономически целесообразных пропорций, корреляции объемов производства различных отраслей и производств, В. А. Базаровым была разработана методология перспективного планирова­ния, основой которой он считал «не столько формально-статистические ма­нипуляции, сколько качественный экономический анализ структуры совре­менного советского хозяйства и тех специфических закономерностей, кото­рые именно из этой структуры вытекают»^[191]. Адаптируя предложения цити­руемого автора на современную ситуацию, можно сделать следующие реко­мендации (табл. 3.5):

Таблица 3.5 - Критика и адаптация методологии «перспективного пла­нирования» В. А. Базарова к решению проблем управления региональной социально-экономической системой

В условиях инвариантности общей генеральной цели государственного регулирования, заключающейся в обеспечении повышения уровня и качества жизни населения, в процессе стратегического планирования устанавливается

199

система уточняющих целей, принципов и «регулятивных идей» , опреде­ляющих стратегию системных преобразований агарного сектора экономики региона в соответствии с представлением о нем как о территориальной лока­лизации трех типов опорных организаций, взаимодействующих с исполни­тельными органами государственной власти и остальными группами стейк­холдеров регионального развития (табл. 3.6).

¹⁹⁹ Термин, предложенный В.А. Базаровым, означающий постулат, занимающий промежу­точное положение между телеологическими (целевые задания) и методологическими принципами, имеющий противоположное конститутивному содержание.

Таблица 3.6 - Цели, принципы, регулятивные идеи государственного

регулирования аграрного сектора экономики региона

5. Практическая реализация государственного регулирования аграрно­го сектора экономики региона происходит посредством осуществления реги­ональной политики, нацеленной на обеспечение продовольственной безопас­ности населения региона.

6. Институциональным условием эффективного государственного ре­гулирования аграрного сектора экономики региона является формирование регионального (локального) продовольственного рынка, способного удовле­творять внутренние потребности в продовольственных товарах (в том числе сырьевых) и осуществлять экспорт продовольствия в другие регионы и страны.

Документом, согласующим цели, задачи, сценарии системного разви­тия аграрного сектора региона, следует считать прогноз научно­технологического развития регионального АПК. В настоящее время по пору­чению Президента и Правительства РФ разработан проект прогноза научно­технологического развития агропромышленного комплекса Российской Фе­

дерации на период до 2030 г. Нормативно-правовой базой данного документа являются:

- Указ Президента РФ от 07.05.2012 г. № 596 «О долгосрочной госу­дарственной экономической политике»;

- Федеральный закон от 28.06.2014 № 172-ФЗ «О стратегическом пла­нировании в РФ»;

- Постановление Правительства РФ от 13.07.2015 г. № 699 «Об утвер­ждении Правил разработки и корректировки прогноза научно­технологического развития РФ»;

- протокол заседания Президиума Совета при Президенте РФ по модер­низации экономики и инновационному развитию России от 24.11.2014 г. № 6;

- План мероприятий, направленных на обеспечение эффективного функционирования АПК в рамках ВТО, утвержденный 21.01.2016 г. № 287- п-П11.

7. Стратегические ориентиры системного развития аграрного сектора экономики региона необходимо обосновывать с учетом влияния уровня ис­пользования цифровых технологий. Так, в соответствии с рекомендациями министерства сельского РФ, стратегические ориентиры развития АПК были адаптированы к требованиям цифровой экономики и дифференцированы с учетом их направленности:

1) регулирующее (общеэкономическое) воздействие - переход к ново­му технологическому укладу, повышение экспортного потенциала сельско­хозяйственного сырья и продовольствия, повышение эффективности исполь­зования земельных ресурсов;

2) отраслевое (экономическое) воздействие - обеспечение «цифровиза- ции» бизнес-процессов в сельскохозяйственных организациях, крестьянских (фермерских) хозяйствах, интегрированных агропромышленных формирова­ниях; создание условий для повышения прозрачности агропродовольствен- ных локальных рынков для потребителей и прочих участников; предоставле­

ние аграрным товаропроизводителям новых IT-возможностей для повыше­ния добавочной стоимости;

3) управленческое воздействие - интеграция информационных ресур­сов опорных организаций аграрного сектора региона, остальных субъектов региональной экономики и, в целом, регионов страны; предоставление госу­дарственных сервисов и порталов для сельскохозяйственных организаций, крестьянских (фермерских) хозяйств, интегрированных агропромышленных формирований; автоматизация управленческих технологий в структурных подразделениях исполнительных органов государственной власти; реализа­ция принципов проактивного управления.

8. Формирование новых «продвинутых» компетенций опорных участ­ников аграрного сектора экономики региона. Успешность интегрированных агропромышленных формирований холдингового типа во многом базируется на применении ими в управленческой практике прогрессивных технологий организации производства и принятия управленческих решений, таких как Big Data, бережливое производство, ERP-системы, управление качеством и многих других. Сельскохозяйственные организации из-за своего консерва­тизма и проявляемой прокрастинации крайне неохотно осуществляют инно­вационные, организационные и управленческие преобразования, тем самым усугубляя свое материальное положение и допуская возникновение дополни­тельных убытков, вызванных уже не объективными причинами, связанными со спецификой аграрного производства, а субъективными обстоятельствами. По оценкам специалистов министерства сельского хозяйства РФ, внедрение системы «умного» земледелия, элементами которой являются дифференци­рованное внесение удобрений, полива, обработки и прочих агротехнических и организационных мероприятий, способно обеспечить получение 10-25 % экономия расходов финансовых ресурсов, сокращение использования хими­ческих веществ на 20-40 %, а также до 40 % экономии ресурсов воды и энер­

гии^[200]. Повышение эффективности сельскохозяйственного производства мо­жет быть достигнуто в результате полного или частичного отказа от компе­тенций, связанных с применением ручного и механизированного труда в пользу использования спутникового мониторинга, проведения исследований с помощью беспилотных летательных аппаратов, внедрения ERP-систем. В экономической литературе можно встретить публикации, вышедшие десять и более лет назад, посвященные применению в организациях агропромышлен­ногокомплекса достижений концепции TQM и прочих практико­ориентированных концептов, признанных в странах с развитой рыночной экономикой и получивших популярность в нашей стране в начале текущего столетия^[201]. Однако, до сегодняшнего дня применение эффективных управ­ленческих практик в сельскохозяйственных организациях носит единичный бессистемный характер. А. С. Труба, Я. Шан, О. Г. Стукало и другие авторы находят объяснение этому факту в проявляемых сельскими товаропроизво­дителями оппортунизме и прокрастинации^[202], природой которых, по нашему

мнению, является мотивационный нигилизм, вызванный низким уровнем до­ходов (бедностью) населения сельских территорий и отсутствием материаль­ной заинтересованности собственников, менеджмента и работников сельско­хозяйственных организаций в повышении эффективности аграрного произ­водства. Феномен заключается в том, что отсутствие заинтересованности в получении прибыли демонстрируют не только работники по причине несо­вершенства системы оплаты их труда. Менеджмент и собственники сельско­хозяйственных организаций, проявляя пагубную привычку «сетовать» на диспаритет цен, прочие обстоятельства, вызывающие низкую доходность аг­рарного производства, охотнее «уповают» на государственную поддержку, не стремясь к обеспечению роста прибыли аграрного производства.

Выделенные и рассмотренные выше позиции, раскрывают совокуп­ность авторских взглядов на проблему государственного регулирования си­стемного развития аграрного сектора экономики региона. Резюмируя указан­ные положения, следует акцентировать внимание на следующем. С одной стороны, для региональной экономики первостепенное значение имеет общее состояние социально-экономических процессов и их позитивная направлен­ность. Развитие экономики - это результат консолидированных усилий, при­чем каждый игрок, выполняя свои функции, вносит определенный, лишь ему посильный результат. Отличной позиции придерживаются сторонники тео­рии полюсов экономического роста, которые считают, что развитию регио­нальной экономики способствует эффективное функционирование пропуль­сивных видов экономической деятельности. Проецируя оба этих подхода на предмет исследования, получается, что для целого ряда регионов РФ (группы аграрных и аграрно-индустриальных регионов, представленные в табл. 2.4), аграрный сектор является центром регионального развития (приложение 13), участники которого, подобно игрокам футбольной команды, сотрудничают для достижения общей цели, т.е., развитие аграрного сектора экономики ре­гиона - это, с одной стороны, результат совместных усилий базовых (опор­ных) участников, с другой, - миссия одной из подсистем региональной соци­

ально-экономической системы, заключающаяся в обеспечении сбалансиро­ванного функционирования элементов в соответствии с их «генетической» предрасположенностью, так как выступать полюсом регионального развития способен аграрный сектор лишь тех регионов, в которых имеется достаточ­ный потенциал, сложились соответствующие структурные связи, проявляю­щиеся в отраслевой и поведенческой структуре региональной экономики. Последний тезис является определяющим. Структурная композиция субъек­тов аграрного сектора экономики региона выступает в качестве постановоч­ного условия и определяет предпосылки развития. Здесь следует сделать важное уточнение. Рассуждая о структуре субъектов аграрного сектора эко­номики региона, самое главное установить статусно-ролевое положение каж­дого участника и только после этого пытаться определить пропорции, в ко­торых им целесообразно (т.е. необходимо для достижения целей региональ­ного развития) осуществлять свою деятельность. Мы не ставим перед собой задачу количественно определить состав участников аграрной подсистемы. Системное развитие - это целесообразная пропорциональность функциони­рования субъектов в целом региональной экономики и ее отдельных подси­стем. Задача исследования заключается в когнитивном моделировании груп­пового (поведенческого) состава структуры субъектов аграрного сектора экономики региона с тем, чтобы путем экономико-математического модели­рования определить целесообразные, т.е. необходимые для обеспечения про­довольственной безопасности региона параметры их функционирования (табл. 3.7).

Таблица 3.7 - Матрица когнитивного моделирования

пропорциональной целесообразности взаимодействия субъектов аграрного

сектора экономики региона

Данная матрица содержит в себе указание на статусно-ролевое поло­жение каждого элемента аграрного сектора как подсистемы региональной социально-экономической системы. Ее анализ обнаруживает направления дальнейшего научного поиска в плане определения пропорциональной целе­сообразности взаимодействия элементов. В количественной интерпретации нуждаются пропорции присутствия в аграрной подсистеме участников, чье функционирование может быть оценено с позиции эффективности. Без­условно, существует множество методик оценки эффективности деятельно­сти исполнительных органов государственной власти, однако в контексте проводимого исследования особый интерес вызывают предпринимательские структуры, а именно группы опорных организаций. Эффективность их функци­онирования - это интегральная характеристика, отражающая:

1) получение экономического эффекта в его традиционном понимании;

2) соответствие своему целевому предназначению (для функциональ­но-ориентированных организаций - эффективное производство продоволь­ственных товаров, в том числе сырья; для пространственно-ориентированных организаций - заполнение экономического пространства);

3) достижение целей системного развития аграрного сектора экономи­ки региона - «дружное» функционирование в пропорциях, необходимых для обеспечения продовольственной безопасности региона.

Определению целесообразной пропорциональности функционирования организаций опорных блоков будут посвящены последующие разделы дис­сертации. В рамках концепции «трех точек опоры» важным является утвер­ждение аксиоматичного характера о том, что структурные преобразования, направленные на обеспечение системного развития аграрного сектора эконо­мики региона, должны способствовать достижению относительной продо­вольственной безопасности, ибо стремиться к абсолютной продовольствен­ной безопасности утопично. Рациональным является создание условий для производства продовольственных товаров, в том числе сырья растительного

и животного происхождения, соответствующих производственному профилю территории.

В заключение данного параграфа, следует уточнить позицию автора в отношении роли государственного регулирования аграрного сектора. Ранее мы не раз указывали на то, что аграрный сектор экономики мы рассматрива­ем в качестве одной из подсистем региональной социально-экономической системы. При этом аграрный сектор выступает в качестве самоорганизую­щейся системы. Государственное регулирование оказывает на эту систему внешнее возмущающее воздействие, характер которого может быть, как по­зитивным стимулирующим, так и негативным разрушительным. Учитывая тот факт, что сельское хозяйство как доминирующая составляющая аграрно­го сектора экономики региона, традиционно относится к низкоэффективным дотационным видам деятельности, государственное регулирование, без­условно, должно служить импульсом для его развития.

Далее остановимся на механизме государственного регулирования аг­рарного сектора экономики региона, позволяющем активизировать внутрен­ние процессы и создать внешние благоприятные условия для развития рас­сматриваемой подсистемы.

3.2 Механизм государственного регулирования системного развития аграрного сектора экономики региона

Отправной точкой для разработки механизма государственного регу­лирования системного развития аграрного сектора экономики региона явля­ются следующие утверждения:

1) аграрный сектор экономики региона - самоорганизующаяся система;

2) системное развитие - это достижение пропорциональности в функ­ционировании элементов системы в соответствии с их функционалом, спо­собствующее обеспечению продовольственной безопасности региона;

3) государственное регулирование - импульс к развитию аграрного сектора как подсистемы региональной социально-экономической системы;

4) эффективность государственного регулирования зависит от адекват­ности применяемых мер статусно.

Для оценки сложившейся в аграрном секторе экономики региона ситу­ации воспользуемся методикой, предложенной Г. Г. Карпенко, А. Б. Ярлыкаповым, предполагающей применение цепных индексов, отра­жающих экономическую активность в динамике за определенный период времени^[203][204]. Данная методика анализирует такие показатели, как потребление (Pf, P_b),инвестиции (if, i_b),государственные расходы (gf, g_b),экспорт (exf, ex_b) и импорт (imf im_b),показывающих соотношение фактических параметров (f) к базисным (b):

где I_u,где - индекс уровня экономической активности государства в аг­рарном секторе;

I_p- индекс потребления продуктов питания в домашних хозяйствах;

Ii- индекс инвестиций в основной капитал сельского хозяйства;

Iex- индекс экспорта продовольствия;

Iim- индекс импорта продовольствия;

Ig- индекс государственных расходов на сельское хозяйство.

Исследование проведенное по представленной методике наглядно де­монстрирует не стабильную, даже негативную тенденцию экономической ак­тивности государства (рис. 3.1).

Рисунок 3.1 - Тенденции развития уровня экономической активности государства в аграрном секторе в период институциональных реформ²⁰⁵

Как видно из рис. 3.1, с 2005 г. по 2007 г., и c 2011 по 2013 гг. наблюда­ется некоторое оживление, что, вероятно, было обусловлено реализацией приоритетного национального проекта «Развитие АПК». Начиная с 2008 г. приоритетный национальный проект «Развитие АПК» трансформировался в Государственную программу развития сельского хозяйства и регулирования рынков сельскохозяйственной продукции, сырья и продовольствия на 2008 - 2012 гг. С 2012 г. заметно снижение уровня экономической активности госу­дарства в аграрном секторе. Это подтверждает и отрицательное значение ин­декса уровня активности (I_u)на оси Y =- 0,0455.

Выявив недостаточную активность и результативность государствен­ного регулирования аграрного сектора экономики региона, далее постараем­ся обосновать перспективные направления совершенствования этого процесса. ^[205]

Воздействие со стороны государства на аграрный сектор экономики ре­гиона обуславливается целым рядом особенностей, связанных с природно­климатическими условиями; поддержанием плодородия сель­скохозяйственных земель (для поддержания почвенного плодородия необхо­димы значительные вложения ресурсов); отдачей вложений с длинным ла­гом; нестабильной доходностью сельскохозяйственного производства; слож­ностями определения, лоббирования реальной цены, диспаритетом цен на промышленную и сельскохозяйственную продукцию; проблематичностью своевременного отклика на изменения рыночной конъюнктуры (при измене­нии спроса на сельхозпродукцию у аграриев нет объективной возможности быстро отреагировать, скорректировать производство продукции); недоста­точными темпами инновационного совершенствования; возможностью пол­ной деградации сельских территорий и исторического уклада жизни^[206].

С учетом указанных обстоятельств, государственное регулирование аграрного сектора экономики региона осуществляется на следующих уров­нях: международный, федеральный, региональный, муниципальный, произ­водственный, общественный^[207].

На международном уровне существенными факторами, оказывающи­ми значимое воздействие на развитие регионального и национального АПК, являются: создание Таможенного союза и его возможное расширение; влия­ние требований ВТО, а также влияние транснациональных корпораций.

На втором и третьем уровнях осуществляется самое масштабное, си­стемное, комплексное воздействие на агропромышленное производство, нацеленное на создание благоприятных всесторонних условий для удовле­творения потребностей населения в продуктах питания, а перерабатывающих организаций - в сырье растительного и животного происхождения.

На уровне регионов регулирование осуществляется исполнительными органами государственной власти, а на уровне муниципалитетов - органами местного самоуправления.

Производственное регулирование осуществляется непосредственно на каждом участке (этапе) технологической цепи.

Общественный контроль производится на каждом уровне с целью анализа и оценки самого процесса регулирования, а также производственных процессов.

Регулирование аграрного сектора на региональном уровне, являющее­ся объектом данного исследования, имитирует модель, разработанная авто­ром и представленная на рис. 3.2.

Модель описывает механизм государственного регулирования си­стемного развития аграрного сектора экономики региона, т.е. совокупность состояний и процессов, активизируемых исполнительными органами госу­дарственной власти в направлении достижения целевых ориентиров. Отли­чительные особенности механизма заключаются в следующем.

Во-первых, динамика механизма обеспечивается за счет трех типов связей:

- функциональные связи, возникновение которых определяется ролью инициирующего их актора в процессе достижения целей регионального раз­вития. Функциональные связи образуют иерархическую трехуровневую структуру: связи между элементами аграрного сектора как подсистемы реги­ональной экономики; связи между элементами многоукладной системы про­изводителей и переработчиков сельскохозяйственного сырья; связи между опорными организациями аграрного сектора экономики региона;

- системообразующие связи, создающие общий каркас для управлен­ческого взаимодействия субъектов региональной экономики;

Рисунок 3.2 - Механизм государственного регулирования системного развития аграрного сектора экономики региона

- инструментальные связи, возникающие в процессе комплексной и (или) избирательной реализации методов и инструментов государственного регулирования системного развития аграрного сектора экономики региона.

Во-вторых, механизм отличается направленностью на достижение трех типов эффектов: (1) повышение рентабельности агропромышленного производства за счет оптимизации производственной программы; (2) повы­шение плотности экономической активности за счет заполнения экономиче­ского пространства региона функционально- и пространственно­ориентированными организациями; (3) достижение и стабилизация продо­вольственной безопасности региона.

Снова подчеркнем, что рассматриваемый механизм раскрывает осо­бенности активности исполнительных органов государственной власти в направлении достижения целей системного развития аграрного сектора эко­номики региона. От лица исполнительных органов государственной власти с помощью данного механизма оказывается возможным обеспечить выполне­ние всеми участниками аграрной подсистемы и, в первую очередь, опорными организациями своих функций. С этим связана третья особенность - вовлече­ние участников аграрного сектор экономики региона в управленческое взаи­модействие в соответствии с их возможностями способствовать достижению поставленных целей. Оценив потенциал опорных организаций, нами были сделаны выводы о том, что насыщать рынок товарной продукцией в объеме и ассортименте, соответствующих требованиям потребителей, способны лишь интегрированные агропромышленные формирования, потенциал остальных групп опорных организаций не позволяет производить и реализовывать про­довольственные товары в объеме, необходимом для удовлетворения потре­бительского спроса и, более того, для обеспечения продовольственной без­опасности. При этом, мы понимаем, что предназначение сельскохозяйствен­ных организаций и крестьянских (фермерских) хозяйств заключается не в производстве товарной продукции, а в заполнении экономического про­странства. Однако, осознание ограниченной функциональности опорных ор­ганизаций пришло еще не ко всем исследователям. В этом обнаруживается существенная проблема, заключающаяся в неадекватной оценке потенциала

участников аграрного сектора экономики региона и предъявлении некор­ректных требований к результатам их функционирования. Перспективы по­вышения эффективности государственного регулирования системного разви­тия аграрного сектора экономики региона, по-нашему, мнению, заключаются в согласовании мезоэкономических целей, функционала опорных организа­ций и применяемого инструментария (рис. 3.3).

Рисунок 3.3 - Согласование функционального предназначения опорных организаций и применяемого для регулирования их развития инструментария

Селекция методов (п. 7 механизма государственного регулирования системного развития агарного сектора экономики региона), визуализирован­ная на рис. 3.3, является результатом применения метода Дельфи, позволив­шего установить приоритетность реализации инструментария государствен­ного регулирования при решении конкретных функциональных задач (табл. 3.8). В выборку вошли методы и инструменты, получившие наиболее высокие оценки значимости, реализация которых является возможной и це­лесообразной в рамках регионального и подсистемного контуров, т.е. отно­сится к полномочиям и компетенциям исполнительных органов государ­ственной власти, осуществляющих управленческое взаимодействие с осталь­ными субъектами агропродовольственной подсистемы региональной экономики.

Таблица 3.8 - Селекция инструментария государственного

регулирования системного развития аграрного сектора экономики региона

²⁰⁸Критерий оценки - объем поставки сырья для переработки внутри региона

Как видно из табл. 3,8, наибольшую значимость, по оценкам экспертов, имеют правовой, институциональный и институционально­инфраструктурный инструментарий, определяющие организационные усло­вия сбалансированного развития региона. Чтобы понять причину получен- ²⁰⁹Привлечение к разработке стратегий представителей крестьянских (фермерских) хо­зяйств и сельскохозяйственных организаций не планируется из-за их многочисленности. Возможно вовлечение представителей организаций данных групп, объединившихся в со­юзы, ассоциации и т.п.

ных результатов, следует обратить внимание на состав экспертов и структуру их ответов. Так, в ходе исследования было опрошено 57 человек, среди кото­рых оказались представители всех групп стейкхолдеров регионального раз­вития, в том числе представители опорных организаций аграрного сектора экономики региона, т.е. те, кто на практике сталкивается с несовершенством государственного регулирования. Именно их ответы повлияли на итоговый план ранжирования, в котором чрезвычайно низкую оценку значимости по­лучили, например, субсидии. К сожалению, в целом налогово-бюджетный инструментарий в аграрном секторе экономики региона демонстрирует низ­кую эффективность. Например, в Курской области законодательные (норма­тивно-правовые) условия для применения налогово-бюджетного инструмен­тария создаются Постановлением Администрации Курской области от 17.02.2017г. №118-па «Об утверждении Правил предоставления субсидий из областного бюджета сельскохозяйственным товаропроизводителям, направ­ленных на повышение продуктивности в молочном скотоводстве», а также государственной программой Курской области «Развитие сельского хозяй­ства и регулирование рынков сельскохозяйственной продукции, сырья и продовольствия в Курской области», утвержденной постановлением Адми­нистрации Курской области от 18.10.2013 №744-па и подпрограммой «Разви­тие отраслей сельского хозяйства, пищевой и перерабатывающей промыш­ленности в Курской области на 2014-2020 годы». Несмотря на созданные данными регламентами предпосылки, сельские товаропроизводители сталки­ваются с целым рядом проблем. Первое, для предоставления субсидий на развитие животноводства сельским товаропроизводителям необходимо со­брать значительный комплект документов, получение которых осложнено территориальным «разбросом» контролирующих органов: Комитет АПК расположен в г. Курск, ветеринарные клиники и ветеринарные станции в го­родах и поселках области; территориальный орган Федеральной службы гос­ударственной статистики по Курской области в г. Курске. Проблема ослож­няется еще и тем, что собирать необходимую документацию требуется еже­

квартально. Решением указанной проблемы могла бы стать организация «единого окна» для оформления субсидий сельскохозяйственным организа­циям и крестьянским (фермерским) хозяйствам и, в целом, упрощения этого процесса на основе применения достижений цифровой экономики.

Второе, пункт 3.1.5. Соглашения о предоставлении субсидии из об­ластного бюджета на возмещение недополученных доходов и (или) возмеще­ние затрат в связи с производством (реализацией) товаров, выполнением ра­бот, оказанием услуг между Комитетом агропромышленного комплекса Кур­ской области и Получателем субсидии устанавливает: «в случае если Полу­чателем не достигнуты показатели результативности, предусмотренные пунктом 1.3 и приложением № 2 к Соглашению, при принятии решения о применении к Получателю штрафных санкций, предусмотренных пунктом

4.3 настоящего Соглашения, направляет получателю в течение 10 рабочих дней с даты принятия решения письменное уведомление с требованием об уплате штрафных санкций в областной бюджет в размере, определенном Приложением № 4 к настоящему Соглашению». Другими словами, и по фак­ту (на настоящий момент, применительно к Курской области), для получения субсидии крестьянские (фермерские) хозяйства региона должны ежеквар­тально наращивать производство молока на 2,5 % (мониторинг достигнутых результатов и их динамики проводится ежеквартально), при несоблюдении установленных темпов роста происходит расторжение соглашения. Суще­ственным (при этом, практически, недостижимым) обстоятельством является то, что данное требование должно выполняться всеми хозяйствами- получателями субсидии, расположенными на территории одного муници­пального образования. Только в случае выполнения всех условий, в четвер­том квартале выплачивается субсидия, размер которой оказывается несуще­ственным. Причем, нередко, из-за финансового положения, т.е. из-за нехват­ки бюджетных средств, фермерам отказывают в получении субсидии, даже в случае выполненных ими требований по наращиванию темпов и объемов производства животноводческой продукции. Наблюдаются и иные ситуации,

свидетельствующие о несовершенстве механизма субсидирования в части планирования величины и источников субсидий. Так, на практике происхо­дила выплата субсидий за год, вызванная сформированностью соответству­ющего фонда и нежеланием его секвестировать на следующий отчетный пе­риод, при том, что документы крестьянскими (фермерскими) хозяйствами подавались лишь за 1 и 2 квартал. Третье, самое большое неудовлетворение вызывает размер субсидий. Так, в молочном животноводстве субсидии рас­считываются в следующей пропорции: 1 рубль субсидии на 1 литр молока. На практике оказывается, что при цене молока 18 руб. за литр (2017 г.), раз­мер субсидий составляет около 5,5 % стоимости его реализации.

В растениеводстве применение налогово-бюджетного инструментария, также, оказывается мало результативным и крайне непопулярным (обладает ничтожной привлекательностью). Основные проблемы заключаются в сле­дующем. Во-первых, ежегодно заключается Дополнительное соглашение к Соглашению о предоставлении субсидии из областного бюджета, которое предусматривает изменение формы расчета, бланков предоставляемых доку­ментов и прочих формальных атрибутов. При этом не может быть изменен процент по кредиту (в настоящее время сохраняются ставки на уровне 19 % годовых по кредитам, полученным три и более лет назад) и ставка рефинан­сирования, которая фиксируется на дату получения кредита. Процесс изме­нения ставки рефинансирования относится к федеральному управленческому контуру, так как все параметры субсидирования рассматриваются и одобря­ются Министерством сельского хозяйства РФ, что делает процесс корректи­ровки, практически, невозможным. Во-вторых, процесс сбора документов, необходимых для субсидирования, бюрократизирован, а сама процедура осложнена еще и территориальным «разбросом» инстанций, рассматриваю­щих заявку на получение субсидии. Кроме того, в 2015-2016 гг. документы предоставлялись ежеквартально, а с 2017 г. - ежемесячно. В комплект доку­ментов, подаваемых для ежемесячного мониторирования входит: информа­ция о соответствии требованиям приложения № 6; расчет в рублях в соответ­

ствии с приложением №4; Соглашение; форма заявления (расчеты) в соот­ветствии с приложением 1; выписки со ссудного счета, выписки с расчетного счета. Существенно усовершенствовать процесс субсидирования могло бы зацикливание взаимодействия между Комитетом АПК и финансово­кредитным учреждением, финансирующим предоставление субсидии, так как за период пользования сельских товаропроизводителей кредитом (как прави­ло, пять лет) меняется только оформление документов, а существенные при­знаки остаются неизменными. Кроме того, за банком закрепляется право контролировать сохранность техники и следить за целевым использованием заемщиком (получателем субсидии) финансовых ресурсов.

Прокомментируем разработку и реализацию некоторых других ин­струментов. Например, внебюджетный инструментарий. Так как сельскохо­зяйственные организации и крестьянские (фермерские) хозяйства отличаются низкой инвестиционной привлекательностью, внебюджетные фонды, спо­собные осуществлять их инвестиционную поддержку, рекомендуется поощ­рять путем дотирования и субсидирования их деятельности. Подчеркнем, что основное предназначение внебюджетных инструментов заключается в адрес­ной поддержке не всего блока опорных организаций, а только сельскохозяй­ственных организаций и, особенно, крестьянских (фермерских) хозяйств, дабы способствовать эффективной реализации ими своих функций, направ­ленных, в первую очередь, на заполнение экономического пространства ре­гиона.

Основное требование к применению институционально - инфраструктурных инструментов - регулярность. Так, например, Курская Коренная ярмарка относится к мероприятиям, регулярно проводящимся в ре­гионе, и является ярким образцом русской культурно-исторической само­

бытности, в основу корой положены две концептуальные параллели: духов­ная и экономическая^[210].

Первое официальное упоминание о ярмарке относится к 1708 году. В правительственных актах Российской империи за 1824 год Курская Корен- ская ярмарка уже названа в числе 3-х главных ярмарок России (наряду с Ни­жегородской и Ирбитской), куда иностранцам разрешалось высылать свои товары. Именно Коренская ярмарка прославила в те далекие времена Курск как Южные торговые ворота России.

О значимости ярмарки для центральной России можно судить по её торговому обороту - во второй половине XIX столетия он достигал 7 млн. рублей и намного превосходил совокупный оборот всех других ярмарок края^[211]. Продолжая свое эффективное функциониование и став оптово­розничной площадной, в 2017 г. ярмарка привлекла участников из 28 стран ближнего и дальнего зарубежья и 36 регионов России^[212].

Опыт Курской Коренской ярмарки показывает, что регулярность пре­вращает разовую процедуру в институт, т.е. устанавливает правила и опреде­ляет тенденции. Так, например, проводимый в Воронежской области Губер­наторский рождественский благотворительный бал, первоначально планиро­вался как файндразинговая акция, однако, со временем занял свое место в си­стеме проектного управления социально-экономического развития региона и ежегодно наблюдается увеличение инвестиционных ресурсов, привлеченных в ходе его проведения. Губернаторский рождественский благотворительный бал проводится в Воронежской области более десяти лет, но в последние го­ды инициатива вышла на принципиально иной качественный уровень^[213].

Впервые данный проект был организован в 2001 г. и стал ежегодным. Тради­ционно в рамках данного мероприятия проводится благотворительный аук­цион, концерт юных талантов, собираются пожертвования в благотворитель­ный фонд. В 2018 г. объем привлеченных средств превысил 1 млрд. руб.

Проблемой, о которой ранее не говорилось, является несовершенство государственных программ. Большинство реализуемых программ имеют постзатратное финансирование, то есть организации аграрного сектора полу­чают поддержку после осуществления ими затрат. Это ведет к тому, что все чаще распределение государственных средств основывается на планирова­нии и прогнозировании «по факту».

По нашему мнению, планирование потребности опорных организаций в бюджетных средствах следует рассматривать с перспективой минимум в десять лет. Исходной точкой при этом должны служить не только реальные возможности экономики, но и научно обоснованная потребность в этой под-

214

держке .

По мнению ряда авторов, таких как Т. А. Дозорова, Е. Э. Костина, Т. И. Костина^[214][215], в среднесрочной перспективе, главенствующую роль при­звана сыграть принятая Доктрина продовольственной безопасности, устанав­ливающая целевые ориентиры продовольственной независимости нашей страны и обеспечения повышения уровня и качества жизни населения за счет повышения производства и потребления качественных продуктов питания.

Проанализированные выше сведения, полученные при реализации монографического метода и эмпирическим путем, были обобщены с целью

разработки практических рекомендаций по совершенствованию инструмен­тария государственного регулирования системного развития аграрного сек­тора экономики региона (табл. 3.9).

Таблица 3.9 - Совершенствование инструментария государственного регулирования системного развития аграрного сектора экономики региона

Содержащиеся в табл. 3.9 рекомендации являются разработкой, фина- лизирующей исследование механизма государственного регулирования си­стемного развития аграрного сектора экономики региона, представляющего собой совокупность состояний и процессов, активизируемых исполнитель­ными органами государственной власти в направлении достижения целесо­образной пропорциональности функционирования опорных организаций и иных групп субъектов аграрного сектора экономики региона, в целях обеспе­чения его продовольственной безопасности. Отличительными особенностями механизма являются: наличие трех типов связей (институциональных, функ­циональных, системообразующих) и направленность на достижение трех ти­пов эффектов (повышение рентабельности агропромышленного производ­ства за счет оптимизации производственной программы; повышение плотно­сти экономической активности за счет заполнения экономического простран­ства региона функционально- и пространственно-ориентированными органи­зациями; достижение и стабилизация продовольственной безопасности реги­она). Динамика реализации механизма обеспечивается применением выде­ленных нами и объединенных в группы инструментов (административных, правовых, налогово-бюджетных, внебюджетных, институциональных, инсти­туционально-инфраструктурных, экономических). Методом экспертных оце­нок все многообразие методов было оценено с позиции их значимости для достижения (посредством государственного регулирования) целей системно­го развития аграрного сектора экономики региона. Инструментарий, полу­чивший наиболее высокие оценки (признание пользователей из числа субъ­ектов аграрного сектора, был отобран для преимущественного применения исполнительными органами государственной власти. Наиболее востребован­ными, уже продемонстрировавшими свою эффективность и обладающими большим потенциалом, оказались следующие группы: правовая, администра­тивная, институционально-инфраструктурная. Реализация входящих в их со­став методов и инструментов, по нашему мнению, способна обеспечить эф­фективное функционирование опорных организаций, их паритетное, соответ­

ствующее целесообразной пропорциональности взаимодействие с остальны­ми субъектами аграрного сектора экономики региона, направленное на до­стижение целей системного развития.

В целом, теоретические разработки, представленные в данной главе содержат в себе видение проблемы государственного регулирования систем­ного развития аграрного сектора экономики региона. Синтезированные в со­ответствии с авторской методологией, концептуальные положения государ­ственного регулирования представлены совокупностью утверждений, обос­нованных с применением общенаучных и специфических для исследования территориально-локализованных экономических систем методов. Здесь и да­лее концепция государственного регулирования системного развития аграр­ного сектора экономики региона рассматривается в качестве теоретической конструкции, убеждающей в необходимости применения особой управленче­ской модели координации деятельности опорных организаций, раскрываю­щей перспективы обеспечения их целесообразного (т.е. необходимого для достижения продовольственной безопасности) присутствия на экономиче­ском пространстве региона.

4.