Проблемы валютного риска

Во всех этих случаях возникает валютный риск.

Ситуация августа 1998 г. в России является наглядным подтверждением справедливости данного положения. Тогда на Московской межбанковской валютной бирже (ММВБ) при выходе доллара за границы установленного валютного коридора торги были остановлены и расчеты произведены по верхней границе коридора. Тем самым оказались нарушенными условия фьючерсных валютных контрактов. Однако в дальнейшем для оплаты импортных валютных контрактов потребовалось существенно большее количество рублей, что пагубно сказалось на импортерах, хотя они и старались решить часть своих проблем за счет повышения внутренних цен на импортную продукцию. Зато девальвация рубля стала крайне выгодной для российских производителей. Экспортеры получили хорошую возможность увеличить свои доходы, не прилагая для этого практически никаких усилий. В целом российские производители, даже те, продукция которых не идет на экспорт, несомненно, выиграли от девальвации. Однако ее эффект, как показывает мировой опыт, не может быть продолжительным. По имеющимся оценкам, эффект девальвации рубля после августовского финансового кризиса в России (1998 г.), в ряде отраслей был исчерпан уже ко второй половине 1999 г.

Валютный риск — это «улица с двусторонним движением»: по ней в разных направлениях «движутся» предприниматели и инвесторы, с одной стороны, и спекулянты — с другой. Если первые заинтересованы в снижении уровня риска, то вторые принимают этот риск, поскольку полагают, что знают лучше, чем сам рынок, каким будет фактическое значение валютного курса (или процентных ставок, если брать ценные бумаги) в будущем.

Риск при совершении валютных сделок в условиях плавающих валютных курсов и свободного ценообразования на товары и услуги на мировом рынке в принципе не может быть устранен, он может быть лишь уменьшен для одних участников рынка путем его добровольного принятия другими участниками.

В любом случае разрыв во времени между поставками товара и его оплатой означает возникновение неопределенности относительно будущих поступлений средств и осуществления платежей. В мировой практике для снижения валютного риска существуют как простые, так и сложные способы. К первым относится, например, «мэтчинг» (от англ. matching — сопоставление, балансирование). Если фирма ведет расчеты с поставщиками и покупателями в одной и той же иностранной валюте, то всегда имеется возможность сопоставлять объемы поступлений и платежей. При условии небольшого разрыва во времени между ними можно сбалансировать поступления средств и сроки платежей таким образом, что они взаимно погасят друг друга. Так, если 30-го числа текущего месяца фирма получает от импортера платеж на сумму 50 тыс. долл., а 1-го числа следующего месяца ей предстоит произвести платеж 60 тыс. долл., можно сопоставить объемы поступления средств и сроки осуществления платежей следующим образом: 60 тыс. долл. — 50 тыс. долл. = 10 тыс. долл. Отсюда следует, что прибегать к более сложным способам страхования необходимо только в отношении 10 тыс. долл., что обойдется фирме в значительно меньшую сумму, чем страховка 60 тыс. долл. Разумеется, этот способ может применяться только в тех случаях, когда налажены хорошие контакты с иностранными фирмами и нет большой вероятности того, что фирма-контрагент не вовремя совершит полагающийся платеж.

Одной из особенностей нынешнего этапа развития внутреннего валютного рынка России является тот факт, что он фактически представляет собой рынок кассовых сделок, т. е. срочные сделки на нем практически не осуществляются.

Хотя на некоторых других валютных рынках, где происходит торговля менее распространенными валютами, сделки спот преобладают над срочными, все же удельный вес последних там неизмеримо выше, чем на российском валютном рынке.

Однако есть все основания полагать, что уже в ближайшее время доля срочных сделок на российском рынке может возрасти. Вместе с тем для налаживания цивилизованного рынка срочных сделок в России потребуется изменение российского законодательства.

В последнее время довольно активно развивается рынок срочных валютных контрактов. Так, на ММВБ торгуются фьючерсы на доллар и на евро. Следует ожидать дальнейшего развития этого рынка, ибо современная рыночная экономика имеет в качестве одной из своих неотъемлемых составляющих рынки производных финансовых (а не только валютных) инструментов. Поэтому формирование в России развитого валютного рынка — вопрос недалекого будущего. При этом следует помнить, что рынки производных финансовых инструментов, где весьма велик «эффект рычага», предполагают высокое мастерство и умение их участников пользоваться дополнительными возможностями, которые предоставляют деривативы. Экономическая история свидетельствует, что там, где эта истина забывалась или игнорировалась, кредитные учреждения и компании имели огромные убытки, в ряде случаев поставившие банки на грань катастрофы.

Важно подчеркнуть, что в условиях свободы выбора режима валютного курса (а именно это разрешается по условиям ныне действующей Ямайской мировой валютной системы) резко возрастает неопределенность хозяйственной ситуации в будущем, если страна выбирает режим «плавающего» валютного курса. К тому же в этих условиях все, кто так или иначе связан с осуществлением внешнеэкономических связей, должны учитывать спекулятивный аспект. Даже если та или иная фирма не предпринимает никаких усилий по страхованию валютного риска, она становится спекулянтом «поневоле», поскольку будет пассивно реагировать на изменение валютного курса, что может принести ей либо прибыль, либо обернуться убытком. Возможно также, что фирма не получит той прибыли, на которую рассчитывала.

Таким образом, принятие соответствующих мер по уменьшению валютного риска становится насущной необходимостью.

Одним из наиболее распространенных способов страхования валютного риска является заключение форвардного контракта.

Форвардные контракты исполняются более чем в 90 % случаев. Если же по тем или иными причинам они не могут быть исполнены, то имеются возможности разрешения конфликтной ситуации путем продления контракта или закрытия его чисто технически. Этот способ широко используется, например, лондонскими банками. Смысл операции довольно прост: если клиент должен был продать иностранную валюту банку (а банк, соответственно, должен был ее купить), но по тем или иным причинам сделать этого не может (или не хочет), то банк продает ему указанное в форвардном контракте количество валюты по курсу спот в день истечения контракта и тут же покупает ее по форвардному курсу. Напротив, если клиент должен был купить иностранную валюту, но не может (или не хочет) сделать этого, то банк продает ему валюту по форвардному курсу и тут же покупает ее у него по курсу спот. Таким образом, правовая коллизия устраняется: категоричная сделка формально исполнена. При этом банк может начислить клиенту некоторую сумму за отказ исполнять контракт, но все зависит от того, в какую сторону изменится валютный курс (уменьшится или увеличится).

На российском валютном рынке подобная практика пока отсутствует. Но вместе с тем в будущем опыт более развитых валютных рынков в этой области может оказаться весьма полезным.

Особенностью валютного регулирования и валютного контроля в России является обязательность продажи части валютной экспортной выручки юридическими лицами на внутреннем валютном рынке страны. 11.3.